Охотница. Не ходите в лес

Сцена 1

— Я должна увидеть труп!

Упав на колени перед дорожным сундуком, я откинула крышку и зарылась в ворохе шёлка, лёна и прочих тканей, из которых были пошиты мои платья. На самом дне таилась мужская одежда, более годная для нарушения законов Далирии.

— А как же ужин? — нахмурилась Миропа, моя бесценная камеристка. — Граф Гилтон рассчитывает на ваше присутствие.

— Знаю и обещаю, что успею вернуться к нужному времени. — Бросив одежду на широкую кровать, я подошла к Миропе и развернулась к ней спиной: — Поэтому скорее помоги мне с платьем.

— Вы всегда обещаете вернуться вовремя, но никогда не возвращаетесь, а отдуваться приходится мне, — проворчала она.

— И не справляйся ты с этим, я давно тебя заменила бы.

Теперь Миропа фыркнула:

— Ну конечно! Какая ещё камеристка станет потворствовать вашим опасным наклонностям? Я вам отвечу: никакая! Это я — дура старая — не в силах устоять перед вашим жалобным личиком.

— Ты не дура, Миропа, и не старая! — рассмеялась я. — Тебе всего-то тридцать шесть!

— По сравнению с вами — старая, а ещё толстая. Но довольно споров — стойте смирно.

Я постаралась не мешать Миропе, пусть мне и не терпелось подойти к окну и выяснить, как далеко находится конюшня.

— Как считаешь, граф Гилтон заметит пропажу одного из коней?

Дорожное платье упало к ногам, и Миропа занялась корсетом.

— Не думаю, — задумчиво оборонила она. — Для его положения у графа на редкость мало слуг — нашими лошадьми занялся один из лакеев, а не конюх.

Я хмыкнула:

— Нам это только на руку.

— И тем не менее, не пренебрегайте осторожностью. Готово, можете одевать эти ужасные мужские вещи.

Но вместо этого я поспешила к окну, обрамлённому тяжёлыми бархатными шторами, и, только убедившись, что конюшня находится с этой стороны дома, стянула сорочку и стала одеваться. Влезть в брюки, рубашку и жилет было гораздо быстрее, чем мучиться с корсетом и тяжёлым платьем.

— Ваши сапоги.

— Спасибо, Миропа.

— Кинжал.

— Готово.

— И шарф.

— Ты чудо, Миропа. — Я от всей души ей улыбнулась и повязала шарф из лёгкой ткани на лицо, закрыв его наполовину.

Через мгновение я распахнула окно и, убедившись, что поблизости никого нет, начала спуск. Лезть было недолго — комнаты, которые выделил мне граф Гилтон, находились на втором этаже.

Конюшня встретила меня запахами навоза, лошадиного пота и сена, пробивавшихся даже через ткань шарфа. Нашими лошадьми ещё никто не занялся — стояли по-прежнему впряжённые в карету и маялись. Мне стало их жаль, но времени исправить оплошность хозяйских слуг не было — нужно и правда успеть до ужина.

Отыскав самого свежего на вид жеребца из графских коней, я поспешно его запрягла и отправилась в путь. Он не должен быть долгим — до небольшого города графства Гилтон, через который мы проезжали, направляясь в хозяйское поместье, полчаса езды. На карете. Верхом на лошади я преодолела его в два, а то и в три, раза быстрее.

Я обожала верховую езду, обожала чувство свободы, что она дарила, ибо в жизни до свободы мне было, как до луны. И дело не только в том, что меня превратили в леди, лишив прелестей крестьянского бытия.

Оставив коня у дерева в кустах, я направилась прямиком в мастерскую местного алхимика. В Далирии лишь они не боялись держать подле себя убитых нечестью или демонами. Церковь от таких давно открестилась. Что не мудрено, когда труп может ожить и впиться тебе в глотку. Алхимики же видели в умерших бесконечное поле для исследования и экспериментов. Во благо королевства, разумеется.

Выяснив, где находится мастерская алхимика, ещё по пути в поместье, я остановилась у обветшалого двухэтажного здания и изучила обстановку вокруг. Улица пустовала, что неудивительно — вечер, и простой народ предпочитает пьянствовать в тавернах. Я надеялась, что и местный алхимик не отличается трезвостью.

Подобравшись ближе к окнам, я подметила одно не закрытое и, воспользовавшись лазейкой, ловко проникла внутрь здания. Попала я, как и рассчитывала, прямиком к трупам. Для чего ещё держать окно настежь открытым, если не для хоть какого-то, но проветривания?

Запах, разумеется, всё равно был малоприятным.

Осмотревшись, я озадаченно хмыкнула.

По слухам, приведшим меня в графство Гилтона, нападения на горожан начались с месяц назад. Нечисть это или сам демон — никто из живых не видел. После пропажи людей, их растерзанные тела находили в лесу, и то далеко не все. Из шести человек нашлись четверо, и никто, даже алхимики, не стали бы хранить трупы целый месяц.

Спеша сюда, я рассчитывала исследовать один свежий труп, о котором услышала Миропа во время остановки в городе — мертвую девушку нашли буквально этим утром. Максимум два. Но их оказалось три. Значило ли это, что нападения участились, или у алхимика были какие-свои причины хранить трупы неделями — я не знала. Но определённо собиралась выяснить.

Спустя несколько минут я убедилась, что двое убитых мужчин были задраны какой-то нечестью. Не зверем, нет. Ибо у одного отсутствовала печень, а у другого — селезёнка. И то, что органы разнились, говорило, что нечисть разумная. Например, сервы — безмозглые твари сплошь из когтей и зубов, — вырывали у жертв исключительно сердца. А может статься так, что вовсе действовал сам демон. Но кто бы это ни был, он явно готовил что-то масштабное.

Хмурясь, я приступила к осмотру третьего трупа: откинула серую ткань, которой тот был накрыт, и увидела ту самую девушку, по слухам найденную утром. Если не считать запёкшейся раны от острия ножа в районе груди, её тело было совершенно целое.

Но её принесли к алхимику — значит, замешаны демонические силы.

Сердце забилось чаще.

Мало, кто из разумной нечисти мог похвалиться отсутствием излишней звериной жестокости. Это либо соблазнители, либо кровопийцы. Последние предпочитали надрезать вены, чтобы было удобнее сливать кровь жертв, а не всаживать нож в сердце. Поэтому…