Объектив

Покуривая очередную сигарету, на своём пропахшем табаком балконе, я смотрю на недавно проснувшиеся улицы и, в который раз подмечаю, что всё движется без меня. Все постоянно куда-то спешат так, будто их время сейчас закончится, но я не такой. Иногда мне кажется, что моя проблема неразрешима. Везде, где я пытался найти такого себя, всё заканчивалось разочарованием, сначала искра, затем — всё тухнет, не успев разгореться, а значит торопливость будет не более чем тратой энергии. Я пытался оправдать себя ленью, но даже так, разве лень — это выбор? Делать то, чего тебе не хочется — нормально. Вдруг мои размышления прервала истлевшая сигарета, будто бы давая понять, что мне пора собираться на работу.

Я покончил с сигаретой и вновь посмотрел на людей снизу, потеряв интерес, я вышел с балкона. Пока искал рабочие вещи, успел доесть бутерброд и допить чай, который уже остыл. Я оделся, взял ключи, затем осталось только открыть дверь и... Пора снова вникать в будничную рутину.

Выйдя из подъезда, с трудом передвигая ноги по слякоти, я поднял взгляд на сухие ветки деревьев, среди всей сырости они выделялись больше всего. Вот бы не выходить на улицу до наступления весны... Уже на полпути к рабочему месту, у фотомагазина, меня что-то заставило остановиться. Я взглянул на знакомый мне фотоаппарат на выставочном прилавке, но в этот раз что-то было не так. Сейчас я увидел в нём не просто инструмент, а что-то большее, не искру, а осознание. Но вопросительный взгляд продавца по ту сторону витрины заставил меня вспомнить, что мне пора идти.

Офисное здание. Я на месте. Захожу внутрь и меня ослепляет яркий свет. Как обычно перекинулся взглядами с охранником и поплёлся в сторону лифта. Лифт встретил меня потёртыми кнопками, одну из которых мне пришлось нажать. Доехав до нужного этажа, я вышел из единственного спокойного места в этом больно привычном здании и, не желая встречаться с коллегами, будто шпион, уселся за своё рабочее место. Я начал перебирать ещё вчерашнюю стопку бумаг, ожидая, когда старенький компьютер соизволит приступить к работе. Но мою рутину прервал свой же поток мыслей. Фотоаппарат... Почему он меня так зацепил? Я ходил в детстве на кружок фотографии после школьных занятий, но и то, по инициативе родителей, а сейчас я будто... Сожалею? Странно, ведь я не могу ответить почему. Но лучше отложить свои воспоминания до конца рабочего дня, уж сильно эта стопка бумаг мне режет глаза, да и не хочу снова выслушивать не самых приятных слов от начальника.

Вот так и прошли эти девять часов, большую часть которых я был погружён в монотонное нажатие по клавишам, лишь изредка прерываясь на перекур и желанную чашечку кофе, хоть и ценой выслушивания жалоб коллег об их финансовых и бытовых проблемах, но я давно привык. Я даже прибрал своё рабочее место, воодушевлённый тем, что скоро вернусь к тому самому месту, давшему мне утром столько не совсем понятных, но тёплых эмоций. Я быстро накинул верхнюю одежду, чтобы не казаться грубым, попрощался с коллегами, затем пошёл в сторону лифта. Гул лифта немного ослабил моё возбуждённое состояние, но ненадолго, ведь он уже помог мне оказаться на нужном этаже, где простиралось офисное фойе, осталось только попрощаться с охранником и открыть входную дверь, ведущую меня к свободе. Пройдя через эти трудности рабочей жизни, я очутился на улице, но мою радость прервал ветер, ударивший мне в лицо так, что мои глаза заслезились. Лучше поспешить...

Пройдя полдороги домой, я поймал себя на мысли, что это был довольно странный и вместе с тем волнительный день, но волнительный по-приятному... А вся суматоха всего лишь из-за одной детали, напротив которой я сейчас стою. Фотоаппарат, чей объектив отражает меня, стоящего на такой спокойной и пустой улице, не такой, как утром, что заставляет меня будоражиться ещё сильнее, но это ощущение такое приятное... Возможно, немного интимное, что ли? Вдоволь насмотревшись, я нехотя потопал домой с предвкушением, что завтра выходной, а значит я стану чуть свободнее и обязательно загляну сюда ещё раз, ведь магазинчик уже закрыт, да и желание спать настойчиво преследует меня ещё с того момента, как я разобрал те стопки бумаг.

Наступил следующий день. Я приятно выспался, ведь будильник не докучал, и я сразу вспомнил о вчерашнем обещании себе. День начал с утренних процедур, справился с этим бодрее, чем обычно. Затем, из того, что было в холодильнике, сварганил себе нехитрый перекус, получилось какое-то яичное-сосисочное недоразумение, но довольно приятное на вкус. Но послевкусие от завтрака прервала сигарета, которую я быстро выкурил, чтобы поскорее взбодриться. Перед выходом надел вещи, которые выглядели более-менее прилично, и даже вспомнил о духах, пылившихся на одной из полок. Забрызгал ими шею. Обулся, выключив свет, мысленно попрощался с квартиркой и ушёл.

Когда я вышел на улицу, меня встретил солнечный свет, освещавший привычную мне дорогу. Я с предвкушением пошёл за ним. В этой весенней атмосфере я дошёл до знакомого мне фотомагазина и... Вдруг, будто мигрень, нарастающий гул сердца дал о себе знать. Здесь что-то щёлкнуло в голове. И я понял, что помимо ощущений я ничем не руководствовался. Вот куплю я на эмоциях безделушку, а дальше что? Не знаю, сколько времени было потрачено на размышления, казалось, можно было так простоять вечность... Но я всё уже давно решил.

Дверь фотосалона отворилась, а значит, я внутри. Из всех фотоаппаратов меня потянуло именно к тому, что вызвал столько эмоций. Пока я шёл к цели, мне в нос ударил смешанный запах техники и диффузора. А на прилавках приметил всякие побрякушки для профессионалов. Я сам и не заметил, как оказался у фотоаппарата — по ту сторону витрины. Только сейчас стало ясно, что здесь, за прилавком, стоит ещё один человек и, кажется, долго за мной наблюдал. Но не тот, которого я видел в прошлый раз. Он, одетый как с обложки поп-культуры, с интересом пошёл в мою сторону, неторопливо шагая. Наши взгляды пересеклись. Шустро обогнув прилавок и стеллажи, он сократил дистанцию между нами. Прежде чем человек в метре от меня завязал со мной разговор, я уловил запах его терпких духов.