Несломленная

Пролог

Сегодня было как-то по-особенному тепло. И тепло это было не на градуснике и означало совсем не шкалу по Цельсию. Это было что-то другое, невесомое. Оно буквально витало в воздухе – каждая частичка этого мира вокруг была наполнена этим самым теплом просто до краев. Каждая молекула воздуха прямо таки светилась, наполняя своим светом Арину с головы до ног. Девушка будто в одно мгновение оказалась в параллельной реальности. Там, где все желания исполняются, стоит только загадать. Там, где тебя окружают только добрые люди, которые не желают тебе зла. Там, где тебя ждет самое лучшее, что могло случиться в жизни. И несмотря ни на что, ты ощущает только безграничное счастье.

В один миг мир вокруг Арины словно изменился. В той серости и убогости, что ее окружала, появилось то, что за секунду изменило ее жизнь. То, ради чего теперь стоит жить и бороться, ради чего она снова готова свернуть горы. Как раньше. Когда-то давно.

Сжимая в руках тоненькую полоску, Арина смотрела на нее, не отрываясь, и не верила, что это случилось. Другая бы на ее месте, возможно, впала в депрессию после всего, что с ней произошло. Или чего похуже бы сделала. Но не Арина! Она так давно мечтала о семье, о ребенке, что не могла упустить это шанс. Пусть все неправильно, пусть через боль и чью-то подлость. Но случилось! И Арина была уверена, что это дар божий. А кто она такая, чтобы спорить с всевышним.

Пусть так. Зато теперь у нее есть цель!

И шанс все начать с начала! Забыть все, что было до…. И всех.

И с начала!

Глава 1 Арина

-Завтрак готов! – Я крикнула в холодную пустоту квартиры.

Как всегда. Уже на протяжении последних двух лет, все было «как всегда».

-Чего орешь, как ненормальная? Я не глухой.– Муж, «как всегда» с недовольной гримасой на лице, вошел в кухню и сел напротив меня, в ожидании. – Что на завтрак?

Его хмурое лицо не выражало ничего, кроме раздражения.

«Как всегда» - подумала я, но не стала говорить об этом вслух. Мои слова все равно растворяться в воздухе. «Как всегда».

-Оладьи с вареньем, - равнодушно ответила я. Не потому что хотела ему ответить. Я бы предпочла промолчать. Но просто меня мама учила всегда, что не вежливо оставлять вопрос без ответа. Особенно если этот вопрос адресован тебе.

-Опять? – состроил кислую мину Боря. – Ты уже три дня подряд жаришь оладьи! Никакого разнообразия. Что фантазия закончилась?

-Не фантазия, Борь, - я «как всегда» проигнорировала его претензии, - а деньги. У нас закончились деньги. Зарплата у меня только через неделю. Поэтому и на ужин сегодня вчерашняя гречка с вчера купленными сосисками.

-Гречка? – его глаза сверкнули от злости. Которая, по его мнению, видимо должна была испепелить нерадивую хозяйку и плохую жену адским пламенем справедливости. – А почему бы не сварить что-то другое? У нас, что, нет ничего? Мы что нищие?

-Пока мы еще не нищие, но это время не за горами, - я медленно отпила горячий кофе и макнула оладушек в малиновое варенье.

Спасибо надо сказать моей бабушке, которая снабжала меня домашним провиантом стабильно. Если бы не она и ее помощь, мне пришлось бы хуже. Хотя Борис никогда не воспринимал домашние заготовки всерьез, считая деревенские продукты пережитком прошлого, а мою помощь бабуле на огороде – пустой тратой времени. И высказывал все это довольно часто, стараясь ограничить меня в поездках к бабушке.

Сначала меня возмущало его приторное влияние на меня. А потом я научилась лавировать между мужем и бабулей, искренне считая, что это два самых дорогих и любимых моих человека и я должна сделать все, чтобы им обоим было хорошо. Я очень любила мужа, но бабуля для меня всегда была на первом месте. Но со временем такая тактика стала отнимать слишком много нервов – Боря старался захватить все мое внимание, все чаще говоря, что я не уделяю ему внимание. А бабушка просто хотела, чтобы я была счастлива. Она принимала все мои решения. Она не обижалась, когда я в очередной выходной не могла к ней приехать, а я мучилась угрызениями совести. Боря это прекрасно видел, но лишь еще больше подливал масла в огонь.

Но сейчас я была совершенно спокойна. Время ссор и скандалов ушло. Кто-то однажды мне сказал, так умирает любовь. Возможно это было так. А возможно я просто устала. От постоянного безденежья, от упреков свекрови и недовольства мужа. От его лени и нежелания пошевелить хоть чем-то, чтобы нам было проще жить. Я просто устала тащить все на себе.

А ведь когда-то я его полюбила. Теперь уже и не знаю за что.

-Ты меня теперь попрекать будешь, да? – со злостью прошипел Боря, даже не притрагиваясь к завтраку.

-Я не попрекаю, - я старалась сохранять спокойствие. – Я констатирую, Борь. Если в ближайшее время ты не решишь с работой, мы не сможем позволить себе даже простую еду. Не забывай про коммуналку и кредит на машину. Которую ты, кстати, взял, не посоветовавшись со мной.

-Кредит на машину мне мама помогает платить, так что не ной! И живем мы в ее квартире, если что! – Боря заводился все больше. А я ловила себя на мысли, что меня уже не трогает это.

-И долго мы будем сидеть на шее у твоей мамы? – я встала из-за стола и смотрела не него с усмешкой. – Мы уже не сопливые студенты, Борь. Ты врач! Я почти тоже. В этом году закончится ординатура и я смогу зарабатывать больше. Мне стыдно, что твоя мама нам помогает деньгами. Мы так никогда не накопим на первый взнос и не купим свое жилье.

Я лукавила. Дело было не только в чувстве стыда. Еще было раздражение. Ибо каждый приход свекрови к нам в гости с «помощью» омрачался ее бесконечными упреками и потыканиями. Которые Борис предпочитал не замечать.

-Ты прекрасно знаешь, почему я не работаю! - подскочил он и хлопнул со злостью по столу. К его таким выпадам я уже тоже стала привыкать. – Но при этом постоянно пилишь меня! Хватит! Надоело!

«И мне надоело…» - подумала я, но вслух не произнесла ни слова. Какой смысл? Снова ругань? Ведь и правда надоело.

-Борь, - я шумно выдохнула, чтобы не наговорить глупостей, - прошло почти два года. Ты не первый врач, который с таким сталкивается. И все живут дальше и работают. Может и тебе тоже попробовать?

-И что за крик с утра пораньше? – совершенно ожидаемо в кухне возникла Валентина Ивановна.

Ничего удивительного, учитывая, что это и правда была ее квартира и у нее имелся комплект ключей. Которыми она без стеснения пользовалась, совершенно не считая, что нужно предупреждать молодую пару о своих визитах. Но куда там! Свекровь шастала как к себе домой в любое время и находилась у нас столько, сколько считала нужным.

-И вам доброго утра, Валентина Ивановна, - сохраняя спокойствие, сказала я. – Никакого шума. Просто я в очередной раз пытаюсь донести до вашего сына, что он мужчина и должен предпринять что-то, чтобы наша семья жила нормально.

Глава 2 Арина

Благодаря утрешнему скандалу, я получила возможность уйти из дома пораньше и подышать свежим воздухом перед работой. На улице уже пахло весной, хоть на дворе был еще февраль. Но именно сегодня погода дала небольшую передышку в бесконечном снежном караване и пригрела теплыми лучами солнышка. Снег тут же подтаял, превратившись в грязную жижу на дороге, и ледяной каток на тротуаре. Но даже это не выглядело ужасно. Странно? Возможно. Но ведь так важно уметь радоваться мелочам. А в моей жизни и так сплошные серые будни., что лишь такие мелочи и могут радовать.

Мои зимние кроссовки позволяли мне довольно быстро передвигаться на скользкой дороге. От каблуков я отказалась уже очень давно и кажется безвозвратно. На стильные наряды денег не было, да и наряжаться уже давно попросту некуда. Зато удобные кроссы давали мне фору по зимней дороге. Но сегодня я все равно никуда не торопилась. До начала смены еще есть время и я просто наслаждалась возможностью побыть наедине с собой.

Проходя мимо небольшой кофейни, я обратила внимание на влюбленную парочку у окна. Они были так увлечены друг другом, что совершенно не замечали людей вокруг. Они были определенно счастливы.

И что-то похожее на зависть кольнуло где-то в области сердца…

Я вспомнила нас с Борей в наше первое свидание. В похожей кофейне за столиком у окна. Тогда ласковые лучики летнего солнышка скользили по нашим лицам и мы так же не замечали никого вокруг.

И тогда мы были счастливы. Я была счастлива. Кажется…

Мы познакомились на моей первой серьезной практике в больнице. Он уже был молодым специалистом, начинающим хирургом, а я еще студенткой медицинского института, подающей большие надежды. Меня просто поразила его уверенность в себе и ослепительная улыбка. А еще глаза – они горели. Глядя на него можно было подумать, что этот мужчина моет все. Он как то сразу меня приметил и стал оказывать мне знаки внимания. В тот момент я переживала не лучший период в жизни – мои мама и папа ушли друг за другом с разницей в три месяца. А я просто сгорала от горя. У меня из родных осталась только бабушка, но я все равно чувствовала себя очень одиноко. Наверное, именно поэтому повелась на его заботу и внимание. Мне просто нужно было надежное плечо рядом, поддержка близкого человека, важно было почувствовать, что я кому то нужна. А Борис был очень обаятельным кавалером.

Наши отношения закрутились быстро и очень скоро стали достоянием общественности. Но, Борис и в этот момент повел себя как настоящий мужчина и перед всеми объявил меня своей невестой. Помню, я так обрадовалась – быть просто девушкой это одно, а вот невеста! Это совсем другой уровень. На который мы и перешли сразу после официального объявления нас парой перед коллегами. Боря стал моим первым и единственным мужчиной. Его этот факт так поразил, что он стал относиться ко мне как к хрустальной вазе. Цветы и подарки, ужины в ресторанах, прогулки под луной – все это было великолепно. Я была уверена, что мы сможем создать крепкую счастливую семью.

И, кажется, ошиблась.

Первый звоночек я пропустила, пребывая в эйфории от наших отношений.

Мама Бори, Валентина Ивановна, появилась на пороге его квартиры, совершенно неожиданно для меня. Я для нее в квартире сына тоже оказалась большой неожиданностью. О чем она, в довольно резкой форме мне и доложила. И если бы не вовремя пришедший из магазина Боря, она бы точно спустила меня с лестницы.

Я, конечно, не так представляла себе знакомство с мамой будущего мужа, но случилось, как случилось. Борис заступился за меня в этот раз, объяснил маме, какие между нами отношения и мне показалось, она успокоилась. Узнав о том, что ее сын при всех в больнице объявил о том, что мы жених и невеста, она пришла в ужас. Крик и визг быстро сменился на планирование. Оказалось, ее больше всего интересовало, что ее сын дал обещание перед людьми, нежели его дальнейшая жизнь. Но это я поняла гораздо позже. А тогда даже прониклась уважением к этой женщине, которая пилила своего сына, что он тянет с исполнением данного мне прилюдно обещания.

Так или иначе, я продолжала пребывать в счастливом неведении весь период подготовки к свадьбе. Игнорировала все остальные звоночки: «Милая, это платье очень дорогое, не стоит тратить столько денег на то, то нужно на один день!», «Дорогая, зачем на свадьбе твои сомнительные подруги, ведь потом вы все равно не будете общаться», «Какой медовый месяц, у меня много работы», «Мама говорит, что выездная регистрация - это глупости». И все в таком духе. Но тогда мне казалось это не таким уж и страшным и я находила оправдания его словам и поступкам. Свято верила в то, что он более опытен, раз старше меня почти на пять лет.

Свадьба прошла совершенно не так, как я мечтала. Из гостей с моей стороны была моя бабушка и пара подруг, которых мне удалось отстоять перед семьей мужа с большим трудом. Да и со стороны Бориса были только близкие родственники, хотя и в преимущественном большинстве.

Бабушка подарила нам на свадьбу антикварную икону, но никто не оценил ее подарок. Пока моя уважаемая свекровь не узнала ее цену. И с этого момента началась холодная война. Валентина Ивановна была просто одержима идеей продать ее. Я же всегда считала, что это кощунство и впервые дала жесткий отпор. Так началось наше настоящее противостояние. Которое длится до сих пор… уже несколько лет.

Глава 3 Арина

-Привет, - я, наконец-то, добрела до больницы и на крыльце встретила свою коллегу и по совместительству подругу Катерину, - сегодня тихо?

-Ночью было тихо, - улыбнулась она и обняла меня. – День в ваших руках. Сама как?

Катя была моей лучшей и теперь уже, наверное, единственной подругой. Поэтому она в курсе почти всех моих проблем. Мы учились в разных группах и интернатуру проходили в разных местах. Тесно общаться мы стали, когда попали в ординатуру к одному наставнику. Такое случатся редко, но Иван Сергеевич согласился взять нас обоих. За это время мы сдружились, между нами не было конкуренции. Работы хватало с лихвой. Мы поддерживали друг друга и помогали. Катя была единственным человеком, на плече которого я могла всплакнуть в редкие минуты слабости.

-Да как всегда, - грустно пожала я плечами. – В последнее время это просто девиз моей жизни.

-Так, - Катя быстро взглянула на часы, резко схватила меня за руку и потащила в здание, - пошли в буфет. Время пропустить по чашечке кофе у нас еще есть. Я угощаю! –Тут же подавила она мои вялые возмущения про отсутствие денег.

Через пару минут она уже несла ароматный кофе и булочки к столику.

-Арин, скажи мне, - Катя посмотрела на меня с укором и я поняла, что она сейчас начнет снова меня воспитывать, - что тебе мешает уйти от этого абьюзера и неудачника?

-Кать, - я вертела в руках кружку и не могла поднять глаза. – Ты же знаешь, мне особо некуда идти. Мне в деревню к бабушке сейчас никак. До окончания ординатуры осталось меньше полугода.

-Знаешь, вот я очень сомневаюсь, что ты и потом уйдешь! – перебила она меня. -Придумаешь еще что-нибудь и будешь и дальше чахнуть рядом с этим идиотом. Это уже какой то стокгольмский синдром.

-Перестань, - вяло возмутилась я. - Я не маленькая девочка, чтобы меня вот так воспитывать!

-А ведешь себя как маленькая. Арин, он сидит на твоей шее, выпивая все соки из тебя! Ты же выглядишь как мать десятерых детей! Будто у тебя забот и работы на двадцать четыре часа в сутки. А еще эта его мамаша! Это же сущий дьявол! Они вдвоем тебя просто медленно уничтожают!

-Да все я прекрасно понимаю! – скривилась я. Упоминание о свекрови вызывало ощущения сродни зубной боли. Я отодвинула чашку и посмотрела на нее. Она права во всем. Но разве это так просто? Уйти.

-Ну а раз понимаешь, значит пора что-то с этим делать. Язова, ты отличный врач! Ты самодостаточная личность! Красивая баба, в конце концов! У тебя большое будущее, если ты не угробишь все ради своего Бореньки. Неужели ты его еще любишь?

Я сама не раз задавала себе этот вопрос. Я любила его, да. Тогда. Но сейчас? Не знаю. Может я просто привыкла. Что не одна. Что есть семья. Может это и есть любовь, просто в такой извращенной форме. А может это единственное, на что я могу рассчитывать.

-У нас семья, Кать. Я должна поддерживать мужа. И в горе и в радости как говориться.

-Ну знаешь! – Катя перешла на грубый шепот, - не сильно-то он тебя поддерживает. Какая-то у вас однобокая любовь получается. Или ты ему должна, а он тебе нет? И вообще что за горе такое, которое он переживает уже два года!

-Кать, ну ты же знаешь, что у него на столе мужчина умер, – я решила напомнить ей, хоть и понимала, что это глупо. – Он не может найти работу и …

-А он искал? – снова перебила она меня. – И вообще, он что единственный, у кого умирает пациент? Такое случается, тебе ли не знать.

Катя была права. В мою первую самостоятельную операцию я тоже потеряла пациента. И тоже была на грани нервного срыва. Но тогда меня очень поддержал Иван Сергеевич. Он буквально вырвал меня из цепких лап профессионального самобичевания, не дал мне разочароваться в профессии и в себе.

-Просто ему никто не помог, - пыталась оправдать его я перед Катей. Хотя сама уже давно не верила во все подобные оправдания.

-Бред! –фыркнула Катя. - Он взрослый мужик, хирург со стажем. Просто он слабак и маменькин сынок! А еще вампир, каких поискать. Ты посмотри на себя! Ты до замужества была яркая, уверенная в себе красотка. На тебя такие мужики заглядывались! А сейчас что? Да со своим потухшим взглядом выглядишь лет на сорок! Долго ты еще собираешься тащить на себе этого великовозрастного детину вместе с его сумасшедшей мамашей?

-Перестань, Кать. Я все прекрасно понимаю. Но сейчас уйти я не могу. Вот закончу ординатуру и уеду к бабушке.

-Еще не лучше! – всплеснула руками подруга. - В деревню? С твоим талантом?

-А что в деревне врачи не нужны?

-Да что ты там делать то будешь? Давление мерить и уколы ставить? Ты же хирург!

-И хирурги нужны везде! Тем более, что выбор у меня небольшой. Или тут с Борькой в квартире матери или в деревне в доме любимой бабушки.

-Так, кумушки! – громкий голос нашего наставника заставил нас обоих вздрогнуть. – Работать кто за вас будет? Расселись тут!

Я облегченно выдохнула, благодарив бога за спасение в лице вовремя появившегося начальника. Я не обижалась на подругу, но в последнее время она все чаще и жестче высказывалась по поводу моей жизни. С одной стороны я понимала, что она любит меня и желает мне только добра. Но с другой – я не знала, как реагировать на ее слова. И что делать.

Глава 4 Арина

-Иван Сергеевич, вы уверены? – я стояла в полной амуниции перед входом в операционную и не могла до сих пор поверить в реальность происходящего. – Операция на открытом сердце! Вам нужен более опытный ассистент!

-Хватит ныть, Язова и пошли. Или ты уже стала ставить под сомнение мои решения?

-Нет, что вы, - спорить я не стала. Котов жуть как этого не любил. - Просто я не уверена, что готова к такому! Справлюсь ли?

-Чтобы я больше не слышал от тебя слов неуверенности! Для хорошего хирурга это непозволительная роскошь! С богом!

И я шагнула!

Следом за Котовым. Он бог кардиохирургии. Я уверена в положительном исходе операции, если он взялся за дело. Я всегда с придыханием следила за тем, как он работает. Четко, профессионально, уверено. Он как будто заранее знает все, что может пойти не так и хладнокровно разруливает все внештатные ситуации. Он врач с большой буквы.

Главное мне ему не мешать и не накосячить!

-Язова, очнись! Операция закончена! Ты молодец! – как в тумане слышала я слова Ивана Сергеевича.

А перед глазами до сих пор его уверенные движения и то, как он буквально вытащил мужчину с того света, когда ситуация на секунду вышла из под контроля. Он верил в меня и эта его уверенность, кажется, передалась и мне. Я выполняла его четкие указания быстро и верно, словно делала уже это не раз. Будто таблетку храбрости съела.

Я каждый раз поражалась тому, как уверен в себе этот человек. Он всегда принимает верные решения, спасая чью-то жизнь. Учиться у него – большая удача. Его колоссальный профессиональный и жизненный опыт – это просто кладезь!

-Иван Сергеевич, - мы вышли из операционной и я решила задать вопрос, который меня давно мучил. – Скажите, у вас умирал пациент на операционном столе.

-Да, - спокойно ответил он. – Такое случается с нашим братом. Но ты должна понимать, что смерть больного, не всегда следствие непрофессионализма. Бывает просто поздно. Бывает, что пациенты случайно или намерено, не дают врачам достоверную информацию о себе. Или в дело вступает ее величество судьба.

-В каком смысле? – удивилась я.

-Есть вещи, которые не объясняет наука. Когда сам пациент не верит в хороший исход или не хочет жить, нам врачам остается не много. А иногда самый безнадежный, но цепляющийся за жизнь пациент выздоравливает, сметая все неблагоприятные прогнозы, как помелом. Но ты должна осознать самое главное!

-Что?

-Вера в себя и свои знания – вот что самое важное для любого врача. Уверенность в себе и самоуверенность – это не одно и то же. Но хороший врач, особенно хирург, должен чувствовать эту разницу и уметь принимать решения! Быстро и правильно! Поняла! Учись этому!

Иван Сергеевич вышел из предоперационной, похлопав по-отечески меня по плечу. А у двери развернулся и посмотрел на меня так, что я забыла, как дышать.

-И знаешь еще что, - произнес он, не сводя с меня теплого взгляда, - сегодня ты была молодцом! Я не пожалел, что дал тебе возможность совершить маленькую победу над собой. Ты действовала профессионально. Это у тебя в крови. Профессиональное чутье! Ты сильная женщина, Арина. Со стержнем. Просто тебе нужно чуть больше верить в себя и быть смелее. Просто знай это!

Иван Сергеевич ушел домой, а мне еще предстояла целая смена. Но сегодня я работала на таком подъеме, что, казалось, могу горы свернуть. Он будто вдохнул в меня уверенность. Его пример был таким заразительным, что передавался каждому его ученику. И я решила сегодня, что просто обязана оправдать его надежды.

-Арин, ты сегодня молодец! Тебя Котов так хвалил! – мы сидели с девчонками в небольшой аллее у больницы и попивали чай на лавочках. В больнице было тихо и мы могли себе позволить минуту отдыха.

-Спасибо, девчат, - я немного смущалась, но было чертовски приятно. – Сама не ожидала.

Мы еще немного обсудили рабочие моменты, даже успели чуть-чуть посплетничать, но не стали злоупотреблять и заторопились по рабочим местам.

Я немного замешкалась и отстала от коллег и, видимо, не зря. Боковым зрением я приметила бабулю, которая тихо шла к крыльцу, опираясь на трость. Она мне чем-то напомнила мою бабушку – возраст примерно одинаковый, комплекция тоже. Моя бабуля, уже тоже ходила не быстро.

Я, улыбнувшись сама себе, направилась в ее сторону, чтобы помочь.

-Здравствуйте, - я взяла бабулю за руку, а она немного вздрогнула от неожиданности. – Извините, что напугала. Давайте я вам помогу.

-Ой, спасибо, дочка! – расслабилась бабуля. – Спасибо тебе, а то я так никуда не успею. Совсем развалюха уже, еле ноги волочу. Мотор совсем не работает.

-Да ладно вам, вы еще молодчинка. А вы к кому? Вам на какой этаж? – Я вела бабулю под руку и мы почти уже дошли до крыльца.

-К профессору Котову, - улыбнулась бабуля.

-А вам назначено? – я удивилась, ведь Котов после операции ушел.

-Да, - серьезно кивнула бабуля. – Иван Сергеевич мне еще вчера позвонил и просил сегодня приехать. А я на автобус первый опоздала. Вот видишь, как хожу то!

-А вы откуда? Из города или из соседнего поселка?

-Из Марьинки я. А у нас автобус рано, а потом только через два часа. Вот только добралась.