Новый год и новый босс

Глава 1.

Звон колокольчика, оповещающего об открытии двери, в офисе звучал скорее погребально, чем празднично. Фирма, чьё название когда-то вселяло надежды, теперь балансировала на грани финансовой пропасти, и даже тихий перезвон казался последним вздохом.

Дух безнадёги пропитал каждый уголок «Креативного альянса», рекламного агентства, чьи креативные концепции, казалось, больше никому не были нужны. Это читалось во всём: в потухших глазах финансистов, старательно избегавших взгляда на отчёты, в натянутых улыбках менеджеров по продажам, всё реже возвращавшихся с заключёнными контрактами, и даже в кислом выражении лица тёти Клавы, уборщицы, уже переставшей ворчать на грязные кружки.

Настроение было столь упадническим, что даже кофе в автомате казался с привкусом похорон. Все, как один, избегали разговоров о перспективах компании, предпочитая безопасные темы вроде погоды или последних сплетен из мира шоу-бизнеса. Я чувствовала себя пассажиром тонущего корабля, где каждый отчаянно делал вид, что всё в порядке, пока вода не достигнет подбородка.

Лишь дома, в уютной квартирке, где витал аромат маминых пирогов с яблоками, безнадёга хоть немного, но отступала. Мама, добрая и мудрая, была моим якорем. Совместные вечера за чаем, рассказы о прошедшем дне и мамины советы – всё это давало мне силы встречать каждый новый день с улыбкой и топать на работу. С мамой нас связывали особенные отношения – доверительные, тёплые, наполненные любовью. Иногда мне казалось, что только её поддержка и мудрость всё ещё удерживают меня от полного отчаяния.

Я вошла в помещение офиса, наивно надеясь увидеть хоть искру жизни в глазах коллег, ведь Новый год не за горами. Но потухший взгляд Алевтины Ивановны, секретаря «Креативного альянса», не оставил от этой надежды и следа. Она устало вздохнула, поправила очки и вновь погрузилась в перекладывание бумаг. Бесконечные отчёты, просроченные счета и унылые прогнозы вызывали уже не гнев, а лишь тупую апатию.

Я сняла куртку, предварительно стряхнув с неё снег за дверью, и повесила в шкаф. Усевшись за своё рабочее место, включила компьютер и молча уставилась на мигающий монитор.

— Слышала? — прошептала Машка, бухгалтер, перегнувшись через мой стол. — Говорят, Игорь Сергеевич что-то готовит к Новому году.

— Какие новогодние подарки, когда зарплату задерживают на два месяца? — фыркнула Алевтина Ивановна.

— Да ладно тебе! — Машка была неисправимой оптимисткой. — Говорят, всех на горнолыжный курорт повезут! На целую неделю!

Я смотрела на неё, как на умалишённую, а Алевтина Ивановна удивлённо вскинула брови. Это звучало совершенно неправдоподобно. Даже если предположить, что это окажется правдой, коллектив это вряд ли обрадует. Праздники на носу, всем нужны деньги, а не катание на санках и лыжах.

— За чей счёт этот аттракцион невиданной щедрости? — скептически поинтересовалась Алевтина Ивановна.

— Понятия не имею. Но говорят, там нас ждёт какой-то сюрприз.

Сюрприз? В нашей фирме сюрпризы обычно означали неприятности. Но в этот раз в душе забрезжила слабая надежда. Может быть, Игорь Сергеевич нашёл какой-то выход? Может быть, эта поездка – знак того, что всё ещё можно спасти?

В этот момент из своего кабинета вышел Игорь Сергеевич. С деловитым видом, поправляя съехавшие на нос очки, он был, конечно, не в лучшей форме, но держался неплохо. Окинув столы быстрым взглядом и убедившись, что все сотрудники на своих рабочих местах, он глубоко вздохнул.

— Всем доброе утро, коллеги! — его голос был наигранно бодрым, и это чувствовали все, но старались не замечать. — Сегодня в полдень жду всех в конференц-зале. Хочу сообщить вам приятную новость.

С этими словами он развернулся и быстро скрылся в своём кабинете.

— А что я говорила! — запрыгала Машка, радуясь, как ребёнок, которому пообещали долгожданную игрушку.

Остальные посмотрели на неё с долей пренебрежения и снова уткнулись в свои мониторы.

В обещанный полдень в конференц-зале собрались все сотрудники. Игорь Сергеевич привычно откашлялся в микрофон, но в его взгляде не было и следа обычной бодрости – в нём читался страх и смятение вперемешку с какой-то надеждой. И о какой недельной поездке можно было говорить с таким видом? Пауза затягивалась. Наконец, он произнёс:

— Коллеги, я знаю, сейчас непростое время для нашей фирмы и для всех нас. Но у меня есть новость. Все вы, кто сможет, конечно, отправляетесь на новогодние праздники на горнолыжный курорт в Сорочанах. Это подарок вам за вашу преданность и отличную работу.

В зале повисла тишина, полная недоумения и тревожного ожидания. На лицах читался один единственный вопрос – о какой отличной работе он вообще говорит?

— А можно вопрос? — подняла руку Алевтина Ивановна, единственная, кто из всех мог загнать нашего директора в тупик. — А от кого этот щедрый подарок? Может, он нам и зарплаты выплатит?

Игорь Сергеевич замялся, его лицо покраснело и стало похоже на спелый помидор, словно он боялся, что невидимый спонсор услышит её слова и передумает. Но всё же он взял себя в руки и ответил:

— Дорогие мои, в самом конце выходных я объявлю вам кое-что важное… Уверен, это будет приятной новостью. А пока советую начать собираться на заслуженный отдых и не забыть дома хорошее настроение. Выезд послезавтра на автобусе от нашего офиса. На этом всё.

По залу побежал тихий шёпот коллег, а я в задумчивости смотрела перед собой и меня мучил лишь один вопрос: что нам ждать от этих каникул – спасения или окончательного краха?

Глава 2.

Дома, за ужином, я поделилась с мамой новостью о неожиданной поездке.

— Не знаю, радоваться или плакать. Зарплату не платят, а тут вдруг такая щедрость, — закончила я свой сумбурный рассказ.

Мама, как всегда, невозмутимо выслушала меня, погладила по руке и сказала:

— Вася, дочка, всё, что ни делается, – к лучшему. Съезди, развейся, смени обстановку. Может, там и прояснится что-то с работой. А главное – отдохни.

Мамины слова немного успокоили меня, и я решила принять эту поездку для себя как возможность перезагрузиться.

Весь следующий день превратился в сумбурную чемоданную эпопею. В него, словно в бездонную бочку, летело всё – от необходимого до совершенно абсурдного. В итоге, несколько раз переложив вещи туда-обратно, я, устав от бессмысленной борьбы, махнула рукой и просто застегнула молнию. В конце концов, еду не блистать на склоне горнолыжной базы, а отдыхать душой и телом. Кому там какое дело до моего гардероба?

В день отъезда возле офиса царило некое подобие хаоса. Все, кто смог отложить собственные дела, собрались у автобуса, галдя и обсуждая предстоящее приключение. Конечно, ехали не все, но значительная часть коллектива решила рискнуть и воспользоваться этим странным подарком судьбы.

Рядом со мной уселась Машка, и поездка в автобусе обещала быть «веселой». Как заводная, она всю дорогу щебетала, делясь своими многообещающими ожиданиями от этого отдыха и прогнозами на новогодние праздники.

— Машка, ну ты серьёзно? Лыжный костюм Gucci? На склоне знакомиться собралась? — я даже приподняла бровь, глядя на неё.

— Васька, ну ты как с луны свалилась! Здесь все знакомятся, даже в очереди на подъёмник. А выглядеть надо соответственно! Вдруг он, мой принц, тоже тут катается. Ты видела эти швейцарские шале, на каких машинах они приезжают?

— Я видела цены на глинтвейн. И знаешь, мне как-то ближе спуститься с горы без травм, чем с новым женихом. Ты хоть лыжи когда-нибудь в глаза видела?

— Конечно! В зеркале! Главное, Васька, чтобы мужик был классный, а остальному научит. Я, между прочим, в интернете советы читала, как в таких местах знакомиться. Говорят, надо делать вид, что случайно падаешь возле симпатичного лыжника.

— Машка, не советую, — смеюсь я. — Сломаешь что-нибудь, и вместо курортного романа будет гипсовая повязка.

— Пессимистка ты, Васька! Я тут, между прочим, планирую найти себе симпатичного инструктора по сноуборду. Может, составишь компанию?

— Нет уж, спасибо. Я планирую наслаждаться свежим воздухом и чтением. Машка демонстративно закатила глаза.

— Ты неисправима. Пора уже заканчивать свои романы с книжками и найти им живую замену!

Дальше мы ехали молча. Машка воткнула в уши наушники, слушая музыку, а я прикрыла глаза и задремала аж до самого приезда на базу.

«Сорочаны» меня приятно удивили. Комплекс оказался вполне уютным, с деревянными домиками, утопающими в снегу, и подъёмниками, замершими в ожидании горнолыжников.

Пока наша дружная стайка кучковалась возле припаркованного автобуса, наше внимание перехватил бесшумно подъехавший к обочине огромный чёрный джип. Будто сошедший со страниц модного журнала, из него вышел молодой мужчина. Высокий, плечистый, с глубокими тёмными глазами, в которых хотелось утонуть.

Мы застыли в немом молчании, словно перед нами предстало греческое божество, не меньше. Он же, небрежно выудив из салона спортивную сумку, скользнул безразличным взглядом по нашей пёстрой толпе, а потом и по нам с Машкой ничего не значащим взглядом, а затем уверенно направился к одному из домиков. Машка сдавленно ахнула, а меня накрыла лёгкая, волнующая дрожь. Кто он? И тут же всплыли в памяти слова подруги о её истинной цели приезда.

Глава 3.

Наконец-то началось расселение. Машка, конечно, упрашивала поселить нас вместе – остальные сотрудники были куда старше. И вот, нам достался небольшой, но уютный домик с видом на заснеженные ели, словно сошедшие с рождественской открытки. Пока я, завороженная, расхаживала по комнате, заглядывая в ванную и миниатюрную кухоньку, Машка уже вовсю шуршала своим лыжным костюмом от Gucci.

— Ну, что скажешь? — восторженно пропела она, кружась передо мной в дорогой обновке. — Я же говорила, тут надо выглядеть на все сто!

Я лишь бросила в её сторону мимолётный взгляд и достала из чемодана свой любимый свитер.

— Симпатично, — уклончиво ответила я. — Но, по-моему, тут такая красота, что по-любому затмит твоего Gucci.

Но Машка, казалось, утонула в собственных мечтах и совсем не слушала. Словно зачарованная, она вновь затянула разговор о таинственном незнакомце на внедорожнике.

— Васька, нет, ну ты его видела, а?! Какой мужик! Просто Аполлон! А машина – вообще что-то запредельное, мечта! Вот бы познакомиться…

— Маш, ну что ты как маленькая, — вздохнула я, отмахиваясь от ее восторгов. — Приехал человек отдохнуть, также как и мы. Не факт, что ему вообще это нужно.

Но, несмотря на мои слова, я прекрасно понимала, что обе мы были заинтригованы.

А вечером, едва стемнело, мы, словно заговорщики, прохаживались по территории, то и дело бросая взгляды по сторонам, в надежде хоть мельком увидеть его снова или выведать, в каком же домике поселился этот таинственный незнакомец.

Но наше тайное расследование не принесло никаких плодов, зато подарило восторг от здешней природы. Такой ошеломляющей красоты я не видела никогда. Разве что в далеком детстве, когда с классом ездили кататься на лыжах в заснеженный лес.

Яркие фонари, рассыпанные по всему периметру и возле каждого домика для гостей, заставляли снег искриться мириадами бриллиантов, создавая иллюзию волшебной сказки, сошедшей со страниц детской книги.

Вернувшись в домик, уставшие, надышавшиеся свежим морозным воздухом и переполненные впечатлениями, мы быстро побежали в душ смывать усталость под теплыми струями воды, а после улеглись в мягкие кровати и провалились в глубокий, безмятежный сон.

Утро началось в восемь утра с завтрака в общей столовой, куда нас ещё пригласили накануне. И вот, словно по волшебству, на горизонте появился он!

— Смотри! Это он! — Машка тут же проснулась, стреляя глазами в сторону входа.

Уверенной походкой он прошёл через центр столовой и сел один за столиком у окна. Попивая кофе, наш греческий бог поглядывал в окно, периодически отвлекаясь от него и наблюдая за всеми, находящимися сейчас здесь.

Высокий, с копной тёмных, слегка растрёпанных волос, которые непокорно падали на лоб. Слегка смуглая кожа говорила о его южном происхождении или безграничной любви к солнцу. Одет он был просто: белая футболка и джинсы, но даже в этой непритязательной одежде чувствовалась какая-то внутренняя уверенность и мужская сила.

Особенно выделялись его глаза – глубокие, карие, с искорками, которые ловили утренний свет. Они словно сканировали пространство, замечая каждую мелочь, но в то же время в них была какая-то загадочность, словно он хранил в себе множество тайн.

Я замерла, словно завороженная. Кто он такой? Приехал один или ждёт ещё кого-то? Безумно притягательный… Он казался пришельцем из другого мира, настолько выделялся на фоне остальных.

"Интересно, о чём он думает?" – промелькнуло в моей голове, и я украдкой наблюдала за ним, пытаясь понять его настроение.

Внезапно он поднял глаза, и наши взгляды встретились. Его глаза задержались на мне лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы по телу пробежала искра. Я почувствовала, как щёки заливает румянец. Сразу же одернула себя, подумав, что наверняка выгляжу глупо, уставившись так на него.

Но он продолжил пить кофе. Тут он слегка улыбнулся, глядя в окно, и я почувствовала, как сердце в ту же секунду ёкнуло. И пока я боролась со своими неизвестными ранее ощущениями, он допил кофе, встал из-за стола и направился к выходу.

— Ну воооот, — услышала я разочарованный Машкин голос. — Снова мимо. Ну ничего, сегодня пойдём на склон, и если он там будет, то я не упущу свой шанс, это точно.

Я же ничего ей на это не ответила. Перед глазами так и стояла его теплая, неизвестно кому адресованная улыбка.