Некуда бежать

Глава один

Капли дождя неустанно били по дереву и послушав эту симфонию часок другой можно впасть в ярость. Погода испортилась ещё вчера вечером и все это время дождь не прекращая выбивал ритм по всем поверхностям.

Где-то вдали слышались обеспокоенные голоса, но понять о чем они кричат было сложно. Складывалось ощущение, будто лежишь под толщей воды , что ни один звук не може т добраться до ушей, неисказившись. Лежащий на земле человек лениво дернулся, будто его не волновали безжалостно бьющие по лицу и всему телу капли дождя. Тело ещё раз двинулось и что-то невнятно промычало, словно к нему вновь вернулись чувства. Толпа обеспокоенно охнула и вновь столпилась вокруг человека, смотря сверху вниз, но по-прежнему никто из них не осмеливался прикоснуться.

Веки человека сомкнулись сильнее и через секунду распахнулись. Взгляд был расфокусированным и все вокруг плыло. Ещё и противный холодный дождь безжалостно хлестал по лицу, мешая рассмотреть окружающую обстановку.

«... Почему я здесь?»

Тело снова издало вымученный стон и один из людей не выдержав, кинулся на помощь.

- Молодая госпожа! Ах, молодая госпожа, почему вы лежите здесь?

Голос принадлежал женщине средних лет. Глаза блуждали туда-сюда, словно исследуя что-то, а на лице застыла гримаса страха. Женщина была одета в обычную светло-серую парчовую одежду, что говорило о ее принадлежности либо к слугам, либо к обычным жителям деревни.

« М... Молодая госпожа?»

Девушка, лежащая на земле, с трудом сфокусировалась на женщине, склонившейся над ней, шумно выдохнула и вновь закрыла глаза. К телу уже начала возвращаться чувствительность и она всем телом ощущала противную мокрую и холодную от дождя одежду. Двигать конечностями было все ещё тяжело, словно они были отлиты из свинца. Ко лбу прилипла выбившаяся прядь и уже порядком начала раздражать девушку. Приложив все усилия и с колоссальным трудом, она раздражённо качнула головой и шумно втянула воздух из-за пронзившей голову боли.

— Ах... Молодая госпожа, скорее поднимайтесь, иначе заболеете! — Женщина спешно подхватила девушку под локоть и попыталась поднять. Тело послушно обмякло в ее объятиях и немного подалось вперёд. Женщина недовольно фыркнула и, качнув головой в сторону других людей в таких же одеждах, вновь заговорила. — И чего вы встали? Особое приглашение нужно? Сейчас же помогите мне с госпожой!

Люди виновато склонили головы и повинуясь приказу принялись помогать.

« Что здесь происходит? Тело будто не мое и совсем не слушается. Разве... Разве я не умерла? »

Продолжала вопрошать девушка, пока слуги бережно тащили ее в дом. Голова все ещё кружилась, а перед глазами стремительно менялся пейзаж, не давая все рассмотреть и сфокусироваться.

Спустя какое-то время зрение перестало шалить и перед глазами предстал красивый в несколько этажей дом. Глядя на него, можно было сразу понять, что это здание принадлежит какой-то богатой и знатной семье. Возле входа толпились люди и переминаясь с ноги на ногу смотрели куда-то вперёд, словно кого-то ждали. Больше всех обеспокоенной выглядела женщина в красных одеждах, расшитых золотом. Волосы были аккуратно собраны в пучок и украшены заколками из яшмы. Хоть она и выглядела беспокойной, а в глазах поселился страх ее все ещё можно было назвать красивой. Алые губы были поджаты, но стоило ей кого-то увидеть уголки в эту же секунду потянулись вверх. Тело немного подалось вперёд, но она не успела сделать и шага, как чья-то сильная рука ее остановила.

— Госпожа! Мы вернулись!

—Ах, Яньлинь-эр! — Крикнула госпожа и спихнув, с себя руку бросилась вперёд. — Моя девочка, что с тобой стряслось? Зачем ты убежала?

Она сразу же заключила в свои объятия девушку и принялась так сжимать, что вытеснила весь воздух из лёгких. Юная госпожа закашлялась и приложив уйму усилий попыталась оттолкнуть от себя назойливую женщину и когда у нее это получилось тело вновь обмякло и повалилось на землю. Госпожа вновь поспешила подхватить свое дитя, но больше так не усердствовала с объятиями.

— Скорее, скорее отнесите ее в дом! — Вновь подала голос женщина и тут же пошла следом

***

«Яньлинь? Неужто я умерла и боги решили дать мне достойную жизнь после смерти? Вот уж действительно благодать.»

Девушка несколько раз усмехнулась довольная собой и повыше натянула одеяло. Все, что она успела понять так это то, что ее зовут Яньлинь и она является молодой госпожой этого поместья. Та женщина в красном видимо ее мать, а тот высокий стройный мужчина в синих одеждах скорее всего ее отец. Его лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах читалось искренне беспокойство и забота. Он не сказал ни слова, лишь коротко кивнул и вскоре спешно ретировался куда-то вглубь дома. Рядом с родителями «Яньлинь» заметила ещё одного одного человека: это был парень лет семнадцати на вид в таких же синих одеждах как и глава семейства. У него были красивые светло-карие глаза, прямой нос и немного пухлые светло-розовые губы, заставшие в ухмылке. Он казался довольно высоким и девушка не смогла понять, кем он ей является. Брат? Или может будущий жених? Но, если честно, юноша не подходил ни под одну из категорий. Когда Яньлинь принесли к дому, парень не высказал ни капли заинтересованности, лишь скучающе окинул взглядом, лениво зевнул и поплелся в дом.

Своего лица девушка ещё не успела увидеть да и не особо горела желанием. Все-таки она была уверена, раз боги даровали ей вторую жизнь, то и внешность должна остаться прежней. Куда больше ей сейчас хотелось лежать в теплой постели и устало наблюдать за дикими плясками свечи. Спустя какое-то время в дверь небрежно постучали и, не дождавшись ответа, резко распахнули.

— Эй, сестричка, не ожидал, что ты и правда убежишь. — Пролепетал юноша, облокотившись о дверной косяк. Весь его вид показывал, что он насмехается, но «Яньлинь» не придала этому значения. Она лишь удостоила его беглым взглядом и вновь вернулась к созерцанию свечи. Ей не хотелось разговаривать да и нужно было какое-то время, чтобы приспособиться к ситуации. В прошлом ей часто приходилось обманывать и придумывать невероятные истории, но сейчас девушка не понимала как себя вести и выбрала отмолчаться, ссылаясь на болезнь и шок.

Глава два.

Утро следующего дня порадовало более хорошей погодой и теплые солнечные лучи заботливо ласкали, сидящих на улице молодых людей. Мэйли до сих пор чувствовала какой-то подвох и все утро не могла отделаться от странных ощущений. Где-то глубоко в груди засело щемящая сердце тревога. Девушка так и не смогла сомкнуть глаз ночью. Погружалась в дрему и через некоторое время просыпалась вся в поту. Как только она закрывала глаза в голове сразу же возникали какие-то тревожные образы, которые она никак не могла разобрать. Переворачивалась на другой бок, старалась проанализировать ситуацию, но все равно чувствовала, что упускает что-то очень важное, какую-то ключевую деталь. Затем снова проваливалась в сон и так по кругу. Фу Мэйли всегда стремилась держать все под контролем, но сейчас когда она не знает подробностей своего «перерождения», девушка начинала паниковать. Вдруг ее чудесное переселение в тело богатой дурочки это часть чьего-то плана? И тогда Мэйли придется платить по долгам. Даже если это произошло против ее воли.

С раннего утра в поместье стояла тишина, что даже слуги забеспокоились и кидали друг на друга вопросительные взгляды. Они незаметно перешептывались, но все же не решались беспокоить господ. Им казалось, что бедная девочка сильно ударилась головой и лишилась ума. Кто-то смотрел на молодую госпожу поместья с сочувствием и жалостью, а некоторые с нескрываемой насмешкой. В любом случае чем тише девчонка, тем меньше у них работы по дому. Обычно каждое утро в доме семьи Цзян начиналось либо с громких криков, либо с ругани. Девочка была слишком эмоциональной и порой, когда эмоции захлестывали ее с головой, она раскидывала вещи и била посуду. Каждая собака в окрестностях поместья знала, что молодая госпожа и единственная горячо любимая дочь хозяина дома никогда не ладила с Сюй Вэньмином, пареньком, которого приютил ее отец несколько лет назад. Они были одного возраста, но никак не могли найти общего языка: Вэньмин постоянно задирал Яньлинь, а та в свою очередь жаловалась родителям по поводу и без. Матери девушке уже совсем не хотелось разбираться в их постоянной ругани, что она уже было решила просто игнорировать этих бестолковых детей. Даже если юная госпожа жаловалась по-настоящему, женщина игнорировала и это, постоянно отмахиваясь и отсылая ее прочь. Слуги давно пустили слух в поместье, что их госпожа не заинтересована в воспитании детей от слова совсем. Что ей было все равно ругается ли ЯньЛинь с Вэньмином или нет. В свою очередь госпожа Цзян уже давно перестала возлагать какие-либо надежды на свою дочь и решила пустить все на самотёк. Сначала она хотела заключить помолвку между Яньлинь и Вэньмином, но оба закатили такую истерику, что женщина уже решила выдать ее замуж за первого встречного и побыстрее отослать из дома. На одну головную боль меньше. Она, конечно же, как и любая мать бесконечно любила свое дитя, но поняв, что ее отпрыск ни на что не годен и совсем не желает выполнять ее волю, совсем разочаровалась.

Но сегодня госпожа Цзян пребывала в своем самом лучшем расположении духа впервые за этот год. В доме в кои-то веке стояла полная тишина, а дети мало того, что сидели в одном помещении, так ещё и не ругались!

«Как радостно в душе!» Подумала та и полюбовавшись на эту картину ещё пару мгновений вспорхнула на кухню, дабы проконтролировать процесс приготовления завтрака. Женщина была бесконечно рада таким резким изменениям во взаимоотношениях Яньлинь и Вэньмина. Если девушка стала более спокойной, то шансы удачно выдать ее замуж заметно возрастают. Женщина рассмеялась своим же мыслям и окрыленная отправилась дальше раздавать приказы прислуге.

Сюй Вэньмин сидел в позе лотоса и изредка косился в сторону девушки. Он также не спал всю ночь, потому что не мог уснуть из-за мыслей о ЯньЛинь. Парня снова передернуло, когда он вновь подумал о девушке. Всю ночь он пытался понять действительно ли кто-то захватил тело молодой госпожи Цзян или же та умело его обманывает.

«Это правда не эта идиотка Яньлинь? Или она просто головой стукнулась?» размышлял парень и нахмурился пуще прежнего. Он все никак не мог принять услышанное и думал, что эта девчонка ломает комедию и пытается его обдурить. Внешность и голос девушки не изменились, но вела она себя совсем по-иному. Родители не успели этого заметить, так как давно перестали обращать внимание на надоедливых детей, а вот юноша не мог не заметить перемен. Всё-таки он доставал ее на протяжении нескольких лет каждый день, без выходных и круглый год.

«Может она наконец перестала строить из себя невинную овечку и решила показать истинную сущность?» Вновь погрузился в свои мысли парень и в этот раз безо всякого стеснения и правил приличия уставился на Яньлинь. Парень даже начал думать, что хитрый злой демон захватил тело несчастной тупицы, чтобы истребить весь род Цзян и Сюй Вэньмина за одно. Та в свою очередь кинула на него безразличный взгляд и вновь вернулась к зеркалу, которое держала в руках.

Зеркало на вид было не совсем дорогим, но довольно изысканным, что не соответствовало положению семьи Цзян. Мэйли уже было успела подумать, что не так уж и любима единственная дочь в этом доме, но Вэньмин успел пояснить девушке, что Яньлинь никогда не любила крутиться перед зеркалом, наносить макияж и примерять одежду. Поэтому родители не особо тратились на свою дочь, а это зеркало вообще досталось ей от бабушки, которое она купила ещё в юности.

Девушка вновь недовольно фыркнула и отложила зеркало. Она не особо понимала, что же случилось и почему она сейчас в этом теле. Мэйли точно помнила, что готовилась принять смерть с гордо поднятой головой, а в итоге проснулась в чужом теле. Ей не хотелось думать о том, что же произошло с душой несчастной Яньлинь и ее настоящим телом. Не то чтобы Фу Мэйли была недовольно своей новой внешностью, а даже наоборот более чем довольна. Юную Яньлинь точно можно было назвать красивой: у нее была бледная и гладкая кожа, словно фарфор, яркие глаза цвета янтаря и чуть пухлые розоватые губы. С уверенностью можно сказать, что это кукольное личико принадлежит юной госпоже. Как успела заметить новая хозяйка тела, молодая госпожа совсем не уделяла внимания своему внешнему виду и предпочитала ничего не делать со своими волосами. У девушки не было какой-либо косметики и большого количества украшений. Однако новая обладательница тела всегда питала слабость к разному роду украшениям и обожала придумывать новые прически, украшая волосы изысканными заколками. Девушка могла сидеть перед зеркалом часами составляя идеальный, безукоризненный образ, который полностью соответствовал ситуациям, в которых находилась Фу. Сама же Мэйли была на несколько лет старше этого тела и никогда не считала себя красивой. Хоть и ее прошлое занятие подразумевало, что человек должен быть красивой наружности, ей никогда никто не уделял знаков внимания, а наоборот все пытались прогнать прочь. Но даже так девушка обзавелась хорошей коллекцией дорогих яшмовых заколок, нефритовых шпилек для волос и дорогой пудреницей, которую очень сильно берегла. Вспомнив все свои украшения, девушка грустно вздохнула, ведь скорее всего все сгорело. Дотла. Особенно жаль ей было пудреницу: подарок одного очень дорогого ей человека.