Неидеальная синхронность

Глава 1: Вынужденные союзники

Декабрьский воздух в школе был густым от запаха хвои, корицы и предпраздничной суеты. По коридорам сновали ученики с коробками украшений, из актового доносились взрывы детского смеха — начальные классы репетировали своё.

Лиза стояла у окна на третьем этаже, отгородившись от хаоса плотными наушниками. В наушниках шумела малоизвестная панк-группа, создавая надёжный саундтрек к наблюдению за метелью за стеклом. Она не была одиночкой — просто в такие моменты компания самой себя и громкой музыки была предпочтительнее.

Дверь в кабинет литературы, ставший на время штабом по украшению, с грохотом распахнулась, впустив вихрь холода, пота и неостановимой энергии.

— …и если он не отдаст пас на третьей секунде, я ему лично объясню, как баскетбол работает! — гремел самый громкий голос, принадлежавший высокому парню в чёрной спортивной куртке поверх школьной футболки. Кирилл. Капитан баскетбольной команды. Его тёмные волосы были взъерошены, на скуле краснел свежий след царапины, а в карих глазах светилась привычная, немного наглая уверенность.

За ним гурьбой ввалились ещё трое таких же раскрасневшихся парней. Они возвращались с тренировки и, судя по всему, искали укромный уголок, чтобы перевести дух перед уроками.

Кирилл первым заметил Лизу у окна. Его взгляд скользнул по её наушникам, по лицу, выражавшему желание остаться невидимкой, и по блокноту в её руках — том самом, где она вместо конспектов иногда рисовала странных существ на полях.

— О, — протянул он, и его голос, хрипловатый и самоуверенный, легко перебил шипящий в её ушах панк. — Тихая гавань. Мы ненадолго, не напрягайтесь.

Один из его друзей, Витя, фыркнул. Лиза медленно, с преувеличенным спокойствием, сняла один наушник. Звук гитар стал тише, но не исчез.

— Вся гавань в вашем распоряжении, — сказала она ровным голосом, глядя куда-то в пространство над его плечом. — Только осторожнее с декором. Бумажные снежинки — хрупкие.

Кирилл усмехнулся, широко и открыто. Её ответ, видимо, его позабавил.

— Обещаем бережный уход, — он сделал пару шагов вглубь кабинета, разглядывая гирлянды. — А ты чего тут одна? Готовишься к олимпиаде по созерцанию?

— К олимпиаде по выживанию среди всеобщего новогоднего помешательства, — парировала Лиза, не меняя выражения лица. — Учусь сохранять рассудок. Советую.

В кабинете повисла короткая пауза. Даже его приятели перестали перешёптываться. Кирилл замер, его бровь поползла вверх. Никто, кажется, не ожидал от тихой Лизы из параллельного класса такого отточенного сарказма.

В этот момент в дверном проёме, словно по сценической ремарке, возникла фигура их классной руководительницы, Марины Сергеевны. В её руках был увесистый папка с надписью «НОВОГОДНИЙ СПЕКТАКЛЬ 10-е КЛАССЫ».

— Идеально! — воскликнула она, окидывая взглядом сцену. — Кирилл и Лиза! Вы как раз оба на месте. У меня для вас срочное и важное задание.

Лиза почувствовала, как у неё похолодели кончики пальцев. Кирилл насторожился, как спортсмен перед незнакомым противником.

— Видите ли, — продолжила Марина Сергеевна, водружая папку на ближайший стол, — 10 «Б» вытянул жребий ставить спектакль для всей средней школы. Классику. «Морозко». Но наш режиссёр-доброволец, Соня из вашего класса, сломала ногу, катаясь на тюбинге. Героически, но не вовремя.

Она посмотрела на них поверх очков.

— Кирилл, ты у нас главный организатор и человек с харизмой. Лиза, — её взгляд смягчился, — ты у нас внимательная, ответственная и, как я знаю, у тебя хороший вкус. Вам вдвоём нужно спасти положение. Распределить роли, провести репетиции, организовать реквизит и костюмы. Премьера — через две недели, на последнем актовом дне перед каникулами.

В кабинете воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только доносящимся из наушников Лизы приглушённым вокалом.

— Марина Сергеевна, я… тренировки, сборы, — начал Кирилл, но учительница лишь махнула рукой.

— Уладим с твоим тренером. Это школьное мероприятие в приоритете.

— А я… я не очень… с коллективом… — тихо попыталась отказаться Лиза.

— Идеально научишься, — безжалостно парировала Марина Сергеевна. — Это ваш общий проект. Папка — вам. В ней сценарий, списки, бюджет. Разбирайтесь. Я верю в вас!

Она повернулась и вышла, оставив в воздухе витать дух неотвратимости.

Кирилл и Лиза медленно повернулись друг к другу. Он — с выражением человека, которого только что обязали вести кружок макраме. Она — с лицом, на котором читался ужас перед необходимостью командовать кем-то, кроме собственных мыслей.

Он первым нарушил молчание, ткнув пальцем в папку.

— «Морозко». Серьёзно? Снегурочки, Бабы-Яги… У меня даже младшая сестра на это не ходит.

— Это классика, — автоматически ответила Лиза, всё ещё пытаясь осознать масштаб катастрофы. — В ней заложена…

— …скучятина смертная, — закончил за неё Кирилл. Он вздохнул, почесал затылок. — Ладно. Значит, так. Я — сила, ты — мозг. Я буду гонять лоботрясов на репетициях, ты придумывай, как сделать так, чтобы это не выглядело как агония.

В его тоне не было злобы, только практичный цинизм. Это, как ни странно, немного успокоило Лизу.

— А если «лоботрясы» — это наши же одноклассники? — спросила она, поднимая глаза на него.

Кирилл усмехнулся, и в этот раз в его улыбке промелькнуло что-то откровенное и почти боевое.

— Тогда будет веселее. Они хоть знают, что такое дисциплина? Думаю, нет. Познакомим.

Он взял папку со стола и небрежно протянул её Лизе.

— Держи, мозг. Изучай. Завтра после шестого урока — первая явка. Здесь. Придёшь?

Лиза взяла папку. Она была тяжёлой. Она посмотрела на его ожидающее лицо, на его друзей, которые уже перебрасывались бумажными снежками, на мишуру за окном. И поняла, что пути назад нет.

— Приду, — тихо сказала она. — Но только если вы перестанете кидаться снежинками. Это действительно хрупкий декор.

Кирилл рассмеялся — громко, искренне.

Глава 2: Первая репетиция

Папка «Морозко» пролежала у Лизы на столе весь следующий день, как неразорвавшаяся бомба. Каждый раз, бросая на неё взгляд, она чувствовала лёгкую тошноту. Справиться с текстом — пожалуйста. Но «организовать»? Заставить кого-то что-то делать? Это был уровень навыков, находившийся гдето между квантовой физикой и полётом на Марс.

После шестого урока, отложив наушники в самый дальний карман рюкзака, она с тяжелым сердцем поплелась в кабинет литературы. Издалека доносился гул голосов, который по мере приближения превращался в раскатистый грохот. Дверь была приоткрыта.

— …так, Вась, значит, ты у нас Морозко! Солидный мужик, борода, власть! — гремел голос Кирилла.

Лиза заглянула внутрь. Картина открылась сюрреалистическая. Кирилл стоял на стуле перед разношёрстной толпой одноклассников, размахивая листами сценария. Витя, его друг, с совершенно убитым выражением лица держал в руках какуюто рваную шубу, явленно из школьного театрального чулана. Около пятнадцати человек сидели на партах, стояли у стен, переговаривались и смотрели на это представление с ленивым интересом.

— Я что, Деда Мороза что ли буду играть? — возмущался Витя, тыча пальцем в шубу. — Я в дурацких костюмах не хожу!

— Не ходишь, а теперь будешь! — без тени сомнения парировал Кирилл. — Тренировка характера. Далее! Настенька… Кто у нас тут умеет выглядеть скромно и мило?

Взоры присутствующих, будто по команде, метнулись на Лизу, замершую в дверях. Она почувствовала, как по щекам разливается жар. «Выглядеть скромно» — это было ещё куда ни шло. Но «мило» и «на сцене»? Нет, это перебор.

— Лиза! — Кирилл заметил её, и его лицо озарила улыбка, больше похожая на оскал полководца, увидевшего подкрепление. — Идеально! Ты и будешь нашей Настенькой.

— Я… я режиссёр, — выдавила она, делая шаг в кабинет. Голос звучал тише, чем ей хотелось. — Согласно папке. Я не должна играть.

— Согласно ситуации, — перебил её Кирилл, спрыгивая со стула, — режиссёра у нас пока нет, а главную роль отдавать кому попало нельзя. Ты ответственная. Ты и сыграешь. Пока не найдём замену.

Он подошёл к ней так близко, что она почувствовала запах спортивного геля и свежего пота.

— Правило первое, — сказал он тише, но так, чтобы слышали все. — В этой операция ты не «не должна». Ты «будешь». Поняла?

В его тоне не было злости. Была лишь абсолютная, стальная уверенность в том, что мир устроен именно так, как он сказал. И почемуто эта уверенность не разозлила, а, наоборот, парализовала её волю к сопротивлению.

— Ладно, — прошептала она. — Но только на время.

— На время, — кивнул он, и снова повернулся к залу. — Отлично, двинули дальше! Марфушка… Нужна вредная, капризная…

— О, я! — тут же поднялась Катя, одна из самых активных и громких девушек в классе. — Я умею капризничать, спросите у моей мамы!

Раздался смех. Кирилл одобрительно хлопнул в ладоши.

— Вижу профессионала! Берём. Это будет эпично. Бабу-Ягу…

Он обвёл взглядом аудиторию. Взгляд его упал на высокого, худого парня с философским выражением лица — Артёма, который увлекался историческим фехтованием и был известен своей мрачноватой иронией.

— Артём! Твои навыки владения… чем там ты владеешь?… и общая… э… атмосферность идеально подходят.

Артём поднял глаза от книги, которую читал всё это время.

— Предложу альтернативу, — сказал он сухим голосом. — Я могу отвечать за свет и звук. Сделаю так, что Баба-Яга будет появляться в клубах сухого льда и под тему Звезды Смерти из «Звездных войн». Это будет куда страшнее моего актёрства.

В классе снова засмеялись. Кирилл задумался на секунду.

— Принимается! Ты — наш технарь-злодей. А Бабу-Ягу… Бабу-Ягу сыграю я.

Это заявление повергло всех в лёгкий шок. Кирилл в роли Яги?

— Ты? — не удержалась Лиза. — Почему?

— Потому что это самая весёлая роль, — ответил он, и в его глазах вспыхнули озорные огоньки. — И потому что никто не посмеет сбить меня с текста или рассмеяться не вовремя. Я буду зловещим. И смешным. Идеальный баланс.

Он снова взобрался на стул и хлопнул в ладоши.

— Внимание на меня! Распределение закончено. Первое читка пьесы — сейчас. Все садимся в круг, достаём сценарии, которые наш… режиссёр, — он кивнул на Лизу, — любезно распечатала. Лиза, начинай.

Лиза, всё ещё переживая шок от назначения на главную роль, автоматически полезла в папку и достала стопку листов. Она молча раздала их, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов. Потом села в круг рядом с Кириллом, который уже вовсю строил гримасы, примеряя образ злобной старухи.

Читка началась. Шла тяжело. Витя-Морозко бубнил текст себе под нос. Катя-Марфушка, наоборот, играла так, что слышно было, наверное, в соседней школе. Артём время от времени вставлял замечания вроде: «Здесь, по сюжету, нужен тревожный семпл барабанов». Кирилл читал свою роль с такой зловещей, нарочито гротескной интонацией, что это вызывало приступы смеха.

А Лиза… Лиза, когда дошла очередь до её реплик, говорила так тихо, что Кириллу пришлось к ней наклоняться.

— Эй, Настенька, — сказал он, не выдержав, когда она в пятый раз проглатывала конец фразы. — Ты в лесу, одна, к тебе Морозко-то страшный является. Он тебя заморозить хочет! Ты думаешь, он слухопротезы носит? Давай громче! Со смыслом!

— Я стараюсь, — сквозь зубы прошипела она.

— Не старайся. Делай, — парировал он. — Кричи на весь зал.

Она взглянула на него с удивлением. Он что, издевается? Но лицо Кирилла было совершенно спокойным, без толики издевки.

Следующую свою фразу она произнесла громче. Не кричала, конечно, но голос звучал увереннее.

— Вот так-то лучше, — одобрительно кивнул Кирилл, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение.

Читка закончилась через сорок минут всеобщим хаосом и предложением Кати сразу же начать танцевальные репетиции «под фанк». Кирилл пресёк это на корню.

— Всё! На сегодня свободны! Следующая репетиция — послезавтра. Артём, останься, обсудим спецэффекты. Лиза, — он повернулся к ней, когда класс начал расходиться с грохотом. — Ты… молодец. Для первого раза.