На улице стояла морозная погода. Рыхлый снег падал хлопьями заставляя прохожих продираться сквозь сугробы, похожие на застывшие волны зимнего моря. Время шло к праздникам. Молодая девушка медленно шла по заснеженным улочкам, погруженная в свои мысли, словно тягучий мед. О чем обычно думают в это время года? О подарках, о наряженной елке, о вкусно накрытом столе… Ее же мысли бились словно снегири в закрытой клетке, казалось, в тщетной попытке всеми способами добиться внимания к себе. Но один, с ярко-красной грудкой, все же выбивался из огромного количества, заставляя забыть о самом важном в этот сочельник.
Равена должна была купить подарки близким, ведь зачем еще приходят на ярмарку в канун Рождества? Непременно осуществить чудо… Издавна праздники - самое настоящее время чудес, чтобы ты ни загадал, это обязательно сбудется, наполнит сердце иллюзорной надеждой…
Девушка бесцельно бродила между рядами, лишь изредка бросая взгляд на продавцов и их товары, призванные дарить радость праздника. С одной стороны продавали пушистые, нарядные елки, усыпанные первым снегом, а с другой - елочные игрушки, собственного изготовления стеклянные и расписные: домики, сосульки и разноцветные шарики. Казалось, ничто не может отвлечь ее, заставить радоваться наступающим праздникам, как это делали обычные люди.
Но что обычного было в ее жизни?! Пожалуй, только этот самый сочельник… Равена никогда не отличалась покладистым нравом, выросшая в семье таких же волшебников, пожалуй пару веков назад. Может, бесконечная жизнь на этом свете стала ей давно не мила, и она буквально желала двигаться дальше, услышать топот маленьких ножек на замершем полу…
Несколько часов плутаний среди набитых прилавков, заставили вернуться домой. Равена медленно открыла дверь и сразу ощутила запах запеченной индейки, сладкой выпечки и казалось вина. Было заметно, как внутри старинного дома, некогда требующего капитального ремонта, собирались гости. Детский смех, что доносился со второго этажа, еще сильнее заставил напрячься. Сегодня вечером приедет вся семья, если ее можно было так назвать… Для Джу Темный клан всегда был одной большой семьей, это и подкупало. Возможно поэтому Равена чувствовала себя, как дома среди таких же, как она, сверхов.
Раздевшись, девушка постаралась прошмыгнуть в гостиную, где уже была наряжена большая пушистая елка, украшенная старинными стеклянными игрушками и усыпанная мигающими огоньками. На камине красовались цветные носочки с небольшими подарками, а дрова в нём догорали с отчетливым треском. Только она присела на мягкий и холодный диван, как в комнату вошел статный молодой мужчина. Он быстро преодолел расстояние между ними и присел рядом. Продолжая пребывать в своих мыслях, Равена не сразу обратила внимание на его компанию, лишь когда он оказался ближе, отвернулась в сторону, стараясь сохранить дистанцию, будто обидевшись на что-то. Несколько секунд Мелфей всматривался в лицо девушки перед тем, как задать вопрос на отвлеченную тему, видя, как она переминается и теребит свой уютный свитер.
- Как прогулялась?! Купила то, что хотела?
- Нет… только самое необходимое, - произнесла девушка тихим, еле заметным тоном.
- Что-то случилось?! Ты же знаешь. Ты всегда можешь поделиться со мной всем, что тебя тревожит, милая.
Молодой человек постарался нежно взять Равену за руку или приобнять, но она так и осталась сидеть отстраненно, сохраняя дистанцию, будто собираясь с мыслями или готовясь сказать что-то очень личное, бьющее в самое сердце.
- Скажи мне… Почему ты молчал так долго?! Я думала мы доверяем друг другу. — произнесла молодая девушка с каштановыми волосами. Заданный вопрос заставил ее саму изрядно понервничать. Опустив глаза, она продолжила теребить вязаный свитер цвета пломбир, в тщетных попытках успокоиться, чтобы не задать очередной провокационный вопрос.
- Равена, это было… кхм… Мне было шестнадцать. Я вообще слабо помню ту ночь: болезненное перевоплощение, голые инстинкты и до кучи провалы в памяти…
- Но ты мог мне рассказать, что у тебя есть дети, что… Сколько ему? Это девочка или мальчик? Его мать, она волшебница? Такая, как я или Джу, или, может, она сверх, как ты?
С каждым сказанным словом голос девушки становился более надрывистым и местами трескучим. Если бы Равена продолжала теребить чертов свитер, она бы непременно сделала в нем уверенную дырку. Она жаждала правды, убежденная, что имеет право ее знать.
- Милая, она совсем уже взрослая. Я думаю, ей примерно лет тридцать. Да и это девочка, со сверхспособностями, похожими на наши. А что до ее матери… Она обычная, живет своей человеческой жизнью. – закончив, мужчина встал и отошел в сторону. Его голос, прежде нежный и теплый, вдруг стал серьезным, почти грубым. То ли его внутренний зверь, так и порывался выйти наружу, то ли мужчина уже устал от бесконечных расспросов о своем тяжелом прошлом.
- Прости… Я… подумала, если у тебя уже есть такая взрослая дочь, может, ты…
- Не захочу больше детей?!
После сказанных слов в комнате повисла промозглая тишина. За окном хлопьями падал, будто искусственный снег, а внутри лишь доносился треск догорающих бревен в камине.
Девушка продолжавшая сидеть на диване цвета корицы, была не в состоянии прорвать тишину своим тонким и звонким голосом, будто ощущая вину за свои же вопросы. Казалось, они оба избегали этой скользкой темы несколько лет, но именно сейчас, в канун Рождества, Равену никак не отпускала навязчивая мысль. Она отчаянно хотела услышать одно, единственное слово, которое подарило бы ей долгожданное спокойствие, рядом с любимым.
- А ты думал об этом? Ты хотел бы наших общих детей?
Молодой человек ответил не задумываясь.
- Да, я думал об этом, но ты же знаешь… Я не обычный человек, как тот же Слевин, внутри меня течет волчья кровь…
- И это значит, что ребенок может быть оборотнем…
Молодые люди почти в унисон проговорили концовку фразы, отчетливо понимая всю серьезность ситуации.