Ночное небо Канирмы

Глава 1 С работы в отпуск

Мира отложила ручку, отодвинула от себя папку с бумагами и посмотрела в окно. Лето, солнце, чистое голубое небо, лёгкий ветерок тревожит волосы прохожих, и повсюду слышно пение птиц и шелест густой листвы. Красота неимоверная!

«А может ну его всё к чёрту!», — подумалось ей.

Девушка встала из-за стола, забрав сумку, направилась к выходу. Лестничный пролет преодолела быстро, оглядываясь, чтобы никто из коллег не заметил её ранний уход. На часах три дня, работать ещё три часа, но Мира так начиталась соблазнительных, красивых романов о жгучей страсти и жаркой любви, что глаза болели, а голова была забита историями о Мариях, Еленах, Розах, Валериях и о многих других героях бесконечных любовных романов. Сюжеты похожи, но в каждом своя неповторимая изюминка.

«Мне бы стать героиней романа», — с мечтательной улыбкой на губах подумала Мира, спрыгивая с последней ступеньки и открывая дверь на улицу. Вот она свобода! «Ах, как мне не хватает романтики!»

Мирослава Сергеевна Чайковская родилась в Екатеринбурге и всю жизнь, то есть все двадцать шесть лет своей жизни, провела в родном городе, считая, что именно здесь ей и место. Она родилась в семье творческих людей, но, к сожалению, родителей потеряла рано и воспитывала её бабуля. Лурье Маргарита Родионовна, но для своих бабушка Марго (или бабуля), была добродушной и веселой старушкой, тоже творческой. Она писала детские книги и её читательская аудитория в своё время была довольно большая. Благодаря бабуле Марго маленькая Мирослава попала в книжный мир. Сначала в детский. Но с возрастом интересы, конечно, меняются, и девушка связала свою жизнь с издательским домом с красивым, но в то же время, по её мнению, комичным из-за своей особой двусмысленности названием. «Триумфальный полёт». Так назывался издательский дом, в филиале которого теперь работала Мирослава. Она иногда со смешком думала о таком названии, ведь триумфальный полёт может быть и со свистом в пропасть.

Мира снова улыбнулась, поправила белую блузку, достала из маленькой сумочки бутылочку воды и присела на скамейку в парке. Да, что не говори, а вид тут был отличный.

— Красота!

— Ой, спасибо, Мира, ты тоже очень симпатичная особа, — раздался знакомый голос начальницы и Мира пожалела, что не села на лавку, что стояла в глубине парка. Первым порывом было вскочить и убежать (нет у них с Ольгой Алексеевной были хорошие отношения, но как никак разгар рабочего дня, а Мира не на рабочем месте). Но Мира осталась сидеть на лавке, а Ольга Алексеевна села рядом и широко улыбнулась своей подчинённой.

— Простите, — пролепетала девушка, на что Ольга лишь легкомысленно махнула рукой.

— Запарилась? Понимаю. Я даже слово тебе не скажу плохого, что ты не у себя в кабинете, а наслаждаешься прекрасным июльским деньком в этом замечательном парке!

Мира подозрительно глянула на Ольгу. Девушке нравилось, что её начальница не какая-нибудь старая, злобная грымза, а симпатичная женщина тридцати лет, довольно добрая, но! Она очень щепетильно относится к работе, ответственно и в ответ желает того же. Она не любит халатность. И лентяев! Поэтому Мире было странно видеть Ольгу Алексеевну такой доброжелательной в эту минуту. То, что она улыбается так широко и не бранит, значит лишь одно: женщине что-то от Миры нужно! Неужели в командировку хочет сослать? Мира немного скривилась. Она не любила разъезжать и выезжать. Она любила жить дома, быть всегда в городе. За все двадцать шесть лет она уезжала из Екатеринбурга лишь два раза. И то не по своей воле, а по воле бабушки Марго.

— Я почти закончила читку «Снов Раисы», — быстро проговорила девушка.

— О, забудь. Эта книга никуда не годится, — фыркнула Ольга, аккуратно убирая выбившуюся светлую прядку острым ухоженным ноготком. — Её закончит Света. Отдай ей рукопись сегодня.

— Но что тогда делать мне? Есть новая рукопись?

Ольга хлопнула в ладоши:

— Есть для тебя другая работа, милая. Давно ты ездила в отпуск? А? Никогда? Точно! Ты работаешь в нашем издательстве четыре года, а ни разу не брала отпуск.

Мира мысленно пересчитала свои года, что она проработала в «Триумфальном полёте». Да, так и есть, в августе исполнится ровно четыре года. И что?

— Мне не нужен отпуск, я не устала, — мягко возразила она, в тайне уже догадавшись, что её пошлют куда-то.

«Лишь бы не очень далеко!»

— Не говори ерунды, Мира, — в свою очередь возразила Ольга, но совсем не мягко. — Отпуск нужен всем, абсолютно! И ты, конечно, устала читать любовные романы. И ведь забросила личную жизнь. В жизни реальной любви у тебя нет. Романтика, отношения, страсть! Эх, каждой женщине хочется чего-то подобного. И не вздумай мне говорить, что ты исключение.

Она выжидательно и очень внимательно посмотрела на Миру, отчего девушке стало неловко. Кажется она покраснела. Только, только Мира думала о романтике и вот на тебе! Ольга заговорила о том же.

— Ну, я…

— Ничего не говори. Страсть я не могу тебе обещать, а вот романтику природы России, пожалуйста! Я отправляю тебя в отпуск. В Карелию! Отдохни, посмотри красоты нашей родины, наберись сил. И заодно сделай небольшой видео репортаж о главных достопримечательностях Карелии. Я тебе на почту пришлю план и всю информацию по поездке. У тебя две недели. Билеты я купила. Туда и обратно. Вот. Ты едешь сегодня. В полночь, на поезде. Не волнуйся, поедешь с удобством, в купе. Двухместном. — Она протянула ошеломлённой девушке билеты, и её лицо озарила очередная улыбка. — Ты свободна. Только отдай Свете рукопись. И вперёд. Сборы ждут! И не благодари. Удачного отдыха, милая!

Ольга встала со скамейки и вихрем унеслась из парка. Только пятки сверкали. У девушки возникла мысль: а была ли Ольга сейчас здесь? Возможно, от жары у Миры начались ведения? Но нет, билеты-то в руках. И отказаться Мира не могла. Это было бы невежливо, во-первых. Во-вторых, откажись она и Ольга расценит это как неподчинение. А в-третьих, Ольга просто-напросто обидится и может начать вставлять палки в колеса. Она это умеет. В прошлом году начальница ловко избавилась от одной работницы, которая часто опаздывала и появлялась на рабочем месте, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Походы в клубы даром не проходят.

Глава 2 В омуте синих глаз

Первым порывом для Миры было расспросить бабулю о том, каким таким образом она приобрела себе в поклонники столь молодого человека. На вид мужчине было не больше тридцати. Максимум тридцать два! Это надо же! Бабушке Марго уже семьдесят, а она способна заарканить мальчишку (для неё он точно мальчишка)! Но, конечно же, Мира ни словом, ни делом не выдала своего изумления. Мира была слишком хорошо воспитана, чтобы любопытствовать при постороннем человеке. Да, иногда природное чувство такта ей изменяло, и сейчас она была грани, но! Она смогла сдержаться.

— Мой дорогой, а вот и внучка, я рассказывала тебе по телефону, какой она стала красавицей. Но ты уже это и сам видишь, милый, — улыбаясь, проговорила бабуля. Она подошла к внучке и поцеловала её в щёку. От неё не укрылось некоторое замешательство Миры. Маргарита поняла, что внучка шокирована. Она думает, у Марго роман с молодым человеком. Это забавляло старушку, но она всё же поспешила развеять некоторые неправильные умозаключения своей дорогой девочки. — Мира, это Роберт. Он внук одной моей старой подруги, ты должна её помнить. Эльвира Степановна Тур. Молодой человек проездом здесь, сегодня уезжает. Он позвонил и попросил разрешения зайти в гости. Ты наверное его не помнишь. Вы виделись от силы пару раз. Их семья переехала незадолго до…- Она резко замолчала, не желая тревожить больные воспоминания Мирославы.

— До трагедии, — подсказала девушка. — Нет, я Вас не помню.

Она вновь глянула на молодого человека, силясь припомнить его черты, но нет, она его не помнила. Зато Мира отметила как хорош мужчина собой. Высокий, темноволосый, модная короткая стрижка — «дымчатый» переход, волосы сверху вниз укорачиваются в ноль, создавая эффект тени. Упрямый подбородок, выдавал упрямый и смелый характер (как и слова, он дерзил не меньше самой Миры) сине-серые глаза, с таким серебристым отливом, какого Мира вообще ни у кого в жизни не встречала. Да что в жизни! Даже в книгах, которые она редактировала такие не описывали! Казалось эти глаза таили в себе что-то мистическое. И эти необычайные глаза изучали Миру в данный момент с не меньшим интересом, чем она изучала их обладателя. «Такое ощущение, что он пытается прочесть меня от и до». Мире стало не по себе от таких мыслей.

Зато она поняла как ошиблась в своём предположении: Роберт не был поклонником её бабули, он был лишь внуком её хорошей подруги. Словно гора с плеч слетела. Мира понимала, что не имеет права осуждать бабушку, но сорок лет разницы! Нет, это слишком.

— Мне очень приятно познакомиться с Вами, Мирослава, — сказал мужчина едким, но всё же приятным голосом (даже любезным) с чуть хрипловатым тембром и, неожиданно для Миры, взял её руку и приложился к ней губами. Его тепло коснулось кожи девушки, оставив на ней волну мурашек. Сердце отчего-то замерло, а в голове пронеслась мысль: "как в романах, что я читала! Но он назвал меня трусихой, а ещё он сказал..."

— Ай, ай, ай! — Воскликнула Марго. — Ужин в духовке уже горит!

И вихрем унеслась из гостиной. Мира встрепенулась и выдернула руку, что стало неожиданностью для Роберта. Он усмехнулся краем губ и Мира точно поняла одну вещь: этот мужчина совсем не прост. Возможно даже лицемер. Но ей не было никакой разницы до его характера.

— Рады познакомиться? — прошипела Мира, быстро глянув в сторону кухни. Она убедилась, что бабуля их не слышит. — Язык значит у меня лишний, так?

— Ты первая меня оскорбила, девочка.

Оскорбила! Мира не считала свои слова оскорблением. А вот он перегибал палку!

— А кто назвал меня трусихой? Или я ослышалась?

— Нет. Это было не оскорбление, а констатация факта. Тебе так не хотелось видеть гостя бабушки, что решила просто сбежать. Даже как-то обидно, я ведь не дурак какой или юродивый. Могла проявить больше уважения к гостям Марго. Это было бы вежливее, чем бежать, сверкая пятками.

Ох, как он оскорбился! Что за глупость?! Да Мира просто считала себя лишней, так как полагала, что к бабуле пришёл поклонник! А он что думал, она знала о его приходе заранее? Это ведь не так. Но Мира не собиралась теперь всё объяснять красивому выскочке. Больно много чести!

Она отступила от Роберта, с удивлением отметив, что он в свою очередь вновь наступает. От его близости Миру бросило в жар. Хотелось скорее убежать от него. Роберт смотрел на неё так, будто готов наброситься сию же минуту. Она снова сделала шаг назад, но он вновь нагнал её. «Упрямство. Я была права».

Она сделала ещё пару шагов в сторону кухни и вдруг улыбнулась.

— Ой, я так спешу, бабуль, — громко произнесла она, — я не останусь на ужин. У меня дел ещё куча. А времени нет!

— Но ты же проголодалась, дорогая! — Бабушка не спешила выйти из кухни, что навело девушку на определенную мысль, но она тут же её отмела. Бабушка была хитрой, но не настолько же, чтобы сводничать?! Нет, точно нет.

— Я по дороге перекушу или куплю что-нибудь домой.

Мира не могла дольше находиться рядом с незнакомцем. Он нервировал её, буравя взглядом, заставлял сердце уходить в пятки.

— Пока, бабуль. Я позвоню тебе!

Она искала путь для отступления. Мира и Роберт стояли в узком коридоре и пройти мимо него она могла, лишь задев.

— До свидания! — Мира двинулась вперёд, молясь, чтобы Роберт просто дал ей уйти и вообще ничего не говорил. И не делал шаги в её сторону. Но молитва услышана не была, либо провидение и Господь, судя по всему, хотели иного. Роберт поймал Миру за руку, крепко до боли сомкнул пальцы на нежной коже и притянул к себе. У Миры перехватило дыхание от возмущения и его близости.

— Не спеши уходить, Слава.

Мира терпеть не могла, когда её называли Славой. Это было слишком по-мужски, по её мнению. А Мира — женщина!

— Сейчас же пустите меня! И не называйте меня, Славой. — Шепотом потребовала девушка, на что Роберт покачал головой и язвительная усмешка исказила его губы.

«Ужасный! Грубый! Хватает ещё, будто я его вещь! Хотя изображал галантность, пока бабушка видела».

Глава 3 Противостояние

Мурашки пробежали от лопаток до поясницы и ниже, затерявшись где-то в районе лодыжек. Мира ощутила как неприятная волна прокатилась по телу. Жить с ним в одном купе целых два с половиной дня! Нет, она не сможет этого выдержать. Если он будет так близко всё время, Мира волком завоет от отчаяния. Она определённо не желала ехать с Робертом вместе. И что же делать? Её дар речи ещё не вернулся, когда Роберт заговорил снова.

— Не стоит стоять истуканом. Сядь и отдыхай. Ночь уже, тебе ведь хочется спать. Так вот укладывайся. Но не забудь, что я тоже тут и могу в свою очередь не спать, а видеть как ты переодеваешься. Знаешь, интересно наблюдать как задумчива женщина, когда она переодевается. Можно предположить, что она обдумывает в тот момент какие-то особые планы. Болтики-винтики крутятся в голове пока тело облачается, скрывая от глаз самое интересное.

Роберт сказал это специально, чтобы позлить Миру. В конце концов ему было обидно за её слова в его адрес, она задела его гордость, сказав, что он ей неприятен, ведь ни одна женщина до сих пор такого о нём не говорила, поэтому хотелось кольнуть, поиздеваться немного, позлорадствовать. А позже, возможно, он признается, что сказал нарочно. Возможно. Всё будет зависеть от её поведения.

Мира невольно покачала головой и, вскинув подбородок, гневно сверкнула карими с желтизной глазами:

— Я не буду спать под одной крышей с Вами!

— Тогда покинь поезд.

— Я не могу покинуть поезд, он на ходу.

— Значит будешь спать под одной крышей со мной.

— Но не в одном купе!

— Тогда в коридоре.

— Я найду другое купе.

— Всё занято. Ты забыла, лето на дворе. Пора отпусков. Путешествий. Романтических историй…- нараспев проговорил Роберт, мечтательно закатив глаза, но Мира дослушивать его не стала, а бесцеремонно перебила:

— Поменяюсь с кем-нибудь. Лишь бы не с Вами и не с Вашим сарказмом на пару!

— Валяй, — был краткий ответ. Роберт представил себе как девушка ходит по поезду и клянчит место. Он громко расхохотался. Мира скрипнула зубами и покинула купе.

Она встала у окна в коридоре. Темнота снаружи была кромешная. Лишь, порой, фонари попадались по пути. Но всё равно ничего толком нельзя было разглядеть.

Мира покосилась на двери купе. Как же так получилось, что этот человек не только едет с ней в поезде, но и в одном двухместном купе?! При входе Мира осмотрела пространство. Там даже свой туалет и телевизор. Билеты на такие места наверное стоят уйму денег. С чего вдруг Ольга раскошелилась до такой степени? Это было странно, но найти ответ на вопрос возможности не имелось. Да и некогда было искать его. Сейчас другой вопрос волновал девушку гораздо сильнее. Как ей быть? Конечно, она погорячилась, сказав, что пойдет искать другое место. Она не осмелилась бы подойти к кому-то и просить уступить место. Это было не в привычках Миры. Ей было просто стыдно просить об одолжении. Возможно, какой-нибудь человек и согласился бы поменяться с ней местами, ведь, в конце концов, в её вагоне все удобства. Но! Мира не могла себя пересилить и пойти клянчить место.

Она фыркнула. С другой стороны, лучше один раз попросить, но зато, в случае удачи, она избавится от постоянного общества Роберта.

Мира стояла и стояла, не зная, на что решиться, а время шло. Часы показывали два ночи, когда она ужасно захотела в туалет и тихонько пробралась в купе.

Её сосед по купе спал. Он вальяжно развалился на синем диване, закинув одну руку за голову. Он даже разделся!

— Чёрт, — прошептала Мира, осторожно делая шаги до туалета. Закрывшись на щеколду, она привела себя в порядок. В зеркале увидела напуганную девочку, глаза наполнились слезами бессилия. «Возьми себя в руки». Да, Мира не желала общества спящего за дверями человека. Более того, она была уверена, что их противостояние продолжится и она ещё много гадостей услышит от Роберта. Но ведь это только на пару дней. И больше она его никогда не увидит. Мира кивнула себе в зеркале. Собрала волосы в хвост. Вышла. Роберт по-прежнему спал. С величайшей осторожностью, стараясь не разбудить нежеланного соседа (в тайне всем сердцем желая хлопнуть в ладоши так громко, чтобы он проснулся), Мира аккуратно достала из отделения чемодана футболку с длинным рукавом и широкие брюки. Затем снова скрылась за дверями уборной.

Через пятнадцать минут она расстелила принесенное проводницей постельное бельё и легла. Она закрыла глаза. Снова открыла. Закрыла. Открыла. Сон не шёл. Взгляд невольно упал на мужчину, что лежал против неё. Мира не хотела снова, как тогда у бабули, рассматривать Роберта, но глаза сами так и зыркали в его сторону. Это Мире совсем не нравилось, но она всё же дала себе волю. Он спал теперь, повернувшись набок, к ней лицом. Спокойное выражение лица, можно даже сказать довольное. «Наверное во сне он держит меня вверх ногами над пропастью и отпускает какую-нибудь едкую шуточку о том, что там у меня видно с такого ракурса», — подумала Мира и края её губ чуть приподнялись. Она продолжила свой тайный осмотр. Губы Роберта чуть приоткрылись в улыбке. «Очень красивая у него улыбка». Упрямый подбородок, пересечен прямой линией. «Ресницы какие пышные, у меня только с тушью такие получаются».

Он дернулся во сне и Мира в порыве привстала с дивана, сама не зная почему, но тут же резко опустилась обратно. Она закатила глаза. «Он козой назвал меня! А я лежу и любуюсь им». Что это с ней? Знает его один день, а уже порывы какие-то! Дотронуться до него хочет. И хочет, чтобы он дотронулся до неё снова. Недовольно вздохнув, Мира повернулась на другой бок, чтобы не видеть Роберта. Она не закончила осмотр, оставалось ещё сильное, упругое тело, мускулистое и…

«Зачем он разделся?! И как же меня угораздило вляпаться в такую историю!».

Она ещё половину ночи возилась и мучилась непрошенными мыслями о своём положении и о Роберте.

***

Эта ночь оказалась одной из худшей для Миры. Она возилась до рассвета. А затем бросила попытки уснуть. Просто лежала и смотрела в потолок. Как только время на наручных часах показало восемь утра, Мира встала и вышла из купе. Она всё же решила попытать счастья и узнать не поменяется ли кто-нибудь с ней местами. Ночью, конечно, было спрашивать бессмысленно. Смирила гордость и пошла вперёд. В коридоре она встретила вчерашнюю проводницу.

Глава 4 Тайные мысли

Закончив свой завтрак, Роберт встал из-за стола, поблагодарил официанта, оставив ему чаевые, и направился в своё купе.

Он нашел Миру, сидящей на диване и просматривающей что-то в интернете. Девушка демонстративно молчала. Роберт мысленно усмехнулся и сел на свой диван, достав книгу и погрузился в чтение.

Он чувствовал время от времени, что Мира посматривает на него, но как только поднимал взгляд, она вновь возвращалась к делу. И что она там высматривает?

Если она ищет информацию о Карелии, то Роберт сам мог бы рассказать ей многое. Он долго жил в одной из деревень. И постоянно возвращался туда из своих деловых поездок. В силу своей профессии, мужчина часто разъезжал по разным странам. Но его всегда тянуло в Россию. Это была его Родина и здесь ему место. Но и поездить он тоже любил. Роберт был общительным, весёлым, что очень хорошо сказывалось на разного рода переговорах на его работе. Роберт — переводчик. Благодаря родителям он получил хорошее образование, а в дальнейшем и хорошую работу в крупной бизнес компании. Он был личным переводчиком директора фирмы. Знал несколько языков, прекрасно владел французским, английским и немецким. Но, находясь дома, он не любил думать о работе. Сейчас Роберт был в отпуске и решил снова съездить в Канирму. Там у него был красивый дом. Он планировал пробыть в деревне весь отпуск, но один звонок неделю назад немного изменил его планы. Так что пришлось сделать небольшой крюк, чтобы посетить Екатеринбург, в котором он жил когда-то.

Мира издала удивленный звук и Роберт отвлекся от мыслей.

— Что, Слава, увидела на картинках кота с рогами? — Сказал Роберт первую глупость, что пришла в голову. Он не мог сдержать себя и не сказать колкость, а ведь столько долгих лет был влюблён в эту девушку. Почему же сейчас ведёт себя как осёл? Этот вопрос уже был не без ответа. Их новое знакомство началось, мягко говоря, не очень, не с того места, не с тех слов и вылилось в одну из видов мирной (почти мирной) вражды, хотя местами и обещающей настоящую бурю. Но то ли ещё будет. Да, они начали не так и не с того, вот и результат. Не тот! Но ведь можно всё исправить! Да, если девушка перестанет выпускать коготки.

Мира проигнорировала Роберта и продолжила что-то изучать на экране телефона. Мужчина вернулся в своим мыслям.

Марго. Да, старинная подруга его бабушки позвонила ему и просила о встрече неделю назад. Роберт был очень рад вновь увидеться с Маргаритой. Он хорошо помнил её и знал, что бабушка до сих пор с ней переписывается, общается по телефону.

И Марго, конечно, знала о его давней симпатии к своей внучке. Хитрая Марго ничего и никогда не упускает. Роберт как сейчас помнил первую встречу с Мирой. Двенадцатилетняя Мирослава и её бабуля пришли в гости к семье Тур. Роберта сразу же поразила эта девочка. Она была такой маленькой, но такой по-взрослому серьёзной и рассудительной, что шестнадцатилетний Роберт не мог оторваться от созерцания её весь вечер. А Мира, казалось, и не замечала его. Она рассказывала о книгах, что прочла, о работах своей бабушки, и ей было всё равно, что мальчик так жаждет ей сказать хоть слово, мечтает с ней пообщаться. Её живые карие глаза перебегали с одного гостя на другого, но всегда мимо Роберта. Сначала он думал, что девочка нарочно избегает смотреть на него, но к концу вечера убедился: для Миры он — пустое место. И это не признак неприязни или гордости. Нет, это просто так получилось. Получилось и всё. Поэтому она его и не помнит. Она его просто напросто не заметила. После этого он видел её ещё лишь раз, но и тогда она игнорировала парня. А он навсегда запомнил тугую каштановую косу и большие карие глаза с красиво изогнутыми бровями.

И вдруг Марго предлагает ему небольшую аферу, убедившись, что Роберт по-прежнему влюблён в её внучку. О, ещё как! Но ей пока об этом знать не нужно.

— Её отправят в отпуск, я об этом позабочусь. У тебя ведь дом в Карелии, да? Тот, что ты выкупил после стольких лет?

— Да, Марго. И горд, что смог его выкупить.

— И я горжусь тобою, мой дорогой мальчик. Когда вы окажетесь вместе, то всё в твоих руках. Мира прекрасная девушка. Скромная, умная и добрая. Я уверена, ты понравишься ей, вы сумеете сдружиться. А дальше, дерзай!

Такой был разговор. Марго так же говорила, что её внучка совсем забросила себя. На уме одна лишь работа. За четыре года даже никуда не выезжала. Да что там, даже отпуск не брала.

— Я всегда помнила о тебе. Ты знаешь, ведь столько лет общаемся с Эльвирой. И знала о твоих чувствах, Роб. Я не решалась раньше заговорить с тобой об этом. Но Эльвира подстегнула меня…

— Вот откуда ноги растут, — понимающе кивнул головой Роберт. Сводничество. Он с упрёком глянул на Марго. Но она улыбнулась и он понял ещё одно — она искренне желает ему победы. А уж говорить о том, как искренне она желает счастья своей любимой и единственной внучке и не приходится.

— Оттуда, оттуда, мой мальчик. Наверное пришло время. Пришёл твой час. Я не знаю, что ещё сказать.

— Ничего не говорите. Мира для меня всегда была мечтой.

— Мечта может стать явью, — Марго подмигнула молодому человеку и озорно улыбнулась.

Их афера удалась. И вот Роберт сидит напротив Миры и не знает во что в конце концов выльется эта затея. «Точно начали не так! Но она могла хотя бы не бежать, зная, что я приду. Это ведь такая малость».

Он столько лет не решался показаться ей снова. Имей он хоть немного уверенности в том, что девушка ответит взаимностью, то, конечно, и раньше попытался бы с ней сблизиться. Но каждый раз как он вспоминал их короткое знакомство, то перед глазами возникал её отрешенный и равнодушный взгляд. Роб не был трусом, но для чего пытать счастья там, где нет ничего? И всё же он решился. Она его совсем не знает, он знает её ещё меньше.

***

В два часа дня поезд совершил очередную остановку и Мира оторвалась от чтения. Она часа полтора силилась не дать слабину и отбросить телефон, от которого уже болели глаза, подальше. Она перечитала уйму ненужной информации, пересмотрела кучу ненужных сайтов, только для того, чтобы изображать занятость и ни словом не обмолвиться с соседом по купе. Придя заплаканная после завтрака, Мира решила успокоиться и взять себя в руки. Ещё немного и он исчезнет из её жизни. Совсем чуть-чуть потерпеть и она свободно вздохнет.

Глава 5 Ссора

Мира просидела в вагоне-ресторане до самого вечера. Успела и воду свою выпить и печенье съесть и даже поужинать. Роберт не появлялся.

«Сидит в засаде. Знает, что мне никуда не деться».

В конце концов у неё заныла спина, так хотелось прилечь. И шея устала.

«И мозг от навязчивых мыслей».

Она попросила ещё бутылку воды и направилась в купе. Боялась очередного столкновения. Можно изображать игнор и равнодушие, но как это сделать, если он опять приблизится к ней? Ночевать в туалете?! Совсем не вариант. Он словно маньяк, но с юмором.

«Дурацким юмором».

Она с величайшей осторожностью открыла двери, надеясь, что Роберт устал от своих колкостей и уже спит.

Её постигло разочарование. Мужчина полулежал на диване в одних шортах и читал книгу.

— А я уже потерял тебя, милая. Хотел пойти искать, чтобы ты сегодня легла пораньше и выспалась. Ведь завтра предстоит пересадка и десяти часовая тряска на автобусе до Петрозаводска, — будничным тоном сообщил он, не отрываясь от чтения. — Всю еду с кухни съела?

«Милая. Что за чушь?!» — подумала Мира в первую секунду его молчания. Но прокрутив в голове всё им сказанное, вдруг замерла, не доходя до дивана и развернулась к Роберту.

— Что ты сказал?

— А? — Роберт положил раскрытую книгу на голую, слегка волосатую грудь, и запрокинул руки за голову. — Ты про кухню или не согласна выспаться сегодня рядом со мной?

Кулаки чесались врезать ему, но нужно было выяснить, про что он там ещё говорил.

— Я о пересадке и автобусе.

— Ну да. Завтра мы приедем в Вологду, а там пересадка.

Мира опешила. Она и помыслить не могла, что они направляются не в Петрозаводск. «У тебя же билет на руках, идиотка! И ты рассматривала его вчера. Как можно было пропустить то, что предстоит пересадка?!»

Роберт с интересом смотрел на растерянное лицо девушки, в голове которой сейчас явно происходила какая-то мыслительная деятельность. «Болтики-винтики закрутились». И тут он понял, что вызвало эту растерянность.

— Ты что думала мы едем сразу в Петрозаводск? — Смех уже готов был вырваться наружу. Но Роберт ещё держался, хотя плечи невольно начали сотрясаться.

— Я…я…я… — Она уже пришла к некоему умозаключению, но никак не могла подобрать слова.

— Ты билет свой смотрела, Слава? Надо быть просто глупышкой, чтобы не прочесть то, что написано русскими буквами.

Мира открывала и закрывала рот, одновременно думая то же о себе (что она глупа) и возмущаясь тем, что он опять её оскорбляет.

— Ну, знаешь, ты, наглец!

— А ты заметила, что больше не выкаешь мне, милая?

Нет, Мира и не заметила как стала обращаться к Роберту на «ты». Но это неважно. Важно то, что ей предстоит ещё целых десять часов провести с ним в одном пространстве после этой ужасной поездки на поезде! А ещё то, что ей стало так стыдно за свою рассеянность. Она выглядела настоящей дурой сейчас. Но уже никуда не деться. И как держаться с достоинством, когда так опростоволосилась?!

— Ох, ну и лицо у тебя. Иди посмотри в зеркало. Оно тебе покажет то, что вижу я.

Тут Роберт больше не смог сдерживаться. Он громко расхохотался пока Мира неслась к туалету, а затем захлопнула дверь. С треском. У неё не было возможности спрятаться от его смеха. Попала в дурацкое положение и теперь хотелось провалиться сквозь землю. Она и правда глянула на себя. Щёки красные, глаза блестят и вид совершенно глупый.

— Слава, не обижайся. Я не со зла. Честно, — послышался приглушённый дверью голос Роберта. — Выходи. Я не буду смеяться.

Черта с два! Будет ещё как! Мира включила воду и умыла лицо холодной водой. Она поискала глазами что-нибудь тяжёлое или же острое. Но ничего кроме жидкого мыла, полотенца и ещё кое-каких, неподходящих для удара предметов, не увидела.

— Если не хочешь ехать на автобусе, то поехали со мной на машине. Я её арендовал заранее.

Он серьёзно думает, что Мира расстроилась только из-за автобуса?! Да она хоть двадцать часов на нём проедет, если Роберта не будет рядом. От сердца вдруг отлегло. Она улыбнулась в зеркало. Роберт едет на машине, а не на автобусе. Да это же самая прекрасная новость за последние сутки! Девушка почти ликовала. Она за пять минут испытала целую гамму чувств и эмоций: от ужаса и страха находиться ЕЩЁ десять часов в обществе противного насмешливого выскочки, до огромной радости и почти счастья от того, что его с ней рядом больше не будет.

Мира поправила волосы. Гордо вскинула подбородок и, улыбаясь, вышла из туалета.

Роберт не смог скрыть искреннюю улыбку, увидев столь прекрасное и весёлое лицо Миры. Она что согласна ехать с ним?

— Я действительно выглядела глупо. Это факт. Да, как дурочка даже не знала, что предстоит пересадка. Я очень рассеяна, — звонко произнесла она, проходя мимо Роберта и открывая чемодан в поисках одежды на ночь. В футболке с длинным рукавом будет сегодня спать жарко. Нужно что-то полегче.

Роберт был удивлён внезапно хорошим настроением девчонки.

— А что насчёт моего предложения?

— Ты с ума сошёл? Как я могу согласиться ехать с тобой в одной машине, где пространства ещё меньше, чем в этом купе, когда меня воротит от одного твоего вида.

Сокрушительное фиаско, Роберт. Мира в страхе поджала губы. Слова вырвались сами собою, она и не думала так жестоко говорить мужчине. В тайне хотелось отплатить ему его же монетой за «глупышку», но она не ожидала, что в действительности слова прозвучат как жестокое оскорбление.

— Так значит, ты думаешь? — Голос Роберта показался ей таким глухим и расстроенным, что она обернулась. Холодный взгляд его синих глаз пригвоздил её к месту. Она забыла зачем открыла чемодан.

— Я…я…я…- опять пролепетала девушка, видя обиду в глазах Роберта.

— И целовала меня несколько часов назад и прижималась ко мне тоже только потому что я тебе отвратителен? Потому что тебя от меня воротит? Ты настолько лицемерна, что сама не замечаешь этого. А ещё труслива и да, ты глупа. Это я о твоей не осведомленности насчёт пересадки. Ты читать вообще умеешь? Я может быть тебе и неприятен, но ты не можешь признать даже самой себе, как ты не права. Мне очень жаль.