Незаменимая для опасного генерала

Глава 1. Всё что ни делается…

— Тебе понравится, — густой туман заволакивает мой разум от одной только фразы, и я в следующий миг чувствую, как мощные мужские руки пригвождают меня к холодной стене коридора.

И таким жаром меня обдаёт, что дышать забываю как!

Холод металла впивается в лопатки сквозь тонкую блузку, но он ничего не значит перед тем пожаром, что разливается от точки, где его ладонь прижимает моё плечо. Как будто раскалённый камень положили прямо на кожу, но вместо боли я чувствую дикое, всепоглощающее тепло, пляшущее по жилам и требующее большего.

Мысленно проклинаю Лиссу, укравшую кулон моей матери за то, что мне пришлось вообще сунуться в этот сектор с запретной секцией!

Я не вижу лица незнакомца, вместо этого только тень, огромную и густую, поглотившую слабый свет аварийных ламп где-то вдалеке. Он выше меня на голову, шире в плечах, чем любой курсант в академии. Дыхание у незнакомца тяжёлое, прерывистое, как у зверя, загнанного в угол, но я-то чувствую, что загнана в угол я. И этот зверь сейчас будет меня…

— Третьекурсница, — звучит низкий, хриплый голос, обдирающий что-то внутри. Он мельком проводит взглядом по моим погонам, по жёлтой полосе, означающей третий год обучения. — Девушкам запрещено здесь появляться.

Его рука скользит с моего плеча вниз, по руке, и каждый сантиметр её движения отзывается мурашками, бегущими навстречу. Моё собственное тело предаёт меня с потрохами. Сердце колотится в груди, словно пытаясь вырваться, внизу живота сжимается горячий, тугой комок, а между бёдер пульсирует, влажно и постыдно. Это не я. Это что-то иное. То, что мы изучали на теоретических занятиях по энергетической динамике полов. Мужская сила, излучаемая уникальными частицами, и мгновенный, непреодолимый женский отклик.

Но в учебниках не писали, что это ТАК. Я понимаю, что передо мной очень сильный Штар.

Он пахнет дымом, недавней битвой, чем-то металлическим и горьким как после взрыва, но сквозь это я улавливаю и другие запахи. Его запахи. В один миг я понимаю, что именно так должен пахнуть мужчина. Запах, от которого кружится голова и подкашиваются колени.

— Я… я просто… — пытаюсь выдавить что-то, хоть протест, хоть вопрос, но язык не слушается. Хочу придумать хотя бы жалкое оправдание, как оказалась здесь, в запретной секции. Мысли расползаются, как ртуть из разбитой капсулы.

— Молчи, — приказывает он, и этот приказ отзывается вибрацией, проходящей сквозь моё тело, когда его другая рука обхватывает мою талию.

Незнакомец прижимает меня к себе всем весом, и я чувствую жёсткие планки его формы, холодный металл значков, впивающихся мне в грудь. И чувствую нечто иное. Твёрдое, огромное, давящее на мой низ живота через слои ткани. Острый и холодный страх пытается пробиться сквозь пелену желания, но он гаснет, затопленный новой волной жара, когда мужчина наклоняет голову, и его дыхание обжигает шею.

Его губы касаются кожи у сонной артерии в жёстком поцелуе и я слышу, как он издаёт низкий, похожий на стон звук.

— Мощно, — хрипит мужчина прямо в мою кожу. — Такой чистый источник. Просто невероятно…

Его рука на моей талии скользит вниз, хватает край моей синей юбки, задирая её. Холодный воздух коридора бьёт по оголённым бёдрам. Я взвизгиваю, пытаюсь сжать ноги, но его колено уже там, грубо раздвигая их, прижимая меня к стене ещё сильнее.

Глава 2. Запретный заряд

— Нет, подожди… — лепечу я, наконец находя, что сказать, но это звучит лишь как жалкий, потерянный шёпот.

— Не могу ждать, — его голос полон рвущейся наружу агонии. — Я почти на нуле. Ты как глоток воды в пустыне.

Его пальцы впиваются в ткань моих трусиков, один рывок и они рвутся, как паутина. Я чувствую себя обнажённой, открытой, унизительно уязвимой. Стыд обжигает щёки, но тело ликует. Влага стекает по внутренней стороне бедра, предательская, очевидная.

Он отстраняется на сантиметр, и я слышу, как он расстёгивает ширинку. Звук молнии в гробовой тишине этого заброшенного крыла звучит громче выстрела. Потом его рука возвращается, чтобы приподнять меня, заставить опереться на него, а другой рукой он направляет себя.

Он огромен. Даже в полутьме, по одному ощущению, я понимаю, что он не вписывается ни в какие рамки нормальности. Паника пытается взять верх, крик застревает в горле. Но в тот миг, когда он приникает к моей шее снова, когда его зубы слегка сжимают мою кожу, по мне прокатывается новый шквал.

Искры бегут от точки, где его губы касаются меня, прямо вниз, к самому эпицентру, готовя путь. Моё тело выгибается само, без моего позволения, подставляясь, принимая.

— Расслабься, — шепчет он команду. — Не будет больно. Твоё поле уже всё сделало.

И он входит.

Уверенно и глубоко, заполняя меня до краёв.

Я закидываю голову назад, ударяясь затылком о стену. Больно. Но эта боль тонет, растворяется, переплавляется в невероятное чувство полноты. В чувство завершённости. Как будто я была разбитой чашкой, а меня вдруг собрали воедино.

Он замирает на секунду, и я слышу его прерывистое дыхание. Чувствую, как он дрожит от сдерживаемой мощи, стараясь не навредить мне. Словно огромная, мощная гора, дрожащая как в лихорадке. Потом он начинает двигаться.

Каждый толчок вбивает меня в стену, сбивает дыхание, выжимает из горла непрошенные звуки, то хриплые стоны, то всхлипы удовольствия. Его руки держат меня как тиски, не давая вырваться, не давая упасть. Я обвиваю его шею руками, цепляюсь, потому что иначе просто разобьюсь.

С каждым его движением во мне что-то зажигается. Не только там, внизу, где трение рождает нарастающую, безумную волну удовольствия, которая выше меня, сильнее. Она разливается во всём моём теле, в каждой клетке.

Я чувствую его жадные до моей энергии частицы. Их же тысячи… Нет! Десятки тысяч, хоть я и не представляю, как такое возможно. И моё собственное поле льётся навстречу, щедро, бездумно, как река, устремившаяся в высохшее русло. Это и есть подзарядка. Настоящая. Не через капсулы, к которым он наверняка направлялся после боя, а через плоть. Через это грубое, первобытное соединение.

Мысли умирают и остаются только ощущения. Холод стен за спиной, жар его тела спереди. Влажность между наших соединённых тел. Звук его тяжёлого дыхания, шорох ткани, глухие удары плоти о плоть.

И нарастающий, неумолимый грохот внутри.

Пик наслаждения наступает словно сокрушительный обвал. Он начинается где-то глубоко, в самой сердцевине, куда он достигает, и затем взрывается, разливаясь по жилам жидким огнём. Я кричу. Громко, не стесняясь, эхо разносится по пустому коридору. Тело сжимается вокруг него в серии судорожных спазмов, выжимая из себя всё, каждую каплю энергии, каждую искру.

И в этот миг он издаёт низкий, протяжный рёв, больше похожий на звук раненого зверя, который наконец нашёл спасение. Он вжимает меня в стену в последнем, мощнейшем толчке и замирает. От него исходит волна чистой, неограниченной силы, которая заставляет воздух трещать статикой. Его частицы, только что такие жадные и слабые, теперь пульсируют могуществом, от которого темнеет в глазах. Он зарядился. От меня.

Незнакомец тяжело дышит, его лоб упирается в стену рядом с моей головой. Я чувствую, как его пот капает мне на шею. Мы так стоим, сцепленные, пока моё сердце не перестанет пытаться вырваться из груди.

Потом он медленно, очень медленно выходит из меня. Ощущение пустоты и потерянности почти физически больно. Он отпускает мои бёдра, позволяет моим ногам, больше не держащим тело, коснуться пола. Я едва стою, сползая по стене.

Он отступает на шаг, и я наконец, сквозь пелену в глазах вижу его немного. Лицо всё ещё в глубокой тени, но его силуэт, широкие плечи в чёрной, похожей на преподавательскую, но более строгой форме. Значки на груди, которые я не могу разобрать. И погоны генерала Космического легиона. О звезды! Их форма, цвет окантовка, всё говорит о ранге, недосягаемом для простой курсантки.

Мой инстинкт мгновенно просыпается, а холодный и липкий страх заползает в душу. Я только что… с генералом. С кем-то из высшего командования. И он меня… а я…

— Кто вы?