Отец любовницы моего мужа

Глава 1

Неоднократно я ловила себя на мысли, что моя жизнь то ли рушится, то ли мне надоела. Стоит признать, что каждый раз я себя же за подобные мысли корила. У меня же есть всё — заботливый муж, сын Ванечка, которому через несколько недель исполнится два годика, огромная квартира в далеко не бедном районе, есть здоровье, есть деньги, есть молодость, — если мои двадцать шесть лет всё ещё котируются в нынешних реалиях под понятие «молодость».

Чего мне не хватает, я сама не знала толком. Не понимала, что на самом деле в моей жизни не ладится.

Мы с Игорем просто устали. Да, именно так. Это просто усталость. Бытовуха и ребёнок не могли не внести коррективы в нашу совместную жизнь. Заботы и хлопоты другого плана. Большая ответственность на муже, ведь нас теперь стало трое, а значит, и большая загруженность на работе. Моё внимание, возможно, тоже стало иным. Близость в браке… Какая она спустя пять лет? Есть ли она вообще?

Это ведь не главное. Мы любим друг друга — вот, что важно.

Днём Игорь работает, я занимаюсь домом, ребёнком и своим крошечным блогом. Вечером мы собираемся за ужином. За одним столом, в кругу нашей небольшой семьи, и обсуждаем наши планы на завтрашний день, делимся впечатлениями о сегодняшнем… Всё ведь нормально. Зачем я себя накрутила до такой степени, что могу встать с кровати только после пяти минут бездумных взглядов в потолок и какой-то непонятной тяжести в груди? День за днём…

Я застряла в каком-то дне сурка.

Идеальная жена… Хотя вряд ли. У всех есть как достоинства, так и недостатки. Но я старалась всё это время сглаживать острые углы, не выносить Игоряше мозг, не заострять внимание на обидах и своём недовольстве. Только это не помогало. Не помогает от слова совсем. Я продолжаю вариться в каком-то адском котле, в постоянном напряжении и притворстве, изображая не пойми кого из себя.

— Катюнь, я к Егору. Не скучай.

Егор ещё этот!

Сжав в руке Ванькиного робота, я обернулась на звук закрываемой двери.

Очередной выходной мужа для меня закончился в обед. Стоило Ваню уложить спать, взяться за уборку его игрушек, раскиданных на ковре в гостиной, как Игорь уже умотал к своему другу. Нашему куму по совместительству.

Нет, Егор в принципе неплохой мужчина. Раздолбай, конечно, но очень ответственный в определённых аспектах. Ваньку нашего любит, как родного сына. Никогда ни мне, ни своему крестнику ни в чём не отказывает. Да и он свободный мужчина. Имеет право проводить выходные за приставками, играми и тусовками. Вряд ли я на самом деле злюсь именно на крёстного своего сына. Да и не должна. Претензии к мужу, а не к соседу.

Я отправила робота на диван и подняла голову вверх.

Мы живём на пятом этаже, а Егор на шестом. Аккурат над нами. Там же и повадился проводить свои выходные мой любимый муж. Этажом выше.

Сама виновата? Должно быть, так и есть. Разбаловала своего мужчину всепонимающей, всепрощающей и удобной… собой.

Или я опять утрирую?

Должны же быть у моего мужа друзья. Пусть у меня их нет, не задалось как-то ни с подругами, ни с друзьями… У меня вообще никого нет, кроме крёстной, которая вырастила меня после смерти мамы. Наверное, я так лояльно и относилась все эти полгода к крёстному Вани, не препятствуя их времяпровождению с моим мужем. Не давал покоя только тот факт, что они ещё и коллеги. Оба вполне успешные инвесторы. Сидят в одном бизнес-центре. В соседних кабинетах. Я не против друзей своего мужа, просто мне кажется, что Егор вытесняет из жизни Игоря нас с Ванюшей.

Это глупо? По всему выходит, что я ревную мужа к нашему куму…

Ладно, что мне там крёстная говорила? Нужно начинать с себя? Хорошо. Почему бы и нет?

Расставив игрушки по своим местам, я вошла в кухню. Беглым взглядом отыскала стоящий на зарядке телефон и несмело потянулась к нему.

Я, правда, решила это сделать? Вот так, глупо?

Говорят, двум смертям не бывать, и я решила рискнуть.

Позвонила Егору, теребя подаренное в прошлом месяце мужем колье, и задохнулась, услышав его:

— Привет, Катюх. Как ты там?

Поразительно, но меня совсем не смутила тишина на заднем фоне. Обычно эти двое устраивали такие поединки, что только и слышны были звуковые эффекты их игры.

— Привет, Егор. Я неплохо, — отвела взгляд от кофемашины, что, казалось, взывала ко мне, обещая несколько минут тишины и покоя. — Хочу тебя на ужин пригласить к нам. Да и по вашей игре нужно кое-что обсудить. Хочу вот то божественное оружие Игорю подарить, а поняла, что ни логина его, ни ид не знаю. Шепнёшь? Да и давно не собирались… все вместе.

— О! Я за, — доложил мне бодрый голос. — Только мне ещё добраться нужно из области, Кать, но к ужину буду. Вино или шампанское?

Меня словно подкосило. Ноги подогнулись, ослабев в одно мгновение.

Свободной рукой я вцепилась в стоявший поблизости стул и шумно сглотнула.

— Ты не дома? — не знаю, как выдавила из себя.

— Кать, ты там чего? — в динамике послышался какой-то треск, после чего голос кума зазвучал громче и отчётливее. — Голос у тебя странный.

Не знала, что сказать. Молчала, прижимая телефон к уху, а перед глазами проносились фрагменты нашей семейной, как я считала, счастливой жизни.

Глава 2

Ужин давался мне очень тяжело.

Несмотря на помощь Владиславы Викторовны — нашей домработницы и просто замечательной женщины, я чувствовала себя уставшей и выжатой, словно лимон. Сказывалась и лёгкая усталость, и подвешенное эмоциональное состояние, чувство вины и терзающие разум подозрения.

Во мне словно боролись две женщины, одна из которых хотела просто закрыть глаза и позволить привычному миру остаться, просто существовать и не рисковать ничем, в то время как вторая безустанно твердила занудным голосом: «Не будь идиоткой».

Очень нежное и аккуратное колечко с бриллиантом обжигало кожу.

Какова вероятность, что информирование о списании денег со счёта опоздало на полчаса? Бывают же задержки у оператора, у банка…

— Катюха, ужин великолепен.

С трудом я выдавила из себя улыбку и отсалютовала куму бокалом.

— Спасибо, Егор.

Внутри скреблись тысячи голодных котов. Их когти словно раздирали меня изнутри с каждой новой истеричной идеей.

Невыносимо. Всё было именно так — невыносимо.

Нужна ли мне та правда? Кто я без него?

Взгляд вернулся к мужу. Игорь… Кареглазый брюнет с волевым подбородком опустошал тарелку с моей лазаньей и выглядел… моим. До одури моим Игоряшей, которого я безумно полюбила многие годы назад. В тёмной футболке и широких штанах — такой родной, привычный и домашний, что аж слёзы к глазам норовили подступить. Да, мои чувства к нему несколько изменились, стали спокойнее и трепетнее, не такими, какими были ещё два года назад, до появления Ванюши. Я по-прежнему его любила. По-прежнему его хотела. Просто чуточку иначе. Спокойнее. Глубже. Осознанней, что ли.

Просто, если Игорь мне изменяет… то никому вообще в этой жизни верить нельзя! Нельзя так думать о своём муже. Просто нельзя. Мы столько вместе пережили, чего только с нами ни случалось… Да не мог он! Это всё глупости и мои фантазии. Необоснованные!

— Эх, где бы себе такую Катюху найти, — театральное заявление Егора вывело меня из противоречивых мыслей.

— Не там ищешь, — гораздо искреннее улыбнувшись, я вполне серьёзно произнесла: — Ты уже готовенький. Богат. С жильём. С машиной. Холост. Молод. Не свети деньгами, может, и найдёшь себе свою Катюху, а пока… Не тех ты девушек притягиваешь. За тобой охотятся львицы, но ты же этому только рад, — хитро щурясь, я отодвинула от себя тарелку.

— А ты не львица, Катюх?

На какое-то время прозвучавший вопрос заставил меня задуматься. Я почему-то никогда не классифицировали себя ни со львицами, ни с серыми мышками. Я не то, чтобы что-то среднее, я… наверное, просто я. Порой я и сама не знала, какая я на самом деле, потому что большую часть жизни вынуждена была подстраиваться — под мужа, под ребёнка, под наш нынешний статус.

Скорее всего, я даже не смогла бы ответить на вопрос, чего я хочу.

— Вряд ли, — пожала плечами и снова взглянула на мужа. — Милый, дай телефон, пожалуйста.

Может, я вообще не львица и не мышь. Может, я крот? Собака-ищейка?

— Не понял. Подать?

Тёплые, карие глаза впивались в меня взглядом, которого я не замечала прежде. Было в нём что-то нервное и требовательное, будто я попросила его спрыгнуть со скалы.

— Нет. Я сказала, дать. Дай мне свой телефон, пожалуйста. И разблокируй. Пожалуйста.

— Это что-то новенькое. Зачем тебе мой телефон, Катюнь?

Хотел Игорь того или нет, а та часть меня, что не хотела жить в обмане, предвкушающе потирала ладони друг о друга, смакуя приближающуюся победу.

— Да, Катюх, я погорячился. Зачем мне эти семейные проблемы? — слишком наигранно хохотнул кум, обменявшись с моим мужем многозначительными взглядами. — В семье не бывает личного пространства?

Я несколько часов гнала от себя мысли о том, что меня предают оба — Игорь и Егор. Как ни крути, а до недавнего времени я полагала, что крёстный нашего ребёнка ещё и мой друг, не только мужа. Но то, как он принялся завуалировано вставать на защиту моего мужа и вторая линия, сквозь которую я пробивалась к мужу, после нашего с ним разговора, нет-нет, а возвращали всёпропальские мысли.

— Какое личное пространство? — встретилась с голубыми глазами привлекательного блондина и насмешливо изогнула бровь. — Я только недавно начала уединяться в туалете, уж прости за такие подробности. Твой крестник либо орал под дверями, либо ломился внутрь, следом за мамой. Забудь. Не знаю, как семейная, но в детной жизни с личным пространством беда. А вообще, — я перевела дыхание и ласково взглянула на мужа, — Хотела крёстной позвонить и оставить вас наедине. Мой телефон в детской, так что…Если тебе есть, что скрывать…

Муж ответил мне милой улыбкой, отчего на его гладковыбритых щеках проступили ямочки, и потянулся за своим телефоном.

— Я понял, Катюх, ты не львица, ты ЛИСА!

— Егорушка, не часто ли за вечер от тебя слышится моё имя? Осторожнее. У меня очень ревнивый муж. К тому же кандидат в мастера спорта по смешанным единоборствам, — подмигнув куму, я с облегчением протянула руку над столом и замерла в ожидании телефона супруга.

…каково же было моё удивление, когда он не просто отдал мне свой телефон, а перед этим позвонил моей крёстной.

Глава 3

Кто бы мне сказал, что моё утро начнётся с визита Елены Белоусовой — моей крёстной, я бы вчера трижды подумала, перед тем как привлекать её в свои интриги.

Только-только проводила на работу Игоря и закрыла за ним дверь, как домофон ожил.

— Прекрасное утро, — вздохнула и без разговоров впустила крёстную в подъезд.

Нет, я её безумно люблю. Она единственный человек, благодаря которому я всё ещё чувствую тонкую, связующую нить с мамой. Она её помнит. Она о ней рассказывает. Она… как последнее живое напоминание о той, кого я лишилась. Только… только моя горячо любимая крёстная постоянно всё воспринимает близко к сердцу.

— Что у вас произошло? — первое, что она спросила, когда я распахнула перед ней двери.

Вместо ответа я пожала плечами и впустила крёстную в квартиру, зорко подметив бордового цвета чемодан.

— Ждала на улице, пока Игорь на работу уйдёт?

— А то ты при нём бы мне что-то сказала.

Узнаю свою крёстную.

— Ванька ещё спит. Идём, выпьем кофе. На кухне и поговорим.

Мне не очень хотелось жаловаться на свою семейную жизнь и непонятную усталость, но вся загвоздка была в том, что без её помощи я не справлюсь. От слова совсем не справлюсь.

Пока готовила нам кофе, искоса рассматривала раскрасневшуюся, очень статную женщину. Строгая причёска из пучка светлых волос и густой чёлки, по бокам которой затерялись несколько выпущенных прядей. Проницательные, глубоко посаженные серые глаза, немного оттенённые дымными тенями. Красивое, но какой-то холодной красотой лицо, обращённое ко мне с недовольной гримасой. Она полновата, но это нисколько её не портило. Даже наоборот, несколько разбавляло её холодность и неприступность.

— Игорь мне врёт. Игорь мне, скорее всего, изменяет, — не выдержав её взгляда, призналась я. — Всё! Семейная жизнь тю-тю.

Быстро накрыв на стол под прицелом серых, прищуренных глаз, я рвано выдохнула:

— Ничего не скажешь?

Крёстная сложила обтянутые чёрным свитером руки на груди и ухмыльнулась:

— Не скажу — спрошу. Кто она?

Признаюсь, я была сбита с толку.

Да, моя крёстная может показаться холодной и неприступной, властной женщиной… Хотя она такая и есть со всеми. Со всеми, но не со мной ведь.

Я ждала ураган эмоций. Сотни расспросов, тысячи проклятий, обрушенных на голову моему мужу, а получила какой-то идиотский вопрос.

— Откуда я знаю, кто она? Да и какая разница?

— Ой ли?

Вздохнув, я опустилась на стул и ухватилась за чашку с кофе, как за спасательный круг.

— Давай мы перейдём к той части разговора, где ты говоришь предложениями, в которых больше пары слов и меньше вопросительной интонации?

— А давай, — подавшись вперёд, она медленно выдохнула. — Ты же понимаешь, Кать, что измену как оправдывают, так и порицают.

Что же мне придётся выслушивать? Классификацию измен?

— Говоря завуалировано, одноразовая акция… она ведь ничего не меняет, Катюш.

О! До меня начинало доходить, что имела в виду моя крёстная.

— Одноразовая акция? Тест-драйв, что ли? — усмехнувшись, я сделала несколько глотков горячего, крепкого кофе без сахара и воззрилась на женщину, заменившую мне мать. — Крёстная, если он мне врёт и наш кум — Егор, его выгораживает и прикрывает… Это вряд ли то, что ты называешь одноразовой акцией. Будем честны, Игорь побрезговал бы женщинами… древнейшей профессии. Да и не стал бы к ним бегать в обед.

Крёстная долго молчала, изучая содержимое фарфоровой чашки, пока её не прорвало:

— Развод — не выход. Помутился у мужика рассудок. С ними такое бывает. И потом… Ты с чем уйдёшь, дорогая моя девочка? С Ванькой ко мне в двушку? Да я не против. Только самой не жалко ли стольких лет?

А вот здесь она была очень права! Неоспоримо права.

— Я не уйду, — покачав головой, я дотянулась до руки крёстной и ободряюще её сжала. — Многие закидают меня камнями, но я прошла его путь вместе с ним. Успех моего мужа — это и мои старания, крёстная. Если ты решила, что я какой-то мымре отдам своего мужа, уже готовенького, при деньгах и репутации, то… ты совсем меня не знаешь. Либо он уйдёт с голым задом, либо уйдёт в никуда, потому что никому я своего мужа не отдам. Я слишком многое в него вложила.

— Вот! — перехватив мою руку, крёстная тепло улыбнулась. — Вот это моя девочка. Горжусь! Только… Катюш, если он молчит, может, он и не хочет никуда уходить?

— Может, — пожала плечами. — Только мне с этим как жить? Меня в известность никто не ставил, формат каких-то там свободных отношений не предлагал… Ой! — замолчав, я приложила ладонь ко рту и рвано выдохнула. — Как хорошо, что ты приехала! Выставка же!

Крёстная настороженно покосилась на меня, а я поспешила объясниться:

— Сегодня в одном из ювелирных магазинов Анатолия Павловича будет выставка. И он там будет лично. Мне очень хотелось бы с ним встретиться, чтоб узнать… Не сходится у меня кое-что. То ли я дура ревнивая, то ли Игоряша вконец обнаглел. Ты же присмотришь за Ванюшей? Он ещё часа два проспит, но если я не успею…

Глава 4

Почему меня вообще смутил тот амбал? Ведь если так подумать, то мой муж может быть не единственным изменщиком в их порочном союзе.

Это ведь логично. И очень многое объясняет. Во-первых: то, что на нашей семейной жизни и его отношении ко мне и сыну никоим образом эта связь не отразилась. Он внимателен, заботлив и нежен. Как по мне, то обманщика должно быть видно издалека. Это не может не сказываться на его семье. И это прекрасно объясняет замужняя или несвободная дама. Им просто нормально наставлять рога своим вторым половинкам, не планируя ничего серьёзного. Потому Игорь и ни разу не прокололся ни на чём. Потому не говорил о разводе, не скандалил, придумывая мои недостатки, которые стоили бы ухода из семьи.

Да и соседка… Ха! Очень удобно. Особенно учитывая то, что она живёт за стеной Егора. К нему же мой муж повадился бегать играть и пить виски? К нему.

А может, то и не к нему?! Может, в соседнюю дверь-то?!

— Ты как?

Крёстная налила мне своего наваристого бульона и ласково помассировала плечи. Если бы не Ванька на моих руках, я бы давно уже рыдала, голося отборным матом на всю кухню, а так…

— Не выспалась.

Я трусиха. Законченная трусиха и меркантильная дрянь. Я не смогла вчера ничего сказать мужу. Не нашла смелости даже заикнуться о своих подозрениях. Всё, на что меня хватило, это придумать себе простуду и переехать в гостевую комнату.

Не могла его видеть… Глаза эти его… Блестящие, глубокие и такие тёплые, что в них невозможно смотреть, зная, что он что-то скрывает. Весь мир просто переворачивался. Только за один несчастный час я вчера его сама же оправдала десятки раз и трижды простила!

— Вань, ты с мамы-то слезь. Большой уже, — по-доброму пожурила сына крёстная. — Садись за стол. Рядышком.

На самом деле Ванька здесь ни при чём. Я сама так соскучилась за ним, за весь вчерашний вечер, ночь и раннее утро, до ухода Игоря на работу, которые притворялась больной, что готова была затискать сына до одури.

— Я больсой! — деловито запротестовал Ваня, попытавшись слезть с моих коленей.

Да сейчас же! Без ещё двух поцелуев не отпустила.

— Для прикрытия бульон варила? — едва слышно спросила я, вымученно улыбнувшись.

Крёстная кивнула и устроилась с нами за столом.

Мы молча поели, отправили Владиславу Викторовну с Ванькой громить гостиную и, вооружившись двумя чашками кофе, уставились друг на друга.

Я не знала, что ей сказать. Я ещё сама ничего толком не знала и не понимала. Не могла вместить всё свалившееся на меня в свою голову. Что тут скажешь о том, чтоб объясниться с крёстной?

— О садике для Вани думали?

Кивнула. Мне очень приятно, что крёстная не стала сразу в лоб всё у меня выспрашивать. Я была не в состоянии вчера с ней объясниться и поговорить. Из мыслей никак не выходил браслет Ангелины, а бесконечные метания от одной версии к другой не позволяли наметить для себя хоть какой-то путь.

— Думали. Но не сейчас…

Я очень привязана к сыну. Да и мне с ним интересно на самом деле. Просто стоило бы почаще менять обстановку и как-то выдыхать, чтобы меня так не затягивала рутина, в которой привычное и радостное превращается в серое и давящее идентичностью.

Понимаю, что нам пора уже, как это говорится, отпочковаться друг от дружки, но время для этого всё никак не приходило.

— Ты могла бы пойти на работу, если бы Ванюшу взяли в сад, — я знала, что она делает — крёстная подводит к теме нашего брака. Точнее, его будущего. — И дома полегче бы было…

Ну, дома мне тяжело никогда не было. У меня есть Владислава Викторовна, которая и поможет убраться, и клининг вызовет, и поможет поесть приготовить, и с Ванькой с радостью посидит, и много, много чего ещё. Мне дома просто… Неуютно и одиноко, что ли? Это не физическая усталость, я в этом уверена, это что-то другое. Что-то сложнее и глубже.

— Я не потяну тот сад, что мы выбрали, — жёстко ответила я. — А отдать его сейчас в тот, что я могу себе позволить — это прямой вызов мужу и ненужные вопросы.

— Кать, а, может, всё образуется?

Да может! Кто же знает? Ещё вчера я от себя и половины сделанного не ожидала, а сегодня полночи размышляла о том, на что обреку сына, уйдя от Игоря сразу же.

Вариант, оставить Ваню с отцом, я даже не рассматривала. Это что-то из области фантастики. Ужасной фантастики, если такая бывает.

— Такое само не рассосётся, — грустно ухмыльнулась, сделав глоток обжигающего напитка. — Для решения любой проблемы нужен диалог. А мы не разговариваем, крёстная. Больше нет. Да и как бы это было, мне очень интересно? Дорогая, я завёл любовницу, давай обсудим, как нам жить дальше?

— Ты уж так и уверена, что любовницу, — некрасиво передразнила меня крёстная.

— Не уверена, — проигнорировав её ехидство, я спокойно объяснила: — Но скоро буду. Я наняла детектива.

— Кого?!

— Знаешь, крёстная, есть такие люди, которые за денежку проследят за кем угодно. Снимут что угодно. И узнают много чего интересного…

— Господи, что ты творишь?! — плотину прорвало. — А если он узнает?! Если заметит?! Ты представляешь, какой будет скандал? Да он выставит тебя из этого дома!

Глава 5

К моему глубочайшему сожалению, муж явился домой на обед. Такой приторно заботливый и взволнованный, что ещё сильнее захотелось его стукнуть.

Неужели такую обеспокоенность моим самочувствием можно сыграть? Нет, кажется, Игорь на самом деле переживал. Даже несколько раз во время нашего разговора предложил всё же вызвать врача, но, получив от меня отказ, раз за разом лез обниматься и целоваться.

Я вообще перестала что-либо понимать.

Что тогда ему даёт любовница, если он продолжает обо мне беспокоиться, за меня волноваться и любить? Может, и нет никакой любовницы? Возможно, есть только скверное стечение обстоятельств и моя навязчивая идея?

— Игорь, ты заразишься, — оттолкнув мужа, я кое-как улыбнулась. — У нас всё хорошо. Крёстная пока погостит у нас. Возьмёт на себя заботу о Ванечке. Она меня уже, вон, куриным бульоном своим накормила. Я просто немного полежу, хорошо?

— Да я не против, Катюнь. Просто очень соскучился.

Соскучился он… А соскучился ли? Может, он мне так пыль в глаза пускал, уделяя мне внимание и притворяясь заботливым и любящим? Вот чуть не попался на горячем и перешёл к другой тактике, чтоб отвести от себя подозрения!

Окинув стоящего рядом мужчину подозрительным взглядом, я слабо запротестовала:

— Позже покажешь, как соскучился. Вот как я пойду на поправку, так и покажешь.

— Злая ты, Катюнь. Бессердечная. Как колечко, кстати? Похвасталась? — отдёрнув края пиджака, Игорь всё же перестал распускать шаловливые руки. — Я заходил в твой блог. Почему ты не постишь мои подарки?

— Потому что счастье любит тишину, а я заболела, — уклончиво ответила я, нервно поправив свой домашний спортивный костюм.

— Ну и правильно, Катюнь. Заказать что-нибудь? Хочется чего-то?

Что-то определённо происходило. Я не понимала, что именно, но это мне не нравилось.

Игорь боялся, что я выложу в свой скромный блог фотографию кольца и кто-то из знающих отпишется мне в комментариях, что к нему прилагается ещё и браслет? Это потому он окружил меня своей заботой и вниманием?

— Полежать мне хочется, — сквозь плотно сжатые зубы, выдохнула я. — Иди уже, пообедай куриным бульоном и возвращайся на работу, Игоряш. У нас всё будет хорошо. Спасибо, что волнуешься.

Мне стоило огромных усилий дождаться ухода Игоря. Для меня вообще было сюрпризом, что он примчался в обед домой к больной жене. Не припомню такого за пять лет брака. Да и до брака я не была нежной ромашкой, чтобы во время моей простуды нужно было торчать у моей кровати.

Стоило войти в кухню, где за плитой колдовала моя крёстная, как я тут же получила порцию нравоучений:

— У тебя хороший муж, Катюш. Что бы там у вас ни произошло, а он всё-таки любит тебя.

Ох, ну да, конечно. Один раз заглянул в обед домой — уже приставлен к награде.

— Я его тоже люблю, крёстная. Только что это меняет? Мне делать вид, что ничего не произошло? Сквозь пальцы смотреть, как он пропадает из дому, задерживается на работе, как деньги уплывают в "неизвестном" направлении? Наверное, я могу, — пожала плечами. — Но вряд ли это продлится долго и не скажется на моём здоровье и психике.

Я бы сказала что-то ещё… Попыталась бы в диалоге разобраться, чего я на самом деле хочу и что чувствую, но вибрация моего телефона сбила с меня всю откровенность.

— Да, — приняв вызов с неизвестного номера, я задумчиво закусила губу.

Крёстная обернулась, увидела, что я говорю по телефону, и махнула на меня рукой.

Правильно, нечего облагораживать моего мужа. Я со временем сама разберусь, когда и почему его так переклинило.

— У нас уже для вас кое-что есть, — сквозь шипение и треск до меня доносился мужской голос.

— М-м-м? У кого, у вас? — глупо переспросила я.

— Цель расследования уже выполнена. Рядом с вами есть ресторан «Виктория». Встречаемся там через час, Екатерина.

Вызов прервался, а я несколько минут недоумённо таращилась в телефон, до конца не осознавая, что только что произошло.

Кажется, я стала жертвой каких-то мошенников. Теперь не просто тридцать тысяч в трубу, а ещё и проблем для своей семьи организовала, как ненормальная, клюнув на сайт, обещающий мне и слежку, и распечатки звонков, и взломы соцсетей, и всё.

— Катюш, ты что-то побледнела…

Не побледнеешь тут.

— Вроде бы мне позвонили с этой детективной службы… Говорят, что всё готово… Надо встретиться.

Елена Александровна всплеснула руками, едва не выронив деревянную лопаточку:

— Не ходи, Кать. Не ходи! Учти, обратной дороги уже не будет, — немного помолчав, крёстная нахмурилась. — А что значит, вроде.бы?

— Да как-то странно это.

Я чётко обозначила свою цель. На сайте всё было даже по рубрикам. Мимо супружеской неверности и её фиксации я, разумеется, не прошла. Только это ведь было ночью… Этой ночью!

Игорь весь вчерашний вечер был дома. Ночью тоже. Утром был на работе. В обед здесь… Он только недавно ушёл. Что они могли там раскопать? Да и когда, если этой ночью я только перевела ту несчастную тридцатку?

Глава 6

Да где бы я взяла такие деньги? Нет, у меня, конечно, была энная сумма… Скажем, излишек, после некоторых трат, которые оплачивал муж, но ведь я уже Ваньке подарок присмотрела от себя, да и с Игорем мы ввели традицию, на день рождения сына тоже друг друга поздравлять.

Ерунда какая-то. Жила жизнь с миллионером, а у меня лишнего миллиона нигде не завалялось, чтобы по-тихому можно было сотню снять и не бояться лишних расходов от детективного агентства.

Выход у меня был один — врать. Снять деньги с нашего общего счёта и молиться, чтоб Игорь не спросил на что, а поскольку он всё-таки спросит… В общем, врать я не хотела. Попросту не могла, потому что уже соврала о своей болезни и что-то выдумывать ещё казалось просто глупостью!

Нужно было что-то придумать за два дня. Именно такую отсрочку я взяла на подумать перед вымогателем-детективом. Или кто он там вообще?

Я шагала по оживлённой улице и не замечала никого вокруг. В моей голове всё никак не хотело вставать в один ряд. Что ни решение, то десяток сомнений и противоречий.

Нужны ли мне вообще те доказательства? Что от них толку в суде? Брачного контракта у нас нет, за супружескую неверность не привлекают к уголовной ответственности и не закидывают камнями. Какой мне будет толк в новой порции омерзения и боли за целую сотку, если не больше?

Всё ведь уже ясно как божий день. Я в такие совпадения и «показалось» никогда не верила. Конечно, бывает что-то вроде стечения обстоятельств, но слишком их много вертелось вокруг Ангелины.

Стоило вспомнить о ней, как, подойдя к парковке у своего дома, я её же и увидела.

Длинные чёрные волосы трепал холодный ветер. Она куталась в рукава своего полушубка, а её мужчина заботливо одевал на её голову шапку.

На миг у меня перехватило дыхание от этой картины. Было в ней что-то интимное и мерзкое, такое, что переполняющие меня противоречивые чувства отзывались и тоской, и раздражением.

Сама не заметила, как остановилась.

Стояла как вкопанная и смотрела, как брюнет, явно восточных кровей, запечатлел на её лбу нежный поцелуй, после чего помахал ей рукой и двинулся в сторону нашего подъезда.

Мне было плевать на себя в тот момент. Мне почему-то сделалось так противно и горько за другого человека, которого она обманывает, что я с силой сжала перед собой кулачки.

Зачем люди так поступают? Почему врут своим вторым половинкам? Бог с ними, пусть изменяют! Наверное, я никогда не пойму их причин и не разделю хоть на сколько-нибудь эту позицию, но для чего жить в обмане, делая больно другим людям? Почему просто не сказать правду и перестать обманывать?! Хочешь свободы? Бери её — вот она, где-то рядом со штампом о разводе. Всё же просто…

Проводив взглядом удаляющуюся Ламбу соседки, я всё же сделала шаг к дому. За ним ещё один и ещё один, пока не поняла, что мне на самом деле нужно.

Возможно, я излишне подвержена стереотипам, но ведь восточная кровь — она горячая не в пошлом смысле. Они вроде как вспыльчивы, скоры на расправу…

Опомниться не успела, как стояла рядом с дверью кума и настойчиво звонила в соседнюю дверь.

Мне было плевать абсолютно на всё. Пусть её бойфренд хоть убьёт её, лишь бы она исчезла из жизни моего мужа и у нас стало всё как раньше. Я понимала, что сделаю больно ещё одному человеку, который ни в чём не виноват и является такой же жертвой, как и я, в интригах Ангелины и Игоря, но меня уже было не остановить.

…да и нужная мне дверь распахнулась.

— Чем обязан? — чистейший русский язык донёсся до меня одновременно со звуками моего голоса.

— Здравствуйте. Меня зовут Катя. И я жена того, с кем вам изменяет ваша девушка.

Перевела дыхание, лихорадочным взглядом осмотрев стоящего в дверном проёме мужчину, и нахмурилась.

— Сегодня она была с ним в отеле. Утром. Вчера… — вскинув перед собой руку, я оттопырила указательный палец, продемонстрировав ошарашенному мужчине вчерашний подарок Игоря, — Он купил гарнитур. Кольцо подарил мне, а браслет из него вашей девушке. Обновки не заметили? — голос угрожающе надламывался.

Я готова была перейти на крик в любое мгновение.

Вместо вопросов или диалога, мужчина кивнул себе за спину и попятился по широкому, заставленному шкафами по обе стороны, коридору.

«Куда он идёт?! Куда пошёл?! Он что, ненормальный?!» — воя от отчаяния, надрывалось моё подсознание.

В один миг я забыла обо всех мерах предосторожности и шагнула в квартиру следом за незнакомцем.

— Вы… слабослышащий?! — мой голос сочился злостью и раздражением. — Я сказала, что ваша девушка спит с моим мужем!

В проёме просторной гостиной замер амбал, глядя на меня с сомнением и насмешкой.

Нет, ну он точно больной! На всю голову!

— Катя, если не ошибаюсь?

Я кивнула на чистых рефлексах, до конца не веря, что это широкоплечее недоразумение всё-таки заговорил.

— Так вот, Катя, у меня нет никакой девушки. Вам принести воды?

Мозгов себе принеси! Какая мне разница, какие у них там отношения?!

Глава 7

Сердце грохотало в груди как заведённое, ладони вспотели, кровь шумела в ушах, но решительности у меня было хоть отбавляй.

— Владислава Викторовна, — застав свою помощницу по хозяйству вместе с Ваней и моей крёстной, колдующей на кухне, я нервно расстегнула пуговицы на пальто, — Соберите, пожалуйста, несколько чемоданов. Самого необходимого…

Взгляд упёрся в графин с водой и лишил меня дара речи на несколько минут.

Пока я жадно пила и пыталась выровнять дыхание, ни одна женщина с места не сдвинулась.

— Папа уезжает в командировку, — вдоволь напившись, я соизволила всё же объясниться.

Отставила графин со стаканом в сторону и, подхватив на руки сына, многозначительно посмотрела на крёстную.

Что? Не думала же она, что чемоданы должны быть собраны мои и Ванюши?

Ничего не изменилось. Каких бы я ошибок не наделала, что бы ни выкинула, а моё мнение не изменилось — уйти должен Игорь! Страдать должен Игорь! Я жертвой не буду!

Крёстная на это лишь вздохнула. Выключила конфорку и, отложив в сторону одно из кухонных полотенец, растерянно пожала плечами.

— Как обычно? — Владислава Викторовна тоже была несколько растеряна и сбита с толку, подозреваю, моим появлением в кухне, — но собрана, как и обычно.

Женщина с аккуратно уложенными в высокую причёску тёмными волосами, которые украшал чёрный «крабик», с готовностью шагнула вперёд.

— Да. Как обычно.

Ага! Как обычно! Да нет никаких у Игоря командировок. Какое здесь как обычно? Все всё прекрасно поняли. Как бы мне ни хотелось, а шила в мешке не утаить.

Стыдно было до одури. Ещё позавчера мы сидели за одним столом и мило улыбались друг другу, а сегодня я выгоню отца своего ребёнка из нашего дома. Такая она… жизнь. Моя жизнь.

— Поможешь маме раздеться, Ванюш? — проводив тревожным взглядом Владиславу Викторовну, выпорхнувшую из кухни, я вымученно улыбнулась. — А потом мы с тобой поиграем. И почитаем. Обязательно ещё посмотрим твоих любимых богатырей…

Сын радостно кивал, довольно щуря серо-зелёные глаза, а на крёстную я предпочитала не смотреть.

Грядёт война. Мне ни к чему сомнения, а разговор с Еленой Александровной непременно их породил бы в моей душе.

Не успели мы с сыном покинуть пределы кухни, как раздалась незатейливая мелодия дверного звонка.

Словно чувствуя приближение битвы, я обернулась, чмокнула сына в лоб и попросила хорошо себя вести с бабушкой. Усадила Ваню на стул и кивнула крёстной.

Пора было дать первый бой!

…хотя о чём я думала, для прихода Игоря рано ведь?

Быстро добравшись до гостиной, я расслышала сбивчивый голос своей помощницы по хозяйству:

— Я не очень поняла. Вам Игоря Анатольевича или Екатерину Сергеевну? И представьтесь. Должна же я как-то о вас доложить.

Шумно сглотнув, я прошла дальше, замерев за спиной Владиславы, и встретилась с карими, практически чёрными как ночь глазами.

— Хозяйку дома мне, — оттопырив указательный палец, мужчина указал на меня и сдержанно улыбнулся. — Я выразился более чем ясно. Как вы себя чувствуете? — этот вопрос уже адресовался напрямую мне.

Переступив с ноги на ногу, я всё-таки нашла в себе силы расправить плечи и упрямо встретить взгляд отца любовницы моего мужа.

— Оставьте нас, пожалуйста.

Я, конечно, не собиралась вступать в перепалку с этим амбалом, по нелепой ошибке принятым мной за бойфренда Ангелины… Но раз уж мужчина сам ко мне пришёл.

— Я пойду?

Кивнув, я отпустила женщину выполнять своё предыдущее распоряжение, а сама язвительно усмехнулась:

— Рассказали уже доченьке о моём визите?

— Я не мог не поговорить перед этим с вами, — очень правдоподобно заверили меня.

Только я не наивная овечка. Я прекрасно понимала, что никто за мной не гнался, не следил и даже не спускался. Убегая из квартиры этажом выше, я прислушивалась к каждому шороху и готова поклясться, никто за мной не шёл.

Откуда бы этот амбал узнал мой номер квартиры и адрес, если не звонил дочурке, вывалив на неё всё, услышанное от меня ранее?

— Катерина, если позволите, — мужчина сделал шаг по направлению моего порога.

— Не позволю! — тут же вскинулась я, загородив собой проход. — Уходите. Готовьтесь к знакомству с будущим зятем, дальше позволяйте дочери всё что только угодно… До свидания!

Он непонимающе моргнул, но попытки попасть в мою квартиру прекратил.

— Почему вы так смотрите? — кажется, меня несло. — Неужели не знали, что если распускать детей и всё им позволять, то вырастет нечто не совсем отягощённое моралью? Зачем вы пришли? Я в полном порядке! Я прекрасно себя чувствую! Уходите же уже!

Сложив на груди руки, амбал замер истуканом практически на моём пороге и уставился на меня задумчивым взглядом.

— Я вас десять минут знаю, а, кажется, что уже в курсе всех ваших диагнозов! Вы почему меня опять игнорируете? Почему не слышите? Уходите!

Глава 8

Я на самом деле собиралась это сделать — принять в своём доме любовницу своего мужа вместе с её отцом.

Ради такого случая пришлось звонить Игорю и просить прийти домой пораньше. Я, конечно, намекнула, что у нас будут гости, но не проговорилась, кто именно, за весь наш трёхминутный разговор.

Правда, потом я вспомнила, что Владислава собирает его вещи в нашей спальне, и ехидная улыбочка с моих губ мгновенно сползла.

Пришлось бежать туда и отменять готовящуюся битву. Для неё было не время, а вот сражение, первое и, скорее всего, решающее, я намеревалась выиграть.

Дабы не травмировать крёстную, ей я тоже ничего не сказала. Я знаю её почти всю свою жизнь — актриса из неё никакая. Она, чуя неладное, либо спрячется , как это обычно бывает, до ухода Игоря из дому или забаррикадируется на кухне, чтобы меньше с ним пересекаться. Была ещё одна стадия… но там уже уголовной ответственностью веяло. Не будем о ней.

Я справлюсь. Должна справиться. Как бы мерзко ни было, но пусть до неё уже дойдёт, с кем и чем она возится. Мы семья. У нас маленький ребёнок. Пусть что-то в нашем браке пошло на убыль, но в нём по-прежнему есть нечто хорошее. Или было?

Неважно. Ничего больше неважно.

Стыдно было признаться самой себе, но мысль о том, что в нашем доме встретятся Игорь и Ангелина вызывала во мне не только омерзение, но и жуткий интерес. Мне почему-то казалось, что этот вечер должен всё прояснить, что кто-то из них непременно не выдержит, где-то проколется, что-то лишнее сболтнёт, как-то посмотрит…

Голова шла кругом.

Чередуя занятия с Ваней, забеги на кухню и мониторинг соцсетей любовницы своего мужа, я чуть не прошляпила назначенное время. А всё из-за недавнего клипа, выложенного Энжи, где одна из её подписчиц заметила новый браслет.

— Вот же гадина! — глядя на три красных сердца, что являлись ответом на вопрос, кто подарил, я плотно сжала губы.

Так захотелось выплюнуть что-то ещё, но взгляд сместился к правому углу экрана, и я встрепенулась. Оставалось полчаса до назначенного времени.

— Крёстная, одевай Ваню, — пробегая мимо гостиной в свою комнату, прокричала я.

Не могла же я появиться в одном помещении с любовницей своего мужа в свободном, однотонном платье-свитере, без макияжа и укладки?

Немножко пришлось повозиться возле столика для макияжа, потом понервничать, перебирая неподходящие платья… В конечном счёте я плюнула на всё и выбрала довольно строгое чёрное платье.

А что? Чёрный мне идёт. Да и цвет подходящий. Вот если отец Ангелины всё-таки решит набить морду моему мужу или проболтается о нашем разговоре, как раз кстати — почти траурное.

Подкрасив губы суперстойким матовым блеском, я отошла от зеркала и нервно переступила с ноги на ногу.

Да, Энжи я, откровенно говоря, проигрывала. У неё было всё — молодость, идеальная кожа, идеальная фигура, идеальный макияж, идеальные волосы и какое-то прирождённое чувство стиля. Она яркая девушка, что уж греха таить. Бестолковая, правда, но это в первые минуты не бросается в глаза, так что… Придётся брать харизмой и измором!

Впрыгнув в туфли, я понеслась проверять сына и крёстную.

К приходу Игоря я успела себя накрутить до такой степени, что даже забыла о том, что обоснования для этого ужина у меня нет! Вот просто нет!

— Владислава накрывает на стол, не многовато приборов, Катюнь? Мы кого-то ждём?

Это было фиаско. Всем фиаско фиаско.

Около полугода назад, когда я начала выходить на пробежки и как-то проводить больше пары часов без сына, я пыталась подружиться с Ангелиной. Как-то так получалось, что мы постоянно пересекались то в лифте, то во дворе дома. Несколько раз даже в одном и том же торговом центре бродили. В общем, не срослось. Я — не её аудитория. А я ещё, глупая, хотела как-то наладить контакт через её так называемую профессию. Спросить совета по раскрутке, по контенту, чтобы завязать общение и как-то её заинтересовать. Если честно, даже подумывала купить у неё рекламу для своего блога, но…

Как она мне тогда сказала? Сделаешь первый миллион, подходи? Свой какой-то обучающий курс по соцсетям, кажется, хотела мне впарить.

— Катюнь?

Я так глубоко ушла в воспоминания, что напрочь забыла о муже. Но зато хоть из ступора вышла и бояться перестала.

— Давай мы просто подождём? — всё, на что хватило моей фантазии.

Слава у, послышались звуки дверного звонка и я, с чистой совестью, упорхнула встречать гостей.

— Катенька, добрый вечер. Очаровательно выглядишь, — отодвинув в сторону мою домработницу, елейным голоском пропел амбал.

Вошёл, как так и надо, в мой дом и самым наглым образом полез ко мне обниматься.

Я растерялась настолько, что застыла истуканом, впившись взглядом в не менее растерявшуюся и ошарашенную Ангелину, которой не передалась наглость отца.

…хотя постойте, лучше бы ей передалась наглость отца, входить в чужие дома, как в свои собственные, чем спать с чужими мужьями!

Момент истины. Я услышала звуки приближающихся шагов и развернулась в правой руке Дамира Дорофеевича, крутанувшись на невысоких шпильках.

Глава 9

Всё прошло идеально. Я так не смеялась очень давно. Дамир оказался очень хорошим рассказчиком и весьма щедрым на комплименты. Ужин, сын, мой блог — практически всё, что видел, он хвалил! И так странно, непременно выворачивал всё в мой адрес. Я в какой-то момент поймала себя на мысли, что мне приятны его похвала и комплименты.

Даже язвительное высказывание Энжи: «Ну да, хороший блог. Полгода, а миллион так и не сделала», не испортило мне настроения, потому что Дамир и тут вставил комплимент:

— Хороший — не значит популярный, Ангелина. Он очень полезный. Там много развивающих методик. Много представлений, выставок, мастер-классов с детьми и выступлений из детский центров вашего города. Катя — прекрасная мама, не сидящая с ребёнком целыми днями дома, а развивающая его, прививающая ему любовь к искусству и музыке.

— Конечно, папа, ты прав, — язвительно усмехнулась на это любовница моего мужа.

У неё вообще настроение заметно снизилось, после того как ей пришлось снять браслет из МОЕГО гарнитура.

…а вот красноречие её отца вылилось на меня весьма бурной сценой ревности.

— Что это вообще было?! Почему ты позволяешь так себя вести с этим человеком?!

— Как? — глупо уточнила я, искренне не понимая, что в моём поведении могло не понравиться мужу.

— Катя, не притворяйся дурой! — гаркнул Игорь, чего я уже очень давно не слышала. — Ты сидела со мной за одним столом, то так меня обнимала, то эдак, а сама хохотала и хихикала с шуточек этого… неуравновешенного!

Спасибо, конечно, Игорю, что он дотерпел до конца ужина и того момента, когда наши гости ушли, но моя крёстная по-прежнему сидела рядом, а мне было чертовски зло и неловко, что меня отчитывают при ней.

— Сколько этот неуравновешенный тебе предложил, Игоряш? — едва сдерживая рвущуюся наружу злость, прошипела я. — Пятьдесят миллионов? Шестьдесят? Ты обо всех своих клиентах и партнёрах так отзываешься?

— Да при чём здесь деньги?! Ты должна была его поставить на место!

Ага. Сказал мне тот, кто спит с дочерью этого неуравновешенного.

— Что это вообще за манеры? Почему он полез к тебе обниматься? Кольца твои считает и различает… Катя!

Прикусив нижнюю губу, я тихонько напевала себе незатейливую мелодию под нос, чтоб не взорваться.

Как тут было разобраться в истинных причинах развернувшейся сцены? Как не беситься?

Игорь кричал, потому что был вне себя от ревности? Или он вышел из себя из-за того, что, кажется, понял, как облажался с гарнитуром «Венера»?

Наверное, всё-таки из-за кольца его так переклинило. Не зря же он выделил этот аспект.

Такое оно — бумеранговое комбо. Накрыло со всех сторон. Правда, я предусмотрительно молчу, но это не значит, что этим вечером Игорь не опозорился и передо мной, и перед Ангелиной.

— Отстань. Он просто такой человек. Или не такой? Пойди и спроси у него, — улыбнувшись, я поправила манжеты на рукавах платья и вышла из-за стола. — Я переодеваться. Потом помогу Владиславе убрать со стола и пойду купать Ваню. Можешь меня не ждать, ложись один.

Увы и ах, той ночью муж меня не дождался. Во-первых: Ванька требовал одну сказку за другой, а во-вторых… мне было просто очень приятно, знать, что он не спит и ждёт меня. А для новой порции нагоняя или ради извинений, совсем неважно.

Уснула одновременно с сыном. Благо я ростом не вышла. И ста семидесяти сантиметров не наберётся. Ванюшка упирался коленями в мой живот, я, поджав ноги, балансировала на краю его детской кровати, но спала, аки младенец.

— Катюнь… я сегодня уйду пораньше. Ты прости меня, дурака ревнивого, — шелестящий шёпот разбудил меня немногим раньше мерзкого, мокрого поцелуя в щеку. — Перебирайся на нормальную кровать, неудобно же…

Неудобно от предателя поцелуи получать, а до такой неприятной побудки мне очень даже удобно спалось.

— Угу, — вяло буркнула и крепче обняла сына, повернув голову так, чтобы волосы упали на лицо.

— Ну, спи, спи.

Наконец-то прикрыв дверь детской, Игорь вышел из комнаты, оставляя после себя горький шлейф своего парфюма.

От собственно догадки я встрепенулась. Нахмурилась, уставившись в мешающие обзору волосы и какое-то время лежала, не шевелясь и дыша через раз.

Пораньше, значит?

Я, кажется, даже знала, что это за «пораньше» такое! Побежал к Ангелине? Поехал в отель на встречу с ней! Поругать? Он явно вчера был недоволен её появлением в нашем доме, но кто разберёт, что там у него в голове. Оправдаться за свой подарок? Непросто же так он вчера на кольцах зациклился, отчитывая меня перед крёстной.

Всё! Полежала, подумала и всё — сна ни в одном глазу.

«И почему я взяла паузу в своём расследовании? Было бы здорово, если бы детектив работал в режиме реального времени. Сейчас бы не плясали омерзительные картинки перед глазами и голова не была бы забита предположениями,» — с этими мыслями я начала новый день.

Сходила в душ, выпила кофе, пока готовила Ваньке завтрак, встретила Владиславу Викторовну, предложив ей составить мне компанию за чашечкой бодрящего, и всё это под исследование соцсетей Энжи.

Глава 10

Пока упаковывала Ваню в тёплый, зимний костюм, вспотела и раскраснелась. Жизнь рушилась, но данные сыну обещания нужно было выполнять.

— Идём, Ванюш. Мама машину вызовет на улице уже, — оттянув воротник свитера, я расстегнула пуговицы на пальто и, крепко сжав маленькую ручку, выпорхнула из квартиры.

До начала представления в детском развлекательном центре «Вулкан» оставалось полчаса. Мы успевали при любых раскладах, потому я особо и не спешила, позволив себе немного остыть.

— Босс…босс… босс… молокосос, — тихонько напевал сын, притопывая маленькими ножками в лифте.

Я лишь закатила глаза.

С большим удовольствием я бы отвела Ваньку на детский, новогодний утренник, но что-то в ноябре месяце их в программках не появлялось. Зато вот «Босс-молокосос и компания» обещали неплохую программу для самых маленьких и, конечно же, горячо любимые сыном подарки.

— Ванюш, в лифте не топай, — лишь вздохнула я.

Какие дети? Какие аниматоры и подарки? У меня муж с любовницей пропали с радаров, а я занимаюсь какой-то ерундой. Мы могли бы сходить в «Вулкан» и на следующей неделе. Там программа была рассчитана аж до второго декабря, но нет же, мне нужно было хвататься за всё сразу, лишь бы не сидеть на месте и перестать названивать мужу.

И на что я только рассчитывала?

Качнув головой, я попыталась сосредоточиться на предстоящем мероприятии, и заблаговременно достала телефон из сумочки.

Уже на улице вызвала такси, поправила Ваньке шапку, застегнулась сама и, пока прятала телефон в сумку, услышала звонкое:

— Клёсный!

Егор шёл с парковки, неся на плече спортивную сумку, и приветливо нам улыбался. Меня от одного его вида откровенно подмутило.

Никогда не перестану удивляться человеческой наглости и бесстыдству.

— С тренажёрки? — вместо приветствия спросила я, наблюдая за тем, как кум деловито здоровается с крестником за руку.

— Да. Привет, Катюх, — поддавшись вперёд, мужчина хотел было по привычке чмокнуть меня в щеку, но что-то внутри меня взбунтовалось, заставив резко отпрянуть. — Ты чего?

А чего это я? Надо подумать…

Да нечего здесь думать! Одни предатели кругом, притворяющиеся любезными и доброжелательными! Удавила бы!

— Да странно вы работаете, Егор, — довольно быстро нашлась с отмазкой я. — Игорь, значит, чуть ли не с восходом солнца на работу бежит, а ты до обеда в тренажёрном зале потеешь. Не хотел бы подменить моего мужа, чтобы он с семьёй побыл?

Голубые глаза недовольно прищурились.

— Так вышло, Катюх, — подозрительно сдавленно обронил он.

«А что это такое? Что это такое я вижу и слышу? Или что это такое мне кажется? Он… расстроился?» — пронеслось в моей голове.

— А вы куда такие красивые? — кашлянув и почесав нос тыльной стороной ладони, Егор опустил взгляд вниз и переключил всё внимание на своего крестника. — Поведёшь маму в ресторан, Ванёк?

— Плиехал босс-молокосос.

— О-о-о-о, — протянул мужчина. — Меня с собой возьмёте?

У меня аж перед глазами цветные пятна заплясали.

Программа рассчитана на целый час. Бонусом шли не только подарки детям, но и полчаса в игровой комнате. Стоило только представить, что мне придётся выносить общество лживого кума такое количество времени, как мне сделалось нехорошо.

— Прости… — начала было я, но мой невнятный протест, не до конца сформулированный даже в моей голове, заглушил гудок машины.

— Катерина, — всё, что сказал отец любовницы моего мужа, выглянув в окно с заднего сидения чёрной иномарки.

— Прости, Егор! Мы спешим! — пробормотала я, живо схватив Ваньку за руку и распахнув дверь чужого автомобиля.

Разместившись в машине, я нажала кнопку стеклоподъёмника и послала Дамиру извиняющийся взгляд:

— Извините за вторжение, но я… Мы можем отъехать от дома? А на повороте уже мы быстренько выскочим.

Ошарашенный мужчина, забившийся к окну в собственном авто, сначала заторможенно кивнул, а потом покачал головой:

— Всё в порядке. Костя отвезёт вас, куда скажете. Я несколько… растерялся. Здравствуй, Ваня.

Бегло осмотревшись, я пришла к выводу, что Костя — водитель. Сугубо методом исключения. Кроме него и Дамира Дорофеевича, в машине просто больше никого не было.

— Добрый день, — подавшись вперёд, я протиснулась между передними сидениями и принялась объяснять, куда нас нужно отвезти. — К детскому развлекательному центру «Вулкан», пожалуйста. Это на пересечении…

— Я понял, — усмехнулись мне в зеркало заднего вида. — Будет сделано, Екатерина Сергеевна.

Сказать, что я была удивлена — не сказать ничего.

Откуда водитель отца любовницы моего мужа знает моё отчество? Насчёт имени, я даже особо не подумала. Он мог просто его запомнить, когда меня окликнул Дамир, но отчество…

Нахмурившись, я вторгалась в разговор мужчины с моим сыном и злобно зыркнула глазами:

Глава 11

Немного посомневавшись, я всё же не стала аннулировать своё приглашение. Да, Игорю вряд ли это понравится. Но, на минуточку, телефон у меня включён, его звонки я игнорировать не собиралась, продолжать какие-то посиделки после завершения программы не намеревалась. В конце концов, я приехала с ним на детское мероприятие, а не в гостиницу. У меня имелись билеты на руках, несколько коротких видео и десяток фотографий с сыном, которые сделал Дамир с аниматорами. Логика на моей стороне. Кажется…

Хотя кое в чём я всё-таки ошибалась.

Разговор не клеился от слова совсем. Я и так, и эдак пыталась выстроить диалог, но мужчина, едва ли не открыв рот, смотрел, на мой взгляд, одну из самых скучных программ, внимая каждому слову — и отнюдь не моему слову.

В какой-то момент я поймала себя на мысли, что хотела бы уже его отправить к детишкам, чтоб он мне нервные клетки не минусовал.

— Простите, — дождавшись хоть какой-то реплики, я с готовностью подалась в его сторону. — Я никогда не был в таких местах. В моём детстве такого не было. Ещё вчера, пробежавшись по вашему блогу, я был искренне удивлён.

Небесно-голубой диванчик скрипнул под моей попой. Я едва сдержала вздох разочарования, выпрямившись и отпрянув от своего спутника.

Говорят, первые тридцать лет в детстве мужчины самые тяжёлые. По идее, Дамиру должно было быть побольше годиков, детство должно закончиться, но что-то не очень похоже.

— Да ну вас. Досматривайте уже.

Не силой же или истериками мне было его заставлять со мной разговаривать?

Взглянув на уродливый костюм босса-молокососа, я мысленно чертыхнулась. На флаере он был симпатичнее. Раз, примерно, в сто. Двухметровое недоразумение в чёрном костюме, с огромной, преогромнейшей просто, головой, даже двигалось как-то неестественно. Мне было искренне жаль аниматора в этом костюме и жаль, что я не посмотрела фотографии с ранних выступлений, прежде чем бронировала нам билеты. Хотя Ване понравилось.

Главное, сыну вторую часть этого мультика не показывать, где главный герой уже вырос и ничуть не похож на этот уродский костюм.

Ещё раз покосившись на улыбающегося и поглощённого детским конкурсом о животных отца любовницы своего мужа, я тихонько хихикнула и полезла в сумочку за телефоном.

Более нелепой ситуации не представить, но я справилась и прямо-таки угодила в самый её эпицентр.

Перелогинившись на «Юлианна Ноготочки», я начала свой рейд по соцсетям Ангелины, со всей душой уповая на то, что игровая комната не произведёт такого впечатления на Дамира и нам всё же удастся поговорить, когда программа закончится.

«Прощать или нет?» — гласила подпись к фотографии с роскошным букетом и закрытым тёмно-синим футляром, притаившимся в углу всей композиции.

На миг у меня закружилась голова от недостатка кислорода. Его будто кто-то выжег из помещения в одно мгновение.

— Дамир, ты это видел? — часто дыша, я сама не заметила, как перешла на ты, громче приличного поинтересовавшись этим у своего спутника. — Час назад…

Протянула ему телефон подрагивающими руками и, устыдившись своей дрожи, мёртвой хваткой вцепилась в его предплечье.

Мужчина живо подобрался. Принял телефон из моих рук, когда он почти выпал, почти что поймал, и, повернув экраном к себе, нахмурил свои густые, чёрные брови.

— Ангелина знает, что ты знаешь. Это не мог прислать твой муж. Не мог подарить. Не после вчерашнего. Она тебя провоцирует.

Меня его аргументы не впечатлили.

Зачем ей это делать? Да и откуда она может знать, что я узнала о её связи с моим мужем?

— Ты сказал ей? — голос дрогнул.

— Я похож на идиота?

На идиота он похож не был, а вот на любящего родителя — очень даже. А все мы оправдываем, защищаем и выгораживаем своих детей. Такие правила. Это, можно сказать, сама природа родительства.

Но если он прав, то Энжи должна была откуда-то узнать о моей осведомлённости! Не может же она просто так постить столь точечные фотографии?

— А мне кажется, что мой муж охренел! И твоя дочь охреневшая! Здесь всё более чем понятно. Вчера я унизила её кольцом, сегодня она открыто показала, что мой муж способен подарить ей весь комплект украшений! Умышленно или нет… Это дело десятое! Всё, Дамир, мы проиграли. Они любят друг друга. Так что, давай, приятно было познакомиться. Я хватаю Ваню и бегу к адвокатам! Больше я в эту рулетку не играю!

Я готова была посреди представления схватить Ваньку и воплощать свои слова в жизнь, но крепкая мужская рука довольно грубо пригвоздила меня к месту.

От такой наглости я приоткрыла рот и едва не закричала.

— Владислава дом звонит.

— Ч-что?

Понемногу сознание прояснилось, и я опомнилась.

«Владислава. Дом.» — это контакт моей домработницы, у которой, впрочем, не было на тот момент причин мне звонить. Женщина прекрасно знала, куда мы с Ванькой собирались и где должны находиться.

— Можно потише! — зашипела на нас одна из мамочек.

Я стыдливо кивнула и выхватила свой телефон из мужских рук.