Новенькая для Мажора

Глава 1

Шлепок. Смачный. Громкий. Эхом разносится под высоким потолком столовой.

Я даже не понимаю сначала, что произошло. Просто мир резко наклоняется, и холодная плитка врезается в грудь. Ладони скользят, кожу сдирает до жжения. Воздух выбивает из легких.

Несколько секунд я лежу, не дыша. Зажмуриваю глаза. И закусываю губу, чтобы не вскрикнуть. Металл во рту. Вкус крови.

— Это кто? — шероховатый шепот въедается в уши.
— Новенькая из первой группы.
— Вот это она учудила.
— Ага…

А потом наступает тишина такая, что страшно становится. Но я-то знаю, почему она наступила. Все те, кто находится сверху, они ждут, когда я начну вставать, чтобы высмеять мою неуклюжесть. Ждут, когда я покажу лицо.

— Долго еще будешь валяться на полу? Движение задерживаешь, — звучит ровно над моей головой мужской голос. Без издевок. Без иронии. Как будто перед ним не человек, а предмет.

Открываю глаза и первое, что вижу, это ботинки. Чистые. Дорогие. Натертые до зеркального блеска.

Медленно поднимаю взгляд выше.

Темно-синяя форма сидит на нем так, будто мир обязан под него подстраиваться. Плечи широкие. Спина прямая. Ни малейшего движения. Он не наклоняется. Не тянется ко мне, чтобы помочь. Просто стоит и ждет, когда я освобожу ему проход.

Поднимаю взгляд дальше. Четкая линия челюсти. Скулы, отбрасывающие тень. Прямой нос. Губы спокойные, почти равнодушные. Ни улыбки. Ни усмешки.

Серые глаза… И в этих глазах: холод. Не злость. Не раздражение. Не удивление, а обжигающий душу холод.

Он смотрит на меня сверху вниз. Медленно проходится взглядом по волосам, растрепанным от падения. По ладоням, прижатым к плитке. По пятну пыли на форме.

Как будто проверяет: не испачкала ли я пол собой. И сможет ли он пройти, не испачкав свои натертые до скрипа туфли.

Я смотрю на него секунду. Две… И момент вдруг прошивает меня. ЭТО ОН?!

Парень из моего прошлого: только сейчас в нем нет ничего от того подростка с мотоцикла. Ни тепла. Ни смеха. Ни живого взгляда. Ничего.

Потому что он не узнает меня. Вообще. Я для него как будто пустое место. Фон. Он вроде обращается ко мне, но при этом совсем не видит.

— Эх, Дём, ничего ты не понимаешь. Видишь? Все к твоим ногам падают.

После этих слов, парня с восточной внешностью, столовая взрывается смехом. Громким. Звонким. Он как пощечина ударяет меня по лицу.

И единственное, что мне хочется сейчас это исчезнуть. Испариться. Провалиться под кафель. Лишь бы не чувствовать этого позора.

— Эй, ты снимаешь? Прекрати. А то будешь свой телефон в мусорном ведре искать, — говорит все тот же парень.

А Дёма… нет. Он не Дёма. Это Демид.

Фамилию не помню. Но имя будто заноза забралось под кожу и засело там без возможности вытащить ее.

— Ты меня плохо слышишь? Эй, убери телефон.

Да кто его послушает. Сейчас я для этой толпы как шут. Посмешище. Та, что на ровном месте растянулась посреди столовой и почти уткнулась носом в ботинки местного царя, я это поняла по голосу парня, что стоит на до мной.

— Так ты долго еще будешь прохлаждаться, кроха? — насмешливый голос звучит возле моего уха.

В следующую секунду мои плечи обхватывают сильные мужские руки и рывком поднимают вверх с такой легкостью, будто я ничего не вешу.

— Ай! — цепляюсь сбитыми ладонями за локти, как будто это поможет унять в них боль.

— Покажи-ка.

Парень тянется к моим рукам, но в тот же момент раздается:

— Камиль, хватит нянчиться. Оставь. У нас и так мало времени. Там есть командир. Это ее зона ответственности.

Звучит холодно. И вот тут я чувствую как голос становится надменным. Презрительным. И взгляд его мажет по мне так, будто я кучка мусора.

— Иду, Дём, — откликается Камиль. — Извини, кроха. Но у нас мало времени. В следующий раз будь аккуратнее. И с боевым крещением тебя.

Он улыбается так, будто мы с ним давно знакомы, и еще по носу щелкает, как ребенка.

— Спасибо, — бубню под нос, отворачиваясь.

— Пока, кроха, — подмигивает и широким шагом догоняет Демида.

Я смотрю им вслед. Но это только я, Демид так и не оборачивается. Не узнал?

Он правда меня не узнал?

В сердце будто иглы врываются: обида, злость или намного хуже: неоправданное ожидание.

— Эй, новенькая! Иди сюда!

Я вытягиваюсь в стойку смирно. Ко мне подходит командир нашей группы. Я вздрагиваю подбородок, смотрю на нее прямо. Прижимаю руки по швам. Стараюсь делать вид, что мне не больно. Что ладони не горят. Что колени не дрожат.

— Господи, да что это за чудила. Посмотри на нее, — раздается где-то за спиной.

— Она это серьезно?

Я не поворачиваюсь. Передо мной курсант старше меня по званию.

— Новенькая, да вольно уже. Расслабься ты. Что с тобой столько проблем с утра? Пойдем.

Она тянет меня за собой. Мы идем сквозь толпу. Ловлю на себе насмешливые взгляды со всех сторон. Кто-то все же щелкает меня на телефон. Я не вижу кто, но слышу затворный щелчок.

И это почему-то больнее падения. Перед тем как выйти из столовой, я еще раз бросаю взгляд через плечо туда, где сидит Демид.

За столиком их трое. Камиль сидит боком. Демид, лицом ко мне. Третий парень спиной.

И в тот момент, когда я уже хочу отвернуться, Демид кидает в мою сторону взгляд. Он как будто обжигает меня. Я резко отворачиваюсь, смущаясь того, что он все же заметил мой взгляд. Но краем глаза успеваю увидеть, как его губы изгибаются в хищной ухмылке.

Что это сейчас было? Узнал? Он узнал? Сердце в груди делает кульбит. Жар приливает к щекам. Я ускоряю шаг, надо быстрее скрыться из его поля зрения.

Рывок. Женя резко останавливает меня у входа и толкает к стене. Нос к носу. Глаза в глаза.

— Новенькая, признайся честно. Ты сама упала или тебя кто-то толкнул?

Мои хорошие! Приветствую вас в своей новой истории!
Как вы уже поняли, нашей девочке, сладко не будет. Но она у нас с вами тоже, так скажем не пальцем делана, да и оборону держать может!

1.2

— Что мой ответ изменит? — я не отвожу взгляда, смотрю прямо. Хочу понять, что ей от меня нужно.

— Не будь такой дерзкой, Влада, — вот и приплыли, оказывается, она знает мое имя. — Я командир группы и должна знать, что творится внутри нее. Обычно у нас все тихо, и нет никаких проблем. Но стоило только тебе появиться, как ты уже кому-то успела перейти дорогу.

Меня моментально откидывает на несколько часов назад. К тому моменту, где я сцепилась с девчонкой по имени Камилла и ее подружками.

Эти ненормальные, так называемая “золотая молодёжь” этой академии, мало того что прошлись танком по моей внешности, так еще и задели память моих родителей.

Как вспомню, что они говорили про маму, записав ее в любовницы Петру Сергеевичу, так до сих пор в печёнке горечью отдает.

Мамы давно нет. Она умерла через год после того, как погиб папа.

А Пётр Сергеевич Захаров, он старинный друг моего отца. И да, благодаря ему я сейчас нахожусь здесь. И как же я об этом жалею.

Я курсант кадетского училища, закончившая его на отлично. Передо мной были открыты двери почти всех военных учебных заведений. Но нет.

Пётр Сергеевич уговорил мою бабушку, чтобы я поступила именно сюда. В этот рассадник самодовольных мажоров, детей генералов, чиновников и тех, кто привык получать звёзды на погоны по праву фамилии, а не по заслугам.

Зато к нему ближе. Тут он сможет за мной присматривать. Помогать. Держать под контролем. Именно этого и хотела бабушка.

Она, мне кажется, до сих пор испытывает чувство вины передо мной, за то, что ей пришлось отдать меня на несколько лет в интернат, когда у нас совсем туго с деньгами было.

Я тогда быстро повзрослела. Слишком быстро.

— Так тебя толкнули или нет? — Женя не отступает. Ее взгляд цепкий, изучающий. Не злой, но жесткий.

Я возвращаюсь в реальность.

— Сама, — произношу спокойно.

И это почти правда. Толчок был. Но если я сейчас начну разбираться, кто именно подставил мне ногу, то автоматически стану той, кто жалуется.

А я не жалуюсь.

— Уверена? — прищуривается она.

— Более чем.

Она смотрит на меня еще пару секунд, как будто сканером проходится.

— Ладно. Смотри, Влада. Тут свои порядки. Если кто-то решил проверить тебя на прочность, это вполне себе нормально. Но если ты начнешь кидаться на всех подряд, проблем будет больше.

Проверить на прочность. Я едва заметно усмехаюсь, меня проверяли всю жизнь.

— Я не кидаюсь, в отличие от других, — отвечаю тихо. — Я просто не позволяю вытирать о себя ноги.

Женя хмыкает.

— Посмотрим.

Она отступает на шаг.

— И еще. Держись подальше от Серебрякова.

Имя ударяет в грудь быстрее, чем я успеваю это скрыть.

— Почему? — вопрос вырывается быстрее, чем я осознаю, что он лишний.

Женя прищуривает взгляд. И мне он не нравится.

— Потому что он мой парень Влада. И я не люблю, когда вокруг него крутится кто-то лишний.

Я сглатываю так громко, что Женя слыша этот звук улыбается. Неужели она заметила как я на него пялилась?

Визульчики наших героев, мои хорошие!

Влада. Наша девочка-умничка!

А вот и троица-мажоров: Камиль, Демид, Стас
Парни с которыми не стоит связываться хорошим девочкам!