Охотница

ГЛАВА 1. ♀

— Еще! — мой голос прозвучал резко, а пустой стакан, громко стукнувший о столешницу, заставил бармена вздрогнуть. Он молча кивнул и налил новую порцию. Внутри меня закипала ярость, горькая и едкая, как желчь.

Я залпом опрокинула напиток, и по лицу разлилась привычная гримаса: обжигающая горечь спирта хоть как-то отвлекала от едкого вкуса провала. Он снова ускользнул. Словно песок сквозь пальцы.

Мне нужно было выпустить пар. Не просто разрядиться — стереть в порошок. Я медленным, хищным взглядом окинула полутемный зал, сканируя, оценивая, отбраковывая.

Простые люди, такие хрупкие, такие… обыкновенные. Слишком слабые для того, что бушевало у меня внутри. Мне нужен был кто-то, кто выдержит удар. Кто поймёт язык силы, а не слов.

Я уже почувствовала привкус нового разочарования, как вдруг мой взгляд-радар выхватил в углу зала двоих. Они слишком явно выделялись своей природной, звериной мощью, словно два волка, небрежно притворившихся овцами. Оборотни.

«Да-а… — мысленно я одобрительно кивнула. — Ближе к цели».

Один из них, белокурый, жестикулировал, рассказывая что-то оживленно. Его светлые волосы отбрасывали золотистые блики под тусклым светом лампы, а беззаботная улыбка не сходила с лица. Милый щенок. Но не сейчас. Взгляд сам переключился на его спутника.

Тот сидел, откинувшись на спинку стула, в руке — кружка темного эля. Он не производил впечатления человека, ищущего внимания. Скорее, наоборот — его поза, плотно сжатые губы, коротко стриженные темные волосы и внимательный, умный взгляд карих глаз говорили о собранности и глубокой внутренней силе. А на смуглой коже шеи четко выделялась татуировка — стилизованный волк, ощетинившийся, но не сломленный, с разорванными цепями. Угловатые линии и четкая штриховка выдавали руку хорошего мастера. Он бы еще неоновую табличку на себя повесил «Осторожно, опасно».

Что-то внутри дрогнуло — не признание, а идентификация. Да, он. Идеальная мишень. Или... идеальная загадка? Вся его поза кричала «не трогай», но взгляд, брошенный вскользь на барную стойку, выдавал тлеющий фитиль. Именно он.

Без лишних раздумий я поднялась с места, оставив на столе скрученные купюры, и направилась к их столику. Легкая улыбка тронула уголки губ — притворная, но безупречно убедительная.

Я остановилась в шаге от стола.

Белокурый оборотень замолчал на полуслове, удивленно подняв брови, явно польщенный вниманием, оценивая меня взглядом. Нет, малыш, не сегодня... А вот его темноволосый спутник... Он медленно поднял на меня взгляд, и я поймала в его карих глазах неожиданную искорку — не смущения, нет, что-то глубже. Мимолетная растерянность? Словно мое появление нарушило некий невидимый барьер, который он тщательно выстраивал вокруг себя.

Он быстрым, почти незаметным движением провел ладонью по коротко стриженым волосам, словно проверяя, все ли на месте. Его взгляд скользнул по моему лицу, опустился к моим губам, задержался на секунду и тут же резко упал вниз, уткнувшись в рисунок колец на столе. Пальцы его непроизвольно сжали толстый стеклянный бокал, суставы побелели.

«Раненый зверь», — мелькнуло в голове. Знакомый типаж. Не трус. Тот, кто боится не меня, а того, что внутри него самого может вырваться наружу. Внешность могучего медведя, а внутри... словно стальная пружина, сжатая до предела. Эта внутренняя сдержанность, этот выстраданный контроль были куда интереснее простой дикости.

Эта неожиданная уязвимость лишь подстегнула мой интерес. Он стал еще более желанной добычей — сложной, интересной, настоящей.

— Простите за беспокойство, — мой голос намеренно смягчился, стал глубже, обволакивающим, как шёпот в полной темноте. — Я вижу, вы разбираетесь в хорошем эле. А этот проклятый бармен, кажется, наливает только то, что подороже. Не подскажете, какой стоит попробовать человеку, который... ищет чего-то покрепче?

Я наклонилась чуть ближе, чтобы поймать его взгляд, все еще упрямо устремленный в стол. Показывая всем своим видом, чей ответ меня интересует, я мягко положила руку на край их стола.

Блондин под столом одобрительно ткнул друга ногой, и я еле сдержала насмешливый вздох — прямо как школьники на задней парте.

Темноволосый парень резко поднял взгляд, но... не встретился со мной глазами. Его внимание уперлось прямо в вырез моего декольте, будто там была написана инструкция по спасению мира. Он замер, покраснел до корней волос и резко отвел глаза в сторону, сжавшись еще больше.

«Боже правый, — пронеслось в голове. — Только не говори, что ты...» Но я отогнала мысль. Неважно. Интереснее было другое: как этот сдерживаемый вулкан взорвется.

Моя улыбка стала не притворной, а самой что ни на есть настоящей — теплой, заинтригованной и чуть хищной.

— Кажется, твой друг считает, что ты должен мне что-то сказать, — мягко подбодрила я его, наклоняясь так, чтобы наши взгляды, наконец, встретились. — Или тебе удобнее вести беседу... вот так? — я легким движением поправила прядь волос, упавшую на грудь, давая ему понять, что заметила его взгляд, но не сержусь. Напротив.

Я отвела взгляд на блондинчика, и мои губы сами собой растянулись в ответную ухмылку. Он уже не скрывал смех, беззвучно трясясь плечами и прикрывая рот ладонью. Его глаза блестели от неподдельного веселья.

— Что-то мой вопрос, кажется, развеселил твоего друга до слёз, — сказала я, намеренно обращаясь к брюнету, но глядя на его спутника. — Надеюсь, он поделится со мной шуткой? Или это секретное общество по изучению этикета в баре?

Я игриво подмигнула светловолосому, давая ему понять, что играю по его правилам.

— Кир, прекрати корчить из себя монаха, — блондин хрипло прошептал своему другу, всё ещё давясь смехом. — Дама явно ждёт ответа, а ты уставился в её… э-э-э… декольте, как в учебник по квантовой физике.

Темноволосый оборотень сгрёб в кулак салфетку, и я услышала тихий хруст бумаги. Он, наконец, поднял на меня взгляд — смущённый, вымученный, но полный странной решимости.