Не все ̶к̶о̶т̶у̶ миллиардеру масленица

Глава 1. Понедельник. Встреча

Карина убирает чашки со столика, а я на кассе. Уже десять утра, и первый наплыв посетителей прошел. Сейчас начнут приходить те, кому торопиться некуда: домохозяйки попить кофе с круассаном, бабушки купить свежего хлеба, молодые мамочки с детишками… Но до обеда особой выручки не жди. А вот с двенадцати еще пару часиков предстоит постоять на голове. У нас толком и обедов нет, но многие с удовольствием лопают наши фирменные сэндвичи, пьют кофе или чай.

– Надо было побольше помещение брать, – считает Карина, моя подруга и совладелица пекарни.

Но за большее надо и платить немало. И хотя трижды в день у нас аншлаг – еще вечером забегают после работы, уж не говоря про выходные, выручки все равно не хватает. Аренда, налоги, на выходные приходит Лёшка – ему зарплата… Плюс расходы на продукты, посуду, оборудование для пекарни – еле сводим концы с концами. В будни мы с Кариной вынуждены справляться вдвоем, потому что нанять еще кого-то не можем себе позволить. Цены повышать? Да куда выше, мы ж не на олигархов работаем, а для обычных людей.

Так теперь новая напасть! Боюсь об этом даже думать.

– Варя, мы прорвемся! – твердит оптимистка Карина.

А я реалистка. И реальность, к сожалению, нынче печальная.

Мои размышления прерывает дверной колокольчик. О-па! Ну и дяденьки пожаловали! Как таких к нам занесло? Один весь из себя лощеный. Одет вроде просто, но видно, что дико дорого. Двое других чуть позади. Похожи на гангстеров из фильма. Но мы люди вежливые. Раз случайно зашли, обслужим, как всех.

– Доброе утро, – улыбаюсь я. – Что бы вы хотели? Если чайку-кофейку, то за столик присаживайтесь. Я вам меню сейчас дам. У нас немного позиций, но все о-о-очень вкусное. Не пожалеете!

– Доброе, – отвечает лощеный мужчина, но в голосе особой доброты не слышится. – Нам бы с хозяйкой поговорить.

Мне становится не по себе. Кто они? Но не под прилавок же мне прятаться.

Неожиданно Альберт спрыгивает с подоконника, на котором мирно дремал до этого момента, прыгает к ногам мужчины и шипит. Вот чего за ним никогда не водилось! Его детишки гладят, иногда переборщить могут с тисканьем, а он все терпит. Шипеть?!

– Альбертик, ты чего! Отойди от дяди.

Я выхожу из-за прилавка и беру нашего котищу на руки.

– Извините. Не с той лапы встал, видимо. Так-то он у нас мирный.

– Заметно. Так как нам с хозяйкой пекарни поговорить? Или ее нет на работе? В принципе, логично. Можно уже и не ходить.

– Почему нет? Почему не ходить? – тараторю нервно. – Это я.

– Отличненько. Вы в курсе, что вам предписано покинуть помещение до конца недели?

– Мы курсе. Съедем, куда мы денемся… Альберт, не шипи! Дядя пришел плохой, нас выгонять, но шипеть мы на него не должны. Дядя богатый, не чета нам.

Я с трудом удерживаю кота на руках. Мне еще не хватало потом в суд идти, моральный ущерб лощеному возмещать.

И тут походит Карина. А это хуже кота! То есть, Альбертик у нас вообще спокойный. Но Карина может и тряпкой огреть.

– Ну что, радуетесь? Зачем вам наше крохотное помещение понадобилось? – в ее глазах играет опасный огонь. – Пообещали больше денег за аренду, и нас на улицу?

– Девушка, – усталым голосом говорит мужчина, – вы у меня будете бельмом на глазу. Иначе очень мне вас было бы надо отсюда выселять. Но я выкупаю весь первый этаж этого дома. Здесь все выглядеть будет по-другому. Вы со своим котом сюда не вписываетесь. Я чего пришел… Вижу, вы вовсю работаете, а выезжать вам к понедельнику. Всего неделя осталась. Я понимаю, что вы хотите максимально заработать. Но честно скажу, лучше бы вы искали новое помещение. Или вы уже нашли?

Я решаю проигнорировать последний вопрос. Нет, мы ничего не нашли. Город у нас довольно большой, но в некоторых районах нам открываться совершенно бесполезно. То, что нам удается найти – либо жутко дорого, либо не подходит. Еще ведь надо держать в мыслях, что далеко не везде можно открыть пекарню-кондитерскую. Есть санитарные условия, в конце концов…

– Вы в курсе, что началась Масленица? – вместо ответа задаю я свой вопрос. – У нас традиционно масленичная неделя. Сегодня с детишками вечером чучело сделаем. Это праздник. Народный. Не для таких как вы. Такие как вы едят… – я запнулась.

– Фуа-гру они свою едят, – припечатала Карина. Альберт снова зашипел. – черную икру ложками, белугу и мраморную говядину. Блины, – она хмыкнула, – это не про них писано.

– Почему же? Я люблю блины, – несколько опешил мужчина.

– Любите? – а вдруг он попробует наши блины и отменит выселение? Ну мало ли, всякое же может случиться! – Кстати, у нас блинчики – пальчики оближешь! Садитесь и друзья ваши пусть садятся. А то они стоят как неродные.

– Это мои телохранители. Охрана. Ну что, ребята, угостимся? Почему бы нет, раз такая симпатичная хозяйка предлагает. Как вас зовут, позвольте спросить?

– Варвара. Это Карина. А его зовут Альберт, – показываю я на рыжего, который с готовностью спрыгивает на пол и гордо шагает к своей подушке на подоконнике.

– С котом мы уже познакомились, – с подозрением смотрит мужчина на Альберта.

– А вас как величать? – с кривой улыбочкой спрашивает Карина.

– Богдан. Их… Как их величать неважно.

Они рассаживаются за столы: Богдан отдельно, телохранители отдельно.

– Кофе? Чай? Блины с вареньем? У нас потрясающее есть. Клубничное.

Я с гордостью достаю банку с полки. В ней четко видны целиковые клубничины – мое фирменное варенье.

– Давайте кофейку, – снисходительно кивает Богдан.

Карина, несмотря на явную неприязнь к нашим врагам, помогает с блинами и кофе. Она относит чашки с кофе и блюда с блинами, а я гордо иду с банкой.

– Ягодки-красавицы, – подхожу к столику Богдана. Мужик вполне себе: за тридцать, с вьющимися темными волосами. Пальто он повесил на вешалку и с любопытством наблюдает за моими передвижениями.

Я открываю банку, чтобы положить специальной деревянной ложкой Богдану варенье в розетку, но в это же мгновение с подоконника прыгает Альберт. Он приземляется к моим ногам и пихает меня своей крупной, рыжей башкой.

Глава 2

– Да что ж такое! – Богдан вскакивает.

Его телохранители тоже вскакивают и зачем-то достают из-под курток пистолеты.

Я быстро ставлю упавшую банку – вроде не так уж много вытекло.

Альберт громко мяучит. Карина ржет, хотя смешного я лично ничего не вижу. Нас точно выселят, причем раньше. Ага, если в живых оставят.

– Простите, бога ради! Давайте я вам застираю брюки. Они быстро высохнут!

Богдан начинает расстегивать ремень, потом смотрит на меня злобным взглядом:

– А я что, по-вашему, без штанов тут стоять должен?! Нет уж.

Он берет горсть салфеток и пытается очистить варенье со штанин.

Со шваброй в руках подходит Карина.

– Подвиньтесь, я вытру тут.

– Так, ребят, бодро помчались в магазин за брюками, – отдает распоряжение телохранителям Богдан. Те убирают оружие и направляются к двери. – Где у вас туалет? – это уже мне.

– Вам помочь? – спрашиваю я.

– Чего помочь, девушка? В туалет сходить? Я пока сам справляюсь. И как вы здесь вообще с бизнесом управляетесь… – ворчит он и уходит, дрыгая ногами. На полу остаются капли варенья.

– Альбертик, ну что же ты натворил? Почему ты сегодня так себя ведешь, а?

Кот смотрит на меня совершенно безвинным взглядом: мол, а я чего, я ничего. И нагло направляется обратно к подоконнику.

– Не видать тебе сегодня вкусняшек!

Альберт оборачивается, облизывается и мявкает. Знает поганец, что если я не дам вкусненького, то все равно найдется добрая душа. Ветеринар вообще советует его на диете подержать. Но это совершенно бесполезно.

Тут к нам заходит бабушка, которую мы с Кариной между собой зовем мисс Марпл. Она, как у Агаты Кристи – все знает про всех и, я уверена, вполне может расследовать преступления.

Я бегу за кассу.

– Доброе утречко! Вам хлебушка?

– Да, Варенька, давай мой любимый батончик. О, у вас уже и блинчики готовы! Я возьму, пожалуй, шесть штучек. Сама раньше пекла, а сейчас силы не те.

В этот момент возвращаются телохранители с фирменным пакетом в руках.

– Где шеф? – рявкает первый.

– В туалете.

Они присаживаются за свой столик. Но такое ощущение, что не в пекарне сидят, а в подпольном гангстерском клубе.

– Что, ребятки, ничего не берете? – обращается к ним мисс Марпл. – Здесь очень вкусно! И с собой возьмите. А то вид у вас какой-то напряженный, нерадостный.

– Мы уже попробовали, спасибо! – из туалета выходит Богдан. – Принесли? Давайте сюда, – он забирает пакет с брюками и удаляется обратно.

– Я на него случайно варенье пролила, – шепотом объясняю я бабуле. – Сегодня Альберт сам не свой. Кинулся мне под ноги, ну я и уронила открытую банку на стол.

Мисс Марпл удивленно смотрит на кота, который нагло дрыхнет и делает вид, что он тут вообще ни при делах.

– Хм, не похоже на него, – бормочет она.

– Вот и я о том! И что на него нашло…

Пока я упаковываю хлеб и блины, Богдан успевает переодеться.

– До свидания, – бросает он мне. – И я настойчиво вам советую собирать вещички на выход. У вас тут полно барахла. А в понедельник я уже пришлю ремонтную бригаду.

– Вот мы рано утром и съедем, не волнуйтесь.

– Я и не волнуюсь. Это вам волноваться надо.

Богдан выходит за дверь. Альберт поднимает морду, разевает пасть и громко шипит ему вслед.

– Варенька, неужто это тот самый ирод, который у вас помещение отнимает?! – мисс Марпл грозно смотрит вслед удаляющейся троице. – Могу понять Альберта. Животные они чуют нехороших людей.

– Да, это они. А я еще хотела их блинами с вареньем угостить. Не вышло.

– У меня был один знакомый в мэрии… Он давно на пенсии. Но я попробую с ним поговорить. Может найдет лазейку какую, чтоб вас не выселяли.

– Спасибо большое. Хотя я думаю, что особо лазеек-то и нет. Нам просто сильно подняли арендную плату. И мы ее не потянем. Все законно. Не можешь платить – свободен. Сейчас не то время. Никто силой не выгоняет. Деньги решают все.

Мисс Марпл качает головой.

– Какие люди! Вам должны субсидии давать. Аренду не повышать, а вообще не брать! Вы же людей кормите, хлеб печете. М-да… Но я все равно своего знакомого спрошу. Мало ли, всякое бывает.

После ухода бабули мы с Кариной заканчиваем уборку и приступаем к украшению пекарни. Вешаем венки из соломы, гирлянды из разноцветных тряпочек, солнышки лепим на окна.

– Пошла чучело делать. Я тут для него все приготовила, – говорит Карина. – Поставим, наверное, на то же место, как в прошлом году?

– Да, возле скамейки. В самый раз. Пока посетителей нет, я с тобой выйду.

Чучело я делаю, вкладывая в него всю душу! Представляю себе Богдана и творческий процесс идет по полной программе.

– Карин, у нас там был пиджак старый.

– И штаны мы на него надевали. Вон, в корзинке лежат. А ты чего такая бодрая стала?

Я прилаживаю на чучело обтрепанный, линялый пиджак. «Вот так теперь походи, как бомж какой-нибудь, – проговариваю про себя. – А то слишком ты далек от народа».

– Бодрая? Не сказала бы. Просто, понимаешь, представляю себе на месте чучела Богдана. И особенную радость мне доставляют картины его сожжения!

Карина хохочет:

– Мечтать не вредно! А знаешь что? – она внимательно на меня смотрит.

– Что? Вправду сожжем?

– Не, я про то, что ты ему явно понравилась. Он та-а-к на тебя смотрел! Готов был съесть вместе с блинами. Но ты ему мощно так вареньем брюки полила. Сразу мужика отшила.

– Это не я, – отвожу взгляд в сторону, вижу прогуливающегося по пекарне Альберта и грожу ему кулаком. – Вон он, наш герой дня… Карин, а наша мисс Марпл подала мне идею. Схожу после обеденного аншлага в мэрию. Тут недалеко совсем. Вдруг меня примут? Вдруг выделят какое-нибудь помещение? Чем кот не шутит… Тьфу ты! Чем черт не шутит.

– Я бы сказала: чем не шутит мэрия.

Глава 3

В три часа оставляю Карину одну и направляюсь в мэрию. На улице легкий снежок – в самый раз погода прогуляться, но приходится спешить. Да и настроение не то. Постоянно думаю о том, куда переезжать и вообще, что делать.

Внизу в приемной сидит суровая тётка. Хуже охранника. На лице так и написано: народ к руководству не пущать.

– Здравствуйте. Я бы хотела попасть к мэру, – стараюсь говорить уверенно, но не нагло.

– Вы записаны на прием? – без ответного приветствия сразу в лоб спрашивает тётка, глядя на меня поверх модных очков.

– Нет, но вопрос у меня срочный. Очень срочный. Пожалуйста! – я ставлю на стол крафтовый пакет с нашими пирожками. – Это вам от нашей пекарни. Пирожки – пальчики оближите!

Тётка оценивающе смотрит на пакет. Наверное, размышляет – считать пирожки взяткой или нет. Запах, от которого аж слюнки текут, перевешивает в пользу пирожков.

– Спасибо, это лишнее, – ворчит она и забирает пакет. – Мэра сейчас нет. Скорее всего, он уже сегодня не вернется. Но я могу попробовать позвонить его помощнику. Вдруг он вас примет.

– Да, пожалуйста, давайте попробуем, – к мэру я все равно не надеялась попасть, так хоть к помощнику.

По телефону тётка докладывает про меня невидимому собеседнику. Там, видимо, воспринимают просьбу адекватно и готовы принять незаписанного на прием посетителя.

– Второй этаж, кабинет номер тринадцать.

Мне выдают пропуск, и я поднимаюсь в логово помощника мэра.

Там еще один кордон, уже в виде его секретарши.

– В следующий раз записывайтесь, – ворчит она. – Проходите.

Господи, чего они такие недовольные жизнью? Сидят в тепле и уюте, наверное, зарплату неплохую получают, а видок как будто лишены радости раз и навсегда.

– Добрый день! Садитесь, – помощник мэра тоже неласков. – Что у вас произошло? Почему такая срочность? По-хорошему, надо бы заранее записываться.

– Не сообразила, простите. Вот пирожки. Угощайтесь, – я ставлю ему на стол второй пакет. – Дело в том, что нашу пекарню-кондитерскую выселяют. Все по закону. Просто немеряно подняли аренду. Мы и так еле тянем. И арендодатель об этом знает. У него заговор.

– С кем? – со вздохом спрашивает помощник мэра.

– С новым арендатором. Там какой-то миллиардер решил весь первый этаж скупить под свои бутики. Мы ему мешаем.

– А, я понял о чем речь. На улице Песчаной? Здесь, недалеко?

– Да, именно тут. У нас много постоянных посетителей из местных. Цены мы не задираем. Кто к нему ходить будет? Опять пустые бутики с роскошными витринами. Ничего полезного и нужного для простых людей.

– Город должен обеспечивать не только простых людей, как вы выразились. Я вот сейчас открыл план развития района. Там будут не только бутики, но и ресторан. Рядом построят элитный комплекс и отель. Центр города, как никак. А вы переезжайте подальше, в спальные районы. Аренда подешевле и, как вы говорите, простые люди. Самый наш народный народ.

Понимаю, что пришла зря.

Помощник мэра запускает руку в пакет и выуживает пирожок.

– О, с капустой! Вкусно! Галочка, кофе нам сделай, будь добра, – говорит он по громкой связи секретарше. – Вы какой будете? Простите, не спросил ваше имя.

– Варвара. Эспрессо.

– Мне сделай капучино, а нашей гостье эспрессо…

– В центре, представьте, тоже люди живут. Есть много старых домов. Когда вы их все снесете, тогда другой разговор. Но пока-то есть кому к нам ходить, – я не сдаюсь, хотя битва уже заранее проиграна.

Нам приносят кофе. Секретарша так смотрит на меня, будто я не посетитель, а любовница. Ага, на работу ему перекусить принесла.

– Ну в чем-то вы правы, – он опять смотрит на экран компьютера. – Смотрите, есть для вас одна возможность. Вы блины печете?

– Да, конечно. Уже сегодня начали, – я вспоминаю про неудачное угощение для олигарха. – И чучело сделали.

– Какие молодцы! – улыбка на лице помощника мэра явно неискренняя, но уж какая есть. Наверное, иначе не умеет. – Вот смотрите. Мне сейчас срочное сообщение пришло от мэра. К нам едет делегация из мэрии Москвы. То есть, из самой столицы.

Я киваю. Про то, что Москва – столица нашей родины, пока помню.

– Так вот, мэр пишет: надо срочно организовать образцово-показательную ярмарку. С блинами и всякими другими вкусняшками. Возьметесь?

– Когда? Нам одним?

– Боитесь, что не справитесь? – ухмыляется помощник мэра. – С четверга надо ярмарку открыть и до воскресенья. На четыре дня. Нет, не вам одним, конечно. Я еще организую общепит. Но у вас будет своя палатка. За счет города поставим. Вам только украсить и свои угощенья предлагать. А я к вам специально подведу делегацию. Если им понравится, то потом скажем: как же их закрывать, если они саму Москву угощали. Вот такая идея.

Я сразу представила, как мы с утра до вечера сидим в палатке на ярмарке. Хорошо, Карина одна сидит. Или Лёшка, если сможет прийти в четверг и пятницу. Пеку я в пекарне. А обслуживает посетителей в ней кто? Категорически не хватает персонала. Но вслух я говорю совершенно другое:

– Значит, вы твердо обещаете, что если мы понравимся москвичам, то вы нас оставите в нашем помещении? И никакой олигарх нас оттуда выселить не сможет?

– Обещаю, Варвара! Даю твердое слово представителя народной власти. Даром что ли нас выбирали. Надо помогать людям. Сейчас вот мэру напишу, что центральную палатку для ярмарки мы нашли! И чучело ваше тащите туда.

– Куда? Вы не сказали, где будет в итоге ярмарка.

– Здесь, напротив мэрии. Где ж еще? Надо в самом центре. Под нашим пристальным наблюдением. Мы прямо завтра начнем устанавливать палатки, а вы готовьтесь, чтобы с утра в четверг стартовать на самом высоком уровне.

Попрощавшись, я выхожу из кабинета и в полной задумчивости направляюсь обратно в пекарню.

– Ну как? – сразу спрашивает Карина. – Судя по времени, которое ты там провела, тебя даже приняли.

Глава 4. Вторник. Заигрыши. Богдан

Блины после ухода Варвары я поедал с огромным аппетитом. У меня обычно ЗОЖ – здоровый образ жизни. И мучное, сладкое всякое я стараюсь не есть. Но запах такой шел из пакета потрясающий, что не выдержал – слопал.

Потом запретил себе дома поужинать, и совесть слегка успокоилась. Мне ж тридцать пять. Надо думать о фигуре, иначе полезет пузо, как у многих мужиков. Вот хозяйка пекарни явно слишком молода, чтобы понимать, как ее выпечка действует на здоровье. Ну не может она быть полезной, хоть как пеки.

А вот сейчас, утром я думаю о ее словах про ярмарку. Зеленые Варины глаза, как назло, не идут из головы. Симпатичная, чего уж… И какая-то очень естественная. Таких редко встретишь. Но бизнес есть бизнес. Первые этажи зданий в историческом центре становятся все более лакомым кусочком. Туристы по России стали много ездить. Надо учитывать этот факт. Причем, и богатые тоже – позабыли про Париж и Лондон, потому как там нам не слишком рады.

Вот и планирую захват… Ну какой, с другой стороны, это захват – все официально.

Но придется топать в мэрию. Пекарня, конечно, может и провалить задание с ярмаркой. Силенок не хватит. А если не провалит? С Варвариным энтузиазмом горы можно своротить. Поэтому надо в мэрии перебазарить. Я ей потом как-нибудь компенсирую.

– Светлана, позвоните в мэрию, уточните, когда там у нас Юрий Константинович на месте, – прошу я секретаршу.

Через пять минут она сообщает:

– Говорит, если прям сейчас придете, то готов поговорить.

Я быстро накидываю пальто. Машина не нужна – тут идти близко. Мои парни следуют за мной. Охрана никогда не помешает, хоть ты в мэрию иди, хоть куда.

– Приветствую, Юрий Константинович! – в кабинете сидят оба: сам мэр и его правая рука.

– Привет, Богдан. Прости, не могу долго разговоры вести. Из Москвы делегацию ждем. На самом высшем уровне. Надо все подготовить. Никакого здоровья с такими неожиданностями не хватит. Чего у тебя?

– Про делегацию слыхал. Вопрос как раз с ней и связан. Вы ярмарку планируете? Образцово-показательную.

– Да, есть такое дело. Идея моего помощника. Молодец! Они там в Москве ярмарки любят. Даже нашел какую-то вкуснейшую пекарню. Будет лицом города.

– Вот по поводу этого лица я и пришел. Пообещали пекарню за классный перфоманс на ярмарке оставить в их помещении…

– А в чем проблема? – мэр явно напрягся. Ага, значит, помощник не доложил

– Проблемка в том, что это я выкупаю в их здании весь первый этаж.

– Песчаная что ли?

– Она самая. Ну не могу я их оставить. Мне бутики и ресторан уже аванс заплатили. Там такой аншлаг за эти первые этажи в центре – мама не горюй! И с вами мы уже договорились. А тут такое дело. Мне их искренне жаль. Я серьезно. Оставил бы эту пекарню, и бог бы с ней. Но не могу!

Юрий Константинович насупился. Не любит он проблем, а кто ж их любит-то.

– Пашка, ты чего за моей спиной удумал? Мы ж с Богданом договорились. Как такое можно было обещать?!

– Ну так, это… мы потом скажем, что не получилось оставить помещение. Найдем им чего-нибудь. Это ж только на словах. Пусть проведут ярмарку, а там видно будет.

У меня внутри неприятно холодеет. Опять вижу зеленые Варины глаза, а во рту – вкус ее блинчиков с вареньем. Беру себя в руки.

– Значит, решили, – хлопает по столу мэр. – Я побежал, Богдан, не обессудь. Ну и сам видишь, все будет норм. Не беспокойся. Когда это я наши договоренности нарушал.

На улице я принимаю решение навестить пекарню. Надо посмотреть, как они там готовятся. Лучшим выходом было бы им всю эту затею провалить, хоть это и вдарит по нервам Юрия Константиновича.

На площади перед мэрией уже сколачивают домики для ярмарки. А центральный – прям теремок. Ладно, пойду в стан врага. Как бы опять на меня чего не вылили. А то вчера – блинчики, а сегодня опять их котище шипеть начнет.

В пекарне кипит работа: за столиками сидят посетители, за кассой Варвара что-то переписывает на листок бумаги, Карина приносит заказы и убирает грязную посуду. Альберт гордо ходит между столами. Все жутко умиляются, гладят его и даже пытаются дать ему поесть, хотя, на мой взгляд, он слишком упитанный – на диету пора.

В пекарне тесно, поэтому я прошу своих телохранителей подождать снаружи.

– О, здравствуйте, Богдан, – замечает меня Варвара. – Простите, но присесть некуда. У нас мало столиков. Пока все занято.

– Нет-нет, не беспокойтесь. Я пришел… – зачем я, действительно, пришел? – узнать, как подготовка к ярмарке идет. Там уже… м-м-м… домики поставили на площади. Почти поставили, – боже, почему я несу этот бред?

Варвара отвлекается от своих бумажек.

– А я вот пишу, что надо закупить. С утра мы уже сделали первые заказы. Но я жутко боюсь, что не хватит. Мы той же муки закупали только для нужд пекарни. А сколько нужно для ярмарки?

– Не знаю… – растеряно отвечаю я.

– Вот и я не знаю. Пытаюсь посчитать, сколько теоретически может быть посетителей, сколько чего купят за день. К тому же нужна одноразовая посуда…

Во мне просыпается деловая хватка.

– Давайте ваш листик, я гляну.

Даю пару советов. Не то чтобы я этим каждый день занимаюсь, но мы часто устраиваем приемы, корпоративы, презентации, дегустации в магазинах, поэтому в целом представляю, сколько чего требуется.

– Спасибо, – благодарит Варвара, глядя на меня удивленным взглядом.

А я и сам не пойму, почему ей помогаю.

– С остальным порядок? – интересуюсь зачем-то.

– Ох, у нас народу не хватает. И сегодня я в этом убедилась. Придет Лёшка. Он с Кариной будет на ярмарке. Я здесь. Обслужить, убрать, а еще приготовить. Те же напитки, плюс разогреть что-то. Иногда не хватает, надо сделать что съели. В общем, здесь одному в горячие часы не управиться. Можно, конечно, ту часть со столиками закрыть… Но нам деньги нужны. К нам многие поесть приходят. Особенно на обеды и ужины.

– Какие особые навыки нужны?

– Никаких особых, студент Лёшка без проблем справляется. Заказы принять, принести, со стола убрать посуду и поставить ее посудомойку. Ну и последить за тем, чтобы ничего не заканчивалось.

Глава 5. Богдан

Не могу понять, что я делаю – мне им палки в колеса надо вставлять, а я помощь предлагаю. Да, я договорился в мэрии. Пекарню все равно выселят. И зачем вообще напрягаться? Выпендриться перед москвичами? Не помешает…

– Спасибо вам большое, – говорит Варвара. – Так неожиданно! Вы же совсем не заинтересованы в нашем успехе.

Я стараюсь не смотреть ей в глаза. И тут на меня снисходит озарение: я пытаюсь помочь, потому что таким образом заглаживаю вину. Вот будет Варя стараться, выкладываться, а я знаю, что все бесполезно. Но признаться не могу.

– Город должен выглядеть достояно, – отвечаю я. – Пусть москвичи видят, что и мы вполне способны проводить мероприятия на высоком уровне.

В этот момент в пекарню заходит мужик. Да нет, какой там мужик! Молодой парень.

– Привет, Варвара-краса! Сваргань мне кофейку.

– Свободных мест нет.

– Ничего, я стоя выпью. Мне, как обычно, с корицей и сливок побольше.

Ага, чувак нагловатый. Они знакомы. Интересно, он кто ей? Приударяет или они уже встречаются?

Карина приносит очередной заказ.

– Антон, тебе придется подождать.

Точно знакомы! Хотя, наверное, она знает постоянных посетителей по именам. Но голос слегка раздраженный. Значит, этот самый Антон не сильно ей нравится. Почему это меня должно волновать?

Слишком много вопросов. Надо попрощаться и уйти. Но я стою, как приклеенный. И Антон тоже стоит. А места не так уж много.

Бабуся подходит. Просит хлеб.

– Варенька, я утром не успела. Внучку подкинули. Остался у тебя мой любимый или все уж разобрали?

– Я сейчас гляну, секундочку.

Варвара поворачивается к полкам с хлебом, а я непроизвольно оцениваю ее точеную фигурку.

– Ой, а вас, гляжу, кавалеры окружили! – замечает бабуля.

– Да, – Варвара возвращается с хлебом и засовывает его в пакет. – Работать мешают, – шутит она. – Вот, нашелся один батон. Вовремя вы пришли!

– Спасибо, дорогая! – и тут бабуля пристально на меня смотрит. – А этот не тот ли злой молодец, который вчера приходил? Ты на него еще варенье вылила за то, что он тебя отсюда собирается выселить, – она прищуривает глаза. – Он самый! И тебе не стыдно сюда постоянно ходить? Плохое дело надумал, ох, плохое!

– У нас появился шанс здесь остаться, – встревает Варвара, но ее перебивает Антон:

– Может ему морду набить? Вот как он выглядит, оказывается!

Народ за столиками начинает на нас поглядывать. Альберт поворачивает свою морду, и я замечаю, что у него такие же зеленые глазищи, как у хозяйки.

– Антон, ну ты чего! Не надо так говорить, – Варвара умиротворяюще похлопывает его по руке. – Наоборот, сейчас Богдан помощь предлагает, хотя ему это совершенно невыгодно.

– А что случилось-то? – спрашивает бабуля. – С чего такие щедроты?

Карина ставит поднос с грязными чашками на прилавок.

– Мэрия ждет важную делегацию и предлагает нам принять участие в ярмарке на Масленицу. За это обещает нас здесь оставить. Наш олигарх почему-то нам помогает. Думаю, ему тоже невыгодно провалить такое мероприятие. Его телохранитель к нам на работу в честь этого выходит.

И она гордо удаляется в сторону кухни.

– Как благородно! – бабуля забирает свой пакет с хлебом. – Ну удачи, мои милые. А ты, Антон, погоди пока ему морду бить.

– Я вообще не очень уверен, что ваш молодой человек победит в честной драке, – влезаю я, сам себе удивляясь.

– Охрану свою позовешь? Так-то не сильно сложно, – ухмыляется Антон.

– Вы мне оба надоели! И это не мой молодой человек! – припечатывает Варвара и ставит перед ним чашку с кофе. – Вам, Богдан, тоже налить?

– Нет уж, спасибо. У вас тут так гостеприимно, прям захотелось на весь день остаться. Но дела зовут. Хотел бы, но не могу, – я ехидничаю, и мне реально захотелось подраться.

– Скатертью дорожка, – слышится от одного из столиков.

– Погодите, – обращается ко мне Варвара, – я вам вкусненького положу на обед.

Ей стало меня жалко? Интересно, какой у меня видок со стороны. Неужели такой беспомощный перед лицом народного гнева?

– Зачем ты перед ним стелешься? – опять влезает Антон. – Да и нужны ему твои сэндвичи. Небось ходит в такие рестораны, какие нам и не снились. У меня очень хорошая зарплата, но конечно, до олигархов не дотягиваю. Я же честно деньги зарабатываю, а не ворую.

– А вы в курсе, что за клевету можно и в суд подать? Вы уверены, что я ворую? – у меня опять чешутся кулаки вмазать этому ухажеру. В последний раз, пожалуй, я такое испытывал в школе.

– Слушайте, снова вы за свое! Надоело. Вы мне тут всех посетителей распугаете. Вон человек даже к прилавку подойти не может! Ты допил? – обращается сердитая Варвара к Антону, и ей очень идет сердиться. – Молодец! Оплати и свободен.

Она забирает у него чашку. Антон достает карточку, оплачивает свой кофе и уходит, как побитая собака. Правда, у двери на меня оглядывается, но сдерживается, ничего не говорит.

Варвара обслуживает посетителя, а я стою столбом. И правда, чего ждать этих сэндвичей… Я и не ем их – углеводы сплошные. С другой стороны, если они такие же вкусные, как вчерашние блинчики, то хочется попробовать.

Пока я размышляю, Варвара упаковывает мне ланч.

– Спасибо, не стоило… Но вообще-то блинчики вчера ваши были просто восхитительные! Сколько с меня?

– Это подарок. Вы меня сегодня очень выручили.

Я еще раз благодарю Варвару и наконец все-таки направляюсь к выходу. За спиной слышу шипение Карины:

– Почему ты с него денег не взяла? Он же миллиардер, с него можно в десятикратном размере брать.

В который раз за день стало обидненько.

Глава 6. Варя

В десять вечера, когда мы закрываемся, я никогда не могу уйти домой сразу. Надо и кассу закрыть, и помочь Карине все убрать, и посмотреть, все ли готово назавтра.

В итоге получается хорошо если удается выйти в одиннадцать…

Мама считает, что так я себе не найду мужа – работать все семь дней в неделю, без отпусков и выходных. Но это мой выбор. Моя мечта. Мы с Кариной устраиваем друг другу по полдня свободных – утром в субботу и воскресенье на завтрак приходит не так уж много народу, как в выходные. Плюс Лёшка выходит. И мы с ней можем по очереди полдня отдыхать. Нам хватает.

Хотела я раскрутиться и нанять еще помощников. Но теперь в первую очередь надо сохранить помещение. Иначе мы вообще под угрозой закрытия…

Сегодня Карина бежит на маршрутку, а я решаю пройтись.

Снег приятно хрустит под ногами, звездочки светят, и луна огромным шаром – вместо фонаря. У нас со светом – то пусто, то густо, хоть и центр. Но я наслаждаюсь прогулкой – ногам непривычно приятно идти, а не стоять. Нет, присесть иногда получается, а вот намотать те самые нужные десять тысяч шагов – никак!

Неожиданно мне навстречу выходит шумная компания. Вокруг – ни души, хотя время еще не такое уж непозднее. Обычно собачники, как минимум, гуляют.

– О, какая красотка! – говорит один из парней пьяным голосом. – Пошли с нами! Продолжим вечер!

– Спасибо, я тороплюсь домой, – стараюсь быть вежливой.

– А ты не торопись! Зачем торопиться?

Они постепенно окружают меня, не давая идти дальше. Я нащупываю телефон в кармане куртки. Но как умудриться его быстро достать, да еще и позвонить?! Там в контактах первыми стоят важные номера, типа скорой и полиции. Но я уверена, что эти парни не дадут мне нажать ни на одну иконку.

– Куда вы планируете идти? – спрашиваю дрожащим голосом, чтобы потянуть время: вдруг мимо хоть кто-то пройдет.

– О, вот это другой разговор! На хату идем. Бабло на бары закончилось. Вон у него день рождения. Тебя и подарим, – после этой фразы все пятеро начинают громко хохотать.

На проезжей части я замечаю огни приближающейся машины. Она замедляет ход. Господи, хоть бы из нее вышел брутальный мачо и всех раскидал!

Однако из крутого авто выходит… Богдан!

– Варя, с вами все в порядке? – кричит он мне.

– Не очень! – успеваю ответить, но слышу злобное:

– Заткнись! Иначе мы твоему хахалю все кости переломаем.

Я лишь надеюсь, что вслед за Богданом прибегут его телохранители. Им-то ничего не стоит справиться с этими парнями.

Но почему-то он идет один.

– Так, чего мы к девушке пристаем?

– А тебе какое дело? Или ты ее парень? Присоединяйся! У нас все равно будет групповичок. Одним мужиком больше, одним меньше – неважно!

Богдан приближается. На его лице ясно написано, что он не собирается «присоединяться». Но один против пятерых? Ладно, фактически, против троих – двое еле на ногах держатся…

Неожиданно, Богдан делает замысловатый кульбит и сбивает на землю стоящего ближе к нему парня. Остальные секунду стоят в замешательстве, а потом набрасываются на него все вместе. Я принимаю посильное участие – бью сумочкой того, кого первым сбил Богдан. Тот снова падает, не успев толком встать.

Богдан продолжает отбиваться. Он явно использует какую-то восточную технику борьбы. Парни не успевают ориентироваться и отражать его удары. В какой-то момент, кое-как поднявшийся с земли кричит им:

– Пошли отсюда! Ну их! Пусть забирает свою девку!

Они быстро разбегаются. Впрочем, бегом это назвать можно с большой натяжкой.

– Спасибо вам огромное! – благодарю я своего спасителя.

– Чего вы ходите одна так поздно? Я понимаю, пекарню закрываете. Но можно такси вызвать, в конце концов, – ворчит Богдан. – Я ж случайно мимо проезжал. С презентации возвращался. Сразу вас и не узнал в темноте, но было понятно, что ситуация так себе…

– На такси особо денег нет. Остановка рядом с работой. Но захотелось пройтись. Погода хорошая. Тем более, я весь день стою или сижу. Вот, решила дойти до следующей остановки. Да и обычно тут спокойно. У нас в районе еще бывает всякое. Хотя и там я не нарывалась на подобные приключения… А где ваша охрана? Я думала, они сейчас всех раскидают. У вас тоже получилось неплохо, – улыбаюсь я, вспомнив, как Богдан бодро махал руками и ногами.

Он улыбается в ответ, и его лицо преображается от этой улыбки.

– Я занимаюсь восточными единоборствами. В школе дрался, как придется. Просто кулаками махал. А потом начал ходить в секцию. Пар выпускаю, – подмигивает мне Богдан. – Охрана моя на второй машине застряла. Колесо спустило. Я и не предполагал, что они понадобятся. Кстати, только сегодня подумал, что давненько реально не дрался, а руки-то чесались. Правильно говорят: опасайся своих желаний, они могут исполниться.

– Китайская народная мудрость, – смеюсь я. – Это вы про Антона? Да, он чуток перегнул палку… Хорошо, что вы сдержались. С вашими способностями от пекарни бы ничего не осталось. Не говоря уж про Антона, – я тоже шучу. Нервы успокаиваются, получается расслабиться.

Мы стоим совсем близко друг к другу. Я замечаю его уставшие, немного грустные глаза. Он внимательно на меня смотрит, словно тоже пытается что-то считать в моем взгляде.

– У вас щека в муке, – говорит он и лезет в карман. – Сейчас я вытру, погодите.

Богдан осторожно проводит платком по моей щеке, и от его прикосновения у меня перехватывает дыхание, как уже накануне случилось в его офисе. Влюбиться в своего врага?! Я чувствую аромат мятного парфюма – он окутывает меня приятным шлейфом, и сопротивляться этому практически нереально.

– Спасибо, – еле слышно, снова благодарю его я. – Мне, пожалуй, пора.

– Не хотелось бы вас отпускать одну. Давайте я вас подвезу домой. Двенадцатый час. Наверное, и автобусы ваши редко ходят.

– Неудобно, что вы! Я вас и так задержала. Дойду как-нибудь до остановки. Там всегда есть люди, да и вряд ли встречу вторую компанию. Как говорится, дважды в одну реку…