Нежеланная. Моя навеки

Глава 1

Стоя у окна, я наблюдала за разбушевавшейся стихией. Она будто давала мне знак: ты делаешь ошибку, остановись…

Звуки грозы нарастали. Сначала это был лишь отдалённый ропот. Потом послышались оглушительные раскаты грома…Этот хаос был отражением того, что творилось в моей душе.

Стук в дверь прервал мои размышления.

— Войдите, — я почувствовала на себе его цепкий, властный взгляд. Сильная энергетика этого мужчины пугала и заставляла оцепенеть.

Обернувшись, я поймала себя на мысли, что Рубальский был хорош собой. Высокий, статный, мужественный. Седина на его висках не старила его, а лишь добавляла благородства.

Общее впечатление портил взгляд: холодный, самоуверенный, требовательный.

Он мог бы выбрать любую. Ту, что смотрела бы на него с обожанием, дрожала от прикосновения и дарила любовь. Но он выбрал меня.

А у меня не было выбора.

Я заметила в руках жениха небольшую бархатную коробочку.

— Что это?

— Фамильное украшение, ожерелье Лидии, — ответил Рубальский. — Завтра наша свадьба, и я хочу, чтобы ты его надела.

Внутри коробочки на чёрном бархате лежало массивное украшение из платины, усыпанное бриллиантами. Центральный камень размером с миндальный орех.

Станислав подошёл ко мне ближе, но я инстинктивно отшатнулась. — В чём дело? Ожерелье тебе не нравится?

— Нравится, — выдохнула я, отводя взгляд. — Просто оно не совсем в моём стиле…И ещё… Это ожерелье твоей жены. Покойной. И я не думаю, что…

— Это ожерелье не моей покойной жены, — поправил он, — Драгоценность носят все женщины нашей семьи. Раньше оно принадлежало моей бабушке, потом матери. После перешло к Лидии. Завтра ты станешь моей женой, и украшение станет твоим.

Он подошёл вплотную, властно откинул мои волосы в сторону и надел ожерелье. От прикосновения холодного металла к коже я вздрогнула, и чтобы справиться с нарастающим волнением, слегка прикрыла глаза.

Ожерелье обвило шею, как удавка. — Тебе очень идёт, — довольно улыбнулся Станислав, разглядывая меня, как коллекционный экспонат. — Посмотри сама, — его рука легла на мою спину, направляя к высокому зеркалу в позолоченной раме.

Я смотрела на своё отражение и чувствовала, как внутри поднимается беспомощная, бессловесная ярость. Хотелось вопить во всё горло, скинуть с шеи этот аркан, оттолкнуть нелюбимого и убежать прочь. Но это было невозможно.

— В чём дело? Что-то не так? — по лицу Рубальского пробежала тень.

— Ты уверен, что, — я сглотнула ком, подступивший к горлу. — Эта свадьба так необходима? — наконец, сказала я.

— Необходима, — ответил он без тени колебаний. — А почему ты спрашиваешь? Забыла наш договор?

— Не забыла, — прошептала я. — Просто… Ты же не любишь меня. И о моих чувствах ты знаешь. Тогда зачем я тебе, скажи?! — последняя фраза вырвалась с надрывом.

Глава 2

Рубальский резко отошёл от меня. — Рада, ты ещё слишком молода и не понимаешь, что брак и чувства — это разные вещи, — чётко произнёс он. — И я хочу тебе напомнить, что ты сама пришла ко мне, попросила о помощи. Я выполнил твою просьбу, сделал всё, что мог. Теперь твой черёд исполнять обещание.

Он был прав, и от этого мне стало ещё больнее. — Ты же знаешь, у меня не было выбора. Кроме сестры у меня никого нет… То есть не было, — судорожно сглотнула я образовавшийся в горле ком.

Слёзы рвались наружу. И чтобы немного отвлечься, я подошла к окну. Но вид разбушевавшейся стихии не успокаивал меня. Почерневшее небо, удары молний, оглушительный треск, вой ветра… Этот хаос не утихал, а лишь нарастал…

— Твоя сестра всё же не выжила… Я сожалею, — в его голосе не было искреннего сочувствия, или Рубальский тщательно пытался скрывать истинные чувства, — Но я сделал всё, что мог… То, что от меня зависело. И теперь ты должна стать моей женой. Это не обсуждается. Свадьба завтра, ляг спать пораньше, ты должна хорошо выглядеть, — произнёс он тоном, не терпящим возражений.

Прислушиваясь к удаляющимся шагам, я потянулась к застёжке украшения. Повернулась к зеркалу, пытаясь увидеть, что у меня за спиной. Потом дёрнула сильнее, почувствовав, как металл впивался в кожу. Глубоко вздохнув, я вновь пробежалась пальцами по ободу застёжки, нащупывая малейшую неровность. И тогда, под подушечкой указательного пальца, я почувствовала едва заметный механизм — крошечный, скрытый декоративным завитком.

Я с облегчением стянула с шеи дорогую безделушку и отбросила её в сторону с таким отвращением, будто это было нечто отвратительно и опасное. Ожерелье упало на пол, легонько звякнув камнями о пол.

Я подняла его и, вертя в руках, заметила едва заметное углубление, напоминающее миниатюрную крышечку. Ногтем я подцепила край этой крышки, открыв потайной отсек. Внутри лежала полоска бумаги, свёрнутая в трубочку.

Это была старая, пожелтевшая от времени фотография. Развернув снимок, я слегка разгладила его рукой и обомлела. На меня смотрела молодая женщина, лет на пять старше меня, с волосами, убранными в элегантную причёску. Большие глаза, выразительный взгляд, пухлые губы… Она смотрела куда-то в сторону, будто застигнутая врасплох объективом, и её губы были плотно сжаты.

По спине прокатилась ледяная волна — мы были похожи, как сестры. Тот же разрез глаз, та же линия скул, форма губ. Она была чуть старше, в её взгляде была усталость, которой ещё нет у меня, но сходство было поразительным.

Лидия Рубальская… Когда она умерла, ей не было и сорока.

За всё время моего пребывания в особняке миллиардера я ни разу не видела её портрета. Ни одежды, ни безделушек. НИЧЕГО. Ощущение, что вдовец просто стёр покойную жену.

Дорогие читатели, добро пожаловать в мою новую историю!

Книга является участником нашего литмоба "Цена любви": https://litnet.com/shrt/h8id

Глава 3

Послышались звуки подъезжающего автомобиля. Я встала с кровати и подошла к окну, и увидела, как в ворота въезжала тёмная иномарка. Из машины вышел мужчина, но рассмотреть его из-за непогоды я не смогла.

В дверь снова постучали. — Станислав Евгеньевич просит вас спуститься в столовую, — доложила домработница.

— Но я же сказала, что не буду ужинать. Нет аппетита, — отозвалась я.

— Он настаивает. Приехал его сын, — пояснила она.

— Хорошо. Передай, что я сейчас спущусь, — я нехотя подошла к зеркалу и поправила причёску. Меньше всего мне хотелось сейчас с кем-то знакомиться. Тем более с его сыном — избалованным мажором, прожигающим жизнь на деньги богатого отца.

Я быстро провела руками по волосам, пытаясь пригладить непослушные пряди. Я слышала про существование отпрыска Рубальского, но ни разу не видела его. Станислав говорил, что сын живёт заграницей…

Спускаясь по широкой лестнице, я слышала приглушённые голоса из столовой. Толкнула тяжёлую дубовую дверь. Первое, что я увидела — уставленный фарфором и хрусталём стол, в центре которого сидел моя будущий супруг. Рядом суетилась домработница. Мажора в столовой не было.

— Садись за стол, Рада. Ты заставила себя ждать, — скользнул по мне требовательным взглядом.

— Я же говорила, что не хочу ужинать.

— Но приехал мой сын, я хочу вас познакомить. Он подойдёт, приводит себя в порядок после дороги, — Рубальский махнул рукой, указывая на стул рядом. — Рада, не стой как столб, садись, выпей вина.

Я нехотя подчинилась. В этот момент за спиной послышались уверенные шаги. Я обернулась к двери и словно остолбенела. Хрустальный бокал выскользнул из моих ослабевших пальцев и полетел вниз. Послышался звон…Бордовое вино растеклось по светлому дереву уродливой кляксой и забрызгало подол моего платья.

Я невольно опустила голову, считывая, как бешено колотится моё сердце. — Рада, в чём дело? Ты на себя непохожа, — склонился надо мной жених. В его голосе было больше раздражения, чем беспокойства.

— Всё хорошо, — поднимаю глаза и сталкиваюсь с требовательным взглядом, — Просто голова закружилась, сейчас пройдёт.

Домработница, присев на корточки, ловко собирали осколки бокала. Потом она принялась за пятно… А я, как заворожённая, наблюдала за её действиями и вдруг почувствовала на себе пронзительный взгляд. В глазах сына Станислава Рубальского бушевала настоящая буря: шок, смятение и какое-то ошеломлённое узнавание. Казалось, он не верил собственным глазам. Его губы слегка приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но не мог.

— Рада, это мой сын — Евгений. Можешь звать его Женей, вы же почти одного возраста, — мой жених, казалось, не замечал того, что творится в столовой. — Вернулся, наконец, домой, устал от заграницы. Отлично… Дома лучше.

Потом взял мою руку и с улыбкой посмотрел на отпрыска: — А это моя невеста Рада. Красивая, правда? — спросил он. В его словах не было нежности, теплоты или любви. Это скорее демонстрация выгодного приобретения. Так хвастаются люди, купившие дорогую вещь.

Евгений медленно перевёл взгляд с отца на меня. — Красивая, — выдохнул он, и на его лице на мгновение заиграл лёгкий румянец, — Только кого-то мне напоминает. Ты не находишь? — вопрос прозвучал, как вызов.

Глава 4

Сжав в руке салфетку, я попыталась почистить платье от пятен. Но вино впиталось в ткань, и от трения только становилось больше. — Извините, мне нужно привести себя в порядок, — выдохнула она, вставая из-за стола. Я стремительно направилась к двери, стараясь не обращать внимания на взгляды мужчин.

Вода смешивалась с вином, стекала по ткани, оставляя розовые разводы. Я тёрла, снова тёрла — всё напрасно. Проще надеть новое…Решительно выключив кран, я вытерла руки о полотенце, вышла из уборной и застыла на месте. В коридоре стоял сын Рубальского. Мужчина, которого я старалась забыть целый год…

Он стоял в полумраке, прислонившись к стене, и молча, неотрывно смотрел на меня. Взгляд был изучающим, тяжёлым, полный немного обвинения.

— Ты что-то хотел?— пробормотала я, направляясь в столовую.

— Ты и мой отец… Серьёзно? Не думал, что ты такая. Одна из них.

Я резко обернулась. — Одна из каких? — мне отчаянно, до слёз, хотелось провалиться сквозь землю. Исчезнуть.

— Неважно. Тебе ведь плевать на моё мнение. И вообще, на всё плевать… раз ты с ним, — произнёс он с презрением, — Ты ведь его не любишь. Ну… Признайся. Да зачем признаваться, это ведь очевидно. Он богатый и просто купил тебя, как красивую куклу, — это было как плевок в душу.

Я подскочила к нему и, забыв, что нас могут услышать, крикнула: — Как ты смеешь судить меня?! Что ты вообще обо мне знаешь?! Ты… ты ничего не понимаешь!

Сын Рубальского молниеносно схватил меня за руку и рывком притянул к себе. От неожиданности я вскрикнула, но не сделала ничего, чтобы вырваться. — Ты права, я о тебе ничего не знаю… Но не забыл, что у нас было, — его дыхание обжигало кожу, а слова разрывали душу, — Я думал … А ты просто взяла и исчезла, не сказала ни слова. А теперь я вижу тебя здесь. Ты выходишь за моего отца, — он говорил быстро, не делая пауз, будто боялся что-то упустить. Или долго ждал, чтобы сказать мне это, — Скажи, если бы я тогда сказал тебе правду, ты бы осталась со мной?

— Женя, не надо… Сейчас это уже не важно, — отчаяние разрывало меня изнутри. Ничего было не изменить, не вернуть…

— Для меня важно… Скажи… Ответь, если бы я не соврал тебе про бедных родителей, — сбивчиво бормотал он, — Сказал, что я сынок крупного бизнесмена, ты бы осталась со мной?

— Мне надо идти, перестань. Это всё в прошлом, — я зажмурилась, чувствуя, как подступают слёзы. — Я выхожу за Станислава, потому что у меня не было выбора.

— У тебя был выбор — остаться со мной, — крикнул он с ненавистью и болью, — Но тебе не нужен был нищий, и ты нашла богатенького папика. Всё с тобой ясно, Рада. Ты расчётливая стерва! Ты как все вокруг.

— Ты ничего не понимаешь!— я попыталась возразить, найти слова, которые разобьют чудовищную картину, которую Женя нарисовал в голове. Но он не дал мне этого сделать. Он прижал меня к стене, и, не говоря ни слова, прижался к моим губам. Поцелуй был властным, полным не высказанной отчаяния и боли.

НЕЛЮБИМАЯ. ВТОРОЙ НЕ СТАНУ

Глава 5

Я закрыла глаза и на долю секунды мир, будто перестал существовать. Всё было как раньше: вкус его губ, дрожь по всему телу, волна нежности…Переносясь в прошлое, я невольно ответила на поцелуй, и вдруг болезненный щелчок. Ощущение, словно внутри меня лопнула натянутая струна. Я оттолкнула Женю с силой, о которой не подозревала.

— Стой, где стоишь! Не подходи! — прошептала я, вытянув вперёд руку, пытаясь создать между нами невидимую преграду. — Завтра у меня свадьба. Отменить её я не могу. Я обязана выполнить обещание, — как бы я ни заставляла себя говорить твёрдо и решительно, мой голос дрожал.

Быстро поправив причёску, я направилась обратно в столовую. Старалась идти ровно, но от волнения ноги будто подкашивались.

В голове стучала одна мысль: «А вдруг Станислав что-то услышал? Вдруг догадался?». Эта мысль ныла внутри меня, пока я шла к столу и садилась рядом с ним. А потом пришла другое — сладкое и предательское. «А что, если Рубальский узнает о нас с Женей? Он отменит, ведь ему не нужна бракованная, ненадёжная жена». Но я тут же отогнала от себя эти мысли. Это подло и несвойственно моей натуре. Я сама пришла к Станиславу и попросила о помощи и не могу поступить с ним так некрасиво.

Эти мысли терзали меня, не давая покоя. А вот Станислав был абсолютно спокоен. Он ел свой ужин с педантичностью, которая меня всегда немного раздражала. Тщательно прожёвывал каждый кусок, сосредоточенно, словно выполняя сложную и очень важную работу. Отрезал очередной кусок мяса, и лезвие ножа скользило по тарелке с тихим скрежетом, и отправлял его в рот…

— Почему так долго? Ты переодевалась, что ли? — спросил он, вдруг обратив на меня внимание. Бросил взгляд на платье, заметил старые пятна от вина и добавил: Смотрю, ты в старом платье… Рада, надо быть аккуратнее. Попей успокоительное, в конце концов… На свадьбе ты должна быть безупречна, — он снова взял нож и вилку. Лезвие вонзилось в стейк, и из разреза начала сочиться кровь.

В проёме двери показался сын моего жениха. Он остановился, на мгновение замер, словно оценивая обстановку, а затем произнёс: — Прошу меня извинить, но я пошёл спать. Устал с дороги, глаза закрываются.

— Конечно, иди отдыхай, — бросил ему вслед отец, наконец, оторвавшись от стейка.

Я невольно проследила взглядом за Женей — как он, стараясь не смотреть на меня, развернулся и скрылся за дверью.

Пытаясь унять волнение, я сжала в руке салфетку. А Рубальский, насытившись, отодвинул от себя тарелку и аккуратно промокнул салфеткой губы. Потом повернулся ко мне: — Ты бледная. С тобой всё в порядке? Может, сто́ит прилечь?

— Я люблю твоего сына, а он любит меня! Я не хочу за тебя замуж. Отпусти меня! — я с трудом сдержала в себе эти слова. Они рвались из меня, хотели хлынуть потоком, как прорывает плотину после долгих дождей.

Но Станислав услышал от меня следующее: — Всё хорошо, просто нервничаю перед свадьбой. Всё-таки в первый раз замуж выхожу, — я заставила себя улыбнуться, и эта улыбка получилась натянутой и неестественной.

Глава 6

День свадьбы

Роскошный зал полон элиты. Напротив меня сидели политики, бизнесмены, деловые партнёры мужа и их безупречные супруги: с идеальным макияжем и драгоценностями стоимостью целое состояние. Справа с видом королевы сидела моя свекровь, а дальше — многочисленная родня: тёти, дяди, двоюродные братья и сёстры, которых Рубальский, кажется, не видел много лет и пригласил из вежливости.

Ресторан утопал в цветах: белые пионы, красные розы, фиолетовые орхидеи. Их сладкий аромат смешивался с запахами изысканных блюд. Гул оживлённых разговоров, смех, звон бокалов сливались в один оглушительный фон, от которого у меня звенело в ушах.

Вышколенные официанты с дежурными улыбками разносили деликатесы: фуа-гра, устрицы, трюфели… Кто-то из гостей поднялся с тостом за наше счастье… Аплодисменты, опустошённые бокалы — и так по кругу.

Теперь я официальная жена крупного бизнесмена Станислава Рубальского… Сидя в центре этого сверкающего, шумного зала, я чувствовала себя невероятно одинокой.

Жени не было среди гостей. Не пришёл он и в Загс на регистрацию…Это одновременно радовало и печалило меня. «Лучше бы он уехал подальше и не сводил бы меня с ума», — думала я, и сердце разрывалось от этих мыслей.

И в этот момент я его увидела. Женя зашёл в ресторан с огромной нарядной коробкой в руках. Меня с мужем трудно было не заменить — мы сидели в центре зала. На мне белоснежное платье, фата. Классическая, идеальная невеста, похожая на фигурку со свадебного торта…

Сердце сначала замерло, а потом начало биться часто-часто. Я почувствовала, как к глазам подступают непрошеные слёзы…

Только не сейчас, только не при всех. Я должна быть идеальна.

Чтобы унять внутреннюю дрожь, я машинально поправила фату и разгладила складки платья. Сделала глубокий вдох, расправила плечи и заставила себя приветливо улыбнуться.

Женя подошёл ближе. Я заметила, как он нервно сглотнул, прежде чем заговорить. — Извините, в Загс не смог приехать… Срочные дела, — взволнованно говорил он, избегая моего взгляда. Ему было легче смотреть на отца, чем на меня… — Поздравляю вас — протянув мне подарок, он искренне улыбнулся, — с днём свадьбы, — голос Жени дрогнул.

Я протянула руки, принимая подарок. Наши руки слегка соприкоснулись, и это мимолётное прикосновение обожгло меня.

Раздался характерный стук — кто-то из гостей стучал вилкой по бокалу. «Горько! Горько!» — подхватили остальные гости, требуя поцелуев. Рубальский с готовностью поднялся из-за стола и властно притянул меня к себе. Я невольно оглянулась. Сын моего мужа стоял чуть поодаль и, сжимая кулаки, смотрел на нас. В его взгляде было столько возмущения и боли, мне стало почти физически плохо.

Чтобы не видеть всего этого, я закрыла глаза, и в ту же секунду ощутила, как губы мужа коснулись моих. Муж целовал настойчиво, уверенно, по-хозяйски. А от воплей, которые раздавались вокруг, хотелось убежать…

«Горько! Горько! Раз, два, три… десять!»

«Вот это любовь!»

Дорогие читатели!

Представляю вам ещё одну книгу из нашего моба “Цена любви”: https://litnet.com/shrt/kdrQ

Глава 7

Через несколько часов

В душе теплилась надежда, что Рубальский наиграется мной и отпустит. Когда я просила помочь сестре, то не думала о себе, и толком не понимала, на что подписываюсь. А сейчас, когда Станислав, стоя рядом, планировал продуктивную брачную ночь, я поняла, что натворила.

Нервы были на пределе… Каждый звук воспринимался иначе, приобретая новый, зловещий смысл. Тиканье старинных, напольных часов в холле звучало как приговор — чёткое, неумолимое «тик-так, тик-так». Такое чувство, будто невидимый механизм отсчитывал последние мгновения моей свободы…Я старалась дышать ровно, и ничем не показывать своего состояния, но, чёрт возьми, как это сложно.

За окном шумел ветер. Слышались стоны деревьев и какой-то скрежет… В доме пахло воском. «Наверное, домработница зачем-то зажигала свечи», — подумала я.

Рубальский подошёл ко мне ближе. — Я иду в спальню, — его взгляд скользнул по моему лицу и задержался на губах, потом опустился ниже. Он не торопился говорить, наслаждаясь моей беспомощностью. Он словно впитывал мой страх, питался им, — Приму душ и буду ждать тебя в постели. Теперь мы будем спать в одной комнате. Мне нужны дети.

От этих слов меня чуть не вывернуло наизнанку. Я хотела детей, но не от этого человека. Хотела родить от любимого, а не стать инструментом для продолжения рода.

— Конечно, — тихо ответила я, потупив взгляд, — Мне тоже нужно в душ.

Мужу импонировала моя покорность. Он довольно улыбнулся и пошёл к лестнице. Высокий, мужественный, со спортивной фигурой… Совсем ещё не старый мужчина, к тому же богатый. На моём месте любая с радостью побежала бы за ним, приняла вместе душ, поддалась обаянию силы и власти. Но мне было плохо от одной только мысли, что этот мужчина меня коснётся. Даже его поцелуи были неприятны, а сегодня мне предстояла интимная близость.

Из головы не выходил Женя. На моей свадьбе он танцевал с блондинкой несколько танцев подряд. Казалось, что он делал это назло, чтобы наказать меня за нелепый выбор.

Зайдя в ванную комнату, я включила воду, а потом долго стояла перед зеркалом, задумчиво глядя на своё отражение. Бледное лицо, взгляд, полный отчаяния… Наконец, я заставила себя раздеться и принять душ.

Я сознательно тянула время: долго мылась, выбирала подходящий наряд, одевалась. Теперь на мне была красивая сорочка белоснежного, девственного цвета, и пеньюар в тон. Под сорочкой тонкое, кружевное бельё.

Подходя к спальне мужа, я страстно мечтала, чтобы уснул, освободив меня от супружеских обязанностей. Но как только я переступила порог его комнаты, то услышала требовательный голос: — Рада, иди сюда. Как ты долго, я уже устал ждать. Если надеялась, что я усну, то зря. Я много не пил, и временя не позднее. Так что я готов заниматься любовью всю ночь… Иди же в кровать, я не кусаюсь.

Я послушно опустилась в кровать рядом с Рубальским, и тут же почувствовала его горячее дыхание. Станислав приподнялся на локте и склонился надо мной. — Ну же расслабься. Что ты такая напряжённая? Ты же не девственница. Просто доверься мне… Всё будет хорошо, — голос мужа звучал чуть мягче, но в нём по-прежнему не было душевной теплоты.

Мой фиктивный жених. Будешь моей, соседка!

Читать книгу: https://litnet.com/shrt/xbqm

Глава 8

Поцелуи Рубальского длились целую вечность. Он не спешил оставить меня в покое и будто скреплял этим нашу сделку…

Меня трясло от мысли, что муж с таким же рвением ринется исполнять супружеский долг. Сегодня наша первая брачная ночь, и он её вряд ли пропустит. Хотя я была благодарна Станиславу, что он не тронул меня до свадьбы, и дал возможность хоть как-то свыкнуться с будущим.

Наконец, гости потеряли к нам интерес, и я с облегчением опустилась на стул. Всё тело дрожало от тревоги и отчаяния…— Рада, я вижу, ты ничего не ешь, — заметил муж, — Советую попробовать салат с устрицами и трюфелями. Он очень вкусный и увеличивает сексуальное желание.

— Не люблю морепродукты… Вообще, вряд ли мне это нужно, — мои пальцы судорожно сжали льняную салфетку.

— Думаешь, не нужно? Сегодня брачная ночь… Я уже съел порцию. Не забывай, я хочу от тебя детей, а для этого нужно заниматься сексом, — он сказал это так буднично, будто речь шла о каком-то техническом процессе, а не о близости между мужчиной и женщиной. Для него этот процесс лишён эмоций и чувств…

«Если Рубальский хотя бы любил и желал меня», — пронеслось у меня в голове, «Возможно, так терпеть этот брак было не так ужасно. Но я для него лишь красивая кукла и инкубатор для воспроизведения потомства».

— Ешь, — он взял тарелку и положил на неё щедрую порцию «возбуждающего» салата, — Дорогая, я настаиваю.

Я нехотя начала ковырять вилкой блюдо, чувствуя, как к горлу подступает ком. Вилка звякнула о тарелку, и я едва сдержалась, чтобы не кинуть её подальше.

Один мимолётный взгляд на танцпол выкинул из головы все мысли о предстоящей близости с нелюбимым мужем. Женя танцевал с ослепительной блондинкой медленный танец. Девушка словно сошла с обложки глянцевого журнала: высокая, с точёной фигурой, с длинными волосами, уложенными мягкими волнами. Её движения были плавными и соблазнительными — она слегка отстранялась от Жени, а в следующий момент прижималась к нему. Игриво заглядывала ему в глаза, смеялась, запрокидывая голову. В каждом жесте уверенность в собственной неотразимости.

А сын Рубальского, обычно сдержанный и серьёзный, сейчас выглядел непривычно расслабленным. Он улыбался и смотрел на партнёршу по танцу с явным интересом. Когда он наклонился к девушке, чтобы шепнуть что-то на ухо, я резко отвернулась.

От ревности перехватывало дыхание… Я машинально сжала край скатерти, сминая плотную ткань, потом потянулась к бокалу с шампанским. Поднесла к губам и тут же поставила обратно.

— Что-то ты бледная, — голос мужа прервал поток моих мыслей, — Может, тебе подышать свежим воздухом?

— Нет, всё в порядке, — я осознала, что слишком долго сижу, уставившись в одну точку, — Просто устала немного.

Рубальский прищурился, изучая меня и словно решая, верить моим словам или нет. Его взгляд скользнул по моему лицу, потом опустился ниже, к груди. — Понимаю, — произнёс он, — Но впереди целый вечер и… Ночь. Нам предстоит многое, — сделал паузу, многозначительно выделив последнее слово, — Тебе надо собраться, Рада. Ешь салат, он придаст сил.

Устрицы в кремовом соусе, трюфельные слайсы… Теперь всё это казалось мне отвратительным и почти ядовитым. Я взяла вилку, заставила себя подцепить кусочек блюда, но не смогла отправить еду в рот.

Дорогие читатели!

Представляю вам еще одну книгу из нашего моба “Цена любви”

Остросюжетный любовный роман “Невеста Волка” (18+)

Глава 9

Каждое слово нелюбимого мужа отзывалось во мне разъедающей, словно кислота душевной болью. — Я постараюсь, — прошептала я, — Просто я волнуюсь…

Станислав усмехнулся и начал скользить пальцами по шее, спине, груди. По коже мурашки отвращения. Я вздрогнула, и он это заметил.

— Ну, ну, — он слегка сжал моё запястье, — Не надо бояться, Рада, ты же теперь моя жена. Соберись, я хочу, чтобы всё было естественно.

Естественно? Как всё может быть естественным то, от чего меня подташнивает?

Закрыла глаза, пытаясь отстраниться и уйти вглубь себя, представить, что я не здесь и не с ним. Я вспомнила лицо Жени: его улыбку, любящий взгляд, ласки и то, с какой страстью откликалась на них.

Отчасти это помогло — руки Рубальского скользили по мне, но я почти не чувствовала их. Он что-то говорил, успокаивал, убеждал, поощрял… Кивала, когда нужно, отвечала невпопад, изо всех стараясь не выдавать то, что на самом деле творилось у меня в душе.

Но он заметил.

— Ты невыносима, — произнёс он с раздражением, будто я была капризным, непослушным ребёнком, который мешает чему-то взрослому и важному, — Неужели так сложно, просто изобразить удовольствие? Я не требую от тебя любви, только элементарной женской ласки.

Слова Станислава ударили меня, словно пощёчина. Я открыла глаза и встретилась с его холодным, требовательным взглядом. — Прости, — бормотала я, еле сдерживая рвущиеся наружу слёзы, — Постараюсь…

— Вот и славно, — он снова склонился надо мной, и его движения стали грубее и нетерпеливее, — Давай только без театральных вздохов. Просто расслабься и делай, что я говорю.

И удовлетворённый моей покорностью, муж продолжил изводить меня. Я до боли впилась ногтями себе в руку. Физическая боль немного отвлекла меня от душевной агонии.

Станислав действовал методично, словно выполняя некую задачу. Не мешал мне мысленно быть с его сыном...

Наконец, удовлетворённо выдохнув, он отстранился от меня. Отвернулся к стене и через минуту уснул.

А я неподвижно лежала, прислушиваясь к дыханию Рубальского. Оно было ровным и… чужим.

Вызывал отвращение и его запах: мужской пот, смешанный с древесными нотками дорогого парфюма…

Осторожно, чтобы не разбудить Станислава, я повернулась на бок и попыталась уснуть. Но сколько бы я ни пыталась, ничего не получалось, и я тихонько выскользнула из-под одеяла. Муж пробормотал во сне что-то бессвязное и перевернулся на спину.

Зайдя в столовую, я подошла к столу и налила в стакан воду из графина. Потом достала из морозилки лёд и бросила пару кубиков в стакан. И в этот момент за спиной раздались чьи-то шаги. — Не спится? — услышала я знакомый мужской голос.

Резко обернулась — передо мной стоял Женя.

— Да, не спится, спустилась попить воды, — пролепетала я, — А ты что ты делаешь? — я забыла, что мы с Рубальским не одни в доме, и вышла из спальни в одной прозрачной сорочке. Наряд слишком сексуальный для внезапной встречи с сыном мужа. В нем я чувствовала себя обнажённой.

Моя рекомендация!

Пять лепестков на удачу: https://litnet.com/shrt/OQfV

Бэта Джейн

Глава 10

Воздух в столовой словно наэлектризован. Напряжение было почти материально. Казалось, что протяни я руку, тут же почувствовала бы лёгкое покалывание, как от статического заряда.

По спине пошла волна жара… От чего-то неуловимого: взгляда, дыхания, едва заметного дрожания ресниц.

— Что я здесь делаю? Я в доме своего отца, если ты забыла, — Женя сделал шаг вперёд, сократив расстояние между нами. Смотрел открыто, без смущения, и этот взгляд обжигал меня. Я невольно опустила глаза, чувствуя, как дрожат пальцы, сжимающие стакан.

На мне прозрачная сорочка, едва прикрывающая тело. В этот момент я бы всё отдала, чтобы испариться, словно утренний туман… И в то же время где-то глубоко внутри меня разливалась сладкая, запретная радость: я здесь, рядом с любимым.

— Не забыла, — я поставила стакан и направилась к выходу, — Уже поздно, мне ложиться пора.

Женя стремительно шагнул вперёд, схватил меня за руку и мягко, но настойчиво притянул к себе. — Спешишь? Любимый муж ждёт? — горько усмехнулся, — Мы оба знаем, что ты его не любишь, — этот мужчина был так близко, что я отчётливо слышала его дыхание и чувствовала тепло его тела, — Я постоянно думаю о тебе. Постоянно. И тогда, — заглянул мне в глаза и страстно прошептал, — Скажи, почему ты тогда ушла? Думала, что я бедный? Неужели только из-за этого?

От обиды, сквозившей в голосе любимого, у меня перехватило дыхание. Я задыхалась не от недостатка воздуха, а от нахлынувших чувств…— Нет, — с трудом выговорила я, — Я должна была уехать. У меня были проблемы… Моя сестра серьёзно больна, — слова давались мне с трудом: близость этого человека оглушала и лишала воли, — Мне нужно было достать крупную сумму на её лечение. Срочно.

— А мне ты не могла об этом сказать?! — воскликнул он, — Почему ты промолчала?! Просто молча ушла. Думала, я не пойму? Почему надо было бросать меня. Это же бред!

— Согласна, бред, — шёпотом, — Я была в таком состоянии, что не могла мыслить здраво… Тогда казалось, что это верное решение, — бормотала я, — Пойми, сестра — единственный родной человек, и я была готова на всё, чтобы её спасти. Но сейчас это уже не важно. Она всё равно умерла, и я не смогла ей помочь.

На мгновение Женя, поражённый моим признанием, замер. Потом осторожно обнял, позволяя уткнуться лицом в своё плечо. И я больше не сдерживала слёз — они катились по щекам, оставляя мокрые дорожки…Я подняла глаза, и наши взгляды встретились: в глазах Жени читались боль, нежность и та тоска, которую я долгое время пыталась заглушить в себе.

Он осторожно провёл рукой по моей щеке, и от этого прикосновения по телу прошла волна тепла. Я невольно задержала дыхание, словно боясь спугнуть этот трогательный момент. Всё вокруг перестало существовать: особняк, Рубальский, обязательства. Остался только Женя. Его взгляд, прикосновения, тепло его тела…

Он наклонился ко мне, и я не отстранилась — что-то внутри меня требовало этой близости. Наши губы встретились. Сначала поцелуй был робкий, почти неуловимый, как тихий ветер.

Я закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этом ощущении…

Женя целовал меня осторожно — он будто заново узнавал меня после долгой разлуки. В этом поцелуе не было страсти, сметающей всё на своём пути: только глубокая, щемящая нежность и невысказанная боль.

Дорогие читатели!

Приглашаю вас познакомиться с другой историей литмоба. Книга выходит бесплатно в процессе!

Миранда Шелтон “Нам нельзя. Сын моего жениха”

https://litnet.com/shrt/SKB7