На город опустилась ночь.Только бой часов изредка прерывал предрассветную тишину. В Огненном Королевстве были неспокойные времена.Буквально несколько дней назад произошел переворот и граждане города ждали расправы над огненным магом Королевства. Ночью люди боялись выходить из своих домов. Повсюду дежурила ночная стража и за нарушение комендантского часа новый наместник сажал людей в темницы. Расправа была быстрой. Утром всех гуляк ждало 15 ударов плетью и рудники.
Тем удивительнее, когда со стороны королевского дворца ,послышались тихие шаги. Женщина, закутанная в шаль и мужчина в плаще быстро шли в сторону речного порта. В руках у них были какие-то свертки. И только тонкий писк, выдавал в этих свертках новорожденных младенцев. Они шли молча, ничем не выдавая свой страх.
В порту их ждало небольшое суденышко. Их ждали, и как только они вступили на борт, судно отправилось в долгий путь.
-Лета, а Лета! Где забыла свои туфли?-кричали соседские девчонки, громко хохоча надо мной.
Мой кошмар всегда заканчивался этими криками.С детства у меня многого не было. Детство прошло мимо меня,не принося особой радости. У меня не было даже башмаков.Когда мои соседки бегали в красивых башмаках, а в овлосах уних были вплетены яркие ленты, я бегала босой и с растрепанными волосами.
Моя мама Рита подрабатывала поломойкой в местном трактире и денег все время не хватало. Мы жили вдвоем, сколько себя помню. Про отца я даже и не слышала никогда, а стоило завести этот разговор с матерью,как она тут же его обрывала.Она у меня очень строгая.Но все равно мамочка самый мой родной и единственный человек. С соседскими девчонками я не дружила. Они все время смеялись надо мной из-за того , что мы очень бедно жили. Особенно сейчас, когда стали девушками и красовались перед соседскими парнями. Кроме того их отталкивала моя внешность. Я была очень высокой и худенькой, со смуглой кожей и темными локонами волос. Тогда как большинство местных жителей были светлокожими и светловолосыми. Моя мама Рита тоже была такой же. Одна я не вписывалась в общую картину. Я винила в этом свою маму, видимо мой отец был смуглокожим южанином. Но,увы, пока мама ничего мне про него не говорила.
Проснувшись, я прошла в нашу маленькую кухню.Мама сегодня была дома и сидела за столом с застывшим лицом.
-Лета, нам нужно поговорить.Я расскажу о твоем отце. Пора тебе все знать.
-Мама, ты точно уверена?Почему ты раньше ничего не рассказывала?-спросила я.
-Лета,доченька, не все так просто, как ты думаешь.Мне тяжело это тебе говорить.Но ты выросла и должна знать правду.Эта история началась 16 лет назад.В Огненном Королевстве.Да,я оттуда,не смотри на меня с таким недоумением.
-Мама,почему ты раньше об этом не говорила?
-Лета, я сразу тебе признаюсь. Я не твоя мама.
Я обняла её и сказала:
-Мамочка,не говори так.Ты у меня одна.И мне все равно родная ты или нет.Ты моя единственная мамочка.
Мы обнялись и заплакали.
Вытерев слезы, мама продолжила:
-Леточка, я неспроста завела этот разговор. Дело в том, что 16 лет назад я забрала тебя у твоей родной матери совсем малюткой.Твоя мама умерла при родах.А твой отец был казнен как государственный преступник. Нам чудом удалось спасти тебя и твою сестру.Да,да, родная, у тебя есть сестренка близнец.Твои родители были очень богатыми и высокопоставленными людьми и если бы не переворот, то ты бы сейчас жила как настоящая принцесса.
-Мамочка, но где же моя сестра? Почему её нет с нами?
-Дело в том, что твоя сестра сейчас находиться с твоим дядей Рональдом. Мы вместе смогли убежать из дворца, но потом нам пришлось разделиться. Я сейчас не знаю, что с твоей сестрой. Знаю только , что она жива.Ваши родители были магами и оставили вам медальоны.Сейчас я покажу тебе твой.
-Мама, но если родители были магами.Почему я ничего не чувствую?
-Лета, я понимаю твое нетерпение.Но сейчас я достану медальон и все тебе объясню.
Мама открыла простую деревянную шкатулку и достала оттуда тонкую серебристую цепочку.На цепочке висел темной оранжевой каплей медальон.В нем вспыхивали искры и он красиво переливался на свету.
-Лета, это твой медальон. Пока искры горят -твоя сестра жива. У неё есть такой же медальон.И она тоже знает,что ты жива.Вы обязательно должны встретиться.По этому медальону ты её узнаешь.
Я молча слушала маму и до сих пор не верила в её рассказы.
-Лета,слушай внимательно и запоминай.Ты тоже маг и сегодня, когда я одену на тебя медальон, твои силы проснутся.Но тебе нельзя будет оставаться со мной.Ты должна поехать в Огненное Королевство и поступить в академию Огня и Льда.
Я слушала все это и просто удивлялась. Вся моя короткая жизнь промелькнула в моей голове.Не просто осознать, что вся твоя жизнь сплошной обман. Соседские девчонки зря смеялись из-за туфлей, у меня не было не только их.Не было ничего- ни мамы, ни папы. Только туманное будущее.
Я молча уставилась к окно. По улице брели прохожие. Там тихо текла обычная жизнь.
-Милая, не переживай. Все к лучшему. Тебе больше не придется голодать со мной. И терпеть лишения. В Академии ты сможешь учиться. И получив профессию мага, всегда будешь обеспечена всем. Главное, не кому не показывай свой медальон.
Мама наклонилась ко мне и тяжелый медальон лег мне на грудь. Застегнув застежку, она тихо вздохнула:
Лета, ты мне как родная.Я тебя люблю и всегда буду любить.
Я крепко обняла маму. Навсегда мою одну единственную, потому что другую я просто не знаю.
Медальон тихо горел оранжевыми всполохами. И в моей крови запела магия.Все вокруг будто окрасилось в более яркие цвета. Мне стало тепло, и ноги больше не зябли. Мама наклонилась ко мне и нежно, но решительно надела серебристую цепочку с мерцающим оранжевым медальоном на мою шею. Медальон тут же лег на кожу, и в этот момент я почувствовала нечто невообразимое. Словно тысячи крошечных иголочек пробежали по всему телу, а затем внутри меня вспыхнуло и запульсировало что-то огромное, древнее. Это был не просто жар или холод, это было и то, и другое одновременно, идеальное, бурлящее равновесие. Воздух вокруг меня завибрировал. По комнате пробежала легкая рябь, словно невидимая волна. Мама отпрянула, ее глаза расширились от изумления и гордости. Я чувствовала себя по-другому. Мое тело, прежде такое знакомое и привычное, теперь казалось наполненным невиданной энергией. Я ощущала ее движение, ее потенциал. Мир вокруг словно стал ярче, четче, а звуки — более глубокими.
— Вот оно, Леточка, — прошептала мама, ее голос дрожал. — Твоя сила проснулась. Ты настоящая дочь своих родителей.
Я подняла руку, не веря своим ощущениям, и в этот момент прямо из моей ладони вырвался маленький, но яркий всполох огня, а на другой руке проступил тонкий, сияющий узор изморози, мгновенно растаявшей. Я испуганно отдернула руки. Это было потрясающе и пугающе одновременно.
— Мама... это... это невероятно! — выдохнула я. — Но я не умею этим пользоваться. Это... это опасно!
Мама Рита взяла мои руки в свои, сжимая их.
— Именно поэтому ты должна ехать, доченька. В Академии Огня и Льда тебя научат контролировать это. Там ты будешь в безопасности. И там ты узнаешь правду о себе и своем роде. Слова "Огненное Королевство" и "Академия Огня и Льда" теперь звучали по-другому. Не как нереальные сказки, а как моя новая, пугающая, но полная надежды реальность.
Я посмотрела на маму Риту, ее глаза были полны слез, но в них светилась решимость.
— Я не хочу тебя оставлять, мамочка, — сказала я, и слезы навернулись на мои глаза.
— Ты единственная, кто у меня есть.
— Я всегда буду твоей мамой, Леточка, — обняла она меня крепко-крепко, прижимая к себе так, словно хотела навсегда сохранить этот момент.
— И ты всегда будешь моей дочкой. Но теперь у тебя есть другой путь. Путь, который твои настоящие родители предназначали для тебя. Ты сильная, Лета. Ты справишься. И помни, медальон — это твоя связь с сестрой. Береги его. А теперь, нам нужно собираться. Время не ждет.
Следующие несколько часов пролетели как в тумане. Мама Рита наскоро собрала мне небольшой узелок с самым необходимым — парой чистых рубах, краюхой хлеба и твердым куском сыра. Мой медальон она велела спрятать под одеждой, чтобы никто не видел. Прощание было тяжелым, но ее решимость убедила меня. Я должна была ехать.
Билет на поезд до Огненного Королевства оказался самым дешевым, какой только можно было найти — место в общем вагоне, где люди сидели буквально друг на друге. Я прижимала узелок к себе, стараясь не привлекать внимания. Вагон гудел голосами, смехом, плачем детей и разговорами о предстоящей ярмарке. Запах пота, дешевого табака и еды висел в воздухе плотной завесой. Я сжалась в своем углу, стараясь быть незаметной. Медальон под одеждой грел кожу, и я чувствовала, как внутри меня что-то беспокойно пульсирует, словно затаившийся зверь. Это было и будоражаще, и страшно. Я постоянно боялась, что что-то вырвется наружу. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в малиновые тона. Вагон немного притих, многие задремали, убаюканные мерным стуком колес. Внезапно тишину нарушил резкий, возмущенный возглас:
— Мой кошелек! Его нет! Все в вагоне встрепенулись. Мужчина средних лет, плотный, с красным лицом, шарил по своим карманам и поясу, его глаза лихорадочно бегали.
— Украли! У меня украли кошелек! В вагоне поднялся шум. Люди начали суетливо проверять свои вещи, с подозрением оглядывая друг друга. Мужчина, потерявший кошелек, продолжал кричать, его взгляд упал на меня.
Я сидела, сгорбившись, мои смуглые руки крепко обнимали узелок. Темные волосы разметались по лицу, а глаза, вероятно, выглядели испуганными.
— Эй, девчонка! — Он ткнул в меня пальцем.
— Ты что тут делаешь? Почему ты такая... темная? Откуда едешь? Вопросы посыпались, словно камни.
— Да-да, она какая-то нездешняя, — подхватила женщина рядом. — Сидит тихо, ни с кем не разговаривает. Слишком уж подозрительно.
— И наряды у нее не очень, — добавил кто-то еще. — Может, решила поживиться? Мои щеки вспыхнули. Стыд и ярость захлестнули меня. Снова. Снова из-за внешности. Из-за бедности. Мне было так больно и обидно. Я пыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Внутренняя энергия, пробужденная медальоном, отреагировала на мой страх и унижение. Я не заметила, как мои руки, все еще сжимающие узелок, начали слегка дрожать. А затем… холодный порыв ветра, которого не должно было быть в закрытом вагоне, пронесся мимо. А рядом с ним — легкий, мимолетный запах гари, словно где-то на мгновение вспыхнула и тут же погасла искорка. Пассажиры замолчали, заметив странное, необъяснимое движение воздуха. Некоторые с испугом поглядывали на меня, другие на мужчину с кошельком. Мужчина, заметив это, указал на меня с еще большим негодованием.
— Это она! Она что-то сделала! Она... она ведьма!
Слово "ведьма" оглушило меня. Все взгляды, полные страха и осуждения, были устремлены на меня. Мое сердце заколотилось, и я почувствовала, как по спине пробегает ледяной холодок. Я не могла объяснить, что это не я, что я не контролирую то, что происходит. Я просто хотела исчезнуть.
Слово "ведьма" обрушилось на меня, словно удар. Мои легкие сжались, а по телу пробежала дрожь. Я чувствовала, как паника нарастает, и вместе с ней — необъяснимый жар, исходящий от медальона, и одновременно ледяной холод, пронизывающий кончики пальцев. Кажется, еще немного, и что-то действительно вырвется наружу, что-то страшное и неуправляемое. Я зажмурилась, желая провалиться сквозь землю. Но прежде чем пассажиры успели разразиться новой волной обвинений, послышался спокойный, но властный голос:
— Довольно! Что за шум?
Все взгляды повернулись к источнику звука. С дальней скамьи вагона, где до сих пор сидел, казалось бы, дремавший старик, медленно поднялся пожилой мужчина. Его волосы были абсолютно седыми, аккуратно зачесанными назад, а глубокие морщины вокруг глаз свидетельствовали о долгих годах жизни. Одет он был скромно, но опрятно, а в его глазах светилась удивительная мудрость и спокойствие. Он держал в руках толстую, потрепанную книгу в кожаном переплете.
— Что произошло, уважаемый? — обратился он к мужчине, потерявшему кошелек. Его голос был низким и ровным, без тени осуждения.
— Потеряли вещь? Это досадно. Но при чем тут эта девочка?
Мужчина, хоть и был ошарашен неожиданным вмешательством, все же попытался оправдаться:
— Она! Она ведь… странная! И я чувствовал… холод и жар! Это она, я уверен! Пожилой мужчина медленно прошелся по проходу, неспешно оглядывая каждого пассажира. Его взгляд, проницательный и спокойный, задержался на мне всего на мгновение, но в нем не было ни страха, ни осуждения, лишь легкое, почти неуловимое понимание.
— Друзья мои, — начал он, обращаясь ко всему вагону, — в давние времена, когда пути были не столь безопасны, воровство было обычным делом. И часто, чтобы отвести подозрения, преступник сам начинал кричать громче всех, обвиняя невиновного. Вы уверены, что хотите идти на поводу у страха и подозревать эту юную леди, которая, судя по всему, испугана не меньше вашего?
Он вновь посмотрел на мужчину, потерявшего кошелек.
— Может, вы просто плохо искали? У меня однажды кошелек закатился за лавку. Проверьте внимательно. И пока мужчина, немного смущенный, но все еще возмущенный, начал шарить под сиденьями, старик подошел ко мне. Он мягко коснулся моего плеча.
— Не бойся, дитя. Дыши.
Его прикосновение было неожиданно теплым, и я почувствовала, как внутреннее напряжение чуть ослабевает. Медальон, кажется, тоже успокоился. Я открыла глаза и встретила его добрый взгляд.
— У вас все в порядке? — спросил он тихо, так, чтобы слышала только я.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. В этот момент раздался новый возглас: — Нашел! Нашел! Он… он действительно закатился! За вон ту сумку!
Мужчина-потеряшка, к всеобщему облегчению, обнаружил свой кошелек. Стыдливо, но облегченно, он начал извиняться перед стариком и, мельком, перед мной. Напряжение в вагоне спало, люди начали перешептываться, а кое-кто даже смущенно улыбался, отводя взгляд от меня.
Пожилой мужчина остался стоять рядом со мной. Он слегка улыбнулся.
— Видишь, дитя? Иногда достаточно просто посмотреть внимательнее. Мое имя Элрик. А твое?