Лиана ненавидела свой день рождения.
Не потому, что становилась старше — в её восемнадцать лет это было смешно. А потому, что в этот день отец напивался и начинал вспоминать.
— Ты похожа на неё, — говорил он, глядя сквозь неё мутными глазами. — Такие же глаза. Такая же улыбка. И так же смотришь на меня, будто я чудовище.
— Я не смотрю на тебя, отец, — отвечала Лиана тихо, надеясь, что он услышит и отстанет.
Но он не отставал. Никогда.
— Она тоже так говорила. А потом умерла. Оставила меня с тобой.
Лиана знала эту историю наизусть. Мать умерла при родах. Отец винил её. Все восемнадцать лет. Точнее, первые лет семь он ее не замечал. А потом решил заняться воспитанием дочери и проводить с ней больше времени. И причин слышать его упреки и напоминания было достаточно. Точнее он их находил даже там, где казалось бы невозможно связать ее поведение и произошедшую в их семье беду.
Сегодняшнее утро началось как обычно. Солнце заливало комнату, служанка принесла завтрак, Лиана сидела у окна и смотрела на южные сады, где цвели апельсиновые деревья. Тёплый ветер доносил их аромат, смешанный с запахом моря. Рай. Но рай, из которого она мечтала сбежать.
— Госпожа, — служанка Мирта, единственная, кто относился к ней по-человечески, присела рядом. — Ваш отец ждёт в большом зале.
— Что-то случилось?
— Не знаю, госпожа. Он... странный сегодня. Не пил, но ведет себя очень нервно.
Это насторожило Лиану больше, чем если бы она сказала, что он пьян в стельку.
Она оделась быстро — простое платье, никаких украшений. Отец не любил, когда она «рядилась». Говорил, что красивые наряды она только портит своим отсутствием грации. Вот твоя мать…
В большом зале было прохладно после утренней духоты. Каменные стены, высокие окна, портреты предков на стенах. И отец — лорд Терен, высокий, седой, с лицом, изрезанным морщинами, которые делали его похожим на старую гору.
Он сидел во главе стола и смотрел на неё. Не пьяным взглядом — трезвым, холодным, оценивающим.
— Садись, — кивнул он на стул напротив.
Лиана села. Сердце колотилось где-то в горле.
— Тебе восемнадцать, — сказал отец без предисловий. — Пора.
— Пора что? — спросила она, хотя уже предполагала ответ.
— Замуж.
Лиана молчала. Она ждала этого дня столько, сколько себя помнила. Знала, что рано или поздно отец избавится от неё, продаст кому-нибудь, кто даст больше золота или влияния.
— Кто? — спросила она ровно.
— Ледяной король.
Лиана подумала, что ослышалась.
— Что?
— Ты слышала. Лорд Рейнар, правитель Северных земель. Вдовец. Ищет новую жену.
— Ему пятьсот лет! — вырвалось у неё.
— Триста, — поправил отец. — И это не возраст, а магия. Он бессмертен. Если повезет... ты станешь королевой.
— Северной королевой, — горько усмехнулась Лиана. — Где полгода ночь и снег по пояс. Где люди замерзают насмерть, если отойдут от камина.
— Там ты будешь носить корону, — отрезал отец. — Я уже дал согласие. Через месяц за тобой придут.
Лиана встала. Ноги дрожали, но она не позволила себе упасть.
— Ты отправляешь меня на смерть, — сказала она. — Все знают, что его жёны долго не живут.
— Значит, проживёшь столько, сколько отпущено. — Отец махнул рукой. — Иди. Готовься.
Она развернулась и пошла к двери. У порога остановилась, обернулась:
— Я всегда знала, что ты меня ненавидишь. Но чтобы настолько...
— Я не ненавижу тебя, — ответил отец. — Просто хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни. Удачно выйти замуж – не самый плохой вариант.
Лиана вышла, не дав себе разреветься при нём.
---
Она плакала в своей комнате весь день.
Мирта сидела рядом, гладила по голове, причитала, но что она могла сделать? Ничего. Лиана была дочерью лорда, собственностью, товаром. Её согласия никто не спрашивал.
— Госпожа, — шептала Мирта. — Может, сбежать? У меня брат в порту, у него лодка...
— И куда я побегу? — Лиана вытерла слёзы. — На юг? Там пустыня. На восток? Там горы. На запад? Море. А на севере... там он. Ледяной король.
— Но вы же замёрзнете там!
— Значит, замёрзну.
Она замолчала, глядя в окно. Солнце садилось, заливая сады золотом. Так красиво. И так далеко от того, что ждёт её впереди.
— Мирта, — сказала она вдруг. — А что, если я попробую?
— Что попробуете, госпожа?
— Выжить. Там, на севере. Что, если я не собираюсь умирать?
Служанка смотрела на неё с ужасом и надеждой.
— Но как, госпожа? Говорят, он монстр...
— Посмотрим, — ответила Лиана. — Может, и не монстр.
Ночью она не спала. Лежала, глядя в потолок, и придумывала план. Не побега — побег невозможен. Выживания.
Узнать всё о севере. О том, как живут в холоде. Научиться тому, что может пригодиться. И не показывать страха. Никогда.
Утром она позвала Мирту:
— Найди мне книги о севере. Всё, что сможешь. Карты, описания, легенды. И про него. Про Ледяного короля.
— Госпожа, вы что задумали?
— Я собираюсь выжить, Мирта. И, может быть, даже стать королевой.
---
Месяц пролетел как один день.
Лиана читала всё, что могла найти. Север оказался не просто снежной пустыней — там были горы, леса, реки, даже цветы. Люди там были суровыми, но честными. Не такими, как южные лорды, плетущие интриги за спиной.
А Ледяной король... о нём писали разное. Что он красив, как падший ангел. Что он холоден, как его земли. Что он убил свою первую жену (но никто не знал, как). Что он ищет не жену, а жертву.
Лиана не верила слухам. Она хотела увидеть все своим глазами.
В последний вечер перед отъездом отец позвал её на ужин. Впервые за много лет.
— Завтра ты уезжаешь, — сказал он, наливая вино. — Хочу пожелать тебе... удачи.
— Спасибо, — ответила Лиана холодно.
— Ты злишься на меня. Я понимаю. Но пойми и ты — я не мог больше смотреть на тебя. Ты — её лицо, глаза, голос. Каждый день я видел призрак.
Первые три дня пути Лиана думала, что умрёт от холода.
Она привыкла к южному солнцу, тёплому ветру и ласковому морю. Здесь же ветер пронизывал насквозь, даже сквозь меха, которыми её укутали. Снег — она впервые увидела его на пятый день — оказался не красивым, а колючим, злым, лезущим в глаза и за шиворот.
— Терпите, госпожа, — говорил Йорг, когда она дрожала в повозке. — Это ещё цветочки. Настоящие холода начнутся через неделю.
— Я не жалуюсь, — стучала зубами Лиана. — Я просто... привыкаю.
— Хорошая тактика. Привыкайте.
Она смотрела на северян, которые шли пешком, не обращая внимания на мороз. Огромные, молчаливые, они казались частью этого пейзажа. Как скалы, снег и ветер.
— Йорг, — спросила она однажды, — а вы боитесь холода?
— Мы рождены в нём, госпожа. Это наша стихия.
— А я рождена в тепле. И теперь мне придется привыкать жить в холоде.
— Значит, станете сильнее. Или умрёте.
Она усмехнулась — прямоте северян можно было позавидовать.
На шестой день на караван напали.
Лиана не поняла сразу, что происходит. Сначала крики, потом лязг металла, потом Йорг заорал: «К повозке! Не подпускайте их к ней!»
Кто-то рванул полог, и она увидела лицо — не северянина, чужое, с дикими глазами и ножом в руке.
— Красивая, — оскалился разбойник. — Продадим хорошо.
Лиана не думала. Тело сработало быстрее мозга. Она схватила тяжёлый медный канделябр, который возили с собой для света, и со всей силы ударила нападавшего по голове.
Тот рухнул.
Она выскочила из повозки и замерла. Вокруг кипел бой. Десятки разбойников против северян. Северяне держались, но их было меньше.
— Госпожа, вы с ума сошли! — крикнул он.
Через десять минут всё было кончено. Разбойники бежали, оставив убитых. Северяне собирали раненых. Йорг стоял посреди поляны и смотрел на Лиану так, будто видел впервые.
— Вы... — начал он.
— Что? — она тяжело дышала, подсвечник всё ещё был в руке, в крови.
— Вы дрались.
— Я защищалась.
Йорг покачал головой:
— Южная роза с шипами. Кто бы мог подумать.
— Я не роза, — ответила Лиана. — Я та, кто хочет выжить. И не позволю каким-то разбойникам решать мою судьбу.
Она бросила подсвечник и пошла к повозке.
— Завтра выступаем на рассвете, — сказал Йорг ей в спину. — Выспитесь.
---
После того случая северяне смотрели на неё иначе. Не как на избалованную барышню — как на свою.
— Йорг, — спросила она однажды вечером у костра, — а почему вы согласились везти меня? Ведь вы знаете, что меня, скорее всего, ждёт?
Он помолчал, помешивая похлёбку.
— Мы служим королю, госпожа. Не нам выбирать.
— Но вы же люди. У вас есть чувства.
— У нас есть долг.
— И вы никогда не жалели тех, кого везли?
Йорг посмотрел на неё долгим взглядом.
— Жалели, — сказал он тихо. — Всех. Каждая из них была живой, молодой, красивой. И каждая умирала.
— И вы ничего не делали?
— А что мы могли сделать? Против воли короля не пойдёшь.
Лиана замолчала. Смотрела в огонь, переваривая услышанное.
— Значит, у меня нет шансов?
— Я не знаю, госпожа. Вы... другая.
— Чем?
— Они ехали со страхом. Смотрели на нас, как на врагов. Плакали, молились, просили пощады. А вы... дрались с разбойником. Вы не боитесь.
— Боюсь, — честно призналась Лиана. — Просто не показываю.
— Это и есть главное. На севере страх показывать нельзя. Иначе сожрут.
— Кто?
— Всё. Холод, звери, люди. И он.
Он. Ледяной король. Рейнар.
— Какой он? — спросила Лиана. — На самом деле?
Йорг долго молчал. Потом сказал:
— Он не злой, госпожа. Он просто... пустой. После смерти жены в нём что-то сломалось. Он правит, но не живёт. Дышит, но не чувствует. И никто не может его растопить.
— А если попробовать?
— Пробовали. Все, кого везли. Ни у кого не вышло.
Лиана смотрела на огонь и думала.
— Йорг, — сказала она наконец. — А вы верите в чудо?
Он усмехнулся:
— Я верю в топор и тёплый мех. Чудеса оставим богам.
— Жаль.
---
На десятый день пути они увидели замок.
Он вырастал из скалы, чёрный, огромный, с башнями, уходящими в небо. Ледяной ветер дул с такой силой, что повозка качалась.
— Врата Льда, — сказал Йорг. — Резиденция Ледяного короля.
Лиана смотрела и не верила, что такое вообще может существовать. Замок был прекрасен и страшен одновременно. Как сказка. Как кошмар.
— Красиво, — выдохнула она.
— Холодно, — поправил Йорг. — И смертельно. Помните, госпожа — не показывайте страх. Здесь это единственное правило.
— Я помню.
Ворота открылись, и повозка въехала внутрь.
Лиана сжимала в руке маленький амулет — единственное, что осталось от матери. Талисман.
— Я справлюсь, — прошептала она.
Замок принял её в свою ледяную утробу.
Замок внутри оказался ещё больше, чем снаружи.
Лиану вели по бесконечным коридорам, стены которых были сложены из чёрного камня, инкрустированного голубоватыми прожилками. Они светились в полумраке, создавая иллюзию, что идешь по звёздному небу. Холод здесь был другим — не колючим, как снаружи, а тягучим, проникающим под кожу, в самую кровь.
— Госпожа, — Йорг шёл рядом, хотя обычно его обязанности заканчивались у ворот. — Вас проводят в покои. Завтра аудиенция у короля.
— Завтра? — Лиана остановилась. — А сегодня?
— Сегодня вы будете отдыхать с дороги. Мыться, есть, спать. Король не любит уставших гостей.
— Я же не просто гостья. Его невеста.
Йорг посмотрел на неё печальным взглядом:
— Здесь все сначала гостьи, госпожа. Потом... по-разному.
Он не договорил, но Лиана поняла.
— Ведите, — сказала она ровно.
Её покои оказались на удивление тёплыми. Огромный камин, в котором весело потрескивали дрова, пушистые шкуры на полу, кровать под горой одеял. И окно — от пола до потолка, выходящее на заснеженные горы.
— Здесь будете жить, — сказала служанка, появившаяся из тени. Маленькая, сухонькая, с быстрыми глазами. — Меня зовут Фрида. Я приставлена к вам.
— Приставлена? — Лиана усмехнулась. — Следить?
— Помогать, — невозмутимо ответила Фрида. — Вам понадобится помощь. Здесь всё не так, как на юге.
— Я заметила.
Фрида помогла ей раздеться, принесла горячую воду для мытья, подала ужин — тушёное мясо с кореньями, тёплый хлеб, травяной отвар.
— Вкусно, — удивилась Лиана.
— Северяне умеют готовить, — кивнула Фрида. — Мы не только снег жуём.
Лиана фыркнула. Ей начинала нравиться эта старуха.
— Фрида, — спросила она, когда служанка убирала посуду. — Сколько невест ты видела?
Та замерла. Помолчала. Потом ответила:
— Много.
— И сколько из них выжили?
— Ни одной.
Лиана кивнула. Она ждала этого ответа.
— А почему они умирали? Холод? Болезни? Или...
— По-разному, — перебила Фрида. — Но все они боялись. Страх здесь убивает быстрее холода.
— Я не боюсь.
— Пока нет. Посмотрим утром, когда увидите его.
Она ушла, оставив Лиану одну.
Ночь выдалась беспокойной. Лиана ворочалась, слушала вой ветра за окном, смотрела на звёзды, которые здесь казались ближе и ярче. Думала о нём. О том, какой он — Ледяной король. Монстр? Чудовище? Или просто сломленный человек, как говорил Йорг?
Утром Фрида пришла рано. Принесла платье — не то, в котором Лиана приехала, а новое, из серебристой парчи, расшитое снежными узорами.
— Король ждёт, — сказала она. — Одевайтесь.
---
В тронный зал её вели через анфиладу залов. Чем дальше, тем холоднее становилось. Лиана перестала чувствовать пальцы ног, хотя обута была в тёплые сапоги.
Стражники у дверей распахнули створки, и она вошла.
Зал был огромен. Колонны уходили вверх, теряясь в темноте. Вдоль стен горели факелы, но их света едва хватало, чтобы разглядеть трон в центре. И на троне — он.
Ледяной король Рейнар.
Лиана смотрела и не верила глазам.
Он был прекрасен. Нечеловечески, пугающе прекрасен. Высокий, широкоплечий, с длинными волосами, падающими на плечи. Лицо — точеное, будто вырезанное из мрамора, с высокими скулами и тонкими губами. Глаза — серые, почти прозрачные, смотрели прямо сквозь неё, будто видели насквозь. И от всего его облика веяло таким холодом, что у Лианы перехватило дыхание.
Он был одет в чёрное с серебром, на плечи наброшен плащ из белого меха. На пальце — массивный перстень с голубым камнем, пульсирующим слабым светом.
— Подойди, — сказал он. Голос низкий, ровный, без интонаций.
Лиана заставила себя сделать шаг. Потом ещё. И ещё. Она подошла к подножию трона и остановилась, глядя ему в глаза.
Он внимательно рассматривал её. Потом сказал:
— Ты не дрожишь.
— Я промёрзла насквозь, — ответила Лиана. — Дрожь уже закончилась.
Уголки его губ дрогнули — может быть, усмешка, может быть, что-то ещё.
— Смелая, — сказал он. — Это хорошо. Смелые живут дольше.
— Сколько?
— Что?
— Сколько они живут? Ваши жёны?
Он наклонил голову, разглядывая её с новым интересом:
— Ты задаёшь вопросы. Обычно невесты молчат.
— Я необычная.
— Вижу. — Он встал с трона. Ростом оказался ещё выше, чем казалось. — По-разному. Самое долгое год, но была одна, которая выдержала всего неделю.
— Отчего они умирали?
— От страха, — ответил он просто. — От холода и тоски.
Лиана смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается что-то странное. Не страх или отвращение. Жалость? К нему? К монстру, который убивал своих жён…
— Я не боюсь, — сказала она твёрдо.
— Все так говорят. Поначалу.
— Я не как все.
Он подошёл ближе. Настолько близко, что она почувствовала холод, идущий от него. Не физический — магический. Он был живым льдом.
— Ты права, — сказал он тихо. — Ты не как все. В тебе есть что-то... живое. Огонь. Откуда он у тебя, южная роза?
— Оттуда же, откуда у вас лёд, — ответила Лиана. — Изнутри.
Он смотрел на неё долго, и в его глазах впервые мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Иди, — сказал он наконец. — Отдыхай. Завтра поговорим.
— О чём?
— О нас.
Он развернулся и ушёл в темноту, оставив её стоять посреди пустого зала.
Первые дни в замке тянулись бесконечно.
Лиану никто не трогал. Фрида приносила еду, меняла воду, но на вопросы отвечала односложно. Йорг исчез — его служба закончилась. Другие слуги шарахались от неё, будто от чумной.
На четвёртый день Лиана решила, что с неё хватит.
Она оделась потеплее и вышла в коридор. Пошла наугад, надеясь найти библиотеку или хоть какое-то место, где можно скоротать время.
Замок был лабиринтом. Коридоры петляли, лестницы вели то вверх, то вниз. Лиана забрела в галерею с портретами — суровые лица в тяжёлых рамах, все с одинаковыми серыми глазами.
— Предки, — раздался голос за спиной.
Она вздрогнула, обернулась. Рейнар стоял в двух шагах, прислонившись к стене. Она даже не слышала, как он подошёл.
— Вы меня напугали.
— Прости. Я не хотел.
— Вам не обязательно хотеть, — вырвалось у неё.
Он поднял бровь:
— Интересная реакция. Редко кто позволяет себе вести себя столь прямолинейно.
— Это потому что вокруг вас все боятся.
— А ты не боишься?
— Я уже ответила.
Он подошёл ближе, встал рядом, глядя на портреты.
— Это моя мать, — указал он на женщину с холодными глазами. — Она умерла, когда мне было десять. Замёрзла.
— Здесь? В замке?
— Внутри себя. Она не вынесла севера, хотя родилась здесь. Странно, да?
Лиана молчала.
— А это мой отец, — продолжал он. — Он правил сто лет. Потом погиб в битве. Я его почти не помню.
— Вы говорите о них, как о чужих.
— Они и были чужими. На севере не принято любить. Здесь выживают.
— А вы? — спросила Лиана. — Выживаете или живёте?
Он посмотрел на неё долгим взглядом.
— Никто не спрашивал меня о таком.
— И что вы ответите?
— Не знаю, — признался он.
Они стояли в галерее, глядя на портреты мёртвых, и молчали. Странное, почти уютное молчание.
— Пойдём, — сказал он вдруг. — Я покажу тебе замок.
---
Он водил её по коридорам, показывал залы, башни, внутренние дворики. Рассказывал об истории, битвах, легендах. Говорил ровно, без эмоций, но Лиана чувствовала — ему не всё равно. Просто он разучился быть увлеченным.
— А это моё любимое место, — сказал он, открывая дверь в круглую комнату с окнами на все стороны. — Библиотека.
Лиана ахнула. Комната была заставлена книгами от пола до потолка. Тысячи, десятки тысяч томов.
— Здесь всё это? — прошептала она.
— Всё, что собрали мои предки за тысячу лет. Хочешь, пользуйся. Сюда никто не ходит, кроме меня.
Она подошла к стеллажу, провела пальцем по корешкам. Древние фолианты, современные книги, свитки, карты.
— Спасибо, — сказала она, оборачиваясь.
Он стоял в дверях и смотрел на неё. И в его взгляде было что-то, чего она не видела раньше. Тепло?
— Не за что, — ответил он. — Это просто книги.
— Нет, — сказала Лиана. — Это намного больше. Целая увлекательная жизнь.
Он хотел ответить, но в этот момент в коридоре раздались шаги. Вошёл стражник, поклонился:
— Государь, советники ждут.
Рейнар кивнул, повернулся к Лиане:
— Мне пора. Приходи сюда, когда захочешь.
И ушёл.
Лиана осталась одна в библиотеке, среди тысяч книг, и чувствовала, как внутри разгорается огонёк. Маленький, но тёплый.
Может, не всё потеряно?
---
Вечером Фрида принесла ужин и застала Лиану за чтением.
— Книги? — удивилась она. — Вы читаете?
— А что, северяне не читают?
— Читают, но невесты обычно... не интересовались книгами.
— Я интересуюсь. И хочу знать всё об этом месте. И о нём.
Фрида покачала головой:
— Вы странная, госпожа. Очень странная.
— Это хорошо или плохо?
— Не знаю. Но король сегодня был... другой.
— Какой?
— Не знаю, — повторила Фрида. — Его глаза горели. Он давно не был таким живым.
Лиана улыбнулась про себя.
— Фрида, — сказала она. — Я, кажется, нашла способ выжить.
— Какой?
— Растопить его лёд.
Фрида смотрела на неё с ужасом и восхищением.
— Вы сумасшедшая, госпожа. Растопить лёд, а что же останется?
— Вот и узнаем.