Одна ночь и ничего больше

Глава 1 

Pov Сандра

Школьный выпускной, когда тебе не семнадцать, а двадцать пять, — это уже не ностальгия. Это проверка нервной системы.

Я вхожу в стены своей школы. Той самой, в которой училась десять лет.

Запах тот же. Пыль и лёгкий привкус унижения в воздухе. Последнее, возможно, только у меня в носу.

Нет, я не была изгоем. Меня не травили. Не «буллили» — как сейчас модно говорить.

Я просто была… незаметной. Средней. Удобной.

Толстушкой с отличным чувством юмора. Юмор — это вообще прекрасная броня. Пока ты смеёшься над собой громче остальных, никто не успевает прицелиться.

Я умела. Профессионально. Иногда даже слишком старательно.

До одного конкретного момента. Точнее, до одной фразы, которую сказал важный для меня человек. Тот самый, кто был для меня центром вселенной.

Гравитацией. Кислородом.

Сейчас смешно. Тогда — нет.

И сказал он это именно в этом зале. В том самом, куда я сейчас иду.

Зачем?

Отличный вопрос. Ответа нет. Зато есть ноги — они ведут. Музыка разносится, отскакивая от стен.

Почти так же, как тогда. Восемь лет назад.

Только теперь на мне платье размера S. А тогда был уверенный XL. Без вариантов.

И вот что забавно: килограммы я сбросила. А память — нет.

Останавливаюсь на входе, сканирую глазами зал. Все украшено по-детски. Шарами под потолком. Старыми фотографиями, которые криво приклеены скотчем. На сцене — рулетка с заданиями. Кто-то явно будет их выполнять. Кто-то снова будет изображать веселье.

Как в школе. Без изменений.

Подхожу к лучшей подруге, ради которой весь этот долбаный выпускной и был задуман.

— Потрясающе выглядишь, — говорю почти ей на ухо.

И тут же выхватываю взглядом того, кого видеть не хочу.

Или хочу.

Больше всего на свете хочу. И одновременно боюсь.

А он? Как всегда идеальный. Такой, каким я его запомнила. Брюки, рубашка, ремень под цвет ботинок. Просто мистер совершенство.

Если бы существовал календарь идеальных мужчин, он был бы мистером июлем. Самый жаркий месяц всегда достается таким засранцам.

Отвожу от него взгляд. С усилием. Почти с хрустом.

— Почему ты мне не сказала, что он тут будет? — пытаюсь прошипеть гневно в сторону подруги.

Хотя получается скорее нервно и неубедительно.

Глупо.

Я же прекрасно знала, что он будет на этом выпускном.

Просто надеялась, что Вселенная проявит тактичность. Не проявила.

— Он же Данин брат, как же без него, — отвечает Вика.

И кажется, что она чувствует себя виноватой. Но она не виновата. Виноват этот. Идеальный мудак.

Которого я почему-то с маниакальной настойчивостью хотела видеть.

Зачем — вопрос открытый.

Может, я надеялась, что ничего не почувствую.

Или что он располнел. Или облысел. Или хотя бы слегка сгорбится — ну хоть что-нибудь человеческое.

Но нет. Красавчик — это слишком мягко. Это как человека, который весит тонну, назвать слегка полноватым. Или мисс Мира — просто «немного хорошенькой».

Он идеален во всем. Пропорции лица словно выверяли по линейке, когда лепили. Чтобы симметрия, геометрия и все такое. Глаза большие. Руки накачанные. Плечи широкие.

Так, главное не подавится слюной.

Кобздец.

Восемь лет прошло, а я на него все еще облизываюсь. Ну непорядок совсем.

Пора этот гештальт закрывать. Я, вообще-то, психолог. Дипломированный. С печатью.

А не вот это вот всё.

Думаю эту мысль, а причина моих детских слез уже почти бежит в нашу сторону.

Делает комплименты Вике. Она над ними смеется.

— Алекс Самойлов, — оборачивается ко мне.

Просто не сводит взгляд.

И мне бы ответить.

Пощечиной? Или выплеснуть ему в лицо шампанское.

Так, чтобы туш потекла. Господи, ну не может у мужика быть таких длинных ресниц.
Подозрительно идеальный.

Может, он вообще не в той лиге играет? Отличное объяснение всей этой геометрической безупречности.

Но нет. Смотрит на меня так, что сразу видно. Мужик. Сто процентов мужик.

К сожалению.

Протягиваю ему руку и на автомате представляюсь:

— Сандра.

Он смотрит с интересом. И не узнает. Даже по имени.

Он просто… тупо меня не помнит. Как будто меня никогда не существовало.

И наверно вот сейчас, должно быть, больно. Прямо вот тут. Под рёбрами.

Но странно — не больно.

С чего бы ему помнить? Он звезда школы. Вокруг него крутились орбиты.

А я?

Фон.

Тогда.

Или сейчас тоже?

Он переводит взгляд на Вику.

— Работаете вместе?

Она прикусывает губу, пытаясь скрыть усмешку. Здесь и правда есть их с Даней коллеги, так что предположение вполне логичное.

И удобное. Особенно для него.

— Да, над разными проектами, — отвечает она, смело глядя ему в глаза.

Я показываю ей пальцем класс за его спиной.

Хорошо, когда подруги понимают друг друга без слов.

— Вы тоже математик? — снова уставился на меня.

Вика прыснула с хохоту.

— Я психотерапевт, — говорю честно.

Потому что врать уже некуда. Да и не хочется.

Его лицо даже странно вытягивается. Переводит взгляд, полный ужаса на Вику.

— Мы с клиентами работаем, нам в офисе обязателен психотерапевт. Иначе начнем друг друга убивать, — отвечает она.

И тут уж мне хочется аплодировать ее искренности. И когда это она научилась так красиво врать?

— Ну что же, психотерапевтов у меня еще не было, — отвечает спокойным тоном.

А у меня внутри всё временно меняется местами. Сердце куда-то в горло.

Желудок — под рёбра.

Разум — на перекур.

Может, он вовсе не это имел в виду?

А может — именно это.

Чёрт.

Пора собраться с духом.

Это же твой праздник, Кассандра. Твоя законная возможность почувствовать, каково это — быть красивой на школьном утреннике. С опозданием лет на восемь.