Освященная Преисподней

глава первая

Цикл "Непокорная"

Книга первая. "Освященная Преисподней".

Вступление.

"Никогда не думал, что потеряю ее вот так, наблюдая за тем, как она медленно угасает, и даже не иметь возможности помочь. Она уходила во сне, совсем как мама. И, как и тогда, я не мог ничего изменить, не мог даже попрощаться - ведь она не слышит меня. Мог только сидеть и наблюдать, в отчаянии кусая губы, сдерживая рвущиеся наружу крики вперемешку с рыданиями и молиться. Отчаянно молиться..."

Глава 1

POV Соня

- К сожалению, нас не пустили за ограждение сотрудники полиции. Но со слов очевидцев, жертва нападения будто подверглась действию какого-то вакуумного насоса. Мужчина, имя которого нам пока неизвестно, разом потерял все живительные соки. Видимо, истощение и стало причиной смерти, - вещал корреспондент с огромной плазмы.

Я не отрывала взгляда от экрана, забравшись с ногами на диван в гостиной. Камера захватила каталку, которая дернулась, видимо, напоровшись на камень. Простыня, укрывавшее тело, чуть съехала, и оператор очень удачно захватил в свой объектив пепельно-серую руку трупа.

Против воли я поморщилась. Хоть чувство брезгливости уже давно покинуло меня, махнув ручкой, но подобные вещи всё же до сих пор могли отбить аппетит. Ненадолго, но всё же.

- Соня, что смотришь? – рядом сел мой несносный братишка, с коробкой кукурузных хлопьев в руке.

- Утренние новости, - я протянула руку к коробке, но брат шлепнул меня по ладони, заставив возмутиться, – Том! Не будь жадиной!

- Это мои любимые «Snow flakes»! Твои на кухне стоят, - да уж, близнец был неумолим.

Поэтому, ворча что-то про несносных мальчишек и их нежелание делиться, я поднялась с дивана и лениво поплелась на кухню.

- И молочка мне захвати! И миску! – крикнул мне вслед Том.

- Ты обнаглел! – ответила я так же громко, одновременно с этим открывая дверцу холодильника.

- И я тебя люблю, сестренка! – ответил Том, прибавляя звук на телевизоре, тем самым заглушая возможный ответ.

Я только покачала головой, мягко улыбаясь. Вот знает же, засранец, на какие рычаги давить, чтобы я ему всё прощала. Даже полное отсутствие манер. Поэтому я взяла еще одну коробку хлопьев – на этот раз с мёдом и орешками - две миски с ложками и бутылку молока. И со всей этой кучей вернулась в гостиную.

- Держи, - поставила на журнальный столик перед Томом бутылку молока, – Не стоит благодарности.

Против обыкновения, мой всегда красноречивый родственник не ответил. Недоумевая, я подняла глаза на брата – тот, не отрываясь, смотрел на экран и слушал корреспондента.

- Эй, ты чего? – с лёгким беспокойством спросила я.

- Соня, это уже четвертое подобное убийство за неделю, - тихо сказал Том.

- Знаю, - я кивнула, серьёзность брата передалась и мне, – И все убиты одинаково – их тела иссушены. Я думаю, это по нашей части.

Том вздохнул, бросая тоскливый взгляд на одну из дверей:

- Опять библиотека?

Я кивнула и хлопнув брата по плечу, поднялась с дивана:

- Крепись, братишка, это часть нашей работы.

- Нам же еще в университет нужно, - простонал Томас, плетясь за мной, как старый дед, отчаянно при этом шаркая ногами.

- Успеем, – отмахнулась я, - Тем более – ты ненавидишь это место, как и учёбу в целом. Так что не ной.

Наверное, здесь стоит притормозить, поставить действие на паузу, чтобы попытаться всё объяснить. И, наконец, познакомиться.

Меня зовут София Рихтер, парень, который сейчас идет позади меня и ворчит что-то о превратностях судьбы – мой брат Томас. Мы – близнецы. Родились с разницей в семнадцать минут, чем Томми очень любит хвастаться. Люблю стиль миллитари, кеды, рваные джинсы, значки, кожаные куртки, иногда перебарщиваю с темной косметикой.

Мне девятнадцать лет, я учусь на втором курсе Университета Гамбурга, вместе с еще сорока двумя тысячами подростков, среди которых и мой брат. Мы оба изучаем языки – не потому что мечтаем стать переводчиками, а просто потому, что нам это легко дается. Учебу мы, как вы уже поняли, ненавидим.

У меня аллергия на цитрусы, и как назло, именно их я люблю больше всего на свете. Что еще? Каштановые волосы чуть ниже плеч, каре-зеленые глаза, парочка веснушек, которые я очень не люблю.

Ах да, еще я – ведьма. Ну, точнее, мы с братом – колдовская двойня. И открылось это вовсе не так, как бывает в фильмах – неожиданно, под влиянием стресса или прочих факторов. Нет, мы с самого рождения знали, кем являемся. Дар нам достался от мамы, которая была довольно-таки сильной ведьмой. По крайней мере, нам с Томасом так казалось. Она учила нас всему, что знала, стремилась защитить от возможной угрозы и заставила пообещать, что мы будем использовать свои силы только для защиты, но никогда - для нападения.

Правда, все знания нашей матери не спасли её саму от смерти. Которая забрала её, когда нам с Томом исполнилось десять. Просто однажды утром она не проснулась. И именно после этого дня мы нарушили своё слово, и начали готовиться к тому, чем занимаемся сейчас – уничтожением нечисти.

К слову об этом. Демоны, призраки и прочие сверхъестественные твари существуют и вполне себе реальны. Вампиры, оборотни – может быть, нам они пока точно не попадались. Зомби – выдумка, хотя некоторые демоны, которых мы встречали, очень на них были похожи.

В первый раз на охоту мы вышли в пятнадцать – совсем еще зеленые и сопливые. Чуть не погибли, но обошлось. С тех пор прошло уже четыре года, и на нашем счету уже немаленькое количество спасенных жизней. Были, конечно, и провалы – всех спасти, увы, невозможно. Видимо, сегодня нам снова предстоит задействовать эти чертовы весы правосудия. Надеюсь, они склонятся в пользу невинных, а не нечисти.

глава вторая

Глава 2.

POV Соня

Безмятежный сон – удивительно, что он вообще пришел, после такой-то ночи – нарушил противный звон будильника. Не открывая глаз, я протянула руку и, нашарив мерзкий аппарат на тумбочке, одним нажатием вырубила его.

- Еще пять минуточек, - пробормотала я, зарываясь лицом в мягкую и манящую подушку.

Ответом мне послужило согласное мычание за спиной. Видимо, Томас разделял мои желания. Так что, с чистой совестью я позволила себе провалиться в столь желанную дремоту.

Через некоторое время – лично мне показалось, что прошло не больше пяти минут! - открыв один глаз, я посмотрела на часы и вздохнула. Плакало наше высшее образование, причем – горючими слезами.

- Предлагаю сегодня объявить университету бойкот, - мрачно сообщила я.

- Это почему? – сонно спросил Том, потягиваясь за моей спиной.

- Ну, - я задумалась, поворачиваясь к брату, - Хотя бы потому что мы проспали.

- Да ладно? – хмыкнула Томми, зевая, – И который сейчас час?

- Одиннадцать.

Том присвистнул:

- Неслабо мы. Отец нас убьет, если узнает. А если учесть, что он – друг нашего ректора, то я бы уже сейчас начал писать завещание.

- Ага. Если учесть, что завещать ты можешь только свои трусы – вперед. Завтрак? – предложила я, поднимаясь с постели.

- Было бы неплохо, - кивнул братишка.

- Отлично. Иди, делай. Я буду блинчики, - заявила я и ушла в ванную комнату.

Закрывшись, я позволила себе хохотнуть. Братец постоянно попадался на эту мою шутеечку. Нет, я любила готовить, но только во второй половине дня. Утром от меня можно было дождаться лишь пузырька с ядом. Который я подавала с милой улыбкой, и искренне желала приятного аппетита.

А Томми…ну, что уж там скрывать, готовил он просто потрясающе. Особенно ему удавались блинчики. Сам братец считал это еще одним плюсом при обольщении девушек. Добрая половина нашего университета могла гордиться тем, что пробовала блины от Томаса Рихтера, сдобренные корицей, взбитыми сливками и кленовым сиропом.

Черт, у меня от них только мыслей уже слюна потекла, а желудок призывно заурчал, требуя накормить его сию же секунду. Увы, сначала стоило принять душ и умыться. А уже потом вкушать пищу богов. С этими мыслями я скинула с себя одежду, в которой провела всю ночь – не самые приятные ощущения, но, видимо, я вчера уснула до того, как смогла переодеться. Как результат – топ и брюки были безнадежно измяты.

Забросив одежду в угол комнаты, я встала под спасительные струи горячей воды, чувствуя, как они смывают с меня напряжение и остатки сна.

POV Том

Когда за сестрой закрылась дверь, я мог только возмущенно выдохнуть. Блинчики ей подавай! Это же надо с утра так запрячь. Но делать нечего – пришлось вставать и брести на кухню. Тем более – есть и самому хотелось, причем очень даже сильно.

Уже меньше чем через десять минут по кухне поплыл аромат свежей выпечки и корицы. Да уж, без лишней скромности могу заявить, что блины – мой конек. И это даже не мои слова, а всех тех, кого я ими кормил. Серьезно – они все такие звуки издавали во время завтрака, какие я никогда не рассчитываю услышать ночью в постели. Даже обидно – я проигрывал яйцам, молоку и муке. Жизнь несправедлива.

Через минут двадцать на кухню спустилась посвежевшая Соня. В мягких широких домашних брюках и черном топе на бретельках, мокрые волосы лежат на плечах, потемневшие от воды, нежно-розовая кожа лица без макияжа – такой ее видел только я. Такой беззащитной и уютной. Не хватает только огромных плюшевых тапок и какого-нибудь романа под мышкой – для полноты картины.

- Ты чудо, - улыбнулась сестренка, увидев на столе плод моих трудов в виде стопки ароматных блинов.

Я самодовольно улыбнулся:

- Знаю. Чай?

- Да, зеленый, - кивнула Соня, усаживаясь на высокий барный стул.

- Супер. Заваривай, - крикнул я, выбегая из кухни.

Что с нас взять – двойняшки. Зеркальное отражение друг друга, две половинки одной души, по недоразумению втиснутые в разнополые тела.

Когда я, приняв душ, вернулся обратно на кухню, целомудренно обмотав бедра полотенцем – меня уже ждала кружка горячего напитка, источавшего легкий травяной аромат. Сестренка любила смешивать разные сборы – выходило очень даже неплохо. По крайней мере, я еще не умер.

- Чем займемся? – поинтересовался я, вытирая еще одним полотенцем волосы, – У нас же свободный день нарисовался.

- Сегодня у нас первое октября? – уточнила Соня, заливая блинчик кленовым сиропом.

Я кивнул:

- Ну да.

- Я бы хотела съездить в Плантен ун Бломен *, - задумчиво протянула сестра, - Сегодня открытие сезона фонтанов и фейерверков. Хочу посмотреть.

- Ну, хорошо, - не стал я спорить, – Это вечером. А днем?

Близняшка пожала плечами:

- Покатаемся, погуляем. Поехали в порт. Потратим немного денег.

Стандартный женский набор развлечений. Да, и не только дамский, если уж на то пошло. Куда ни плюнь – попадешь в модника. И, к сожалению, так уж вышло, что и я влился в эту колею – падок на модные тряпки.

Поэтому, неудивительно, что я поддержал план сестры по всем пунктам.

глава третья

Глава 3.

POV Соня

Чертов будильник. Опять он вырывает меня из столь желанных объятий Морфея. Нет, эта металлическая хрень явно ревнует меня к богу сновидений. Видимо, он – весьма привлекательный мужчина. Хотя – в этом я не сомневалась ни на секунду. Как и в том, что пора завязывать лежать в кровати. Настало время творить великие дела.

Вырубив звонок, я села в кровати. И поняла, что мое желание что-то делать тает стремительней, чем мороженое на языке у мечтающего заболеть ангиной школьника. Нет, серьёзно – жаворонок из меня выходил просто кошмарный. Да и сова тоже – я любила посидеть за книгами или компом до поздней ночи. Чокнутая птичка – вот самое точное описание меня любимой.

- Сегодня пятница, - вслух пробормотала я, слыша, как голос скрипит после сна, будто несмазанная телега, – Главное – потерпеть до завтра. Завтра высплюсь.

Вот такими мантрами я пока и выживала. Больше решительно ничего не помогало. Кофе – сразу нет. Этот напиток я терпеть не могла – отвратительный вкус и минимум пользы. Чай – да, но он не особо бодрил. Был еще один противозаконный вариант, но тогда мой дражайший папочка просто ласты склеит от счастья.

Почесывая всклокоченную голову и отчаянно зевая, я спустилась на кухню. Оттуда уже доносились весьма приятные ароматы, которые заставляли мой желудок противно сжиматься. И я шла на них, как крыса на звук дудочки.*

- Доброе утро, братик. Привет, Билл, - на автомате поздоровалась я, а после, поняв, что только что произошло, резко повернулась, - БИЛЛ?

Действительно – на моей кухне, за барной стойкой, сидел мой новый сокурсник. Свежий, с румянцем на щеках, длинные волосы забраны в низкий хвост, светло-голубые глаза озорно сверкают. Какого черта – нет, не так – КАКОГО ЧЕРТА ОН ТУТ ДЕЛАЕТ?!

- Доброе утро, - улыбнулся мне парень, делая глоток чая из большой кружки.

Я едва подавила в себе желание вырвать её у него из рук и вытолкать этого наглеца из своего дома. Желательно – поганой метлой. Ибо нефиг ему тут делать.

- Что ты здесь делаешь? – озвучила я свою мысль, даже не пытаясь скрыть, насколько меня шокирует и одновременно возмущает его присутствие в моей – ладно, нашей с Томом – обители.

- Да вот, решил заскочить перед школой, - пожал Шварц плечами, всё так же безмятежно улыбаясь, - Я тут живу неподалеку и Том предложил поехать в университет вместе.

- Как мило с его стороны, - процедила я, бросая на братца полный возмущения взгляд.

Однако, тот, к моему бескрайнему удивлению, не выглядел пристыженным. Мало того – он бросал на меня точно такие же взгляды. Не поняла. А я-то что сделала не так? Стою себе спокойно, никого не трогаю и даже не убиваю. Да мне памятник нужно ставить, за терпение и выдержку.

- Соня, - кашлянув, мой близнец, наконец-то подал голос, - Может, ты все-таки оденешься?

Окинув себя взглядом, я побледнела. Черт. Я и забыла, что спала сегодня в минимуме одежды. Из всего комплекта пижамы на мне был надет всего лишь бело-розовый топ, а голубые трусики-шортики скромно довершали мой наряд. Неудивительно, что Томас смотрит на меня с легким осуждением, а Билл сияет, словно начищенный медный пятак. Извращенец, блин.

Громко ойкнув, я молниеносно выскочила из кухни и побежала наверх. А мне в спину неслись негромкие смешки, которые Шварц даже не пытался скрыть. Скотина. Бесит меня.

POV Том

Когда моя сестра, сверкая своей почти что откровенной наготой, скрылась за дверью кухни, Билл не выдержал и рассмеялся.

- Зря ты так, - отметил он, улыбаясь, - Ей очень даже идет.

Я его восторгов не разделял. Можете считать меня идиотом – или излишне ревнивым братом. В принципе, это для меня слова-синонимы. Так или иначе – мне не хотелось, чтобы мою сестру в подобном виде заставал кто попало. Пусть я и проникся к этому парню симпатией практически сразу, это не отменяло того факта, что он – потенциальная угроза для девственности моей Соньки. Её я берег больше, чем свою. Да что уж там – о сохранности своей я вообще не беспокоился.

Поэтому я, хоть и с улыбкой, по погрозил Биллу кулаком:

- Даже не смотри в эту сторону! Моя сестренка тебе не по зубам.

На мое счастье, новый друг и не думал обижаться или всерьез воспринимать мою угрозы. Он лишь поднял руки в верх, сдаваясь:

- Даже видов не имею!

И его слова, хоть немного, но всё же меня успокоили. У меня было не так много друзей. Если быть совсем уже откровенным – ни одного из своих знакомых, или сокурсников, или бывших школьных товарищей я не могу так назвать. Даже не знаю, в чем была причина подобного отчуждения. Может быть, потому что наша с Соней деятельность была связана с определённым риском, и вынуждала держать людей на расстоянии. Не только ради их безопасности, но и ради своей. Времена инквизиции хоть и канули в небытие, но согласитесь – мало кто из здравомыслящих людей поверить, что двое подростков могут творить чудеса практически из воздуха. А заканчивать свои дни в психушке, под постоянным действием психотропных мне как-то не хотелось.

глава четвертая

Глава 4

POV Соня

Что может быть лучше субботнего пробуждения? Правильно – только если оно пришлось на полдень. По крайней мере, я придерживаюсь именно такого мнения. И эта мысль была первой, которая посетила меня, стоило мне открыть глаза – и тут же зажмуриться, потому что лучи солнца светили мне прямо в лицо. Да, мне определенно стоило задернуть шторы вечером.

Наведавшись в ванную и одевшись – мало ли, кто опять окажется у меня дома – я вышла из комнаты и отправилась на поиски брата. Вчера я слышала, как Томас и его новый приятель уходили из дома, но вот его возвращение я не застала. А если учесть, что спать я легла далеко за полночь – неизвестно, во сколько этот блудный родственничек вернулся.

В спальне Тома не оказалось. И, судя по тому, что его кровать была заправлена – он в неё и не думал укладываться сегодня. Ну просто отлично. Теперь из-за этого Билла братишка начал ночевать вне дома. А в том, что виноват именно Шварц, я не сомневалась ни секунды. Не зря он мне так не нравился.

Но, оказывается, наговаривала я зря. По крайней мере, в этот раз. Поскольку Томми обнаружился в гостиной. Он спал на диване, раскинув в сторону ноги и руки, мятая футболка и заляпанные чем-то – предположительно, алкоголем – джинсы красноречиво говорили о том, что вечер у него явно удался.

Ну, что же, придется испортить ему хотя бы утро.

- Подъем! – я хлопнула брата по плоскому животу.

Томас резко распахнул глаза и сел. Точнее, попытался, потому что, не удержавшись на своем узком ложе, братишка с громким стуком поздоровался с полом.

- А, черт! Что произошло? Где я? – непонимающе хлопал парень глазами.

- Я вижу, вечеринка удалась, - констатировала я, с усмешкой разглядывая заспанное лицо близнеца, – Чай? Кофе?

- Воды, - поморщился Том, – И без громких звуков. Голова болит.

И почему я не удивляюсь. Судя по виду брата – этой ночью, он пил всё, что горело. Надеюсь, от бензина он всё же воздержался. В который раз радуюсь, что мы научились блокировать чувства и эмоции друг от друга. В детстве наша связь была настолько крепкой и при этом незащищенной, что малейшее недомогание одного сказывалось и на другом. Болели мы только вдвоем, и, если мой вспыльчивый близнец ввязывался в драку – синяки появлялись и у меня.

Но сила – это как любая мышца в теле. Её можно тренировать, развивать. Чем и занимались. И теперь, без моего разрешения Томас не мог влезть ко мне в голову, как и я в его. Так что, увы, но он остался со своим похмельем один на один.

- Во сколько ты пришел домой? – усмехнувшись, поинтересовалась я, подавая близнецу принесенный из кухни стакан холодной воды.

- Часа в два. Может, в три. Не помню, - пожал плечами Том, делая один глоток и морщась, – Мне нужно в душ.

Хлопнула входная дверь. Мы с Томом одновременно повернулись. Только один человек мог приехать к нам. И он даже предупреждал нас об этом. Но когда люди вообще запоминали новости, связанные с чем-то неприятным? Вот и я не знаю

Через пару секунд на пороге гостиной стоял высокий статный мужчина с темно-голубыми глазами, каштановыми волосами, в которых уже угадывались серебристые прядки. В довольно резких, но тем не менее приятных чертах лица я легко узнавала себя и брата.

Кристиан Рихтер. Наш «любимый» папочка.

- Отец, - Том пригладил взлохмаченные волосы и сел на диване чуть ровнее, – Я и забыл, что ты должен приехать.

- Я так и подумал, - кивнул герр Рихтер, – Иначе ты выглядел бы более подобающе. Соня, здравствуй, - обратил он внимание и на меня.

Удивительно, ведь чаще всего отец делает вид, что я – часть интерьера, а с вещами обычно не разговаривают. Видимо, у него хорошее настроение.

- Привет, пап, - кивнула я, – Не ругай его. Жизнь итак надругалась над Томом, лишив его мозгов.

- эй! – возмущенно воскликнул Том и тут же схватился за голову, которая, видимо, отреагировала на громкий шум, – Все, я в душ.

Мои мысленные крики «Нет, не уходи!» и сигналы «SOS», которые я посылала глазами, брат либо не заметил, либо намеренно проигнорировал. Зная характер Тома, я больше склоняюсь ко второй версии. Засранец.

Итак, мы с отцом остались наедине. Хуже и не придумать. Нужно ведь, наверное, о чем-то разговаривать. Или нет? я просто так давно этого не делала, что теперь даже не знаю, можно ли мне слишком громко дышать.

Молчание грозило затянуться, но тут папа, кашлянув, спросил:

- Ну, как дела? Что нового?

Вау! Он делает попытку! Не понимаю, как я не последовала примеру Тома и не рухнула с дивана. Ладно, если это игра в «папу с дочкой», я попробую подключиться и не облажаться.