Остров между мирами

Глава 1. Переступи порог

Шум волн пробивался сквозь сон. Навязчиво.

«Как же бесит».

Илай разлепил глаза. Небо. Тучи. Тяжелые. Тёмно-синие. Крики чаек вдалеке.

«Тоже бесит».

Парень приподнялся на локтях. Огляделся. Скалистый обрывистый берег, о который разбивались высокие волны, был пугающе близко. Если бы Илаю захотелось перевернуться, то он, несомненно, свалился бы вниз.

«Чёрт».

Он продолжил осматриваться. Нужно было найти свою трость. Но её нигде не было. Да и практически ничего вокруг не было. Только заброшенное птичье гнездо, да оторванный рукав от кафтана Илая. Он задержал взгляд на чёрной ткани.

Обрывки воспоминаний болезненно впились в мозг. Он вспомнил, как механическая изящная женская ручка держала его за рукав. Не хотела отпускать. Затем яркая фиолетовая вспышка, тупая боль во всём теле и темнота.

– Еся! – хрипло прокричал княжич. Ответом послужили усилившиеся крики чаек да порыв ветра.

Он осторожно наклонился, поглядел вниз на скалы. Дюжина, а то и больше метров отделяла его от уровня моря. У Илая закружилась голова, но он продолжил вглядываться вниз. К счастью, он не обнаружил там тела девушки. Хотя воображение уже успело нарисовать пугающую картинку.

Трость тоже могла быть там. Но он не увидел и её. Снова чертыхнулся в мыслях. И надо ж было вот так потерять самое ценное. Или потеряться самому.

Илай поднялся на ноги, обернулся. Вдали на пригорке виднелась какая-то избушка.

Выбора у парня не было. Он, хромая, побрёл к ней. Если никого не найдёт, так хоть спрячется от этих раздражающих порывов ветра.
Илай сделал первый шаг и выругался уже вслух.
– Чёрт.

Колено прострелило так, что потемнело в глазах. Без трости каждый шаг превращался в пытку. Но стоять на месте и ждать, пока кто-то придёт его спасать, он не умел. И не хотел.

Он пошёл. Медленно. Волоча левую ногу. Стиснув зубы так, что заныли челюсти.

Мелкие камушки под ногами предательски скользили. Чайки над головой орали, будто смеялись. Туман лип к лицу холодной мокрой тряпкой.

«Бесят».

Шагов через двадцать он заметил палку. Обычную корягу – облезлую, сучковатую, но подходящую для его роста.

Илай наклонился, подхватил её, опробовал. Древесина жалобно хрустнула, но выдержала.

– Ладно, – сказал он палке. Та не ответила. Он и не ждал.

Дальше стало легче. Не намного. Но легче.

Избушка на пригорке становилась ближе. Илай разглядел её получше: покосившаяся крыша, труба без дыма, дверь, приоткрытая в чёрный провал внутри.

Запахло полынью. Или показалось?

Княжич остановился шагах в десяти от порога. Прислушался. Но услышал только собственный пульс.

Сердце колотилось где-то в горле – не от усталости даже. От старой, выученной привычки: сначала оценить, потом войти.
Он сконцентрировал остатки магии на кончиках пальцев.
Хватит на одно заклинание. Потом в ход пойдёт палка.

«Только бы не пошла», – с какой-то глупой надеждой подумал Илай, и сделал ещё несколько шагов к избушке.

Внутри кто-то был. Он уловил в воздухе что-то древнее. Настолько могущественное, что понял – даже фокус с отрыванием пальца окажется полезнее, чем любое заклинание, которое он способен воспроизвести.

– Ты долго там ещё будешь мяться, милок? – прозвучал из-за двери голос.

Кому он принадлежал, Илай не мог определить. Ни то старухе, ни то юной деве. Он был хриплым и звонким одновременно. Весёлым и печальным. Живым и мёртвым.

Княжич сделал вдох, зашагал к двери. Резко открыл её и заглянул внутрь. От удивления хотел отшатнуться, но неведомая сила втянула его внутрь.

Внутри избушки оказалось просторнее, чем он ожидал. Да это и не избушка вовсе была. Настоящий дворец. Каменные стены, тусклые светильники, излучающие неестественный голубоватый свет. Ни окон, ни дверей. Тишина и холод. Не промозглый, а приятный, как тенистое место в летний солнечный день.

Илай оглянулся. Дверь за спиной исчезла. В голове запульсировало. Он стал внимательней изучать пространство в поисках выхода или удобного для обороны места.

Но от кого обороняться?

Он был совсем один в помещении.

«Точнее в склепе», – подметил княжич.

Вдруг под сводами высокого тёмного потолка разнёсся заливистый смех. И оттуда же, подобно пауку спустилась человеческая фигура. Длинные седые волосы – первое, что бросилось Илаю в глаза.

Фигура эта проползла по стене, неприятно скребя по каменным стенам длинными ногтями. Затем ловко отцепилась и приземлилась на ноги. Повернулась лицом к гостю.

«Чёрт».

Илай забыл, как дышать, когда увидел лицо хозяйки, так любезно «пригласившей» его в гости.

Это было пугающе и завораживающе одновременно. Половина лица – молодая, девичья с приятными чертами, ярким голубым глазом. Вторая – мёртвая полуразложившаяся старуха с помутневшим глазным яблоком и сморщенными губами. От неё пахло тленом, полынью и лесом.

Почему-то именно такие ассоциации пришли в голову Илая.
Оба её глаза устремились на княжича. Рот скривился в улыбке, от которой у парня мурашки пробежали по спине.

Хозяйка склепа протянула к нему свою молодую ручку с длинными здоровыми ноготками, погладила его по щеке.

– Симпотненький, – из её губ вырвалось два голоса – старушечий и девичий.

«Сожрёт?»

– Не-е-ет, – протянула она, отвечая на его немой вопрос, – Только помогу, милок.

Она достала из-за пазухи горстку каких-то вещиц: пуговка, пружинка, кроличья лапка, гвозди, камни и много чего ещё успел разглядеть Илай. Наконец, полудева-полустаруха выбрала что-то для него.

– Вот, мой сладенький, – она выложила в его раскрытую дрожащую ладонь что-то прохладное и почти невесомое, – Ты поймёшь, когда надо использовать. Потом – справляйся своими силами.

Илай поглядел на свою ладонь. Ржавый гвоздь, маленький белый камушек и красная нить.

Гвоздь, камень, нить. Он ждал посоха, кристалла, хотя бы ножа. А получил мусор, который валяется под ногами.