Незнакомцы

Глава 1.

Джеймс

Джеймс сидел за массивным дубовым столом, в полумраке кабинета, на его столе – пепельница, доверху набитая окурками, и стакан наполовину выпитого виски.

"Джеймс был дьявольски красив. В свои чуть за тридцать он обладал внешностью кинозвезды: правильные черты лица, высокие скулы, чувственный рот и пронзительный взгляд глубоких синих глаз, которые могли загипнотизировать любого. Тёмные, идеально уложенные волосы оттеняли бледную кожу, создавая контраст, который лишь подчёркивал его привлекательность. Он двигался с грацией хищника, и в его манерах чувствовалась уверенность в себе и превосходство. Его костюмы всегда были безупречны, сшиты на заказ из лучших тканей, подчеркивая его стройную, спортивную фигуру. Но за этой завораживающей красотой скрывалась безжалостная душа. В его глазах не было ни тепла, ни сочувствия. Только холодный, расчётливый ум и готовность на всё ради достижения своих целей".

Его взгляд холодный и непроницаемый, который уже несколько минут был устремлен на Винсента, его верного пса. Тот стоял дрожа от собственного страха и ждал выговора.

“Ты подвёл меня, Винсент,” – медленно произнес Джеймс, каждое слово звучало как удар молота. “А ты знаешь, что происходит с теми, кто подводит Джеймса?”

Винсент сглотнул, не смея поднять глаз. “Мне очень жаль, босс. Я… я всё исправлю.”

Джеймс усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли тепла. “У тебя будет шанс. Но помни, Винсент, в следующий раз провала не будет. Понял?”

Винсент поспешно кивнул. “Да, босс. Понял.”

Джеймс сделал глоток виски, не отрывая взгляда от Винсента. “Теперь, Руби. Ты упустил её, когда она была под носом, в доме охраны! Сейчас, как я понимаю, она вернулась к себе. Что ты предлагаешь?”

Винсент, слегка расслабившись от мысли, что гнев босса немного утих, тут же снова напрягся. “Босс, её дом – это хорошо укреплённая крепость. Высокие стены, камеры наблюдения, профессиональная охрана. Пройти незамеченными туда практически невозможно.”

Джеймс усмехнулся, но усмешка была больше зловещей, чем ободряющей. “Тогда что ты предлагаешь, Винсент? Смириться? Оставить её там? Не думаю, что это то, что я хочу услышать.”

Винсент быстро заговорил, стараясь показать свою полезность. “У меня есть информация о её распорядке дня. Каждое утро она выходит на пробежку в парке. Одна. Охрана держится на расстоянии. Это наш шанс. Мы можем похитить её там.”

Джеймс нахмурил брови. “В парке? Слишком рискованно. Слишком много свидетелей. Мне нужна гарантия, что всё пройдёт гладко.”

“Босс, у меня есть человек, который знает этот парк как свои пять пальцев. Он знает все укромные уголки, все тропинки. Мы можем организовать засаду в одном из этих мест. Быстро схватить её и увезти. Никто ничего не заметит”, - заверил Винсент.

Джеймс задумчиво постучал пальцами по столешнице. “Опиши мне это место. Детали, Винсент. Детали важны.”

Винсент откашлялся, собираясь с мыслями. “Это тропинка в дальней части парка, босс. Она идёт вдоль небольшого ручья, поросшего густым ивняком. Там практически всегда тихо и безлюдно, особенно рано утром. Обычно там только парочки выгуливают своих собак, но они держатся подальше от этой тропы. Она узкая, не больше метра в ширину, так что у Руби не будет возможности уклониться или убежать.”

Он сделал небольшую паузу, поправляя галстук, и продолжил: “Кусты там очень густые, босс. Настолько, что создают естественную стену с обеих сторон тропы. Мы можем спрятать людей прямо за ними, практически вплотную к тропинке. У нас будет эффект неожиданности.”

Джеймс молча кивнул, продолжая барабанить пальцами по столу. Винсент торопливо продолжил: “Самое главное, босс – там нет камер наблюдения. Вообще. Это единственное место в парке, где их нет. А если кто-то и увидит, то не сможет опознать наших людей. Они будут одеты в спортивную одежду, сливаться с обычными посетителями парка.”

“И что с машиной?” - прервал его Джеймс.

“В ста метрах от тропы, на небольшой просёлочной дороге, ждёт фургон, босс. Водитель уже там. Как только мы её схватим, мы быстро доставим её туда. Никаких проблем с парковкой, никаких пробок. Идеальный маршрут для быстрого отступления”, - ответил Винсент, в его голосе звучала нарастающая уверенность.

Он наклонился немного вперёд, словно подчёркивая важность деталей: “Тропа слегка изгибается как раз в том месте, где мы планируем засаду, босс. Это создает мертвую зону, так что охрана, если и будет где-то поблизости, попросту не сможет увидеть, что происходит. У нас будет несколько секунд, чтобы действовать, и этого будет достаточно.”

Винсент добавил, стараясь угодить боссу: “И, босс, там очень влажный грунт. Даже если Руби попытается сопротивляться, она не сможет бежать быстро. Она завязнет в грязи.”

Джеймс перестал барабанить пальцами по столу. Он откинулся на спинку кресла, обдумывая полученную информацию. “Влажный грунт… Хорошо. Убедись, что твои люди знают об этом. И никаких грубостей, Винсент. Я хочу, чтобы с ней обращались аккуратно. Никаких синяков и ссадин на лице. Понял?”

“Конечно, босс. Всё будет сделано в лучшем виде,” - с облегчением ответил Винсент. Он чувствовал, что угодил Джеймсу. Теперь оставалось только воплотить план в жизнь.

“Ты должен не просто проследить. Ты сам возглавишь эту операцию. Если что-то пойдёт не так… Ты знаешь, чем это для тебя закончится. Действуй. И помни, Винсент, Руби должна быть жива. Я хочу видеть её своими глазами”, - закончил Джеймс, и его слова прозвучали как приговор.

Винсент, дрожа всем телом, выскочил из кабинета, понимая, что у него нет права на ошибку. Его жизнь зависела от успеха этой операции. Руби… Он должен её доставить Джеймсу. Чего бы это ни стоило.

Глава 2.

Джеймс

Рассвет ещё не вступил в полную силу, но первые лучи солнца уже золотили верхушки вековых дубов и ясеней в парке. Воздух был прохладным и свежим, наполненным запахом влажной земли и сосновой хвои. Лёгкий туман клубился над травой, создавая ощущение сказочности и умиротворения. Именно в это время, когда город ещё только просыпался, Руби любила бегать по своему любимому маршруту.

Она выбрала для себя тропу, которая уводила в самую глубь парка, подальше от шумных аллей и проторенных дорожек. Здесь можно было остаться наедине с природой, насладиться тишиной и спокойствием. Но сегодня что-то было не так. Руби чувствовала необъяснимое беспокойство, словно кто-то наблюдал за ней из тени.

Она знала, кто это мог быть. Джеймс. После её побега он стал одержим идеей вернуть её. Она усилила охрану, сменила место жительства, старалась не выходить на улицу без сопровождения. Но она знала, что Джеймс не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего.

Поэтому, когда ее обычные охранники вдруг стали отставать, будто растаяли в утреннем тумане, по коже пробежал холодок. Интуиция кричала об опасности. Она оглянулась – никого. Только деревья и кусты, окутанные утренней дымкой. Сердце бешено заколотилось в груди.

Она решила сбавить темп, прислушаться к своим ощущениям. Обычно в это время на тропе можно было встретить лишь редких любителей пробежек и собачников. Но сегодня никого не было. Тишина была зловещей, давящей.

Тропа сужалась, приближаясь к излюбленному месту Руби – небольшому мостику через ручей, поросший густым ивняком. Ивняк создавал плотную зелёную стену, скрывая тропу от посторонних глаз. Здесь всегда было темно и прохладно, даже в самый жаркий день.

Руби остановилась, не доходя до мостика. Она почувствовала, что за ней следят. Она чувствовала на себе чужие взгляды. Она знала, что там, за кустами ивняка, её ждёт опасность. Нужно бежать. Нужно уходить отсюда как можно скорее.

Она развернулась, намереваясь бежать в обратном направлении, к главной аллее, где наверняка были другие люди. Но было слишком поздно. Из-за кустов выскочили двое мужчин. Они были одеты в спортивные костюмы, их лица были скрыты капюшонами. Они двигались быстро и слаженно, словно хорошо подготовленные профессионалы.

Один из них, более крупный и сильный, схватил Руби за обе руки, крепко сжав их. Она попыталась вырваться, но он держал ее мертвой хваткой. Другой набросился на нее сбоку, зажимая рот кляпом, пропитанным какой-то едкой жидкостью. Руби задохнулась, почувствовав резкий запах. Она попыталась закричать, но из горла вырвался лишь приглушенный стон.

Они потащили ее вглубь кустов, продираясь сквозь заросли и ветви. Руби сопротивлялась изо всех сил, пинала ногами, пыталась укусить своих похитителей. Но они были сильнее. Ее силы быстро иссякали.

И вдруг она увидела его. Винсента. Он стоял в тени деревьев, и его лицо было искажено гримасой боли и отвращения. Он смотрел на нее с сожалением и беспомощностью.

Руби не могла поверить своим глазам. Винсент? Он же был ее другом, ее доверенным лицом. Как он мог предать ее?

“Винсент, что ты делаешь?” – хотела она закричать, но кляп не позволял ей произнести ни слова.

Винсент опустил голову, избегая ее взгляда. “Прости меня, Руби,” - прошептал он, словно извиняясь перед самим собой. “Я должен это сделать. У меня нет выбора.”

Двое мужчин подхватили Руби на руки и понесли ее дальше вглубь парка. Она увидела небольшой фургон, стоящий на просёлочной дороге. Именно туда ее и несли.

Она снова попыталась вырваться, но ее попытки были тщетны. Она была связана и беззащитна.

Ее затолкнули в фургон и бросили на пол. Двери захлопнулись, и двигатель взревел, срываясь с места. Руби лежала на полу, связанная и с кляпом во рту, и слезы текли по ее щекам. Она чувствовала себя преданной, униженной и напуганной.

Фургон мчался по улицам города, увозя ее в неизвестном направлении. Но, она уже знала, что ее ждёт встреча с Джеймсом. Она боялась его, и того что он может с ней сделать. Она знала, что ее жизнь больше никогда не будет прежней.

Винсент, сидя на переднем сиденье рядом с водителем, нервно поглядывал в зеркало заднего вида. Он видел Руби, лежащую на полу фургона, он видел ее слезы и страх. И он чувствовал себя самым отвратительным человеком на свете. Он предал человека, которого уважал и ценил. И всё ради того, чтобы спасти свою шкуру.

Глава 3.

Руби не родилась в богатой или влиятельной семье, как Джеймс. Ее родители были обычными людьми, далекими от криминального мира Лондона.

Отец Руби был простым рабочим, трудившимся на заводе. Честный, трудолюбивый, но без особых амбиций. Мать - домохозяйкой, создававшей уют и тепло в их небольшом доме. Они жили скромно, но в любви и взаимопонимании. Руби выросла в атмосфере поддержки и заботы, усвоив ценности честности, доброты и уважения к другим.

Но их жизнь не была безоблачной. Отец рано умер от болезни, оставив мать и Руби в тяжелом финансовом положении. Руби пришлось рано повзрослеть, подрабатывая после школы, чтобы помочь матери. Это научило ее самостоятельности и упорству в достижении целей.

Руби всегда мечтала вырваться из бедности и создать лучшую жизнь для себя и своей матери. Она была умной и талантливой, и благодаря своему упорству смогла получить хорошее образование. Она устроилась на работу в юридическую фирму, где быстро проявила себя как талантливый и перспективный юрист.

Именно тогда ее пути и пересеклись с Джеймсом.

Джеймс, с другой стороны, вырос в мире роскоши, власти и насилия. Он был наследником одной из самых влиятельных криминальных семей Лондона. Его отец, безжалостный и властный человек, с детства готовил его к роли главы мафии.

Джеймс получил лучшее образование, но вместо книг он изучал искусство манипуляций, запугивания и ведения дел в криминальном мире. Он рано познал вкус власти и безнаказанности. Он привык получать все, что захочет, не считаясь ни с чьими чувствами.

Он был окружен красивыми женщинами, готовыми на все ради его внимания и богатства. Но ни одна из них не смогла по-настоящему зацепить его. Они были слишком предсказуемы, слишком зависимы, слишком похожи друг на друга.

Руби была другой.

Он встретил ее случайно, на благотворительном вечере, организованном его семьей. Она выделялась среди остальных гостей своей скромностью и искренностью. Она не пыталась ему угодить, не заискивала перед ним. Она была независимой и уверенной в себе.

Джеймса это заинтриговало. Он привык, что женщины падают к его ногам, а Руби держалась с ним на равных. Он начал ухаживать за ней, используя все свое обаяние и влияние. Он задаривал ее дорогими подарками, приглашал на эксклюзивные мероприятия, показывал ей мир роскоши и власти.

Руби поддалась его ухаживаниям не из-за любви, а из-за страха. Она понимала, что отказать Джеймсу опасно, что это может иметь серьезные последствия для нее и ее близких. Она согласилась на отношения с ним, надеясь, что сможет сохранить свою независимость и не потерять себя в его мире.

Она видела в нем опасность, но также и определенную привлекательность. Он был сильным, уверенным в себе и харизматичным. Она надеялась, что сможет с ним договориться, что он не будет слишком давить на нее.

Но онаошибалась.

Джеймс считал Руби своей собственностью. Он не понимал, что такое свобода и независимость. Он привык контролировать все и всех, и Руби не стала исключением. Он начал давить на нее, требуя подчинения и преданности.

Руби сопротивлялась. Она не хотела быть марионеткой в его руках. Она не хотела отказываться от своих принципов и ценностей. Она поняла, что ошиблась в нем, что он не тот человек, с которым она может быть счастлива.

Она решила уйти, несмотря на опасность. Она знала, что Джеймс не отпустит ее просто так. Но она была готова рискнуть всем ради своей свободы.

Это стало для Джеймса ударом по самолюбию. Он не привык, что женщины его бросают. Он воспринял это как личное оскорбление. Он не мог допустить, чтобы Руби была с кем-то другим.

Он начал преследовать ее, пытаясь вернуть. Он использовал все свои ресурсы, чтобы найти ее. Он был одержим ею.

В его одержимости сплелись жажда власти, эгоизм и желание доказать свою значимость. Он хотел доказать себе и всем, что он может получить все, что захочет. Он хотел доказать, что Руби принадлежит ему, и никто не может ее отнять.

Руби стала для него символом непокорности, которую он должен сломить. Она стала для него трофеем, который он должен вернуть любой ценой.

Именно поэтому он и приказал похитить ее. Он не мог допустить, чтобы она была с кем-то другим. Она должна быть его. И только его. Это стало делом принципа.

Теперь, когда Руби в его руках, он намерен показать ей кто главный, сломить ее волю и сделать ее послушной. Он не понимает, что чем больше он давит на нее, тем больше она сопротивляется, и ненавидит его.

Глава 4.

Руби

Парк всегда был моим убежищем, местом, где я могла сбежать от суеты города и набраться сил. Особенно по утрам, когда солнце только начинает пробиваться сквозь деревья, и воздух наполнен запахом влажной земли и свежей травы. Сегодня, однако, спокойствие парка казалось обманчивым, зловещим. Я чувствовала на себе чужой взгляд, словно кто-то наблюдал за мной из тени.

После ухода от Джеймса, жизнь превратилась в паранойю. Охранники, смена квартир, постоянное ощущение, что за мной следят - это стало моей новой реальностью. Я знала, что Джеймс не отступит, что он сделает всё, чтобы вернуть меня. Но я не могла позволить ему сломить меня. Я должна была оставаться сильной и бороться за свою свободу.

Я старалась не думать о нем, не позволять страху сковывать меня. Я продолжала бегать по утрам, ходить на работу, встречаться с друзьями. Я жила, несмотря на то, что знала - опасность подстерегает меня на каждом шагу.

Сегодня утром я чувствовала себя особенно тревожно. Мои охранники казались какими-то рассеянными, будто их внимание было сосредоточено где-то в другом месте. Я начала подозревать, что что-то не так.

Я сбавила темп, прислушиваясь к своим ощущениям. Тропа сужалась, приближаясь к моему любимому месту - небольшому деревянному мостику через ручей, поросший густым ивняком. Там всегда было тихо и уединенно, словно вдали от всего мира. Но сегодня тишина казалась зловещей.

Я почувствовала, что за мной наблюдают. Я остановилась, пытаясь разглядеть что-то в густых зарослях ивняка. Ничего. Только тени, играющие в лучах утреннего солнца. Я попыталась убедить себя, что мне просто кажется, что я слишком сильно накручиваю себя.

Я сделала несколько шагов в сторону мостика, и вдруг из-за кустов выскочили двое мужчин. Всё произошло так быстро, что я не успела даже испугаться. Они были одеты в спортивные костюмы, их лица скрывали капюшоны. Они двигались профессионально, слаженно, словно давно отработали этот сценарий.

Один из них схватил меня за руки, крепко сжав их. Я попыталась вырваться, но он был сильнее. Я почувствовала резкий запах хлороформа, и мир поплыл перед глазами. Я попыталась закричать, но другой мужчина зажал мне рот кляпом.

Я отчаянно сопротивлялась, пинала ногами, пыталась укусить своих похитителей. Но они были слишком сильными. Мои силы быстро иссякали.

И вдруг я увидела его. Винсента. Он стоял в тени деревьев, и его лицо было искажено гримасой боли и отвращения. Он смотрел на меня с сожалением и беспомощностью.

Винсент! Мой друг, мой бывший коллега, человек, которому я доверяла. Как он мог предать меня? Я не могла поверить своим глазам. Я пыталась спросить его, что происходит, но кляп не позволял мне произнести ни слова.

“Прости меня, Руби,” - прошептал Винсент, его голос был полон боли и отчаяния. “Я должен это сделать. У меня нет выбора.”

С этими словами двое мужчин подхватили меня на руки и понесли к небольшому фургону, стоявшему на просёлочной дороге. Я продолжала сопротивляться, но мои усилия были тщетны. Я была связана и беззащитна.

Меня затолкнули в фургон и бросили на пол. Двери захлопнулись, и двигатель взревел, срываясь с места. Я лежала на полу, связанная и с кляпом во рту, и слезы текли по моим щекам. Я чувствовала себя преданной, униженной и напуганной.

Джеймс. Это всё его рук дело. Он забрал мою свободу, мою жизнь, мою независимость. Он превратил мою жизнь в кошмар. Я ненавидела его всем сердцем.

Фургон мчался по улицам города, увозя меня в неизвестном направлении. Я не знала, куда меня везут, что меня ждет. Я знала только одно: моя жизнь больше никогда не будет прежней. Меня ждут унижения, слезы и безысходность.

Глава 5.

Руби

Этот благотворительный бал казался мне фарсом. Всё это показное великолепие, лицемерные улыбки и пустые разговоры вызывали у меня лишь отвращение. Я пришла сюда по долгу службы, представляя юридическую фирму, которая оказывала поддержку детскому дому. Я понимала важность этого мероприятия, но чувствовала себя не в своей тарелке среди всей этой напыщенной публики.

Я стояла у окна, пытаясь сбежать от суеты и шума, и размышляла о том, как скорее отсюда уйти. Я не любила такие мероприятия, они казались мне бессмысленной тратой времени и сил.

И вдруг я почувствовала на себе чей-то взгляд. Он был пронзительным и изучающим, словно сканировал меня с головы до ног. Я обернулась и увидела его.

Джеймс Блэквуд. Его имя гремело в городе. Глава криминальной семьи, богатый, влиятельный и опасный. Я знала о нем, слышала много слухов, но никогда не встречалась лично.

Он был невероятно красив. Высокий, статный, с темными волосами и пронзительными серыми глазами. В его взгляде чувствовалась сила и уверенность, но и что-то темное, скрытое. Он притягивал и отталкивал одновременно.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Я знала, что мне лучше держаться от него подальше, но почему-то не могла отвести от него взгляд.

Он подошел ко мне, двигаясь с грацией хищника. Он слегка поклонился и представился. “Добрый вечер. Я Джеймс Блэквуд. Хозяин этого… зверинца”, - произнес он с легкой усмешкой.

Я сухо кивнула, стараясь не выдать своего волнения. “Добрый вечер. Я Руби”, - ответила я, пожимая ему руку. Его прикосновение было холодным и сильным.

Он улыбнулся, и в его глазах вспыхнул интерес. “Руби? Что ж, это красивое имя. Оно подходит вам. Чем вы занимаетесь, Руби? Если, конечно, это не секрет”, - спросил он.

Я заколебалась. Я не хотела рассказывать ему о своей работе. Я знала, что он может использовать эту информацию против меня. “Это не секрет, но и не имеет значения”, - ответила я уклончиво.

Он нахмурился. “Не имеет значения? Я уверен, что ваше занятие весьма интересно. Может быть, вы… художница? Или актриса?”, - предположил он.

Я усмехнулась. “Может быть. Но это не имеет значения для нашего знакомства”, - повторила я, стараясь уйти от ответа.

Я чувствовала, как он раздражается. Он привык, что люди выкладывают перед ним все свои карты, а я отказывалась играть по его правилам. “Вы очень загадочная, Руби. Вы любите хранить свои секреты?”, - спросил он, глядя мне прямо в глаза.

“Все люди хранят секреты. Вопрос лишь в том, какие секреты они хранят”, - ответила я, стараясь сохранить самообладание.

Я видела, как в его глазах загорается огонь. Он был заинтригован, и я знала, что он не отступит, пока не узнает обо мне всё. “И что же, по-вашему, я делаю на этом вечере, Руби? Выбираю новую жертву?”, - спросил он с усмешкой.

Я вздохнула. “Я не знаю, Джеймс Блэквуд. Но я вижу, что вы чувствуете себя здесь так же неуютно, как и я. Возможно, вы просто ищете кого-то, кто сможет вас понять”, - ответила я, окидывая взглядом его дорогой смокинг и безупречную прическу.

Он улыбнулся, на этот раз искренне. “Возможно, вы правы. В таком случае, что вы предлагаете? Продолжать скучать здесь, или сбежать от всего этого безумия?”, - спросил он.

Я задумалась. Я знала, что общение с Джеймсом Блэквудом опасно. Но что-то в нем меня манило. Любопытство, наверное. Я хотела узнать, что скрывается за этой маской силы и уверенности.

“Я согласна, но с одним условием: вы не будете пытаться узнать обо мне больше, чем я захочу вам рассказать”, - ответила я, ставя ему ультиматум.

Он рассмеялся. “Справедливое условие. Я люблю тайны… особенно, если мне удается их разгадать”, - ответил он, беря меня под руку.

Мы вместе покинули зал, направляясь в ночь, полную неизвестности и опасности. Я чувствовала, что ввязываюсь в опасную игру, но не могла остановиться. Мне было интересно, что ждет меня впереди. Я знала, что эта встреча изменит мою жизнь. И я не ошиблась. Я даже не представляла, насколько сильно.

Выйдя из отеля, я почувствовала облегчение. Свежий ночной воздух был глотком свободы после душной атмосферы зала. Джеймс вел меня по тихим улочкам Лондона, и я старалась не думать о том, куда он меня ведет. Я решила просто наслаждаться моментом и постараться узнать его получше.

Он не говорил о своем бизнесе или о своей семье. Он рассказывал о своих увлечениях, о книгах, которые любит читать, о музыке, которую слушает. Он оказался умным и интересным собеседником, хотя я все время чувствовала, что он что-то скрывает.

Мы шли пешком довольно долго, пока не оказались в одном из самых старых районов Лондона. Джеймс остановился перед небольшим, неприметным баром с тусклой вывеской. “Здесь играет отличная музыка”, - сказал он, открывая передо мной дверь.

Внутри было темно и шумно. Бар был заполнен людьми, но атмосфера была более расслабленной и неформальной, чем в отеле. На сцене играла джазовая группа, и музыка была просто потрясающей.

Джеймс провел меня к столику в углу и заказал напитки. Я попросила просто воды, не желая пить алкоголь в его компании. Он заказал себе виски, которое выпил залпом.

Мы сидели и слушали музыку, почти не разговаривая. Я наблюдала за Джеймсом, стараясь понять, что за человек он на самом деле. Он казался другим здесь, в этом баре. Более настоящим, более расслабленным.

Он поймал мой взгляд и слегка улыбнулся. “Что вы думаете? Нравится?”, - спросил он.

“Музыка отличная”, - ответила я. “Но я все еще не понимаю, зачем вы меня сюда привели”.

Он вздохнул. “Я хотел показать вам другую сторону себя. Сторону, которую не видит никто, кроме самых близких мне людей. Я хотел, чтобы вы поняли, что я не только глава криминальной семьи, но и обычный человек, который любит музыку и хорошие книги”, - ответил он.

Я молчала, не зная, что сказать. Я не верила ему до конца, но мне было интересно. Я хотела узнать, что скрывается за этой маской.

Глава 6.

Руби

После похищения, когда фургон мчался по улицам Лондона, я чувствовала себя не просто пленницей, а раздавленной и опустошенной. Боль предательства, страх за свое будущее и ненависть к Джеймсу переполняли меня. С каждой минутой я все больше понимала, что моя жизнь перевернулась с ног на голову, и возврата к прежней уже не будет.

Фургон остановился. Меня грубо вытащили наружу и завели в какое-то здание. Я не видела, где мы находимся, так как на голову накинули мешок. Я чувствовала лишь холодный бетон под ногами и запах сырости, исходящий от стен.

Меня втолкнули в комнату и бросили на пол. Я ударилась о что-то твердое, и в голове помутилось. Кто-то снял с меня мешок.

Я осмотрелась. Комната была небольшой и темной, с одним маленьким окном под потолком. Обстановка была спартанской: железная кровать, стул и стол. Комната больше напоминала тюремную камеру.

В дверь вошел Винсент. Он выглядел бледным и измученным. Он старался не смотреть мне в глаза.

“Руби, прости меня”, - прошептал он, его голос дрожал. “Я должен был это сделать. У меня не было выбора”.

Я смотрела на него с ненавистью. “У тебя всегда есть выбор, Винсент. Ты просто трус. Ты предал меня”, - ответила я, и в моем голосе звучала вся моя боль и обида.

Он опустил голову. “Я знаю. Я никогда себе этого не прощу”, - пробормотал он.

“Где я? Куда вы меня привезли?”, - спросила я, стараясь сохранить спокойствие.

“Ты в безопасном месте. Здесь тебя никто не найдет”, - ответил Винсент.

“Безопасном для кого? Для тебя и Джеймса? А как насчет меня? Кто защитит меня от него?”, - спросила я, и слезы навернулись на глаза.

Винсент подошел ко мне и попытался взять меня за руку, но я отдернула ее. “Руби, я клянусь, я не хотел, чтобы это случилось. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе”, - сказал он.

“Не трогай меня. Я не верю ни одному твоему слову. Ты сообщник Джеймса. Ты такой же, как и он”, - ответила я, отворачиваясь от него.

Он вздохнул. “Я понимаю, что ты мне не веришь. Но я прошу тебя, дай мне шанс доказать, что я на твоей стороне. Я помогу тебе сбежать”, - сказал он.

Я посмотрела на него с недоверием. “Сбежать? И что потом? Джеймс найдет нас обоих и убьет? Нет, спасибо. Я лучше попытаюсь разобраться с ним сама”, - ответила я.

“Ты не сможешь справиться с Джеймсом. Он слишком силен. Тебе нужна помощь”, - сказал Винсент.

“Мне не нужна твоя помощь. Я справлюсь сама. Просто оставь меня в покое”, - ответила я, отворачиваясь к стене.

Винсент помолчал немного, а потом вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Я осталась одна в темной камере, полная страха и ненависти.

Я не знала, что меня ждет впереди. Я не знала, как долго я буду здесь находиться. Я знала только одно: я не сдамся. Я буду бороться за свою свободу до конца. Я буду искать возможность сбежать и отомстить Джеймсу за всё, что он со мной сделал.

Я чувствовала, что он сломал мою жизнь, но он не сломал мою волю. Я была сильной, и я была готова на всё, чтобы вернуть себе свою жизнь. И если для этого мне придется уничтожить Джеймса Блэквуда, я сделаю это не раздумывая.

Глава 7.

Джеймс

Джеймс, стоя спиной к Винсенту у огромного панорамного окна, смотрел на огни Лондона. Ночной город, казалось, дышал под его ногами, и его власть распространялась на каждый сверкающий огонек внизу. Но сейчас он не видел ни города, ни власти. Его мысли были заняты лишь одной женщиной.

“Ну что, Винсент? Как она там? Не слишком холодно в ее новой обители?”, - спросил Джеймс, не поворачиваясь. Его голос был спокойным, но в нем чувствовалась скрытая угроза.

Винсент сглотнул. “Она… она цела, босс. Безопасность обеспечена”, - ответил он, стараясь, чтобы его голос не дрожал.

Джеймс издал тихий смешок, не отрываясь от вида из окна. “Цела? Безопасность? Это хорошо, Винсент, но недостаточно. Я спрашиваю, как она себя чувствует? Не сломалась ли ее воля от бетонных стен и скудного пайка?”

Винсент замялся. “Комната… она довольно спартанская, босс. Но она не жаловалась”, - пробормотал он.

Джеймс резко повернулся, и Винсент инстинктивно вздрогнул. В глазах Джеймса плескался холодный гнев, отражающий огни ночного города. “Спартанская? Ты думаешь, что я похитил женщину, чтобы держать ее в камере, как животное? Я хочу, чтобы ей было комфортно, насколько это возможно, в сложившейся ситуации”, - произнес Джеймс, делая шаг вперед.

Винсент отступил на шаг. “Но, босс… она же…”

“Она - что, Винсент? Опасна? Упряма? Именно поэтому мы и держим ее здесь. Но это не значит, что мы должны относиться к ней как к скоту. Я хочу, чтобы ты перевел ее в комнату получше. С хорошей кроватью, с окном, чтобы она видела солнце, если, конечно, оно снизойдет до нас”, - приказал Джеймс.

Винсент был ошеломлен. Он ожидал чего угодно, только не этого. “Вы хотите… смягчить условия ее содержания? Зачем, босс?”

Джеймс подошел к окну и снова посмотрел на огни Лондона. “Потому что я хочу, чтобы она поняла, что я не чудовище. Я хочу, чтобы она поняла, что делаю это ради нее. Я хочу, чтобы она увидела, что я могу быть… великодушным”, - ответил Джеймс, и его голос стал тише.

Винсент не понимал. Это не вязалось с образом безжалостного криминального босса, которого он знал. “Я все сделаю, как вы скажете, босс. Но… вы уверены, что это хорошая идея? Если она почувствует слабину…”

Джеймс прервал его, повернувшись к нему лицом. В его глазах снова появился стальной блеск. “Слабину почувствуешь ты, Винсент, если хоть один волос упадет с ее головы. Я хочу, чтобы она была жива, здорова и относительно довольна. Но запомни: она все еще в тюрьме, и ключ от этой тюрьмы - в моих руках. Понял?”

Винсент кивнул, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. “Да, босс. Я понял. Я сделаю все, чтобы она была в порядке”, - ответил он, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

Джеймс снова посмотрел в окно. “Позаботься об этом, Винсент. И помни: я наблюдаю за вами обоими. И не дай мне разочароваться”, - произнес он, словно обращаясь к ночному городу.

Винсент поспешно вышел из кабинета, оставив Джеймса наедине с его мыслями. Джеймс стоял у окна и смотрел на огни Лондона. В его голове роились противоречивые чувства: желание обладать, страх потери и странная, необъяснимая нежность. Он знал, что играет с огнем, но не мог остановиться. Он должен был заполучить Руби, чего бы это ему ни стоило. И он был готов на все, чтобы добиться своей цели. Даже если это означало играть роль великодушного тирана.

Глава 8.

* * *

Руби

После похищения прошло всего несколько часов, но они тянулись как вечность. Каждый удар сердца отзывался страхом, каждая мысль - ненавистью к Джеймсу. Я ела с отвращением безвкусную кашу, которую мне принесли, и старалась сохранить остатки сил. Комната была мрачной клеткой, и я чувствовала, как моя воля медленно угасает.

Я пыталась понять, что у Джеймса в голове. Неужели он просто хотел сломить меня? Или он преследовал какую-то другую цель? В любом случае, я не собиралась сдаваться. Я была готова бороться до последнего вздоха.

Прошло, наверное, часа три после моего “обеда”, когда дверь камеры открылась, и вошел Винсент. Он выглядел еще более бледным и измученным, чем в парке. “Руби, есть изменения”, - пробормотал он, не глядя на меня.

Я напряглась, готовясь к худшему. “Какие еще изменения? Что, Джеймсу надоело играть в тюремщика, и он решил меня прикончить?”, - съязвила я, пытаясь скрыть свой страх.

Винсент вздрогнул. “Нет, что ты. Он… он велел тебя перевести”, - ответил он.

Я не поверила своим ушам. “Перевести? Куда? В пыточную камеру?”, - спросила я, скептически приподняв бровь.

Винсент покачал головой. “Нет. В комнату получше. Он сказал… чтобы тебе было комфортнее”, - пробормотал он, и его щеки слегка порозовели.

Я фыркнула. “Комфортнее? Джеймс Блэквуд? Это что, новый вид садизма? Или он думает, что я забуду о похищении, если у меня будет мягкая подушка?”, - спросила я, скрестив руки на груди.

Винсент промолчал. Он просто махнул рукой двум охранникам, стоявшим в коридоре. Они вошли в камеру и начали выносить немногочисленную мебель.

“Что происходит?”, - спросила я, наблюдая за ними с недоверием.

“Вы переносите Руби в другое помещение, как приказано”, - сухо ответил один из охранников, не глядя на меня.

Я не сопротивлялась. Какой смысл? Я была в их власти. Но я внимательно следила за каждым их движением, пытаясь понять, что происходит.

Закончив с мебелью, охранники жестом показали мне, что нужно выйти. Я подчинилась, но шла медленно, осматриваясь по сторонам. Коридор был узким и темным, и я понятия не имела, куда меня ведут.

Вскоре мы остановились перед другой дверью. Винсент открыл ее, и я вошла внутрь.

Я огляделась. Комната была больше и светлее, чем моя предыдущая камера. В ней была нормальная кровать с чистым постельным бельем, стол, стул и даже небольшая этажерка с книгами. В стене было окно, занавешенное плотными шторами.

Я не могла поверить своим глазам. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. “Что это все значит?”, - спросила я, повернувшись к Винсенту.

Он избегал моего взгляда. “Джеймс… он хочет, чтобы тебе было здесь удобнее. Он сказал, что тебе принесут нормальную еду, и ты можешь читать книги”, - пробормотал он.

Я презрительно усмехнулась. “И он думает, что я куплюсь на это? Он думает, что я забуду, что он меня похитил и держит в заточении, если у меня будет книжка и мягкая кровать?”, - спросила я.

Винсент вздохнул. “Я знаю, что ты злишься. И у тебя есть на это право. Но я прошу тебя, Руби, не делай поспешных выводов. Возможно… возможно, он пытается загладить свою вину”, - ответил он.

Я уставилась на него. “Загладить вину? Джеймс Блэквуд? Ты серьезно? Или он держит тебя в заложниках вместе со мной и заставляет говорить эти глупости?”, - спросила я.

Винсент покачал головой. “Нет, клянусь. Я говорю то, что думаю. Я знаю, что он совершил ошибку, похитив тебя. Но я думаю, что он хочет ее исправить”, - ответил он.

Я не знала, верить ему или нет. С одной стороны, я чувствовала, что он говорит искренне. С другой стороны, он работал на Джеймса, а значит, ему нельзя было доверять.

“Хорошо, Винсент”, - сказала я, после минутного молчания. “Я приму это как данность. Но запомни: это не значит, что я прощаю Джеймса. И это не значит, что я останусь здесь навсегда. Как только у меня появится возможность, я сбегу. И тогда я заставлю Джеймса заплатить за все, что он со мной сделал”.

Винсент кивнул. “Я понимаю. Я помогу тебе, Руби”, - ответил он.

Я посмотрела на него с сомнением. “Ты поможешь мне? После того, как ты предал меня и привел сюда?”, - спросила я.

Винсент опустил голову. “Я знаю, что я виноват перед тобой. И я готов сделать все, чтобы искупить свою вину. Дай мне шанс, Руби”, - ответил он.

Я молчала, обдумывая его слова. В конце концов я решила рискнуть. “Хорошо, Винсент. Я дам тебе этот шанс. Но если ты обманешь меня, я обещаю, что тебе не поздоровится”, - ответила я.

Винсент поднял голову и посмотрел на меня с благодарностью. “Я не подведу тебя, Руби”, - сказал он.

Он вышел из комнаты, оставив меня одну. Я подошла к окну и отдернула шторы. В окно лился яркий солнечный свет. Я посмотрела на город и почувствовала прилив надежды. Возможно, все еще не потеряно. Возможно, я смогу вырваться из этой клетки и вернуть свою жизнь. Возможно, Винсент действительно хочет мне помочь. Но я не должна забывать об осторожности. Джеймс Блэквуд - опасный враг, и я должна быть готова ко всему.

После перевода в “более комфортную” комнату, я чувствовала себя скорее как в золотой клетке, чем в тюрьме. Да, здесь было чисто, светло и даже были книги, но я все равно оставалась пленницей Джеймса Блэквуда. Это ощущение не давало мне покоя.

* * *

Я решила принять ванну, чтобы немного расслабиться и успокоить нервы. Вода была горячей и приятной, и я на несколько минут забыла о своем заточении. Я закрыла глаза и попыталась представить себя где-нибудь в другом месте, где нет Джеймса, нет страха и нет ненависти.

Вдруг я услышала щелчок замка. Я резко открыла глаза и увидела его.

Джеймс.

Он стоял в дверях ванной комнаты, облокотившись на косяк, и смотрел на меня с нескрываемым интересом. На его лице играла легкая улыбка, и в глазах был какой-то хищный блеск.

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. “Что ты здесь делаешь? Выйди вон!”, - закричала я, прикрывая тело руками.

Глава 9.

Джеймс

С момента перевода Руби в более комфортную комнату, я не мог перестать о ней думать. Я старался убедить себя, что это просто игра, что я хочу сломить ее сопротивление и подчинить своей воле. Но в глубине души я знал, что это неправда.

Я действительно испытывал к ней чувства. Она была не такой, как все остальные женщины в моей жизни. Она была сильной, независимой и умной. Она бросала мне вызов, и это меня привлекало.

Я понимал, что она ненавидит меня, что она считает меня чудовищем. Но я надеялся, что со временем она сможет увидеть во мне что-то большее. Я хотел показать ей свою настоящую сущность, свою ранимую душу. Я хотел, чтобы она полюбила меня таким, какой я есть.

Сегодня я решил навестить ее. Я долго стоял перед ее дверью, собираясь с духом. Я не знал, что ей сказать, как себя вести. Я боялся, что она снова отвергнет меня, что снова назовет меня чудовищем.

Наконец я решился и открыл дверь. Руби была в ванной.

Она лежала в воде, прикрывая тело руками, и смотрела на меня с ненавистью. Ее волосы были мокрыми и разметались по плечам, а на щеках играл румянец. Она выглядела невероятно красивой и соблазнительной.

Я замер у двери, не в силах отвести от нее взгляд. Я чувствовал, как во мне разгорается пламя желания. Я хотел подойти к ней, прижать ее к себе и утонуть в ее глазах.

“Что ты здесь делаешь? Выйди вон!”, - закричала она, и ее голос был полон гнева.

Я очнулся от своего транса и попытался взять себя в руки. “Я просто хотел убедиться, что тебе здесь комфортно. И, должен признать, ты выглядишь просто великолепно”, - ответил я, стараясь придать своему голосу непринужденный тон.

Я знал, что это было глупо. Она не хотела моего внимания, она не хотела моего восхищения. Она хотела, чтобы я исчез из ее жизни.

“Ты грязный извращенец! Как ты смеешь вторгаться в мою личную жизнь? Выйди немедленно!”, - закричала она, и в ее глазах я увидел настоящий ужас.

Я почувствовал укол вины. Я знал, что причиняю ей боль. Я знал, что мои действия только отталкивают ее от меня.

“Не стоит так нервничать, Руби. Я всего лишь хотел немного пофлиртовать. Разве тебе не нравится мое внимание?”, - спросил я, надеясь, что она хоть немного смягчится.

Но она лишь сжалась в ванне еще сильнее. “Твое внимание мне противно! Я ненавижу тебя! Я никогда не полюблю такого человека, как ты!”, - закричала она.

Ее слова ранили меня в самое сердце. Я понял, что она никогда не сможет меня простить, что она никогда не сможет полюбить меня.

“Не говори так, Руби. Ты еще не знаешь меня достаточно хорошо. Я могу быть очень нежным и заботливым”, - ответил я, пытаясь достучаться до ее сердца.

“Нежным и заботливым? Ты похитил меня, лишил свободы и держишь в заточении! Какая может быть речь о нежности и заботе?”, - закричала она.

Она была права. Я был чудовищем. Я лишил ее всего, что ей было дорого. Я не имел права надеяться на ее любовь.

“Я знаю, что поступил неправильно. Но я сделал это только потому, что не мог тебя потерять. Я был готов на все, чтобы ты была рядом со мной”, - ответил я, пытаясь оправдаться.

“Ты лжец! Тебе просто нужна власть и контроль! Ты хочешь сломить меня и подчинить своей воле!”, - закричала она.

Я покачал головой. “Ты ошибаешься, Руби. Я хочу, чтобы ты полюбила меня. Я хочу, чтобы ты сама захотела быть со мной”, - ответил я.

Я искренне верил в то, что говорил. Я действительно хотел, чтобы она полюбила меня. Но я понимал, что это невозможно.

“Я лучше умру, чем полюблю тебя! Я лучше проведу всю жизнь в тюрьме, чем буду рядом с тобой!”, - закричала она.

Ее слова были как удар ножом. Я понял, что все кончено. Я потерял ее навсегда.

Я долго молчал, глядя на нее. В ее глазах читалась лишь ненависть и отвращение. “Что ж, Руби. Ты сама сделала свой выбор. Не говори потом, что я тебя не предупреждал”, - сказал я, поворачиваясь, чтобы уйти.

“Что ты имеешь в виду?”, - спросила она, чувствуя недоброе предчувствие.

Я остановился в дверях и усмехнулся. “Ты скоро узнаешь”, - ответил я и вышел из ванной комнаты, захлопнув за собой дверь.

Я ушел, оставив ее в слезах и страхе. Я знал, что мои слова ее напугали. Но я не мог иначе. Я должен был показать ей, что она не может так со мной разговаривать, что она должна уважать меня.

Я понимал, что мой поступок только ухудшит ситуацию. Но я был слишком зол и разочарован, чтобы думать рационально. Я хотел причинить ей боль, чтобы она почувствовала то же, что чувствую я.

Я знал, что моя любовь к Руби - это проклятие. Она никогда не сможет полюбить меня, и я никогда не смогу отпустить ее. Я был обречен на вечное страдание. Но я не сдамся. Я буду продолжать бороться за нее, даже если это приведет к моей гибели. Ведь такова была моя воля.