Невольница для проклятого генерала-дракона

Глава 1

— Просыпайся, сиротка. Ты следующая.

Чужой скрипучий голос проник в сознание раньше, чем я успела открыть глаза.

Голова раскалывалась так, будто по ней прошлись молотком. В висках стучало, во рту стоял привкус крови, а тело казалось непослушным, словно мне не принадлежало…

До моего слуха все отчётливее и громче доносились голоса, смех, чьи-то выкрики, ржание лошадей и звон металла… Всё слилось в один сплошной гул.

Я глубоко вдохнула, и тут же поморщилась, учуяв резкий запах пота и грязи.

А потом чьи-то грубые пальцы вцепились в мои волосы и кто-то резко дёрнул меня вверх.

— Глаза открой, дрянь, — процедил всё тот же голос. — Товар не должен выглядеть дохлым.

Товар?..

Я распахнула глаза и тут же сощурилась.

Потому что солнечные лучи били прямо в лицо, и слепили до рези в глазах.

Я моргнула раз, другой, пытаясь сфокусироваться, и мир наконец начал обретать очертания…

Деревянный помост.

Толпа.

Больше всего здесь было мужчин в грубой старинной одежде. Неподалеку кучковались перепуганные женщины в длинных платьях, а по краям толпы стояли вооружённые мечами стражники.

Десятки чужих взглядов скользили по мне с таким хищным интересом, что по спине пробежал холодок.

Вокруг небольшой площади, где толпился народ, располагались кирпичные двухэтажные строения с невзрачными крышами, а на дороге стояли повозки, запряженные лошадьми.

Где я, черт возьми?! Кто все эти люди?!

Я испуганно дёрнулась и только сейчас поняла, что мои запястья стянуты грубой верёвкой. А на мне надето грубое длинное серое платье, которое ужасно кололо кожу.

Страх отрезвил вмиг.

Последнее, что я помнила — это то, как возвращалась поздним вечером с очередного дежурства, а затем… яркий свет, визг тормозов и оглушающая боль…

— Вставай! — новый приказ раздался раньше, чем я успела осмыслить, что же всё-таки происходит.

Меня вновь грубо дёрнули за волосы, заставляя подняться на ноги и поволокли на край помоста, ближе к толпе.

— О, очнулась! — выкрикнул кто-то из толпы.— Смотри-ка, живая!

— А ты думал, что мне за падаль деньги платят? — раздался мужской хохот.

Рядом со мной стоял толстый краснолицый тип в засаленном жилете. Маленькие глазки блестели жадно, как у сытой крысы. На лысеющей голове темнело уродливое родимое пятно.

— Нежная, — с довольным видом объявил он, поворачивая моё лицо то в одну сторону, то в другую, будто осматривал породистую лошадь. — Молодая. Целая. Без шрамов, без детей и без болезней. А главное, без родственников! Почти подарок, господа!

По толпе прокатился мужской одобрительный гул. Кто-то радостно засвистел.

Я пошевелила пальцами на ногах, чувствуя шершавую доску помоста. А затем незаметно ущипнула себя за руку.

И в этот момент в груди что-то оборвалось…

Потому что я наконец осознала, что это не сон и не галлюцинация…

Я действительно стою связанная под взглядами людей, которые пришли сюда покупать… Меня!

— Сколько хочешь за сиротку? — раздался ленивый мужской голос.

Сиротку?..

Это слово врезалось в сознание, и вместе с ним в голову хлынуло то, чего там быть не должно.

Обрывки воспоминаний.

Тёмная каморка с сырыми стенами. Худая светловолосая девушка, до крови кусающая губы, чтобы не заплакать. Грубая женская рука, бьющая её по щеке. Миска жидкой похлёбки… Жуткий холод и постоянный страх.

Я судорожно втянула воздух в лёгкие.

Это были не мои воспоминания!

Но и… словно не чужие.

Они все прибывали и прибывали, разрывая мое сознание на части.

Безродная ненужная сирота.

Девушка, проданная за долги родной тёткой, которой надоело кормить лишний рот.

Боже.

Боже мой…

Я взглянула на свои дрожащие руки с худыми длинными пальцами, на непривычно тонкие запястья, на светлые пряди волос.

Не темные. Светлые!

Мамочка…

Я что, попала в чужое тело?!

Эта бедная девушка — теперь я?!

— Пятнадцать дрогинов! — выкрикнул кто-то.

Толпа загудела.

— Шестнадцать!

— Да за что там шестнадцать? Худая слишком!

— Зато личико смазливое!

Меня захлестнула паника.

Я медсестра. Мне тридцать два года. Меня зовут…

Меня зовут…

Имя вспыхнуло в памяти и тут же утонуло под новой волной ужаса и чужих воспоминаний.

Да какая теперь разница, как меня звали в прошлой жизни, если в этой меня сейчас купят, как вещь?!

Нет.

Нет!

Я хотела рвануться вперёд, но меня резко схватили за плечо, останавливая.

— Спокойно! — рявкнула “сытая крыса” над моим ухом. — Не порть мне торги!

— Пусти! — с моих губ сорвался отчаянный хрип. — Не трогай меня!

Толпа раззадорилась ещё больше.

— О, она с характером!

— Такая дороже пойдёт!

— Ничего, поумнеет под хозяином!

Очередной взрыв хохота ударил по нервам.

И я ощутила, как вместо страха внутри поднимается жгучая ярость.

В прошлой жизни я была медсестрой! Помогала вытаскивать людей с того света! Дежурила сутками! Знала, как пахнет кровь, видела смерть и боль! Видела мужчин, которые мнили себя такими же богами, и женщин, которых ломала жизнь!

И если уж после смерти меня швырнуло в этот кошмар, то только для того, чтобы я сдохла на помосте покорной овцой?

Ну уж нет.

Работорговец крепче ухватил меня за предплечье, ставя ровнее к толпе.

— Посмотрите, господа! Глаза-то какие! Голубые! А эти белокурые волосы? Огненная девка! Скучно с такой точно не будет!

По рядам прокатились одобрительные мужские смешки.

Я вскинула подбородок и обвела взглядом толпу. Смотрела не как жертва, а как женщина, которая не собирается так просто сдаться.

А потом посмотрела вправо от помоста.

Между двумя домами темнел узкий пустой проход.

Стражники стояли ближе к краям толпы. Если я успею спрыгнуть, если проскочу, если хотя бы…

Глава 1.1

Потому что в следующую секунду передо мной словно выросла стена.

Я с размаху влетела в чью-то твёрдую, как камень, грудь. И чужие сильные руки тут же жестко сомкнулись на моих предплечьях.

— Пусти! Пусти меня! — закричала я, дёргаясь и пытаясь вырваться из лап незнакомца.

Но он даже не пошатнулся.

Просто поднял меня над землёй, словно я ничего не весила, и я замерла.

Не потому, что покорилась судьбе.

А потому, что поняла, что ничего не смогу сделать против него.

Этот тип был слишком сильным. В его руках я чувствовала себя жалкой пташкой, угодившей в лапы хищника.

Я зло вскинула голову, чтобы посмотреть на того, кто мне помешал и… растерялась.

Если дьявол и существует, то, вероятно, он выглядит именно так.

Мой взгляд растерянно скользнул по резким чертам мужского лица, жёсткой линии рта, носу с небольшой горбинкой. И шраму. Он тянулся от самого лба, разрезал щеку и почти достигал губ. Но не уродовал, а наоборот, делал внешность этого мужчины ещё жёстче и опаснее.

На вид ему было чуть больше тридцати.

Но сильнее всего меня напугали его глаза. Холодные. Серые. В них не было ни раздражения, ни любопытства, ни даже обычного мужского интереса, с каким на меня смотрели остальные.

Там вообще ничего не было.

Только ледяное спокойствие человека, который привык приказывать.

У меня пересохло во рту.

От таких мужчин у женщин обычно подгибаются колени. А от этого… От этого мне почему-то хотелось бежать без оглядки.

И только сейчас я заметила, что на площади стало почти тихо.

Толпа вдруг замолчала.

Даже работорговец, что ещё недавно орал как сумасшедший, замолк и смотрел на нас так, словно боялся лишний раз пошевелиться.

Незнакомец небрежно опустил меня на землю, развернул и толкнул обратно к помосту, как ненужную вещь.

Стражники тут же подхватили меня под руки и потащили обратно.

Я резко обернулась.

Незнакомец неторопливо шёл следом, чуть заметно прихрамывая на правую ногу.

Высокий. Огромный. Длинные тёмные волосы касались его широких плеч. Ворот черной рубашки был расстегнут, рукава закатаны, оголяя крепкие предплечья, а темные брюки подчеркивали сильные ноги и узкие бедра.

Но что было самым странным…

Толпа сама расступилась перед ним.

Я видела ужас в глазах людей. Не уважение и почтение.

А именно страх.

Словно на торги явился не человек, а палач.

Незнакомец остановился у помоста и посмотрел на работорговца так, что тот мгновенно вспотел сильнее.

— Даю за неё сто дрогинов, — вдруг произнес он.

В его низком, чуть хриплом голосе звучало холодное равнодушие. Словно он не человека покупает, а игрушку.

Работорговец нервно промокнул платком мокрый лоб и его маленькие алчные глазки скользнули по толпе. Вероятно, он ждал, что кто-нибудь рискнёт перебить цену…

Я тоже ждала.

Отчаянно хотела, чтобы эту цену перебили.

Хотя бы вон тот старик в бархатном сюртуке. С ним бы я на раз-два справилась…

Потому что внезапно стало ясно, что все мужчины, которые ещё минуту назад казались мне чудовищами, рядом с этим незнакомцем выглядели почти безобидно.

Но никто не произнёс ни слова.

Никто.

Да кто он, черт возьми, такой, если после одной его фразы целая площадь разом забыла, как дышать и разговаривать?

Незнакомец стоял неподвижно, не глядя по сторонам, будто и так знал, что спорить с ним никто не посмеет.

— Сто дрогинов раз! — торопливо выкрикнул работорговец.

Я затаила дыхание.

— Сто дрогинов два!

Тишина.

Я ощутила как по спине пробежал холодок.

— Сто дрогинов три! Лианна Гесс продана лорду Дэйрону Ревенхарту!

Деревянный молот с глухим стуком ударил по доске и я крепко зажмурилась.

Не потому, что впервые услышала своё новое имя.

А потому что поняла, что сбежать с помоста я ещё могла. А вот от человека, купившего меня, это вряд ли получится…