Неверные

Глава 1

Я стояла над мужем, пока он спал, и впервые в жизни серьезно думала о том, как легко можно лишить человека дыхания. Нужна лишь подушка. Ни криков, ни хрипов, только глухая возня и несколько секунд агонии под пуховым наполнителем.

Дима лежал на спине, чуть приоткрыв рот. Свет уличного фонаря играл в солнечных зайчиков, выхватывая из темноты его расслабленное лицо, всклокоченные волосы и глубокие тени под глазами. После виски он всегда спал как убитый.

Скотина.

Он изменил мне. Так еще и с той самой ассистенткой. Как в тупых мелодрамах, которые я всегда выключала на середине, потому что «в жизни так не бывает».

Оказалось, бывает. Просто ты не догадываешься, что тоже являешься главной дурой в этом сюжете. И что твой брак — такая же дешевая подделка, как и эти фильмы.

Димочка спал сладким сном в нашей общей спальне, в нашей общей квартире с нашей общей итальянской мебелью, которую мы так долго выбирали. Он не имел ни малейшего понятия о моем прозрении. Наверное, в его голове уже были припрятаны оправдания на все случаи жизни: «Это просто работа», «Ты все не так поняла».

В том самом телефоне, который я держу в руке уже около часа, ничего не походило на рабочее общение. Там была пошлость, ложь и предательство, приправленные эмодзи с огоньками. Больше всего мне понравилось сообщение:

«Я скучаю. Вчера было очень горячо».

Интересно, что же такого сделал мой муженек?

Раз «Коля Склад» пишет ему такие вещи. Я перечитываю это сообщение снова. И снова. И снова.

Смешно.

Я всегда думала, что изменяют каким-то другим женщинам. Тем, которые не следят за собой. Тем, которые «слишком пилят мозги». И тем, кто наказывает с помощью секса.

А я же была идеальной.

Той самой женой из журналов: хозяйка на кухне, королева в гостях и проститутка в постели.

Я вылизывала эту квартиру до блеска, я строила его гребаный бизнес вместе с ним, я слушала его нытье и имитировала удовольствие ночью. И вот она, благодарность.

Странно. Я не хотела плакать. Не хотела слушать оправдания. Не хотела видеть, как он делает виноватое лицо, морща лоб и поджимая губы. Не сейчас… Сейчас я хотела исчезнуть. Провалиться сквозь землю, испариться, но перед этим — хорошенько повеселиться.

Я возвращаюсь на кухню и смотрю на его кожаный бумажник, подаренный мной на прошлый Новый год. Улыбка расползается по моему заплаканному лицу.

Ну что, Димочка, ты же хотел острых ощущений?

Теперь они точно будут тебе обеспечены.

Я беру его банковскую карту, заказываю такси и покупаю самый дорогой билет на поезд.

Всегда мечтала завести курортный роман, и кажется, настало то самое время. Cочи, я еду!

Через сорок минут я уже стояла на вокзале. От Центрального всегда веяло тоской — смесью дешевого общепита, перегаром бомжей и вулканом из ароматов десятка людей. Я стояла среди них, горы чемоданов и монотонных объявлений по громкой связи. Впервые за последний час сделала глубокий вдох. Воздух здесь был тяжелым, спертым, но казалось, что он пахнет свободой.

Что-то безумно липкое и горячее обволакивает мои волосы за пару секунд. Дергаюсь от неожиданности и резко оборачиваюсь.

— Оу… Простите!

Мужской голос доносится откуда-то сверху.

— Вы вообще смотрите, куда идёте?!

Горячий кофе медленно стекает по прядям волос, капает на воротник пальто и неприятно обжигает кожу.

— Я правда не хотел. Давайте я помогу…

Передо мной стоит мужчина. Высокий. И с безумно густыми взъерошенными волосами. В руке стакан, в котором почти ничего не осталось. Он выглядит так, будто тоже сегодня не спал.

— Мне не нужна помощь!

Получилось слегка резковато. Но так ему и надо.

В темных глазах мелькнул интерес.

— Вы и до меня были в плохом настроении, я так понимаю?

Я усмехнулась.

— Да вы просто ванга!

Незнакомец секунду молчит, рассматривая меня. Потом, не спрашивая, сует руку в карман куртки и протягивает мне пачку влажных салфеток.

— Тогда может моя помощь все-таки не будет лишней?

Я хочу съязвить. Хочу послать его. Но вместо этого беру салфетки. Кофе противно высыхал на коже.

— Спасибо.

Мы стоим рядом еще несколько минут, слушая объявления по громкой связи и гул вокзала. Наконец-то появляется мой путь на табло.

Я разворачиваюсь к нему, чувствуя себя полной дурой с мокрой головой и остатками кофе на плечах.

— Надеюсь, больше вас не увидеть!

C победным выражением лица я разворачиваю свой чемодан на сто восемьдесят градусов и удаляюсь от этого смазливого идиота, который сменил мои духи Шанель на аромат карамели.

Фух. Наконец-то я захлопываю за собой дверь купе и остаюсь одна.

Сердце всё ещё бьётся слишком быстро. То ли из-за кофе. То ли из-за злости.

— Да неважно.

Бормочу я себе под нос и достаю телефон. Ни одного сообщения. Ну, конечно. Муженёк спит или пишет «Коленьке».

Я откидываюсь на стенку, чтобы отгородиться от мира и даже не открываю глаза, когда дверь купе с лязгом отъезжает в сторону.

— Простите, кажется, это…

Знакомый голос. Мой взгляд падает на того, с кем мне придется провести ближайшие двенадцать часов.

Он. Тот самый кофейный террорист стоит в проеме, держа в руке огромный чемодан, и выглядит таким же удивленным, как и я.

— Вы… издеваетесь? — выдыхаю я, чувствуя, как внутри зарождается истерический смех.

— Поверьте, я сейчас чувствую примерно то же самое.

— Отлично. Просто отлично. Вселенная решила добить меня окончательно.

Он ставит чемодан у двери, загораживая проход.

— Если хотите, я могу попросить проводника поменять…

— Нет, вдруг другой пассажир взбесит меня больше, чем вы.

Он поднимает бровь.

— И вообще…

Я закусываю губу и демонстративно отворачиваюсь к окну, за которым мелькают фигуры провожающих.