Обреченная душа. Кровь и месть

Глава 1

Айла

Кап, кап, кап…

Мокро, холодно, темно…

В нос ударил тошнотворный запах гнили и разложения. Тело до безумия болело и обессилело. Я попыталась открыть глаза, но не смогла, в них саднило, будто засыпали горсть песка. Я лежала на чём-то холодном и неприятно липком. Сморщившись от отвращения, испытала дикую боль в затылке, которая прошла волной остроконечных иголок по всему телу, возвращая ему чувствительность. Где я? Что со мной? В горле пересохло, отчего ужасно хотелось пить. Я попыталась пошевелить руками, но что-то холодное и твёрдое сжало запястья, сковав их, не позволяя свободно функционировать. Это помогло вернуть мне ясность, и перед глазами резко всплыли фрагменты прошлого. Надменное выражение лица Уорла и его хищная ухмылка, правители, не смеющие выступить против него и вмешаться в произошедшее, предательство Лэи и Коул... Проклятье! Этот чёртов демон распорол его, как поросёнка на забое, и это была полностью моя вина. Меня резко бросило в жар и начало трясти от паники и осознания того, что я натворила.

Я не чувствовала ни нашей связи, ни его боли и молила всех забытых богов о том, чтобы он остался в живых. Колдрен выполнил обещание. Но смогли ли они помочь ему с таким серьёзным ранением? Что, если за ними отправили погоню и им не удалось скрыться? Если бы я лучше себя контролировала, не допустила бы такой ошибки, и моя магия не смогла бы его задеть...

Мне отчаянно захотелось рыдать и закрыть лицо руками, выпустив поток страданий на волю. Но, совершив необдуманное резкое движение, я лишь ударила себя по лицу чем-то тяжёлым и ледяным, пискнув от испуга и боли. Это заставило меня резко распахнуть глаза. Около минуты я видела только кромешную расплывчатую темноту. Постепенно зрение вернулось в норму, и я смогла разглядеть, где нахожусь. Первое, что мне удалось заметить, — это решётка прямо передо мной. Её проржавевшие толстые прутья выгибались в нескольких местах под неестественным углом, возможно, из-за того, что кто-то отчаянно пытался вырваться на свободу, но потерпел поражение над своими усилиями. Каменные стены коридора, покрытые мхом и плесенью, тянулись далеко за пределы моего поля зрения, уводя проход в чёрную бездну мрака. На противоположной стене по бокам от находившейся там камеры висели два небольших факела, которые тускло, освещали пространство вокруг, откидывая свет на её решётку. Там, в углублении, где отблеск света не мог пробраться сквозь темноту, кто-то лежал. Я смогла распознать лишь оголённые ступни и выступающую из тени руку. Это была женщина, если зрение меня не подводило. Очередная жертва, подумала я и сделала тяжёлый вздох. Справа от неё была ещё одна камера, на прутьях которой висели кости, а если быть точнее, — скелет, когда-то бывалый человеком или фейри.

Меня пробрало дрожью ужаса и страха. Какой бы сильной и смелой я ни пыталась себя показать, мне было страшно. Хотелось свернуться в клубочек и спрятаться ото всех в самый отдалённый угол, где меня не найдут. Вспомнив свои первые ощущения, я перевела взгляд на запястья и, рассмотрев то, что на них оказалось, горько усмехнулась. Стоило догадаться сразу. На моих руках красовались кандалы из того же сплава, что и цепь, которой меня пленила Лэя. От них тянулась длинная металлическая и тонкая цепочка, прикованная к стене в глубине камеры. Теперь стало понятно, почему я чувствую себя настолько измученной. Они высасывают из меня магию до последней крупицы, не позволяя ей восстановиться. Я попыталась встать, опираясь на затёкшие конечности. Нахлынул очередной приступ боли, и я не сдержала болезненный стон. Оказавшись на ногах, я с особым усилием едва удержала равновесие. Решив осмотреть пространство вокруг, двинулась в тёмную глубь камеры, где обнаружила кучку жирных крыс, подбирающих что-то с земли. Правее в самом углу стояло потрёпанное временем железное ведро, видимо, для того, чтобы справить нужду, которую меняли не раньше, чем через несколько дней, предположила я. От осознания этого я сморщилась в жутком отвращении, нехотя представляя, как это можно сделать со скованными руками. Решив переключить внимание, я бросила взгляд в левую сторону. Там был разбросан редкий настил из сена, служащий подстилкой для сна, который был больше для видимости, чем спальным местом. Тонкие колючие прутья отсырели, и на некоторых из них, виднелась въевшаяся плесень. Спать на таком — то ещё удовольствие, но это было лучше, чем валяться на земле, на которой меня благополучно оставили.

Вдруг с противоположной стороны я услышала стон, а затем всхлип. Медленно приблизившись к решётке, которая отделяла меня от свободы, я заметила, как в камере напротив, дрожит тело девушки.

– Эй! С тобой всё в порядке? – крикнула я, но в ответ ничего не услышала.

Очередной всхлип, и она сменила положение, поджав ноги ближе к себе.

– Не трогай... моего сына... – едва ли разборчиво пробормотала женщина, и следом повисла звенящая тишина.

Я попыталась позвать её снова, но в этот раз услышала лишь гулкое эхо моего хриплого голоса, отскакивающего от склизких серых стен. Видимо, она бредит во сне, — вынесла я вердикт. От безысходности я прислонилась лбом к холодным прутьям и подавила очередной порыв слёз. Нужно успокоиться, я не могу так легко сдаться, иначе я проиграю, прежде всего, самой себе.

Ведьма сказала, что я должна найти книгу и раскрыть тайну, скрываемую от Коула, но также найти предмет, с помощью которого Уорл высасывает магию. Попасть в темницу было единственным шансом остаться в замке и выполнить данное мной обещание. Но как мне выбраться отсюда? В этих кандалах я не сделаю и шага. В ответ на мои размышления, словно по щелчку, где-то вдалеке заскрипела дверь, и послышались неторопливые шаги.

Моё сердце пропустило сильный гулкий удар, после которого по спине пробежал холодок. Пламя, отбрасываемое факелами, всколыхнулось от резкого порыва сквозняка и заплясало, словно насмехаясь над моим положением. Шаги уверенно приближались, и ещё через мгновение, передо мной появился мужской силуэт.

Глава 2

Коул

Тело резко пронзила острая боль, вынудив меня вздрогнуть и согнуться пополам. От неосторожных движений правая сторона живота горела адским пламенем, разнося волну агонии по венам. Не раскрывая глаз, я осторожно дотронулся до живота и нащупал мокрые тёплые мотки ткани. С трудом разлепив глаза, поднёс руку к лицу.

Увидев на пальцах кровь, сморщился от осознания, как я получил это ранение. Сердце бешено колотилось, словно отбивало барабанную дробь, норовя выпрыгнуть из груди.

– Айла! – закричал я во всё горло, надрывая связки. – Айла! – Я не слышал ответа, и от этого накатила волна паники, сжирая меня изнутри.

Я попытался встать, но рана не позволила, натянув заживающие края плоти и выпуская очередной поток крови, пропитывая перевязку насквозь. Мне было плевать. Абсолютно плевать. Дрожа, кое-как сел, ухватившись рукой за рядом стоявший стул, используя его как опору.

Свесив ноги с кровати, я стиснул челюсти, не позволяя болезненному стону слететь с губ. Руки трясло, я зажмурился и с немалым усилием поднялся на ноги, с трудом удерживая равновесие. По спине прошла волна холода, из-под ткани потекла тонкая струя алой жидкости, на которую я совершенно не обращал внимания.

– Тарк! – взревел я, пытаясь докричаться хоть до кого-то, в надежде, что моя пара находится где-то в доме.

В попытке сделать очередной шаг, в глазах потемнело. Меня сильно пошатнуло, и ноги предательски подкосились. Ровно в этот момент дверь в мои покои отворилась, и я упал с гулким грохотом, опрокидывая стул, утянув его за собой. Резкая боль охватила каждый сантиметр тела, но она была ничем, по сравнению с тем, что я не ощущал ее. Я должен ее увидеть. Она не могла исчезнуть.

– Проклятье! – на пороге стоял Тарк, с которого он молниеносно двинулся ко мне. – Ты совсем обезумел вставать с таким ранением? – в его глазах читался неподдельный страх и что-то иное, что я никак не мог разобрать.

– Где моя жена?! – зарычал я, цепляясь за него, как разъярённый зверь, загнанный в угол.

Он молча перекинул мою руку себе на плечи и помог дойти до кровати, усадив на её край. Сам же он поднял опрокинутый стул, перевернул его спинкой вперёд и сел, расставив ноги по бокам от него.

– Коул... – начал он неуверенно, глядя то на меня, то куда-то в сторону.

– Где Айла? Вы же не оставили ее там? – прохрипел я, желая как можно скорее увидеть свою жену целой и невредимой.

Я не узнал свой голос. Никогда в жизни я ещё не разговаривал с ним, с таким, леденящим кровь в жилах хладнокровием. Мне было всё равно на это в данный момент, потому что я не чувствовал ничего, что могло бы подсказать мне о её состоянии. Как будто её вовсе не существует и это были лишь мои галлюцинации. От этой мысли засосало под ложечкой, подталкивая к горлу тугой нервный ком. От напряжения на лбу выступила испарина, а тело налилось свинцом.

– Она осталась в замке, – обречённо выдохнул Тарк, стараясь уловить перемену моего состояния и приготовиться к любому проявлению гнева.

Услышав эти слова, из-под ног, ушла земля, хотя я прекрасно осознавал, что продолжаю сидеть. Злость поднималась по жилам молниеносным потоком, подталкивая меня пыхтеть, как бык перед красным флагом. По углам комнаты двинулись из своих укрытий тени, медленно подползая к нему, как ядовитые змеи, желающие ужалить жертву. Я жаждал разорвать каждого, кто причастен к этому. Я винил себя в том, что это произошло.

– Как вы это допустили?! – с ужасающим спокойствием спросил я, пытаясь сохранить контроль над собой.

Глаза Тарка настороженно забегали по комнате, он отвернулся к окну и протёр руками лицо, издав тяжёлый долгий вздох.

– Она наша правительница, Коул, – тише, чем шёпот, вымолвил Тарк, до банальности очевидную глупость.

– Вот именно! Она ваша правительница, которую вы позволили этим тварям пленить! Вы не имели права это допустить, поклявшись в верности нам обоим! – Я больше не мог сдерживаться и, хрипя, кричал, надрывая голос от ярости, бурлящей во мне.

Тени уже подползли к ножкам его стула, оплетая их чёрной дымкой, и тянули свои щупальца, желая сковать его в грубые тиски. Они подобрались выше и обволокли его бёдра мёртвой хваткой, уверенными движениями переползая к его торсу, и практически дотянулись до горла.

Тарк напрягся, отчего тени сжали его ещё сильнее, но он не двинулся с места и не сказал ни слова против, хотя было видно, как жилка на его шее предательски дёргается.

– Это был её приказ, – с горечью сказал Тарк, вернув ко мне взгляд, полный сожаления.

– Что значит «её приказ»? – от такого ответа моя магия растворилась в один миг, оставив после себя, тёмный колыхающийся дымок вокруг его тела, и он едва заметно облегчённо выдохнул.

– Она тайком попросила Колдрена, а если быть точнее, приказала ему оставить в приоритете тебя и любой ценой спасти. Ты прекрасно знаешь, что мы не можем нарушать ваши приказы, – Тарк уставился на меня и виновато уткнулся лбом в спинку стула, желая провалиться сквозь землю.

– Колдрен, значит? – холодно прошептал я, мечтая растерзать каждого из них на куски.

– Он сам расскажет, – ответил Тарк, пытаясь не сказать лишнего, чтобы я снова не вышел из себя.

Со злости я сжал руки в кулаки и ударил по кровати, пытаясь выпустить пар и чувство отчаяния. Тело свело судорогой, посылая приступы боли в самый центр моей разодранной плоти, и я, давясь, закашлялся, ухватившись за бок. Изо рта на подбородок потекло что-то тёплое. Отдышавшись, я вытер его тыльной стороной ладони, обнаружив на ней алый след.

– Чёрт! – Тарк вскочил с места, подорвавшись ко мне. – Тебе нужно восстанавливаться, если ты будешь в таком же духе истерзывать себя, второй раз мы тебя уже не залатаем, – он силой уложил меня в кровать, чтобы снять с моего тела нахлынувшее напряжение и расслабить разошедшиеся края воспалённой плоти.

Тарк стянул с меня наложенную повязку и взял с комода какой-то пузырёк. Откупорив крышку, он добротно вылил странную жидкость синего цвета, прямо в открытую рану. Я зашипел от ощущения раскалённого металла в этом месте. Он смочил тряпку в чаше, вероятно, наполненной водой, и начал промывать рану. От нового болевого приступа я выгнулся, но он упёрся в моё плечо рукой, не позволяя шевелиться. Завершив, свои действия, он наложил новую повязку, и с тяжёлым вздохом, плюхнулся на стул с чувством выполненного долга.

Глава 3

Айла

Я вновь проснулась в мрачной и сырой камере, совершенно потеряв счёт времени. Сколько дней я тут нахожусь? День, неделя, месяц? Здесь царил полный мрак, и отсутствовали окна. Не было даже ни одной маленькой щели, пропускающей дневной свет.

Растерзанная спина, горела адским пламенем, сковывая каждое движение и причиняя боль. Ткань изрезанной формы, которая свисала лоскутами за спиной, прилипла к запёкшимся ранам и доставляла дискомфорт при малейшем действии. На запястьях снова покоились оковы, растирающие до крови кожу, раз за разом поглощая новый прилив магии.

Хотелось выть и кричать от осознания безысходности. Я запустила руки в волосы, цепи хлёстко ударили по лицу, но мне было уже плевать. Паника накатывала с новой силой. Почему я решила, что смогу справиться? Сидеть запертой в стенах замка и быть пленницей — совершенно разные вещи. Живот скрутило от голода, отчего звук урчания разнёсся по коридорам, оповещая об этом каждый угол на своём пути.

Раздался тихий скрип железных петель, после которых последовали лëгкие шаги. Я затаила дыхание и уставилась в пол, в надежде, что это не очередная расправа надо мной. Отчётливый звук прекратился прямо перед решёткой камеры. Я осторожно подняла глаза, осматривая пришедшего снизу вверх. Поняв, кто передо мной стоит, ярость захватила мой разум, не оставив ему и капли рассудка.

– Катись отсюда к чëрту! – рявкнула я, стоящей передо мной Лэе.

Я была готова наброситься на неё и разорвать ей глотку, будто не кормленный зверь.

– Ну, здравствуй, подруга, – она хищно ухмыльнулась.

– Предательница... – слетело тихое рычание с моих губ.

– Всего этого бы не было, если бы не появилась ты, – она бросила едкое замечание, в мою сторону. – Пока ты будешь гнить здесь день ото дня, Коулу придётся несладко. Уорл давно держит его на крючке, и единственным спасением для него буду я, – она усмехнулась.

– Он не подпустит тебя ни на шаг! – я поражалась еë одержимости с каждым новым словом, вырывавшимся из еë рта. – Ты обезумела! Потеряла всë, что у тебя было. Что на счëт Форса? Его тоже отдашь в когти этому ублюдку?

– Форс... – протянула она мелодично, на мгновение задумавшись. – Этот болван, мог иметь всë. Власть! Но он решил остаться на стороне моей пары, отказавшись от родства со мной. И если быть предельно честной, он мне с самого начала не нравился, но жить тогда мне хотелось больше, и благодаря ему, у меня был этот шанс. – у меня округлились глаза от её признания. – Родители Форса приняли меня, как родную дочь и сделали самую глупую ошибку в своей жизни. Когда на наши земли напали, я, испытав невероятный порыв злости, убила их, случайно, конечно. Но это не отменяет того факта, что я испытала величайшее удовольствие. – Я застыла, еë слова полностью повергли меня в шок, заставляя таращиться на неё с приоткрытым ртом.

– Что значит «твоя пара»? Ты же сейчас не о Коуле? – неуверенно спросила я, желая, чтобы она соврала, отвечая на этот вопрос, хотя прекрасно понимала, кого она имеет в виду.

– Конечно, о нëм, – невозмутимо подтвердила она.

– Это невозможно, – возразила я, чувствуя прилив очередной ярости. – Коул и я — потерянные части одной души, мы заключили союз и были благословлены самой Венеян. – Мой голос перешёл на тон выше, и я задумалась о том, что она специально выводит меня на эмоции. И, чëрт возьми, у неё это отлично получалось!

Она бросила взгляд на моё правое запястье, туда, где аккуратным узором покоился символ нашего брака.

– Вижу, – довольно холодно бросила она, будто еë это вовсе не заботило. – Мы это исправим. С помощью записей первой ведьмы проведём ритуал, поменяв наши с тобой души местами, и тогда, ты больше не будешь помехой для нашего счастья. Коул не сможет противиться этой связи, – Лэя рассмеялась, испытывая удовлетворение от моего эмоционального метания и потрясения.

– Ты не сможешь. У вас больше нет книги, – я постаралась не подать виду, что испытывала облегчение от этого, и довольно улыбнулась.

– Глупая, глупая Айла. Ты настолько наивна, что даже не можешь пораскинуть мозгами, – она покачала головой, словно отчитала несмышлёного ребёнка. – Мне не нужна эта дурацкая книга. Всë, что мне было необходимо, я уже давно спрятала в надёжном месте, ровно до того момента, пока мне это не понадобится. Как видишь, этот момент настал. – Еë лаза пылали одержимостью, в которой она уже испытывала предвкушение победы.

– За что ты убила родителей Форса? Ни за что не поверю в случайность, – я должна была узнать подробности, чтобы в момент, когда я воссоединюсь с друзьями, если, конечно же, это случится, рассказать им о том, что она сделала, и дать им право выбора расплаты.

– Они любили его больше всего на свете, – начала она, невесело улыбнувшись. – Ему доставалось всё самое лучшее. Внимание, забота. Не спорю, обо мне тоже не забывали. Но в очередной раз, когда принесённая ими вещь предназначалась ему, меня разрывало от обиды. Я просто заколола их из-за ревности, тогда, когда они не ожидали ножа в спину. И пока в городе был переполох с демоническими тварями, я выбежала из дома в поисках Форса, вся заляпанная в крови и до ужаса напуганная. Благополучно столкнувшись с ним, навешала ему лапши на уши о том, что в наш дом ворвались демоны, и они пожертвовали жизнями, чтобы я смогла убежать, – она настолько хладнокровно раскрывала свои потаённые части души, что я невольно подумала о том, что еë не надо превращать в демона, она уже им является.

Я содрогнулась и не хотела верить в то, о чём она говорит, но не было никаких сомнений, что это чистая правда. Попытавшись собраться с мыслями, я даже забыла о боли, сковавшей тело. Встав с колен, как можно увереннее поднялась на ноги и прошла те мучительные шаги, которые нас разделяли.

– Но ведь ты же была в плену у него! Как ты можешь после такого находиться на его стороне и быть верной? – я хотела узнать главную тайну, которую она хранила не один век, и это, теперь оказалось, как нельзя легко.

Глава 4

Айла

Мы смотрели друг на друга ещё какое-то время, захлёбываясь потоком нескончаемых слëз и прерывистыми всхлипами, словно зеркальное отражение. Ещё через мгновение мы тихо рассмеялись над общим порывом чувств.

– Скажи, как сейчас обстоят дела на наших землях? – она задала следующий вопрос после того, как узнала, что еë сын жив и находится далеко отсюда.

– Каждая семья, проживающая там, высадила лилии, в память о тебе. Жители сплочены и добры друг к другу. Это полностью заслуга Коула. Все эти годы он бескорыстно оберегал самое дорогое, что у него осталось.

– А друзья Коула? С моими мальчиками всё хорошо? – от этого вопроса у меня защемило сердце.

– Колдрен, всë такой же ворчливый, не упускающий возможность при любом случае вкусно поесть, а Тарк по сей день является Коулу самым верным и близким другом, бросающимся вслед за ним в проблемы, как в омут с головой, – я хихикнула, вспомнив, как Тарк периодически вправлял Коулу мозги. – Ещё есть Форс и Лэя. Они встретились с ними после твоего исчезновения. Это та девушка, что приходила сюда некоторое время назад. Я думаю, если ты слышала её речь, то поняла уже, что она одержима Коулом и предала его. Форс же, совершенно другой. Он верен нам и глубоко ранен поступком Лэи. Но он ещё не знает главного, правды, которую она от него скрывала всё это время.

– Я слышала ваш разговор. Такие как она, недостойны, быть рядом с ним...

– Она стала меняться с того момента, когда я появилась в вашем доме. Сначала пыталась втереться в доверие, но с каждым новым днём её словно что-то околдовывало, и она начала меняться на глазах. У нас с ней неоднократно случались конфликты, на фоне Коула. Её одержимость им переходила все границы, – я глубоко вздохнула, вспомнив, как она ворвалась к нам в день, перед ритуалом, а после исчезла. – В один из таких дней Коул не выдержал, поставив её на место, и объявил меня своей невестой. На следующий день должен был состояться наш брак, и мы узнали, что она сбежала, а после ритуала, обнаружили в её кабинете запасы яда в ужасающем количестве, который она готовила по твоему дневнику.

– Так значит, он сумел найти мои записи, – прошептала она.

– Да. Но не простой ценой, – выдохнула я, вспоминая, ужасы тех событий.

После этого я рассказала ей всё с самого начала. Начиная с того момента, как Коул появился в Дворе Льда, как на замок напали и он вывел меня, чтобы увести в безопасное место – в свой родной дом. Как мы заключили договор, в котором он поклялся оберегать меня, фактически связав нас, друг с другом. Как на территорию пробрались демоны, последовавшие по моему следу. Рассказала, к каким последствиям это привело и как Коул спас мою жизнь, вовремя обнаружив дневник. О его признании, что я являюсь его душой. О том, как мы отправились к Иге, а по возвращении попали в самую гущу сражения. Более подробно рассказала, о том, как мы провели ритуал, объединивший наши души. Как мы разработали план, чтобы попасть в замок Уорла, наш путь сюда и к чему это привело. В конце я поведала ей о том, что сказала мне ведьма и ради чего я здесь сейчас нахожусь в роли пленницы, истерзанная и разбитая.

– Чёртов ублюдок! – выругалась она, имея в виду моего отца. – Сломал столько невинных душ и ради чего? Ради власти, забыв о кровных узах, перерезав глотки всем своим родным, – она тяжело вздохнула и задумчиво взглянула на меня. – Я сожалею, что на твои плечи выпало такое бремя. Но ты должна бороться.

– Знаю, – едва слышно выдохнула я. – Но, как здесь оказалась ты? Коул сказал, что ты просто бесследно пропала.

– Я… – она запнулась, видимо, собираясь с мыслями. – После того как Уорл ворвался в наш дом со своими тварями, Каир погиб, защищая нас. Я смогла бежать с нашим народом, по крайней мере, с теми, кто последовал за мной, и кто успел бежать. В тот момент под сердцем я носила Коула. Сломленная, потерявшая свою пару, родную душу, я была убита горем. Моим единственным желанием было сохранить жизнь сыну и спрятать его как можно дальше. Мы с Молли нашли такое место. С теми, кто владел достаточным количеством магии, мы создали защитный купол и обустроили поселение. С годами оно разрослось, мы наладили морские связи, конечно же, под прикрытием, и зажили спокойной жизнью. Но меня не покидало чувство стыда, за то, что многие наши подданные остались там и были порабощены властью монстра, вынужденные наблюдать за тем, как убивают их родных, – она села на землю и прижалась лбом к решётке, обречённо смотря куда-то в сторону.

– Что ты сделала? – замерев, спросила я.

– Когда Коул достиг возраста, в котором он мог самостоятельно управлять нашим восстановившимся Двором, — я решила наладить связь с Двором Воды, тайно отправив им письмо, с просьбой о помощи, ведь мы когда-то были близкими друзьями. Я хотела вытащить всех, кто не смог бежать с нами тогда. Но как я ошибалась. Те, кто некогда были близки, оказались злейшими врагами. Они предали меня, подстроив ловушку, – на её лице отразилась горечь печали, эти воспоминания давались ей с трудом. – В назначенном месте, где мы с Камусом должны были встретиться, как ты уже, наверно, догадалась, его не было, но был Уорл. Они схватили меня, притащили сюда и пытали на протяжении многих десятилетий, в надежде вытащить информацию о том, где я спрятала всех... Но ему не удалось это сделать. Я не сдалась и не сломалась даже под гнётом самых жестоких пыток. Со временем они стали реже вспоминать обо мне, а после и вовсе забыли. Лишь изредка принося хоть какое-то пропитание, чтобы я оставалась жива. Для чего? не знаю.

Глава 5

Айла

С каждым новым куском рецепторы притуплялись и я уже не чувствовала никакого наслаждения от еды. Меня начала угнетать повисшая в воздухе атмосфера и неизвестная причина моего присутствия тут. Я искоса поглядывала на Уорла, наблюдая за ним. Он развалился на троне, но еде не притронулся, лишь раз за разом опустошал бокал тёмно-алой жидкости.

Его длинные волосы раскинулись по плечам, свободно спадая вдоль выточенного тела. Белоснежная рубашка оставалась не застёгнутой у горла, выставляя на обозрение тонкую серебряную цепочку, спускающуюся ниже, за пределы обнажённого участка. Я вздрогнула, подумав о том, что это может быть тот самый амулет, о котором говорила Лэя. Ладони мигом вспотели, от внезапной мысли сорвать его. Но я попыталась взять себя в руки, чтобы не вызвать ни у кого подозрений своей реакцией.

Отправив последний кусок нежнейшего мяса в рот, отложила приборы и пригубила бокал вина. На вкус оно показалось мне приторно-сладким, отчего резко захотелось сморщиться и я отставила бокал в сторону. Не имея больше сил терпеть неведение, повернулась к ним всем корпусом, оглядев их двоих по очереди.

– Для чего я здесь? Этот жест явно не был от доброты душевной, – я небрежно обвела рукой то, что находилось на столе.

Возможно, мне следовало держать язык за зубами, но ненависть по отношению к ним взяла надо мной вверх, и я искренне желала сжечь их прогнившие души.

– Я проявил несказанную доброту, пригласив тебя на обед, и позволил смыть с себя въевшуюся в кожу коросту, – он прищурил глаза, а на его лице появилась едва заметная издевательская ухмылка, затронувшая уголок губ.

– По-твоему, порка плетью, раздевание на глазах у этого отродья, – я указала на того, кто меня сопровождал, – является добротой с твоей стороны? – яд растекался по моим жилам, который отчаянно пытался вырваться наружу и наброситься на него.

– Айла, думай, с кем и как разговариваешь, – процедила сквозь зубы, вышедшая из оцепенения Солана.

Она испепеляла меня взглядом, сжав в ладонях столовые приборы. Мне показалось, что ещё немного, и она согнёт их пополам.

– Не надо, любовь моя, – он вскинул руку, призывая её к молчанию, и она покорно опустила голову, уставившись на тарелку перед собой. – У зверёныша режутся зубки, и это довольно забавно наблюдать. Знаешь, я даже вижу некоторое сходство между нами. Дерзость, своенравность, умение терпеть унижения, но при этом оставаться с гордо поднятой головой... Ты похожа на меня больше, чем я думал, не только характером, но ещё и внешне, – Уорл хрипло рассмеялся, и на его лице отразилась самодовольная гримаса, будто он купил ценную вещь, а теперь не мог ей налюбоваться.

– Ты пригласил меня, чтобы обсудить наши семейные узы, или есть более важная тема разговора? – холодно бросила я, пытаясь казаться безразличной. – Если нет, прошу вернуть меня туда, откуда привели. Уж лучше сырые холодные стены, чем ваше общество.

Я бросила на него испепеляющий взгляд и перевела его на мать, которая до сих пор покорно не совершила ни одного лишнего движения. Мне показалось это странным, но я не придала этому особого значения.

– Что ж, если ты не желаешь насладиться лишним глотком свежего воздуха, будь, по-твоему, – он сощурился, обратив ко мне свои голубые глаза, и подпёр голову ладонями, сложив их в замок. – Я предлагаю тебе присягнуть ко мне на верность. Даю слово, что в таком случае с твоим правителем ничего не случится, и ты будешь жить припеваючи, имея при этом титул моей наследницы и власть. Я официально признаю тебя, как дочь, и ты будешь с гордостью носить мою фамилию.… Если же нет…

– Никогда! – он не успел договорить, как я оборвала его на полуслове. – Ни за что на свете. Я не желаю иметь с тобой ничего общего. Я больше не Демиль и не намерена становиться Торнфилд. Я остаюсь Айлой Арстрон и моё решение, не изменится. – Ярость захватила меня с головой, мне хотелось рвать и метать, заткнуть его грязный рот, лишь бы он замолчал.

– Это я уже понял. На твоём запястье красуется крайне милый узор, – отец украдкой посмотрел туда, где чёрные линии покоились на моём запястье, виднеясь из-под рукава туники. – Но, династии Арстронов уже давно нет, и истинный Двор Тьмы находится под моим правлением, – я обратила внимание на то, что он утаил существование Дианелы. – И пока все Дворы признают меня истинным Верховным правителем этих и всех оставшихся земель, ты не имеешь никакого права на голос. Подумай получше. Ему не жить. Одно моё слово, и твой ненаглядный лишится головы в тот же час, – он пытался запугать меня, давя на самое больное место.

Но я не допущу такой ошибки. Я не настолько глупа, чтобы верить каждому слову, слетевшему с его губ. Внизу меня ждёт женщина, отчаянно молящаяся за своего сына, пожертвовавшая многим, чтобы спасти его. А за пределами этих стен далеко отсюда находилась моя душа, которую я с огромным усилием смогла уберечь от этого кошмара, непростой ценой.

– Я знал, что ты сразу же откажешь. Но я снова проявлю доброту лишь потому, что ты моя дочь, – на этих словах меня резко замутило, я не хотела иметь ничего общего с этим мужчиной. – Я дам тебе время, обдумать моё предложение. Твоя драгоценная мать, – он скосил глаза в её сторону, но та по-прежнему покорно сидела, – любезно попросила меня дать тебе хоть малейший шанс, – он снова заглянул в мои глаза. На его лице отражалось обещание предстоящей расплаты. – Либо ты согласишься, поклянёшься мне в верности и добровольно отдашь моё пламя, либо лишишься жизни, вместе со своей драгоценной парой и его беглым народом, – на этих словах мама едва дрогнула и это не укрылось от меня. – И поверь, Айла, время не на твоей стороне.

Едва он договорил последнее слово, я резко встала, опрокинув стул, и демонстративно направилась к выходу, бросив короткий взгляд на стражника, который подорвался с места, чтобы грубо подхватить меня под локоть и сопроводить обратно. Подойдя к дверям, я услышала, за спиной едкий смех, который пронзил моё тело дрожью.

Глава 6

Коул

Утро прошедшего дня.

Прошла неделя, как я очнулся в своих покоях перевязанный и обессиленный. Неделя с того момента, как моё сердце больше не стояло на месте, оно находилось далеко отсюда, там, где осталась моя пара, моя душа, моя любовь. Оно бесконечно болело и рвалось кинуться на её поиски, забрать из когтей монстра как можно скорее, но я с горечью понимал, что не могу сейчас этого сделать и не имею на то возможностей. Я лишь продолжал молиться всем забытым и незабытым богам, чтобы она продержалась как можно дольше. Я практически не чувствовал нашу связь, но знал, что она всё ещё натянута между нами, и лишь отчаянно хватался за неё, как за спасительный канат.

Через окно спальни я рассматривал окраины леса, вглядываясь в сухие коряги, покрытые шубами плотного слоя снега, усыпавшего их сегодня ночью. В дверь тихо постучали и, не дожидаясь ответа, вошли в комнату. Уверенные шаги за спиной быстро сократили расстояние между нами, и на моё плечо легла крепкая широкая ладонь.

– Она сильная, брат, – полушёпотом вымолвил Тарк, изо дня в день, твердя мне одну и ту же фразу.

– Знаю, – ответил я, всё ещё погружённый в свои мысли.

– Пора выдвигаться, времени ждать, больше нет. Ты готов?

– Давно. – Я был готов ещё до того, как солнце показалось на горизонте, облачённый в экипировку вместе со своими железными друзьями за спиной. – Все в сборе?

– Ждут внизу.

Я развернулся и отправился на выход, не дожидаясь, пока Тарк последует за мной. Проходя коридоры и лестницы, я неустанно твердил себе, что мы скоро встретимся и это лишь временное испытание, выпавшее на нашу долю. Всю эту неделю я почти не ел и не спал. Рана на моём боку довольно быстро затянулась, и уже через пару дней, я вернулся в строй, решая дела Двора, которые накопились за время моего вынужденного отдыха, и теперь я был полон сил. Миновав последний поворот, мы проскользнули в гостиную, где нас терпеливо ждали Форс и Колдрен. Заприметив наши фигуры, они вскочили на ноги в полном боевом облачении.

– Все приказы отданы на время нашего отсутствия? – я перешёл сразу к делу, не желая заводить иных разговоров.

– Все без исключения. На окраинах выставлены отряды, на случай нападения или чужаков, подобравшихся слишком близко к куполу. Гункан провёл инструктаж и полностью отвечает за порядок на время нашего отсутствия, – отчитался Колдрен.

– Хорошо, выдвигаемся, – я одобрил отчёт о выполненной работе, и мы переместились, оставив после себя лёгкий дымок, который развеял порыв ветра из открытого окна.

Мы оказались в поле между владений Двора Ветра и окраин густого леса. С неба непрерывно капал дождь вперемешку со снегом, образуя на земле грязные полузамёрзшие лужи и мокрые следы на наших плащах. Впереди открылся вид на массивную и высокую гору, вокруг которой раскинулся густой зимний лес, словно браслет на фарфоровом запястье. У её подножия, расположилась столица Двора Ветра – Оро. С её вершины в нашу сторону, местами сильными порывами, дул ветер, хлестав нас по щекам дождём из ледяных осколков.

Мы двинулись прямо к главному входу, который был расположен в длинной каменной стене, охватывающей полностью территорию Двора. Сам проход представлял собой массивные деревянные двери высотой больше трёх метров. На их основании был вырезан волнообразный орнамент, представляющий собой дуновение ветра. Подойдя вплотную к воротам, моим удивлением стало то, что они были открыты, и на посту охраны не было ни единой души. Уши тут же уловили звенящую тишину. Небольшие улочки были пустыми, лишь неяркие огоньки в окнах маленьких деревянных домов, выдавали жизнь в этом городе. По спине пробежалась волна мурашек, и меня охватило плохое предчувствие. Ранее, когда я бывал здесь, тут царила жизнь. Фейри и даже люди сновали туда-сюда, из таверн разносился смех, а по дороге пробегали озорные дети. Сейчас же, город встречал нас гнетущим безмолвием. Прилавки с товарами были пусты и разбиты, в некоторых домах выбиты окна, а двери слетели с петель.

– Святые боги… Что здесь произошло? – Форс оглядывал безжизненный город с широко раскрытыми глазами.

– Сейчас мы это узнаем.

Я тяжело вздохнул и двинулся, прямиком к дворцу. Город был большим, и путь до дворцовой территории занял у нас чуть больше двадцати минут. Но, чем ближе мы подходили, тем чаще улавливали отдалённые звуки, напоминающие скрежет стали. Вдалеке показался высохший сад, припорошённый белыми хлопьями снега, окрашенный местами в алый цвет. Сам, некогда белоснежный дворец, был частично разрушен, а с его заднего двора послышались теперь уже громкие звуки сражения. Каждая клеточка моего тела напряглась, а неспокойное сердце пустилось в пляс. Меня одолела притаившаяся ярость, которую я держал в узде всё это время. Несложно было догадаться, что здесь происходит. Уорл послал своих псин, разделаться с Двором Ветра и забрать их сына. Я мечтал каждого чёртового демона разорвать на мелкие куски, разодрать им глотки и придушить собственными руками. Мой контроль над эмоциями треснул, и я пустился сломя голову, не заботясь о том, что позади меня остались друзья.

– Коул, стой! – прокричал мне вслед Тарк, но я не желал останавливаться, лишь обернулся на бегу и испепелил его гневным взглядом.

– Идиот! Ты не можешь врываться в бой кинувшись в самую гущу событий.

Тарк пытался меня вразумить, перекрикивая порыв ветра и расстояние, между нами. Он вскинул руки, но мне уже было глубоко плевать. Либо они идут со мной, либо я иду один. Я отвернулся и ускорился, торопясь к намеченной цели.

– Проклятье! – услышал я едва уловимое ругательство, а следом топот нескольких ног, по выложенной брусчаткой дороге.

Я вторгнулся прямиком в главные двери проскользнув в парадную, и очень вовремя. Там происходило сражение, в центре которого участвовали правители Двора Ветра. Анил и Авель Ветар, яростно оборонялись, не позволяя тварям прорваться вглубь, а поодаль от них, обрубил путь очередному демону их сын – Рай.

Глава 7

Коул

Дворец после вторжения был в разрушенном состоянии. На стенах зияли дыры отколотого камня, а белоснежный мраморный пол был в крупных трещинах и забрызган кровью. Это напомнило мне о том, как мы вступили в схватку в замке Уорла. Я с силой стиснул челюсти, не хотел об этом думать, но непрошеные воспоминания наплывали, не желая уступать моим желаниям. Служанка провела нас по очередной лестнице, ведущей на третий этаж. Здесь, в отличие от того, что происходило внизу, чисто, убрано, и не было ни одного намёка на то, что демоны сюда заглядывали. Правители хорошо держали оборону и не позволили отродью проникнуть глубже.

Пока я пребывал в размышлениях, служанка, предоставив парням каждому по комнате, и только потом отвела меня к моим покоям. Она указала на резную деревянную дверь в самом конце коридора, и поклонилась, удалившись, прочь.

Я осторожно отворил дверь и вошёл внутрь. Это была маленькая, но уютная комната с богатым убранством. Большие широкие окна пропускали тусклый свет уходящего дня, а по бокам от них свисали плотные шторы бордового цвета с причудливой портьерой. Рядом к стене приставлена большая кровать с роскошным балдахином. С одной стороны от неё расположилась широкая тумба, а с другой — среднего размера стол с изысканными стульями, отделанными мягчайшей обивкой. Наполнение покоев завершали большой массивный шкаф из красного дуба и белоснежный ковёр, покоившийся подле кровати. Я заприметил с правой стороны ещё одну дверь и не спеша подошёл, открыв её. Это была ванная комната с уборной. Посередине стояла широкая и глубокая ванна, на позолоченных ножках. На полках, прибитых к стене, было расставлено множество пузырьков с разноцветным содержимым. На крючках возле двери висели белые полотенца, на ощупь нежнее самого облака.

Я уже было хотел выйти, но заметил большое зеркало над мраморной раковиной и задержал взгляд на своём отражении. После сражения волосы торчали в разные стороны, усыпанные пылью, на бороде разрослась недельная щетина, скулы заострились, а щёки впали. Мешки под глазами придавали измученный вид, и я вздрогнул, оглядывая заляпанную одежду кровью и грязью.

Из оцепенения меня вывел уверенный стук в дверь. Я вышел в покои и отварил её. На пороге стояла всё та же служанка со стопкой тряпья в руках.

– Я принесла вам чистую одежду, господин, – она поклонилась.

– Оставь тут, – отстранённо прохрипел я, кивнув подбородком в сторону кровати. Она тут же спохватилась и выполнила указание.

– Правители будут ожидать вас, на втором этаже в трапезной. Это вторая дверь слева сразу после того, как спуститесь по лестнице. Желаете что-то ещё, господин?

У неё был мелодичный приятный голос, но почему-то это меня только раздражало и вызывало желание, выдворить её отсюда как можно скорее.

– Нет, ступай.

– Слушаюсь, – она поклонилась, выпрямилась и виновато, опустив глаза, удалилась прочь.

Как только дверь за ней закрылась, я облегчённо выдохнул. Пока мысли и воспоминания не настигли меня, я вернулся в ванную, быстро разделся и наспех вымылся. Обернувшись полотенцем вокруг пояса, взял другое и прошёлся им по волосам, собирая с них лишнюю влагу, после чего вернулся в спальню, желая переодеться в чистое. Я едва успел натянуть брюки, застегнув на них застёжку, как дверь осторожно распахнулась. Я напрягся, но быстро расслабился, поняв, что это Тарк. Он застыл в дверном проёме, ожидая позволения пройти.

– Заходи, – холодно бросил я, накинув рубашку и принявшись раздражённо застёгивать на ней пуговицы.

– Поговорим? – осторожно спросил он, переступив порог.

– Не о чем разговаривать, – я сделал вид, что не вижу никаких причин для разговора.

– Так нельзя, Коул. Я понимаю твоё отчаяние и боль. Но, если ты не возьмёшь себя в руки, ничего хорошего из задуманного нами не выйдет, – он устремил взгляд на меня и сощурился, явно осуждая, и начал активно размахивать руками. – Ты неделю практически ни с кем не разговаривал и лишь изредка отдавал приказы, решая внутренние вопросы своего Двора. Ты не ел! Посмотри на себя! На кого ты стал похож? Таким ты собираешься вызволять её оттуда? В таком состоянии планируешь дать отпор Уорлу? Думаешь, она бы одобрила то, что сейчас с тобой происходит?

Я уже начинал закипать от подступившей злости, но слова, сказанные им в конце, заставили меня вздрогнуть. Отвернувшись к окну, я запустил руки в карманы брюк, до боли сжав их в кулаки. Перед глазами всплыло осуждающее лицо Айлы. Я представил, как она отчитывает меня своим маленьким дерзким ртом, и по спине пробежались колючие мурашки. Я понимал, что он прав. Что я утопаю в бездне своих эмоций и чувств и, если продолжу в таком духе, утону в них без шанса на спасение. Но я не мог ничего поделать с этим. Они хватали меня цепкими когтями, затягивая в свои пучины с каждым днём всё глубже. Я с головой погряз в дерьме, и выпутываться из него мне будет крайне сложно.

– Прости. Я не должен был так поступать. Как твой правитель я…

– Сейчас я разговариваю не со своим правителем, а с братом, другом и товарищем, – он грубо перебил меня. – Я не могу и не хочу видеть, как с каждым днём ты погибаешь изнутри, разрывая своё сердце на части! Коул, ты превращаешься в монстра и, если продолжишь в том же духе, будешь ничем не лучше Уорла. Единственным вашим отличием будет только то, что ты не убиваешь ни в чём не повинных бедняг, – он на мгновение затих, а после его голос охрип, переходя в едва уловимый шёпот. – У тебя есть семья, Коул. Остановись, пока не поздно, и позволь помочь тебе.

Глава 8

Коул

Кромешная темнота не позволяла разглядеть ничего вокруг себя. Я вертелся во все стороны, но не понимал, что происходит и где найти хотя бы маленький отголосок света.

Неожиданная вспышка разом озарила пространство вокруг, ослепив меня на мгновение. Чтобы вернуть фокус зрению, пришлось проморгаться несколько раз, отчего глаза заслезились, и в них появилось чувство инородного предмета.

Когда неприятные ощущения утихли, я не поверил тому, что увидел перед собой. На том самом обрыве, куда я привёл Айлу в её первую ночь в моём доме, сидела она, лениво болтая ногами и разглядывая чёрный ночной горизонт, на котором покоились сверкающие звёзды, и не было ни намёка на луну или облака. Это было настолько странным, что я подумал, игры моего разума решили добить меня окончательно.

На негнущихся ногах я подошёл к ней, не зная, как себя вести. Но делать ничего не пришлось, она сама обернулась ко мне, и в её широко распахнутых глазах, читался сильный шок. Она выглядела точно так же, как и в тот день. Гладкая, нежная кожа, порумянившиеся щёки, после хорошего отдыха и еды, скрашивали её и без того прекрасное лицо. Ни одного намёка на царапины, раны или синяки.

– Боги всё-таки смилостивились надо мной. – Прошептала она, едва сдерживая влагу, проступившую на её глазах.

– Что это значит?

Я напрягся, мне одновременно хотелось захватить её в крепкие объятия и наорать за то, что скрыла от меня правду и подвергла себя опасности.

– Сон. Я просто сплю, – после этих слов, её нижняя губа задрожала, с её рта вырвался первый всхлип.

Я не выдержал и вмиг опустился к ней, прижав к трепещущей груди. Зарылся носом в её шелковистые волосы, цвета воронова крыла и вдохнул аромат морозной свежести с нотками спелой малины. От этих ощущений меня самого пробрало на дрожь, но я старался держать себя в руках, чтобы она знала, что может положиться на меня, что я её каменная стена и опора. Когда она успокоилась, и её прерывистое дыхание выровнялось, я отстранился, обхватил её лицо ладонями и заглянул в эти бездонные, пленяющие мою душу глаза.

– Я так скучал… – сорвался с моих губ тихий хриплый шёпот.

Не в силах больше себя сдерживать, я прильнул к её мягким нежным губам и растворился в ненасытном поцелуе, желая, чтобы время сейчас остановилось навечно. Она цеплялась за меня, сжимала своими хрупкими ладонями, притягивая как можно ближе, чтобы тепло, исходящее от моего тела, подарило ей так особенно нужный для неё покой.

– Зачем ты это сделала?

Я прервал поцелуй и уткнулся лбом в её лоб, в надежде услышать от неё правду. Хотя бы во сне.

– Я должна была. Просто не могла поступить иначе. У нас есть только один шанс остановить его, и им нужно было воспользоваться, – с горечью выдавила она.

– Всё должно было быть по-другому… Мы должны были жить счастливо, – вымолвил я.

– Всё могло быть так, но ты и сам знаешь, моя судьба написана за меня, – уголки её губ едва дрогнули, но не позволили улыбке проявиться на её лице. – Коул, я должна рассказать тебе…

– Не надо. Давай не будем хотя бы здесь говорить о том, что происходит в мире.

Я приложил палец к её губам, призывая остановиться. Она вдруг резко дёрнулась и прошлась рябью, словно это не она была вовсе. Прошло ещё одно мгновение, за которое я успел лишь моргнуть, и она предстала передо мной совершенно в другом облике. На ней была старая, потрёпанная временем одежда, волосы спутаны и заплетены в косу. А вся она была в таком ужасном состоянии, что на какое-то время я просто перестал дышать. На её прекрасном лице красовался большой фиолетовый синяк, губы потрескались, под глазами расползлись тёмные круги, а на запястьях отчётливо прорисовывались бордовые следы от кандалов.

Мне резко стало плохо, отчего я пошатнулся, чуть не завалившись в сторону обрыва, но каким-то чудом удержался на месте. Айла смотрела на меня с сочувствием, а я между тем не понимал происходящее. Я точно спал, и моё воображение однозначно играло со мной злую шутку. Очередная вспышка, и мы оказались в тронном зале Двора Тьмы. Это был не сон. Это был кошмар.

– Коул, – позвала она меня. – Послушай, Камус — предатель. Он целиком и полностью поддерживает власть Уорла. – Айла предостерегла меня и начала медленно растворяться в воздухе.

– Нет. Не уходи. Не бросай меня, – я пропустил её слова мимо ушей, дёрнувшись в её сторону.

– Мы вернёмся к тебе, – тихо сказала она.

Я потянулся, чтобы ухватиться за неё, но поймал только воздух, едва не распластавшись на мраморном полу.

– Айла! – взревел я, но было уже слишком поздно, на меня вновь опустилась беспросветная темнота.

Я не сразу понял, что кричу, оказавшись в реальности на той же самой кровати, в которой заснул. Я резко сел, пытаясь сделать глоток воздуха. Было ощущение, что меня топили и не позволяли всплыть на поверхность. Дрожащими руками я потёр лицо, тело вспотело, отчего одежда неприятно прилипала. Меня пробил озноб, а мысли лихорадочно крутились в голове. Если эти сны будут сопровождать меня изо дня в день, я не выдержу и сойду с ума. Знать, что её могут подвергнуть мучениям и избиениям, — одно, но видеть её истерзанное тело…

С того момента, как проснулся, я больше не смог заснуть. Мысли, будто рой мух, вертелись в голове, не давая разуму покоя. Но что-то меня всё же насторожило. Она сказала: «Камус — предатель». Если это был сон, то слишком реалистичный. Я провалялся так до самого утра, пока слабые лучи солнца не показались на горизонте, придавая снежному покрову природы золотой блеск. Из мыслей меня вырвал стук в дверь.

Глава 9

Айла

Той же ночью, когда Коул видел сон.

Я проснулась в холодном поту. Меня трясло, а по телу поползли противные мурашки, поднимая вслед за собой волоски. Не знаю, услышали ли мои молитвы боги или так сказалось на мне то, что после еды и времени без кандалов во мне восстановились хоть какие-то силы, я увидела его. Сначала я подумала, что это всего лишь сон. Но после того как он отреагировал на мои слова, я заподозрила, что что-то не так. Это было настолько реалистично, что я решила предупредить его о предателе, и, как только я сказала это, всё начало пропадать. Он исчез, оставив после себя пленяющий аромат апельсиновых корок и грозового облака. Вокруг царила глухая тишина. Наверное, сейчас где-то середина ночи, и мои товарищи по несчастью всё ещё крепко спали.

Петли стальной двери пришли в действие и донесли до ушей противный скрежет. Тяжёлые быстрые шаги приближались, и я заметно напряглась в ожидании. Перед моей камерой остановился всё тот же рыжий придурок, по всей видимости, до сих пор мечтающий отомстить за мимолётное унижение.

– Замечательно. Наш пленённый зверёк в клетке не спит, – воодушевился он, а я словила волну раздражения от его тона.

– Что тебе нужно? – резко бросила я.

– Мне? Ничего. А вот нашему правителю нужно.

Он довольно странно улыбался, испытывая какую-то ненормальную эйфорию, и у меня от этого, засосало под ложечкой. Что-то не так.

– Твой правитель может поднять свой зад и спуститься лично, если ему что-то от меня надо! Я никуда не пойду, – огрызнулась я, желая, чтобы он сгорел в каком-нибудь котле.

– У тебя нет выбора, дрянь.

Он снял связку ключей и повертел ей перед решёткой, как бы издеваясь надо мной, напоминая, что моё мнение никого не волнует.

– Катись отсюда, – раздался сонный, но угрожающий голос Рая. – Тебе здесь не рады, будь так добр, не нарушай наш покой.

Мужчина повернулся к Раю, и даже со спины, было видно, как он испытывал веселье от причины, известной лишь ему одному.

– Не переживай. Долго скучать тебе не придётся, щенок. Я вернусь за тобой, и мы поиграем.

Мужчина рассмеялся, развернувшись обратно ко мне, и принялся открывать камеру. Я забилась в самый дальний угол, пытаясь оказаться от него как можно дальше. Но это было ужасно глупо, ведь за моей спиной находилась стена, и бежать, мне было некуда.

– Да брось, – протянул он, – глупо прятаться там, где это бесполезно.

– Ещё один шаг, и ты пожалеешь, что приблизился ко мне, – огрызнулась я.

Сощурив глаза, я была готова напасть в любой момент, на что он звучно фыркнул. Мужчина, не желая больше медлить, направился ко мне, но не ожидал, что я попытаюсь отбиться. Когда он оказался всего в одном шаге от меня, я взмахнула руками, заставляя цепь, прикреплённую к кандалам, взлететь в воздух, и крутанулась на месте, в попытке накинуть её ему на шею. Но это было ошибкой с моей стороны. В этот раз он ожидал подвоха и был готов. Рыжий ловко увернулся, цепь упала с громким звоном, растянувшись по земле, а я уже находилась в его захвате, прижатая спиной к стене.

– Как глупо. Неужели ты думала, что я попадусь второй раз на твои выходки?

Он прижался ко мне вплотную, наши тела соприкоснулись там, где мне ужасно этого не хотелось. От каждого последующего вздоха моя грудь тёрлась о него, а его бедро покоилось между моих ног. Его глаза помутнели, дыхание участилось.

– Знаешь, вымытая от грязи, ты мне нравишься больше. Забавно, не находишь?

Уголок его губ приподнялся вверх, и он опустил голову, практически соприкасаясь с моими губами. Одной рукой он упёрся в моё плечо, вжимая меня в стену, а другой начал исследовать изгибы. Он наклонился ещё ближе, желая захватить мой рот своим, но я резко отвернулась, зарычав от отвращения. Я задрожала от злости, от страха и пыталась лихорадочно придумать, как выбраться из захвата. Он усмехнулся и приблизился к моему уху, закусив его кончик, после чего спустился к шее, оставляя там дорожку влажных мерзких поцелуев. Его рука вытянула низ моей рубашки из-под брюк и коснулась оголённого тела, прокладывая себе путь к груди. Я начала хватать ртом воздух, поймав волну паники, и зажмурилась, желая, чтобы это прекратилось как можно скорее.

– Убери от неё руки, подонок! – услышала я крики Рая.

Я закрылась в своём коконе, заперев чувства на замок, лишь мимолётно улавливая шум бьющегося тела о прутья решётки. Вероятно, Рай пытался отвлечь внимание на себя, но у него это паршиво получалось.

Этому ублюдку было глубоко наплевать, что происходит вокруг. Он был занят лишь тем, чтобы скорее получить желаемое, в данном случае меня. Когда его отвратительная мозолистая рука добралась до груди и коснулась моего соска, я не выдержала.

Я начала вырываться, вертеться из стороны в сторону. Мне удалось оттолкнуть его на небольшое расстояние, но мне этого хватило для того, чтобы собрать руки в замок и врезать по его мерзкой морде кандалами. Он пошатнулся, ухватившись за ушибленное место, и у меня появился шанс отбежать в сторону, но я не успела этого сделать. Он быстро пришёл в себя и всего лишь за какое-то мимолётное мгновение замахнулся и врезал мне с кулака, отчего моя голова дёрнулась в сторону, и от силы удара я влетела в стену, ударившись макушкой, после чего плавно сползла вниз. Перед глазами заплясали мушки, место, которым я ударилась, пульсировало тупой болью, а по лбу потекла струйка крови, капая с носа на землю.