Я панически огляделась. Взгляд сам собой остановился на тазике с грязной водой.
— Можно хотя бы в чистой воде? — жалобно попросила и заметила непонимающие взгляды.
— Что в чистой воде? — уточнил подозрительно Кердиас.
— Топить.
На несколько секунд повисла тишина. После чего раздался дружный мужской ржач. Даже стражники у дверей безуспешно пытались сдержать улыбку, а Лелабея спрятала лицо в ладони. Плечи подрагивали. Захотелось прижать её к себе и пожалеть. Бедняжка, только начала верить в своё освобождение! А сейчас… Какая хозяйка ей попадётся? Может, тоже будет издеваться, как прошлая бабка! Я невольно шмыгнула.
— Диа, я просто вас обмывала, — сдавленно проговорила она, убирая руки от лица. Зелёная кожа потемнела от едва сдерживаемого смеха, на глазах выступили слёзы. Как я поняла уже, не от грусти из-за моей планируемой кончины.
Я, как смогла, себя оглядела, пока мужчины пытались успокоиться. Даже не подозревала, что мой муж умеет смеяться.
Лелабея действительно привела меня в порядок. Платье было свежим и чистым, под ногтями уже не было грязи. Даже волосы были чистые и заплетены в толстую косу. Однако остался вопрос…
— Ты же меня не при них обмывала? — спросила шёпотом, кивнув на мужа с королём. Шёпот не помог, раздался новый взрыв смеха. Я закатила глаза.
— Конечно, нет! Вы что?! — возмутилась малышка.
— Извини, — покаялась, пытаясь снова слегка приподняться на подушках.
— Ты особо не дёргайся, у тебя снова постельный режим, — остановил меня Кердиас. — Ступни лекарь залечил, ушибы тоже. А вот переломы заживать будут дольше. И на руке, и на ноге. Лёгкое сотрясение, кстати, ты тоже получила.
— Опять лежать?!
— Зато не плавать, — пожал плечами муж. Я заткнулась. Действительно, лежать как-то приятней.
— То есть топить меня не будут? Несмотря на закон? — осторожно поинтересовалась спустя минуту.
— Нет. Просто придётся отменять закон раньше, чем планировал, — ответил король. Я облегчённо выдохнула.
— Однако это может привести к бунту. И против тебя в том числе, — добавил муж. — Тебе нельзя будет выходить из дома. По крайней мере одной.
— И как долго?
Мужчины переглянулись. Кердиас пожал плечами.
— Может, за пару лет горожане привыкнут и успокоятся.
Я поперхнулась водой, которую Лелабея мне только что подала. Брызги разлетелись по всему одеялу.
— Я же сказал — одной. С охраной можно, — поспешил успокоить меня муж. Вот только это меня совсем не успокоило. А всё потому, что…
— И где я должна брать охрану? — скептически поинтересовалась.
— До конца положенного года нашего брака я останусь жить у тебя.
— А потом?
— Решим вопрос. Подберём хорошего следующего мужа.
— Вот спасибо, благодетель! — язвительно отозвалась, отворачиваясь. Было как-то… Обидно.
— Чем ты недовольна? — со вздохом спросил он.
— Я не вещь, чтобы меня дарить! Первоначальный план не видеться мне нравился гораздо больше. Уж пережил бы как-то тот факт, что где-то там у тебя жена живёт!
— Так может у меня другие планы на жену, которая должна подарить мне наследников, — парировал Кердиас. Резонно. Может, он вообще влюблён уже… Ну как влюблён. В том понимании, в котором местные это ощущают.
— Так и у меня другие планы на мужа, которому я хочу дарить наследников, — сказала с приторной улыбкой.
— Ты не имеешь права выбора, — устало ответил муж, откидываясь на спинку стула. — На этом закончим.
Я скрипнула зубами. Кстати про зубы.
— Мне зуб выбили. Можно лекарь тоже подлечит?
Кончиком языка я уже нащупала тот самый скол, который за пару дней скитания стал не таким острым.
— Можно. Когда заживёт всё остальное.
Я кивнула. Спасибо и на этом. Приняла из рук Лелабеи кружку с бульоном. Надо же, на мясо мне расщедрились? Надеюсь, сумма к выплате при «передаче жены» не увеличится.
Пока я пыталась медленными глотками пить горячую жидкость, мужчины о чём-то шептались. Но я не могла разобрать ни слова. А ведь сидят они всего в нескольких шагах!
Слегка вытянула голову, пытаясь углядеть, что разложено на столе. Какие-то бумаги, свитки. По центру стояла та самая шкатулка, которую я увела у Мариела. Я облегчённо выдохнула. Не потеряла! Свитки, надеюсь, тоже все на месте.
— А как вы меня нашли? — спросила у малышки, деля ещё один глоток. Тепло приятно разливалось по телу.
— Я же дриада, — сказала она как нечто само собой разумеющееся. Заметила мой взгляд и добавила: — Мы дети леса, природы. Мы не просто владеем магией земли. Я могу разговаривать с деревьями и слышать их. А они могут отвечать на мои вопросы. С помощью корней они прекрасно между собой общаются. Мне было достаточно спросить у орешника, чтобы вскоре получить ответ. А дальше уже время ушло на то, чтобы выйти к тебе.
— Спасибо, милая, — благодарно улыбнулась ей, отдавая опустевшую кружку. Если бы не это, стала бы та яма мне посмертным пристанищем.
Лелабея подала мне какой-то отвар. Очень невкусно пахнущий. Я поморщилась. Это точно не вода из тазика? Или туда просто грязные носки несколько раз окунули.
— Надо выпить, — жалостливо сказала малышка, пытаясь незаметно прикрывать нос. Незаметно не выходило, но я её прекрасно понимала.
— Это что?
— Зелье для быстрого восстановления после переохлаждения…
Я покачала кружкой. Зелья, к счастью, было на дне. Один глоток — и я отмучаюсь.
— Надо будет пить десять дней… — продолжила дриада.
Я сдержала стон. Ну ладно, десять глотков — и отмучаюсь.
— Каждый час, кроме ночи, — добила меня дриада.
— Это обязательно? — я едва сдержала слёзы. Уж не знаю от чего: то ли от невыносимого счастья пить эту гадость, то ли от разъедающей глаза вони.
— Да.
Так, ладно. Мучиться придётся долго, но когда-то же это закончится? Надо вспомнить основы: закрыть глаза, зажать нос, залпом выпить и тут же занюхать рукавом… Ой, то есть закусить. Вот только закусывать пока нельзя. Несколько дней же не ела, пока только бульон. Ну запить хотя бы можно?