Огненная Фейри - Танец льда и пламени

Глава 1 - Ева

Что вы знаете о боли? Не о той, физической, от мелких царапин на коже. Не о синяках, ушибах, ссадинах. И даже не о серьезных ножевых и пулевых ранениях. А о том, как на твоих глазах умирает собственная мать. О боли, что разрывает изнутри и не даёт умереть. Не даёт уйти на покой. Не даёт освободиться. Она лишь нарастает, капля за каплей, когда весь мир перестаёт существовать. Когда ад навсегда селится в душе и из него не выбраться.

Когда в школе меня бросил парень, я рыдала в голос. Но когда умирала моя мать, я не могла произнести ни слова, хотя внутри разрывалась каждая клеточка, пульсируя кровоточащей, оголенной истиной. Я бы предпочла умереть сама, лишь бы она жила.

Мне было девятнадцать, я только поступила в университет. Факультет музыки, прошла творческий конкурс по вокалу, и меня зачислили на бюджет. Через полгода моя мама упала в обморок на работе. Её увезла скорая. О состоянии я узнала на паре. Мне позвонили из больницы и сообщили, что у неё рак. Рак? Рак. Нет.

Что я знала о раке на тот момент? Лишь то, что это всегда кончается плохо. И тогда весь мир остановился. Жизнь замерла на паузе. Я стояла в коридоре у двери лекционного зала, откуда только что вышла, чтобы ответить на звонок. Слёзы хлынули градом, но я не издала ни звука. Колени подкосились. Я облокотилась лбом о холодную стену и медленно сползла на пол. А потом накатил взрыв — взрыв эмоций, захлестнувший в одно мгновение. Словно я уже потеряла её.

Услышав рыдания за дверью, преподавательница по вокалу прервала лекцию. Увидев мое искаженное горем лицо, она не стала расспрашивать. Провела в женскую уборную, помогла умыться ледяной водой и без лишних слов опустилась в больницу.

Там я узнала о раке больше. Болезнь, забравшая столько жизней, что казалось проклятием — от неё до сих пор нет лекарства. Врач говорил без умолку, что-то поясняя о злосчастных клетках, поразивших дыхательные пути. Я не понимала. Ни слова из этой тирады о злокачественных образованиях. Потом он сказал:

— Ваша мама на второй стадии. Это ещё не приговор, — обнадеживающе произнёс пожилой мужчина в белом халате, проводя рукой по седым волосам.

— Доктор, она поправится? Она будет жить? — голос мой дрожал.

Он слегка замялся, словно что-то тая. От этого стало еще невыносимее.

— Химиотерапия ей помогает. Раковые клетки уйдут, и организм восстановится. Но… — он притих.

Боже, что сейчас? Почему он замолчал? Словно вынесет приговор.

— Буду с вами честен, это стоит немалых денег.

— Подождите, я же плачу страховку. Разве она не покрывает расходы? — выдавила я, чувствуя, как дрожат колени.

— Боюсь, что нет, — твёрдо ответил он.

Он взял листок, вывел на нём сумму и протянул мне. Я взглянула на цифры, потом на него, снова на цифры.

— Вы шутите? — прошептала я, и слёзы вновь затуманили зрение.

Затем он что-то ещё написал, поставил печать и отдал листок.

— Это список медикаментов по рецепту, — в моей руке оказался клочок бумаги с неразборчивым почерком и синими штампами.

Я не знала, что ответить. Не знала, где искать такие деньги. Мама умирала. А я умирала внутри вместе с ней. Казалось, весь мир от нас отвернулся. Но всё оказалось сложнее.

Никто из друзей не мог одолжить такую сумму. Отчаяние душило. Я пошла в банк, просила кредит, честно сказала: «Моя мама умирает от рака». В ответ — лишь слова жалости, которые мне были не нужны. Мне были нужны деньги. Комок горя и ненависти застрял в горле, не давая вырваться наружу. Я поняла одно: нам никто не поможет. Мы с мамой одни в этом мире, против одного из самых страшных врагов человечества.

Нужно было брать себя в руки. Доктор оставил маму в больнице под наблюдением. Я следовала указаниям, покупала лекарства. Минимальные расходы покрывала страховка, но важные, дорогие препараты приходилось доставать самой.

Я взяла академический отпуск и начала искать работу. Это было безнадежно. Любая зарплата не давала и десятой части нужной суммы. В отчаянии я спросила на форуме, где можно быстро заработать большие деньги. Первым делом предлагали эскорт.

Умные и красивые девушки, за ночь могли получить десятки тысяч долларов. Я посмотрела в зеркало.

Лицо — миловидное, большие зелёные глаза с рисунком, похожим на ромашку, длинные медные волосы. Но фигура… Стройная, 51 кг при среднем росте. Никаких пышных объемов. Если бы мужчине предстояло выбрать между мной и той, у кого они есть… Спойлер: выбрал бы не меня. Наверное, поэтому первый парень так быстро нашёл другую.

Но сдаваться было нельзя. Не здесь. Не ценою жизни моей матери. Я искала дальше. Кто-то на форуме писал о запрещенных веществах — за их распространение светил немалый срок. В голове мелькнуло: малая цена за жизнь той, что подарила мне эту жизнь. Но не успела я задуматься, как мне написала девушка. Некая User123. Она ответила на мой комментарий: «Ищу работу любую, собираю маме на химиотерапию, возьмусь за что угодно». Её ответ был коротким: «Есть способы заработать, не торгуя телом и не нарушая закон». Я зацепилась.

Сообщения на форуме

Ева

— Кто ты? Что можешь предложить?

User123

— Всё просто, но при личной встрече.

Ева

— А ты точно девушка? Вдруг ты парень и хочешь пустить меня на органы?

User123

— Если бы я была парнем, суть бы не изменилась. Твои органы мне не нужны. Хотя дело прибыльное… Но отнимать одну жизнь, чтобы спасти другую, — нечестный обмен. Давай встретимся в людном месте для твоего спокойствия.

Я замолчала. Это было рискованно, но других вариантов не было. Девушка не сказала ни о работе, ни о сумме.

User123

— Эй, чего молчишь? Это твой шанс. Ладно, вот адрес и время. Надумаешь — приходи. Нет — я просто поем бургеров.

Глава 2 - Гарем и Король

Внутри Благого Двора царила атмосфера вечного праздника. В воздухе витали сладкие, дурманящие ароматы, переплетаясь с музыкой — струнной, игривой и чужой. Повсюду мерцали гирлянды из живого света и фонари, похожие на пойманных светлячков. Гул бесед, смех, звон хрусталя — всё сливалось в единый гулкий поток.

С одной стороны раскинулась ярмарка с диковинными товарами, рядом стояли накрытые яствами столы, за которыми трапезничали и веселились фейри.

С другой — теснились друг к другу, образуя причудливые лабиринты, дома с резными фасадами. А впереди, вбирая в себя последние алые лучи заката, высился многоэтажный замок из бледного камня. Наш путь лежал именно туда.

Моя голова вертелась на шее, как у совы. Я не могла остановиться. Всё вокруг было ослепительно красиво и… стильно.

Первое, что цепляло взгляд, — наряды женщин-фейри. Платья всех цветов радуги и немыслимых фасонов кружились в танце, переливаясь шелком и парчой, словно живые цветы или порхающие перья.

А мужчины… Их лица были столь же прекрасны, что и женские, до неестественности, до содрогания. Казалось, они не рождались, а вытачевались веками.

Мой восторг от наблюдения, прервала напарница.

— Всё не можешь налюбоваться? — вдруг произнесла рядом Августин, и я вздрогнула.

— Ой, прости… — Снова я вернулась в реально, если таковой можно было назвать. — Мы здесь по работе, я помню.

Я опустила голову, пытаясь сосредоточиться на каменной кладке под ногами. «Мама. Деньги. Выжить». Больше ничего не должно меня отвлекать.

— Не беспокойся, всё хорошо, — смягчившись, сказала напарница. — Я, наверное, была такой же вначале своей работы. Но постарайся не привлекать лишнего внимания. Иначе трудно будет отвязаться.

— Угу, — пробормотала я, но взгляд всё так же тянуло к этому, карнавалу вечной ночи.

Нас встретил у входа в замок посланник королевы — высокий, статный фейри с лицом, лишенным каких-либо эмоций. Он двигался и говорил отрывисто, как заведенная кукла.

— Прошу за мной. Сюда. По лестнице. Сейчас направо. Ждите у двери. Вас позовут.

Он скрылся в тронном зале, а мы остались в прохладном, полумрачном коридоре. Мы ждали минут пять в гробовой тишине, нарушаемой лишь отголосками праздника извне.

Потом дверь распахнулась, и вышел другой фейри. Он прошёл мимо, не удостоив нас взглядом, словно мы были пустым местом. Августин, дернула меня за рукав, и мы отступили в тень, повернувшись к нему спиной. За первым фейри вышли другие. Я не сразу решилась обернуться, но любопытство пересилило страх.

Это были люди.

Один за другим, понуро склонив головы, они брели, обремененные цепями. Металлические ошейники из чистого серебра, болезненно блестели в свете факелов. Цепи, связывающие руки и ноги, громыхали при каждом шаге, выбивая зловещий, неумолимый ритм. Я застыла как вкопанная, пытаясь осмыслить увиденное. Кровь отхлынула от лица. Я хотела что-то сказать, вскрикнуть, но Августин резко приложила палец к своим губам. Её глаза были полны безмолвного предупреждения: «Молчи».

И я молчала, пока этот жуткий кортеж, не скрылся в глубине коридора.

Внутри что-то оборвалось, уступив место леденящему ужасу. «Неужели и меня ждёт такая участь? Или я уже стала соучастницей этого?» Паника, острая и тошнотворная, сжала горло. Конец казался неминуемым.

Дверь открылась снова, и появился наш бесстрастный проводник. Он молча указал рукой в зал. Августин, выпрямившись, шагнула вперёд. Я на мгновение оглянулась, пытаясь разглядеть в темноте исчезающие силуэты людей в оковах, а затем последовала за напарницей.

Подойдя ближе, я тихо, сквозь зубы, прошипела:

— Что здесь происходит?

— Позже всё объясню. Сейчас — молчи. Нам проблемы не нужны.

Ее шепот был жестким, не терпящим возражений. Страх накатил с новой силой. «Те люди… они нарвались на проблемы? Каких проблем мне стоит ждать?» В голове застучал единственный, спасительный и монотонный голос. Mantra: «Я должна остаться свободной. Я должна жить. Ради мамы».

В центре зала, на возвышении, восседала королева Оливия. Ее трон был

вырезан из светлого дерева и увит живыми розами. Рядом стояли еще два кресла — пустые. Для короля? Для принца?

— Мои дорогие гости, — ее голос был мелодичным, как звон колокольчиков, но в нём чувствовалась сталь. — Рада приветствовать вас на своих землях. Вижу, привезли для наших людей еду. Прекрасно. Принесите им золота, да побольше. Августин, вижу, у тебя напарница. Пусть представится.

Я стояла, не смея пошевельнуться, не зная, можно ли мне говорить после строгого запрета напарницы.

— Ваше величество, — чётко и почтительно заговорила моя Августин. — Мне потребовалась помощница с моего мира, так как список необходимого стал намного больше.

— Хорошо, я не против. Мы рады гостям, главное, чтоб от них была польза, — королева перевела на меня тяжелый, изучающий взгляд. — А она немая? Почему молчишь, дитя? — в ее тоне появилась лёгкая, но опасная игривость.

— Эй, говори же, — прошептала Августин.

— Меня зовут Ева, ваше величество, — выдавила я из себя.

— Какое красивое имя. Ева, как тебе наше королевство?

— У вас здесь… очень красиво. И стильно. Всё вокруг сияет.

Королева рассмеялась — звонко и чуть свысока.

— Стильно? Такого мне ещё не говорили. Для нас это обыденность, но я рада, что тебе понравилось. Ваше золото доставят в покои. Можете отдохнуть. А завтра присоединяйтесь к празднику в качестве моих гостей. У нас ожидается приём очень важной персоны, поэтому будет пир для всего двора в большом зале.

— Благодарим, ваше величество, — поклонилась напарница.