Недостаточно серьёзен для меня

Глава первая

Как должна начинаться история большой и настоящей любви? Мне всегда казалось, что судьба обязательно ясно даст понять: "Сегодня ты встретишь его". Выделит этот день флажками на карте моего бытия, наставит восклицательных знаков, добавит небывало ярких красок и фантастических ароматов.

В общем, я сразу всё пойму и успею подготовиться к судьбоносному свиданию, чтобы быть во всеоружии и достойно встретиться с суженым, не разочаровать его ни своим внешним видом, ни поведением, ни богатым внутренним миром.

Видимо, именно по этой причине в один из тусклых октябрьских дней я появилась на фудкорте торгово-развлекательного центра, заранее принарядившись в старые джинсы, видавшие виды кроссовки, изрядно поношенную куртку, и собрав свои длинные, тёмно-русые волосы в "конский" хвост посредством аптечной резинки.

Судьба с утра никак мне не маякнула, а день выдался настолько неприглядным и тоскливым, что я не выдержала...

...Меня зовут Екатерина Аркадьевна Чижова, мне двадцать пять лет. В общем и целом, я довольно симпатичная молодая женщина, однако считаю, что природа могла бы постараться получше и быть щедрее, выдавая мне при рождении стартовый набор.

Впрочем, подозреваю, что так считают большинство женщин, даже те, для кого природа ничего не пожалела, и чьи исходные данные намного круче моих.

Первое, что пожалели конкретно для меня, - это рост. Во мне всего сто пятьдесят семь сантиметров в высоту. Второе из того, что я явно недополучила, - формы. Я бы даже сказала, что получила не формы, а их отсутствие.

Наверно, я выглядела бы, как пацан-подросток, если бы в комплекте не были предусмотрены густые тёмные волосы, которые быстро росли. Когда мне приходила в голову блажь собрать их в косу, коса спускалась ниже поясницы.

Кожа у меня такая белая, какая бывает у рыжих, правда, веснушек мало, - они только на носу, зато круглый год. Глаза большие, чуть раскосые, светло-карие; брови и ресницы почти чёрные. Достаточно большой рот, пухлые губы, которые улыбаются суммарно дней триста шестьдесят в году. Просто губы мои складываются как-то так, будто я улыбаюсь; даже тогда, когда мне грустно. Я уверена, что улыбаюсь даже во время сна, потому плохие сновидения никогда ко мне не приходят, боятся меня.

Не скажу, что моё лицо - прям предмет моей гордости, однако, отбросив ложную скромность, следует признать: внешность у меня достаточно яркая. То есть, если кто-то не поленится опустить взгляд чуть -чуть (сантиметров на двадцать) ниже отметки модельного роста, непременно заметит моё лицо, обратит на него внимание и запомнит.

Два года назад я ни шатко ни валко окончила экономический факультет старейшего университета нашего края и с тех пор тружусь в экономическом отделе одного из градообразующих предприятий.

У меня есть парень, Степан, и мы постоянно встречаемся уже в течение полутора лет. До знакомства со Степаном я два года встречалась с однокурсником Павлом. Паша был моей первой любовью, моим первым мужчиной, и я наивно надеялась тогда, что единственным мужчиной. Я была уверена в том, что мы поженимся и будем вместе вечно. Спойлер: какое счастье, что не успели пожениться и тем более, не успели обзавестись детьми!

Поскольку я у Паши тоже была первой, со временем ему вполне предсказуемо захотелось попробовать кого-то ещё. И выбор он остановил не на ком-нибудь, а на моей лучшей подруге. Естественно, меня такое положение вещей в корне не устроило.

Разразился грандиозный скандал (характер у меня при случае может быть довольно вспыльчивым и горячим), и наши с Пашей вечные отношения приказали долго жить. Справедливости ради нужно заметить, что и около моей бывшей лучшей подруги Павел надолго не задержался - отправился в путь-дорогу подобно Колобку. Так до сих пор и катается, весь в прошлогодней хвое, опилках и лесном мху. При таком образе жизни скоро полностью потеряет товарный вид и не вызовет аппетит даже у всеядной Лисы Патрикеевны.

Лучших подруг у меня после того случая нет, - есть только приятельницы и сослуживицы. А тогда, через полгода после разрыва с Павлом, я начала ходить фитнес-центр (форм нет, так хоть подобие скульптуры тела создать), где вскоре познакомилась со Степаном.

Мы со Стёпой не стали бросаться в отношения, как в омут с головой, - подошли к ситуации осознанно и по-умному. Сначала долго просто встречались и присматривались друг к другу. Узнав друг друга, пришли к выводу, что мы на одной волне, и тогда уже в наших отношениях наступил новый, более серьёзный виток.

Я уверена в том, что мы со Степаном очень подходим друг другу, - оба вдумчивые, серьёзные, не терпящие лжи, недомолвок и камней за пазухой. Мы ровесники. Оба являемся сторонниками здорового образа жизни и правильного питания.

Увлечения у нас тоже общие: зимой - катание на лыжах, сноуборде и коньках, летом - пешие путешествия по краю, а также сплавы. У нас общие друзья-единомышленники, общая компания, - тоже взрослые, адекватные люди.

Думаю, что мы со Стёпой, наконец, стои́м на пороге ещё одного нового серьёзного этапа наших отношений: помолвки, и далее - женитьбы.

Конечно, мои родители и бабушка с дедом уже полгода намекают на то, что "не пора ли нам пора", и от намёков всё чаще переходят к прямым заявлениям.

Моя семья полностью приняла Степана, так же, как его родные приняли меня. Все теперь ждут от нас с ним смелых заявлений и решительных шагов. Думаю, скоро дождутся.

Мне почему-то кажется, что сегодняшняя внеурочная командировка Степана напрямую связана с нашими будущими переменами.

Степан занимается логистикой, работает в крупной транспортной компании. Работает, как и я, по будням, а выходные мы стараемся всегда проводить вместе.

Однако сегодня, несмотря на субботу, я скучаю в одиночестве, - Стёпа в командировке. Потому и настроение у меня под стать погоде - серое, невзрачное, беспросветное.

А когда у меня такое настроение, я пользуюсь для его улучшения испытанным способом - нарушаю принципы правильного питания и иду есть фастфуд, а потом отправляюсь в кино. К счастью, плохое настроение у меня бывает нечасто. Можно сказать, очень редко.

Глава вторая

Я так и зависла посреди переполненного холла, во все глаза глядя на Ярослава Николаевича. А он взял меня за руку и быстро повёл куда-то вбок от центрального входа.

- Надолго задерживаться здесь - тоже плохая идея, если вы не планируете, конечно, лицом к лицу встретиться со Степаном, - на ходу быстро говорил шеф.

- Мы не туда идём, Ярослав Николаевич! - я остановилась, как ослик, и попыталась извлечь свою ладонь из крепкой руки Князева.

- Мы идём на парковку. Я счёл ваше молчание зна́ком согласия. Жаль, не могу сейчас вам приказать, как на работе.

- Разве вы не сторонник демократии?

- Смотря в чём, Екатерина Аркадьевна. Мы, видимо, всё же дождёмся здесь Степана и его знакомую?

Я резко взяла с места и едва не повалилась на шефа, который чудом успел подстроиться под мой маневр.

- Скажите хоть, куда вы меня приглашаете?

Он широко шагал, а я семенила рядом, заглядывая в его непроницаемое лицо.

- Согласитесь вы составить мне компанию или нет, - в любом случае мы сейчас отправимся к вам. Либо вы просто останетесь дома, либо соберётесь и поедете со мной. Лично я настаиваю на втором варианте, он в приоритете. Вот по дороге к вам я готов прояснить все вопросы, касающиеся цели путешествия.

- Хорошо, поняла, - я ответила так, как всегда отвечаю Князеву на работе.

- Замечательно. Наконец-то я узнаю́ вас, Екатерина Аркадьевна.

Вскоре мы остановились у серебристого кроссовера, и шеф галантно придержал передо мной переднюю дверь.

Я вдруг очень оробела при мысли о том, что сейчас окажусь с Князевым вдвоём в его машине. Мне, если честно, хотелось бы устроиться на заднем сиденье и притаиться, как мышка, однако у начальника были свои планы.

Руки у меня едва заметно дрожали, и я непозволительно долго возилась с ремнём безопасности. Князев терпеливо ждал. Когда я закончила пристёгиваться и выпрямилась, шеф продолжал молча смотреть на меня.

- Что? - тихо спросила я и почувствовала, как мои щёки заливает румянец.

- Ваш адрес, - невозмутимо пояснил шеф.

Мне стало стыдно просто до жути за свою тупость. Наверно, Ярослав Николаевич опять перестал меня узнавать. Я быстро продиктовала адрес и смущённо отвернулась к окну.

- Я приглашаю вас поехать со мной в гости к моему двоюродному брату, Евгению. Дом Евгения, а точнее, усадьба, находится на окраине ... (шеф назвал большой посёлок городского типа). Евгений, его жена Лариса и их дети живут там круглый год.

- Что вы, Ярослав Николаевич! Безусловно, я вам очень благодарна за приглашение, но я не могу вот так взять и появиться в гостях у ваших родственников, да ещё с ночёвкой. Наверняка у вас там будет семейное торжество...

- Вы не дослушали меня, Екатерина Аркадьевна, - спокойно возразил Князев, и я совсем смешалась от стыда за свою несдержанность.

- Простите, пожалуйста, Ярослав Николаевич, - пробормотала я.

- Ничего страшного. Так вот. Торжество будет, потому что у Ларисы сегодня день рождения. Ну как торжество? Соберётся небольшая компания; спокойные, адекватные люди в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет. Ни пьянок, ни дебошей там никогда не бывает. Шашлык будет, овощи на гриле, рыбу покоптим. Но и это не главное. Я понимаю, что вам сейчас не до веселья, и приглашаю вас по другой причине. У Евгения там нечто вроде фермы, только ферма эта не совсем обычная. Думаю, вам будет интересно. Мне почему-то кажется так.

- А что за ферма? - кажется, шефу удалось-таки заинтриговать меня.

Он понял это и довольно улыбнулся, а глаза его стали хитрыми.

- Только не говорите: "Вот поедете со мной - тогда и увидите всё сами!" - воскликнула вдруг я, вконец потеряв страх.

- Именно это я и собирался сказать, - кивнул Князев и вдруг... рассмеялся.

Я сидела, разинув рот, и ничего не могла с собой поделать. В смысле? Шеф умеет смеяться? Я его улыбающимся-то ни разу за два года работы под его началом не видела. До сегодняшнего дня, разумеется.

- Вы довольно забавно выглядите с открытым ртом, Екатерина Аркадьевна, - продолжал удивлять меня Князев.

Я хотела закрыть рот, но потом вспомнила кое о чём.

- Ярослав Николаевич! - с обидой воскликнула я. - Если вы не расскажете, я никуда не поеду, хоть сколько можете дразниться и интриговать.

- То есть, если расскажу, вы поедете? Так получается, если следовать логике вашего заявления?

- Да поеду я, поеду! - против моей воли ответил мой рот, но было поздно что-либо менять, ведь слово, которое не воробей, уже вылетело и зависло в воздухе между мной и Князевым.

- Вот и замечательно, вы приняли абсолютно правильное решение. Наряжаться не надо; главное, чтобы вы не замёрзли на веранде. Что необычного в ферме? Точнее, это, скорее, приют для отказников. Женя и Лариса заботятся о животных, от которых отказались цирки, частные зоопарки, да и простые граждане, которые переоценили свои возможности, завели редкое или дикое животное, а потом не знают, что с ним делать, не справляются. Многие из этих животных опасные, некоторые агрессивные.

- И вы все... помогаете Евгению и Ларисе? - слова почему-то давались мне очень тяжело. - Я правильно понимаю?

- По мере сил, - кивнул Князев. - В основном, конечно, деньгами и продуктами, потому что часто ездить возможности нет. Когда на работе аврал, то и не во всякие выходные удаётся выбраться.

- А для кого вы везёте фастфуд? Вряд ли животным можно давать такое. Это ведь только мы, люди, едим, да ещё по своей воле и с удовольствием. А вы сказали, что это угощение.

- Это для Фоки. Он очень любит фастфуд.

- Кто такой Фоки?

- Не Фоки, и Фока. Его бывшие хозяева когда-то купили как чистокровного алабая по поддельным документам, привезли откуда-то, а потом, когда всё выяснилось, выбросили. Он скитался по помойкам, в руки не давался никому, - от природы злой был, плюс воспитание. Чудом не напал ни на кого и не попал в отлов. А потом прижился около одного сетевого кафе, и его подкармливали там. Кто-то из работников кафе на Женю и вышел. В посёлке кафе именно этой сети нет, да и у Жени там строго с питанием, вот я и привожу Фоке из города угощение, когда приезжаю. Когда заказываю, прошу, чтобы никакие соусы не добавляли. Вот как-то так. Мне почему-то жалко его, хоть и злющий он, не подпускает к себе.