Отойди от меня... поближе

Глава 1

Начинать всё с чистого листа, на новом месте, в незнакомом городе – всегда не просто, а когда обстоятельства буквально гонят и вынуждают спасаться бегством – вдвойне тяжело. Но именно это со мной случилось, и, кроме как собраться и спешно уехать, другого выбора не осталось.

И что теперь ждёт? – не знаю. Плыть по течению – не мой вариант, я привыкла планировать, хотя загадывать ничего не буду. Посмотрим.

– Привет, сестрёнка! – на вокзале меня встречал брат, и едва я вышла из вагона, кинулась в его объятия.

– Привет, я так по тебе соскучилась.

Мы не виделись два года.

Собственно, Олег и настоял на моём переезде к нему, предложив свою помощь, когда я позвонила и рассказала, в какую неприятную историю влипла, и нахожусь в растерянности. Зато у него появилось мгновенное решение, а все проблемы сразу показались временными трудностями.

Хорошо, когда есть на кого положиться, кто не бросит в беде.

– Я тоже соскучился, – он поцеловал меня в макушку. Отстранился, подняв мой чемодан с перрона. – Что-то ты совсем налегке.

– Взяла самое необходимое, остальное можно купить потом.

– Ну и правильно. Пойдём в машину. По пути всё обсудим.

– Долго нам ехать?

– Около часа, и сначала надо будет оформить гостевой пропуск, позже получишь разрешение на постоянное проживание. И работу тебе найдём – что-нибудь по твоему профилю, у нас не только оборонные предприятия, но и всё остальное имеется.

– Здóрово, – надеюсь, всё наладится. С такой поддержкой ничего не страшно, а перемены уже не пугают.

Олег живёт в городе закрытого типа. Посторонних туда не пускают и, в целом, попасть не просто, хотя брат заверил меня, что предварительно обо всём договорился. Хозяин, как он выразился, дал добро. Правда ещё нужно сходить к нему на аудиенцию, своего рода собеседование – ответить на вопросы о себе, и рассказать, чем я могу быть полезна. Последнее слово остаётся за ним – может и отказать, если по каким-то причинам не подойду или чем-то не устрою. И тогда придётся искать новое место.

Лишь бы получилось.

– Конечно, есть свои нюансы, – продолжил Олег, выруливая с парковки вокзала. – Необходимо соблюдать правила пребывания и проживания, комендантский час и прочее, с этим вообще строго, а иначе, в противном случае, дадут срок на выселение и укажут на выход, с дальнейшим запретом на въезд.

– Как у вас всё серьёзно там, – и очень интересно.

– Так и делом занимаемся серьёзным. Зато у нас безопасно. Тихо и спокойно. Наш город военные охраняют.

– Со мной проблем не возникнет. Обещаю, я тебя не подведу, – тем более брат просил за меня.

– Да я и не сомневался, – он улыбнулся. Впрочем, тут же изменился в лице и добавил: – А вот с местными мужчинами всё-таки будь поосторожнее и повнимательнее. Нарвёшься на какого-нибудь очередного женатика, и тогда история повторится. Нельзя слепо доверять людям.

Зря Олег напомнил…

– Об этом можешь не волноваться, – я отвернулась к окну.

Хватило печального опыта в прошлом. Вот что со мной не так? Попадаются одни подонки...

– Не расстраивайся, Еська, задеть не хотел, – брат попытался сгладить ситуацию. Дотянулся до моей руки и мягко сжал пальцы. – Но ты и правда словно магнит для неприятностей.

– Да, я знаю, сама виновата.

Прославилась на весь наш небольшой городок, связавшись не с тем человеком. Он приехал руководить стройкой новой школы, про семью ничего не говорил, а его жена оказалась важной птицей. Она-то и устроила публичный разнос с полосканием «грязного белья», после которого меня уволили. И все, кому не лень, смаковали подробности, а где бы я ни появилась, люди смотрели с осуждением и бросались обидными словами: «ой, кто идёт, глазки опустила – видать стыдно стало; и чему такая детей научит, гнать таких надо поганой метлой», – и это самые приличные фразы, без мата.

– Не вини себя. На мой взгляд, вся ответственность лежит на нём, а по итогу пострадала только ты – несправедливо.

– Ладно, давай закроем эту тему. Лучше расскажи, как там Света? У неё какой срок сейчас?

– Всё у нас хорошо. Беременность тоже протекает без проблем. Двадцатая неделя пошла. Недавно пол будущего ребёнка узнали – девочку ждём.

– Как хорошо, что всё хорошо, – но некоторые сомнения ещё раньше закрались: – Жена хоть не против, что я поживу у вас?

– Нет, конечно. Места всем хватит.

– Думаю, дольше чем на неделю я не задержусь. Найду подходящую квартиру и съеду.

– С арендой у нас проблематично. Можно попробовать через администрацию решить этот вопрос, если есть свободное жильё. Поговорю с хозяином и уточню.

– Вы все его так называете?

Звучит довольно странно, режет слух, и как-то пафосно в целом.

– Только за глаза, и, если что, это уважительно. Мужик он, конечно, принципиальный, жёсткий и требовательный, зато справедливый, с правильными понятиями. Скоро сама увидишь. Сначала заедем к нему домой, как раз кое-что передать нужно, – пояснил Олег.

Глава 2

Уточнять у Олега – почему я должна держаться от сына хозяина подальше, не стала. Никакого смысла в этом нет, как и объяснять мне очевидные вещи не стóит. Хотя бы по той простой причине, что я и так не собиралась продолжать общение с этим типом, уже хватило. Да мы с ним даже не познакомились, и спрашивать его имя у брата я тоже не буду, слишком много чести ему.

Связываться с такими – себе дороже. У него же на лице всё написано, сразу видно – любвеобильный мужчина, со свободными взглядами на жизнь. Сегодня одна, завтра другая. Как я это поняла? – а вот поняла и всё тут.

Во-первых, интонация голоса у Олега, когда он говорил о нём, была с явным намёком, как предупреждение и предостережение. Во-вторых, интуиция подсказала, сигнализируя красным цветом о максимальном уровне опасности, а я привыкла доверять своим ощущениям. В-третьих, какой-никакой опыт имеется. Правда от ошибок и подонков меня это пока не уберегло и не спасло, только шишки набиваю.

Достаточно вспомнить последний случай – а ведь, казалось бы, тот, с кем я встречалась, смотрелся по-аристократически благородно и интеллигентно, по факту – обычный обманщик и изменщик.

А у этого, Салтанова, ещё и внешность броская, яркая и по-мужски красивая. Не смазливый, а именно красивый. Породистый.

«Правильные черты лица, тёмно-русые волосы с пепельным оттенком, серые глаза, ухоженная щетина на лице, загорелая золотистая кожа, рост выше среднего, спортивного телосложения», – и когда я успела разглядеть так много?

Но, если опустить эти детали, то, объективно, он действительно привлекательный, скрывать не стану. И женщины наверняка его любят, обласкан и вниманием точно не обделён. Оттого и холёный, наглый, самоуверенный тип. Таких я не просто обхожу стороной, а даже, откровенно говоря, побаиваюсь.

Поэтому, в советах брата не нуждаюсь.

Меня в целом напрягают и отталкивают люди, которых я, по необъяснимым причинам, могу чувствовать лучше чем других. Салтанов не исключение – у него бешеная, зашкаливающая энергетика, и какая-то по-звериному дикая что ли. А если уж я ощутила дискомфорт, раз мой внутренний сканер сработал, то сама буду держаться от него подальше.

Хотя и это не гарантия того, что не нарвусь на очередного непорядочного, нечестного человека, и тогда снова обожгусь.

– Еся, ты где зависла? – Олег пощёлкал пальцами перед моим лицом.

– Что? – вынырнув из своих мыслей, я растерянно уставилась на него.

Кажется, мой брат что-то рассказывал по пути, а я его не слушала – голос фоном звучал, словно радио.

– Если тебе всё равно, то могла бы сразу остановить меня, а то говорю сам с собой, – сделал замечание он.

Неудобно-то как.

– Прости, я устала после дороги, – ответила первое, что пришло на ум.

– Надеюсь, твоя задумчивость не связана с сыном хозяина.

– С чего бы? – вопрос сильно удивил. Олег отчасти угадал, и, в то же время, не совсем. И в чём-то признаваться не хочется, тем более оправдываться.

– Мы приехали, а ты и не заметила, – брат покачал головой.

Так и есть. Находимся во дворе трёхэтажного частного дома.

Но…

– А при чём тут он? – упорно не понимаю.

– Ну как же, младший Салтанов – любимчик местных женщин разных возрастов – и молодых, и тех, кто постарше, замужних и свободных. Все на него реагируют одинаково. Обходительный и приятный в общении – он быстро располагает к себе, чем умело пользуется.

– Я – не все, – подобная формулировка и сравнение мне не нравятся, – и, поверь, моя скромная персона его не заинтересует, и ещё я не увидела в нём ничего из сказанного тобой, кроме бесцеремонности и наглости. А следуя твоей логике, Света тоже без ума от него – или беременных это не касается?

– Ладно, всё, не кипятись, я был неправ, не стоило обобщать, извини, – Олег схватил мою руку, когда я начала излишне жестикулировать.

– Давай забудем об этом, я тебя услышала – и близко к нему не подойду, можешь не сомневаться.

– Хорошо, – брат шумно вздохнул, затем добавил: – Ты пока побудь здесь. Если понадобишься, то я позову.

Но это ведь не про меня – просто сидеть и ждать.

Конечно, я вышла из машины и направилась вглубь невероятно красивого сада. Витающие в воздухе ароматы цветов так и манили понюхать их, потрогать, полюбоваться. Более того я разулась – мягкая трава под ногами щекотала и массировала ступни, и вся обстановка в целом расслабляла, действуя умиротворяюще.

А потом моё внимание привлекла девочка, на вид – лет пяти-шести. Судя по всему, залезть на дерево она смога без труда, а вот обратно спуститься – уже нет. Побоялась, вероятно. И причина необдуманного поступка тоже ясна – в руках у неё был котёнок.

– Эй, не плачь. Тебя как зовут?

– Лиза, – шмыгая носом, ответила девочка. – Только маме не говори, она ругаться будет.

– Не скажу, – пообещала ей, тем более не знаю, чей это ребёнок. Наверное, она имеет какое-то отношение к семье Салтановых? Хотя… Вообще не факт. Учитывая то, какой большой у них дом, скорее всего есть обслуживающий персонал, и девочка, например, пришла на работу с мамой. – Подожди, сейчас я помогу.

Глава 3

– Так ты Есения, – Салтанов-младший хищно улыбнулся и подмигнул мне, а проходя мимо, чуть притормозил и, наклонившись ближе, тихо сказал: – Стой смирно и не дёргайся, мой отец – генерал, и перечить ему не советую. Как со мной – дерзить уже не получится, иначе вылетишь из города в два счёта. Ну а теперь я оставляю тебя с этой мыслью, – он кивнул и направился дальше.

Вот же… Гад!

– Я повторяю свой вопрос: что здесь происходит? – вероятно, сам хозяин пожаловал…

Разнос устроит? Если да, то и без того страшно, и без того дрожу, боясь посмотреть назад. От его громогласного, басистого, властного голоса, со стальными, режущими слух, нотками, хотелось зажать уши руками, а лучше всего – сбежать отсюда.

Даже котёнок притих и перестал жалобно мяукать.

Интересно, Салтанов-старший всегда таким тоном говорит или он чем-то недоволен?

– Ничего не происходит, – непринуждённо ответил ему сын. – Всё, я ушёл, меня здесь не было.

Где-то я уже слышала что-то подобное…

– Е-се-ни-я… – с замечанием произнёс Олег, выделяя моё имя по слогам и явно намекая отмереть, не стоять как истукан, да ещё спиной к генералу – первому лицу города.

– Здрасьте, – медленно повернувшись, пролепетала я и выдавила из себя улыбку, буквально вымучила, и, наверное, глупо выгляжу сейчас. Что делать – тоже не понимаю. То ли извиниться за что-то надо, то ли сразу уйти, понуро опустив голову?

– Значит, это и есть твоя сестра? – уточнил он у моего брата, а сам при этом внимательно изучает меня, смотрит так въедливо и цепко, словно в душу пытается проникнуть и выведать все тайны.

И на самом деле, я представляла хозяина по-другому, как минимум помоложе, по факту – на вид мужчине лет шестьдесят, плюс-минус. Хотя… Чему я удивляюсь? Вон у него какой взрослый сын. Но они почему-то совсем не похожи, как будто и не родные вовсе, ничего общего нет во внешности.

– Да. Есения, – Олег показал жестом руки – подойти к ним ближе, а я не в состоянии сдвинуться с места. Казалось, если шагну, то тут же и рухну на колени, опозорившись окончательно.

– Всеволод Петрович, глава этого города, – обозначился Салтанов-старший и следом спросил: – Как вы добрались? Всё хорошо?

В ответ я неопределённо пожала плечами.

Он ведь из вежливости поинтересовался, а не потому, что ему это важно знать. А так, да, я бы могла сказать про то, о чём мечтаю в данный момент – выспаться. В транспорте я не умею расслабляться, и стук колёс поезда меня совсем не убаюкивает, а только напрягает и раздражает. Мой максимум – изредка вздремнуть. В машинах и самолётах – та же история.

Но вряд ли эти подробности кому-то нужны, поэтому я промолчала.

– Она у тебя немногословная, – хозяин снова обратился к моему брату, по-доброму усмехаясь, а я поймала себя на мысли, что слово «хозяин» подходит этому крупному мужчине в качестве характеристики, оттого и подумала о нём именно в таком контексте. И теперь понимаю, о чём говорил Олег.

– Сестра устала с дороги, – выручил он, и очень вовремя. Правда, судя по тому, каким давящим взглядом уставился, огорчён моим поведением.

Ситуацию спасла Лиза, выбежав откуда-то из глубины сада.

– Папочка! – воскликнула она, переключив на себя внимание всех.

Сначала я решила, что девочка Игната зовёт, стараясь догнать его, хотя всё оказалось иначе.

– Ты ж моя маленькая радость, – Всеволод Петрович налету подхватил дочь на руки и обнял её.

Выходит, они с Игнатом брат и сестра. Ну, конечно, и фраза «меня здесь не было» – прозвучала в одинаковой манере. Кто кого копирует – несложно догадаться.

Это что ж получается... Если Лизе примерно шесть лет, ему – явно слегка за тридцать, то сколько же должно быть их маме? Допустим, пятьдесят пять? Но… Многим ли женщинам удаётся в этом возрасте снова родить? Или у них разные мамы? А у Салтанова-старшего… Молодая жена? Тогда это многое объясняет.

– Папуль, смотри, какой хорошенький котёнок. Давай возьмёт его домой? Хочу котёнка! – Лиза капризно, требовательно и нетерпеливо захныкала.

– Милая моя, ты же знаешь, у мамы аллергия на животных, – спокойно произнёс Салтанов-старший, и вообще, когда он общается с дочерью, то интонация у него мягкая и ласковая. Просто удивительно, как так можно резко изменить голос?

– Мама ничего не узнает, мы с ним будем жить вместе в моей комнате, и никто-никто не заметит, я буду наливать ему молочко и заботиться.

– Нет, прятать котёнка – это плохая идея, – отец покачал головой.

– Всеволод Петрович, – вмешался мой брат, – если вы не против, я заберу пушистика, не выбрасывать ведь, и могу иногда привозить его Лизе поиграть.

– Отличная мысль, – он удовлетворённо кивнул. – Ты согласна на такой вариант?

– Согласна, – выдохнула девочка. Нахмурилась, обиженно надув губки, а потом хитро сощурила глаза. Ох, как же мне не понравилось выражение её лица… – А тётя? – тут же спросила.

– Какая тётя? – уточнил Салтанов-старший.

– Вот эта, – Лиза показала пальцем в мою сторону. – Можно она останется со мной?

Глава 4

Перед тем как уйти, Игнат сказал, что Лиза – сложный ребёнок, это я и без него поняла, а ещё ей мало кто нравится, по его словам, оттого и няни в их доме надолго работать не остаются. Девочка делает всё, чтобы очередная надсмотрщица уволилась, не выдержав её выходок и нападок, порой агрессивных. Был случай, когда женщину после этого увезли в больницу с сердечным приступом, правда и ситуацию быстро замяли потом. На мой логичный вопрос «и почему так происходит, а как же мама, она что, совсем не занимается воспитанием дочери?», он лишь нахмурился и пожал плечами. Конечно, что-то попытался ответить и объяснить, но уклончиво и не вдаваясь в подробности.

И я как-то сразу догадалась, в чём же причины такого демонстративного поведения у ребёнка. При кажущемся внешнем благополучии, Лизе до банальности не хватает маминого внимания и заботы. С подобными детьми я сталкивалась и знаю, как с ними трудно бывает. Хотя это поправимо и вполне поддаётся коррекции, если найти правильный подход и заинтересовать, а неуёмную энергию направить в нужное русло.

В общем, погорячилась я с первоначальным впечатлением, и теперь взглянула на всё иначе, и да, в моих силах помочь. Даже на Салтанова-младшего посмотрела другими глазами. Нет, мнение о нём не изменилось, и я по-прежнему не хочу с ним видеться и общаться, а вот то, что он беспокоится о своей сестре – признаться, подкупает, что и повлияло на конечное решение.

Поэтому, когда мой брат вернулся, я собиралась сообщить ему, что согласна на эту работу.

Но Олег и рта не дал раскрыть, а вместо этого начал возмущаться и сыпать встречными претензиями:

– Еся, какого чёрта ты творишь? Обещала, что не подведёшь меня, а сама…

Он завёлся, и я тоже не сдержалась...

– А я не люблю, когда мной командуют, и чего-то требуют.

– Привыкай. Распоряжения должны выполняться беспрекословно. Таким людям, как Салтанов, не отказывают, а вторых шансов он, увы, не предоставляет, если разочаровался в ком-то. Зато, если получишь его протекцию, то, считай, тебе крупно повезло, можешь обращаться к нему по любым вопросам и в любое время.

– Прости, конечно, а зачем мне протекция Всеволода Петровича? Чтобы продвинуться по карьерной лестнице – из нянек до директора школы вырасти? Так даром не надо. Или ты для себя лазейку пытаешься оставить?

– Не передёргивай, я просто неудачно выразился, – брат покачал головой, – но общий замысел, надеюсь, ты поняла. Мы семья, вот и давай помогать друг другу.

– Ясно. Метишь на новую должность? – предположила я и попала в точку.

– Ничего плохого в этом нет. Место зама пустует уже месяц, а я – идеальная кандидатура. Поладишь с его дочерью, всем только хорошо будет от этой сделки. Добра он не забывает, и в качестве благодарности подпишет приказ о моём назначении.

– С чего вдруг такая уверенность?

Как-то сомнительно звучит...

– Есть все предпосылки.

– Может, мне ещё лечь под него для максимального эффекта и тем самым закрепить результат? – понесло, так понесло…

– Глупости не говори… – Олег шумно выдохнул. – Прекращаем ругаться. Не хватало, чтоб нас услышали.

– Как скажешь, – видимо, теперь часто буду молча со всем соглашаться и кивать головой как китайский болванчик.

Мы сели в машину и уехали.

Но по пути продолжили обсуждать сложившуюся ситуацию.

– Хозяину ничего не понадобилось объяснять, человек он понятливый. Мой ответ Салтанова полностью устроил: вполне логично, что тебе необходимо отдохнуть с дороги и отоспаться.

– Что дальше? – так или иначе, а стойкое ощущение, что меня продали или предложили взамен, не покидает…

– Завтра утром нужно быть у него дома. Он будет ждать. Сначала пообщается с тобой лично, и, если Лиза не передумает внезапно, а с ней может и такое случиться, то всё получится.

– Какая великая щедрость… – сыронизировала я. Опять не удержалась.

– Чем ты недовольна, Есь? – брат психанул и ударил ладонью по рулю. – Для чего тогда сюда ехала? Ныть и жаловаться? Я ведь сразу предупреждал – у нас здесь не просто, есть свои нюансы и правила, которые хочешь – не хочешь, а соблюдать придётся.

– За твоей поддержкой приехала. Жить и работать.

– Вот и пользуйся тем, что есть, что дают, что само идёт к тебе в руки, не упусти этот шанс. Поверь, не пожалеешь, – подытожил он.

– Вообще-то, до того, как ты решил отчитать меня за поведение, я собиралась сказать, что согласна стать гувернанткой для Лизы, – и его наставления тут ни при чём.

– И что же повлияло на твоё мнение? – уточнив, Олег перефразировал: – Или кто? Опять Салтанов-младший крутился возле тебя, я заметил. Если ты из-за него, если так понравился, то…

– Я поняла с первого раза и повторять не надо, – перебила брата. – Связываться с ним ни при каких условиях не буду.

Как же я была далека от истины в тот момент, и даже примерно не представляла насколько сильно ошибаюсь.

Причём во всём…

***

Утром следующего дня Олег повёз меня в дом Салтановых, и, конечно же, без очередной порции нравоучений не обошлось…

Глава 5

– Да вы издеваетесь?! – я начала дёргаться в его руках, желая поскорее вырваться.

– Ну почему же, нет, не издеваюсь, вполне серьёзно спрашиваю. Вчера ты была в розовых трусиках… Ой, прости, как я мог перепутать оттенок – в пудровых, конечно. А что выбрала сегодня – какие-нибудь лаймовые?

– Пусти… – прохрипела я.

– Неужели ты перестала «выкать», однако процесс быстро сдвинулся с мёртвой точки, – Игнат усмехнулся. – Кстати, своими телодвижениями пока добиваешься обратного эффекта. Мне уже почти приятно, твоя упругая попа совсем немного не достаёт до моего паха.

Это уже ни в какие ворота… Хотя толкаться в него попой, и правда, крайне неудачная затея, я только сейчас сообразила, что делала, и как мы смотримся со стороны.

«А если нас увидят?», – но от возмущений я едва не задыхалась, и ничего больше не могла сказать. Хватала воздух ртом, как выброшенная на сушу рыба, а он продолжал развлекаться.

Гад!

– Значит, ты согласилась на предложение моего отца? Получается, теперь и мы с тобой будем чаще видеться? Хочешь проведу экскурсию по дому, покажу тебе самые укромные места? Возможно когда-нибудь пригодится...

«Пусть для себя оставит, и непристойные намёки тоже», – подумала, было, я…

И в голову пришла отличная идея. Точнее вывод, самый что ни на есть единственно правильный: если не реагировать на провокации, не поддаваться на хитрые уловки и всячески игнорировать Игната, то ему быстро надоест и наскучит со мной играть, а он именно этим и занимается. Ребячество какое-то, ей-богу…

Да, могла бы и раньше догадаться.

Оттого и уставилась на него молча, прямо в глаза, не моргая и не отрывая взгляда, а выражение лица сделала максимально равнодушным. Правда, по-прежнему дышала часто, тяжело и рвано.

Мы недолго простояли в такой позе, пялясь друг на друга, хотя на миг показалось, будто время замерло, остановилось, и всё вокруг словно исчезло. А потом… Что уж его так сильно напрягло или оттолкнуло – не знаю, но он вдруг резко отстранился, как если бы обжёгся или получил удар, и отшатнулся назад.

Сработало!

– Держись от меня подальше, – прошипела я сквозь сомкнутые зубы и, не дожидаясь ответных реплик, поспешила скрыться в доме. По сути – сбежала.

Уже внутри, внимательно осмотрелась по сторонам.

Почти сразу навстречу вышла приятная, миловидная женщина, лет сорока. Судя по униформе, горничная или кухарка. Уточнять не стала, ещё успею со всеми познакомиться. И, надеюсь, я не должна буду носить нечто подобное. Выглядеть как чопорная гувернантка, в строгом платье, какого-нибудь серого, мышиного цвета, со стянутыми в узелок волосами на затылке – совсем не хочу.

– Всеволод Петрович предупредил, что вы придёте, просил проводить вас, – жестом руки она пригласила следовать за ней.

Довела меня до кабинета и тут же удалилась.

Первые пару минут я не решалась постучаться. Общаться с людьми уровня Салтанова, тем более наедине, раньше не приходилось – оттого и нервничала. Готовься – не готовься, а всего предвидеть нельзя, я ведь не знаю, о чём он спросит.

Потом всё-таки слегка прикоснулась к двери, погладив её поверхность. Постояла так ещё немного и снова поскреблась – по-другому и не назвать.

– Да кто там такой несмелый? – раздалось оттуда грозным голосом. Хозяин – он и есть хозяин.

Затем послышались твёрдые, размашистые шаги.

Вздрогнув испуганно, я машинально отступила назад, пока не упёрлась спиной в стену, и замерла на месте. И лишь каким-то чудом не задела большую напольную вазу, которую я не заметила.

Дверь резко распахнулась.

Всеволод Петрович поначалу уставился на меня хмурым, суровым, давящим взглядом, но в следующее мгновение его лицо смягчилось, даже подобие улыбки отразилось на нём.

– Доброе утро, Есения.

– Доброе… – тихо пролепетала я.

– Это вы стучались?

– Да, – закивала головой.

– А я уж подумал, Лиза опять балуется, – Салтанов приблизился, взял меня под локоть и повёл в кабинет, приговаривая: – Что ж вы сразу не зашли? Я ждал. Смелее надо быть, решительнее и уверенней в себе, – а интонация, на удивление, была ласковая – похожа на ту, когда он с дочерью общался.

Наверное, неплохой знак?

Хотя всё равно почему-то неловко себя чувствую.

– Присаживайтесь, – он помог мне устроиться в кресле рядом со своим столом, за которым потом расположился сам.

Если честно, то такое излишнее, я бы даже сказала – несколько навязчиво-заботливое, а оттого и подозрительное, внимание с его стороны напрягало ещё больше и сильнее, чем тот же грозный голос или взгляд.

И что-то казалось неправильным во всей этой ситуации. Но что? – я пока не понимала, как и то, с чем связано подобное поведение. Странно как-то, а спросить у него прямо – не осмелюсь.

– Расскажите о себе, Есения, – Всеволод Петрович пристально посмотрел на меня, чуть сощурив глаза.

А что рассказывать-то? Что ему нужно? – такое ощущение, будто вопрос касается моей личной жизни, а не профессиональной. Возможно ошибаюсь, но именно так подумала, пусть и начала с главного:

Глава 6

Всё-таки я мастерски умею влипать в неприятные истории… Или, например, просто оказаться не в том месте и не в то время, а для меня потом эта ситуация боком и выходит.

В общем… Когда я поднималась по лестнице, то услышала разговор двоих людей, оттого остановилась и замерла. Приглушённые голоса доносились прямо из-за угла, куда, по идее, я и должна была свернуть, чтоб попасть в комнату Лизы. Один из них был Салтанов-младший, и он общался с какой-то женщиной.

Не все слова были хорошо различимы на слух. Впрочем, кое-что я разобрала. Правда, мало поняла – кроме того, что между ними возник спор. И, по моим ощущениям, Игнат старался побыстрее отвязаться от неё, а она не уступала и почему-то просила у него прощения – повторяла и повторяла, мол, не всё потеряно, всё ещё можно исправить, давай попробуем. Он же ей отвечал что-то вроде: «ты давно сделала свой выбор, теперь живи с этим, я не хочу ничего менять и не буду».

Здесь точно что-то личное замешано… Эти двое явно выясняли отношения – ведь так?

Не то чтобы очень любопытно стало, да и «греть уши» я не собиралась, и, наверное, нужно было сразу обозначиться, но… Я не решалась пойти дальше либо, наоборот, спуститься вниз на первый этаж, поэтому моё негласное присутствие – не ради шкурного интереса выведать чьи-то тайны, а по сути вынужденное.

Вот и оказалась невольным свидетелем чужого разговора.

Как они меня раньше не услышали?.. Скажем так, не бесшумно я понималась наверх, и ступеньки кое-где скрипели. А теперь всё выглядит таким образом, как будто я специально подкралась.

– Закончим на этом, и больше не возвращаемся к данной теме, – неожиданно прозвучало. И довольно громко.

– Игнат… – расстроенно, на выдохе, произнесла женщина, – ты же знаешь, я не отстану.

– Да замолчи уже, – перебил он её. Затем настороженно добавил: – Похоже, мы не одни…

На этой фразе я испуганно вздрогнула и отступила назад, едва не навернувшись с лестницы, но в последний момент успела схватиться за перила.

Как раз и Игнат высунулся из-за угла.

– Ну, конечно, авторский парфюм несравненной Есении, – не без сарказма сказал, растянув губы в улыбке. – То-то я думаю, знакомый аромат вдруг появился в воздухе и, раздражая, ноздри щекочет.

Он что – по духам смог вычислить? Неужели так сильно пахнет? Сама я почти ничего от себя не чувствую, привыкла.

– Кто это? – из-за его спины вышла та самая женщина, с которой и был разговор. Скрестив руки на груди, она посмотрела с явным пренебрежением.

– А это Есения – ваша новая няня, – ответил Салтанов-младший.

– Твой отец опять не посоветовался со мной и не спросил моего мнения? – возмутилась дамочка. – Впускает в дом кого попало, всяких непонятных девок…

«Выходит, она и есть Юлия – жена Всеволода Петровича?», – сразу догадалась я.

– Так ты спроси у него, я тут ни при чём. Хотя, по-моему, девушка симпатичная, а главное – Лизе понравилась, они, кстати, ещё вчера познакомились, и мы тоже, – Игнат зачем-то подмигнул мне.

– Хм… Обычная, неприметная, серая мышь, – она усмехнулась с издевательской интонацией и бросила в мою сторону оценивающий взгляд.

Как удивительно, однако, внешность прокомментировала, значит, а вот по поводу своей дочери – не сказала ни слова.

– Здравствуйте. Простите, а можно пройти? Ваш муж распорядился, чтоб я приступала к работе.

– Не спеши осваиваться здесь, сейчас я с ним поговорю – быстро вылетишь отсюда, – спускаясь по ступенькам, Юлия, как показалось, намеренно задела меня.

И как это называется – ревность? Очевидно, да, она ревнует Игната. А вообще, конечно, интересно получается, что за странная беседа тогда у них состоялась, если она замужем за его отцом?

Неужели между ними что-то было или до сих пор есть, а если и правда? Фу, мерзость какая… Разве так можно?

– Тебя проводить, чтоб не заблудилась? – сказал он, когда я проходила мимо него.

– Обойдусь. Где находится комната Лизы – я поняла с первого раза.

– Много успела услышать? – Игнат снова увязался за мной.

– Не беспокойся, я умею молчать и хранить секреты, и никогда не лезу не в своё дело, – заверила я. Даром не надо вмешиваться в чужие отношения.

– Но что? – он резко схватил меня за локоть и развернул лицом. Более того, толкнул к стене и придавил, удерживая за плечо.

– Я презираю таких, как ты, – смело произнесла, глядя ему в глаза.

– Каких – таких? – переспросил. Причём его как будто бы эта ситуация нисколько не смущает и не напрягает.

– Таких, для которых не существует ничего святого, ценного и важного в жизни, кроме себя любимого – наглых, циничных, эгоистичных и беспринципных людей. Если на то пошлó, в мире есть вещи из ряда неприкасаемых и запретных, хотя тебе это вряд ли известно.

– Громкое заявление, – Игнат скривился, – хотя, чтобы что-то утверждать, нужно знать чуть больше, чем полагаться на необоснованные домыслы и выводы.

– И знать не хочу.

– Ну, уж нет, – он склонился ближе, переместив руку на мою шею и заставляя приподнять голову выше. – Тебе придётся выслушать, а заодно предлагаю заключить сделку.

Глава 7

А как он целовал… Причём вовсе не для вида, потому что у нас появились зрители, а прям по-настоящему, со всей отдачей, с упоением и полным погружением в процесс – такое сложно с чем-то перепутать.

Игнат словно атаковал и ломал волю, пытаясь подчинить себе. Да я едва не задохнулась от столь мощного, дикого напора, только и успевала хватать воздух ртом. Даже почувствовала, как его бешеная энергетика проникает внутрь меня, пронзая насквозь будто молнией, и пусть я не отвечала ему, в этом не было никакого смысла. Всё сделал за нас двоих. Жадно, порывисто, с каким-то остервенением сминая мои губы, а значит – со стороны мы смотрелись более чем натурально и убедительно.

Спектакль удался.

Хотя совершенно непонятно, как он собрался объяснять это Всеволоду Петровичу? – а вопросы в любом случае возникнут, сомнений нет никаких. И что тогда – придётся оправдываться и увиливать от честных ответов?

Но хуже всего другое…

Где же тут взаимовыгодные условия? – если Игнат планирует прикрываться мной и использовать в личных целях.

С ним-то всё ясно – хочет, чтобы жена отца отстала наконец и выкинула из головы мысли об их отношениях, которые остались в прошлом, уже не повторятся и невозможны по многим причинам. Ну и, видимо, не нужна Юлия ему ни в каком качестве, иначе боролся бы за неё, будь у него чувства. Так получается? – и, хотя бы с точки зрения семейных уз, он оказался порядочным человеком, раз всячески старается отвадить её и с чужой женщиной не спит. Если верить его словам, конечно...

А вот в чём моя выгода? – я упорно не понимаю. Если и есть от этого толк, то очень и очень спорный, и по сути всё сводится к единственному моменту – пребыванию и в доме Салтановых, и самом городе. Здесь же без разрешения хозяина ничего нельзя. И, при желании, Игнат может быстро организовать для меня проблемы, и тогда вылечу отсюда в два счёта.

Ситуация небезвыходная, но… В целом, это похоже на шантаж – иначе и не назвать. Он вынудил и заставил, втянул в свои игры, а главное – подставил. Теперь либо надо продолжать врать, что противоречит моим принципам, либо признаться во всём, что отразится на других людях, либо уехать, что тоже сейчас не могу сделать. Да и некуда деваться, а возвращаться обратно не хочу.

В общем, Игнат своими действиями добился максимального эффекта и результата.

Ух, влепить бы ему пощёчину – зла на него не хватает, а выбора-то и нет, придётся терпеть и сдерживаться.

«Поздравляю тебя, Есения, ты снова угодила в эпицентр неприятностей», – с досадой подумала я, и примерно не представляю, каким же будет итог. Опять расплата настигнет? – хотя на этот раз я буду и знать, и ждать, что рано или поздно за всё отвечу.

Прав Игнат, прав: я – ходячая катастрофа. В том смысле, что накликать на себя беду с лёгкостью умею. Такая вот непутёвая и невезучая…

– Не обращай на них внимания, – чуть оторвавшись от моих губ, прошептал он, после чего вновь углубил поцелуй, сплетая наши языки. Более того, обнял моё лицо ладонями, как бы немного закрывая нас от зрителей.

– Полюбуйся на них, дорогой, – ехидно произнесла Юлия.

– Сам разберусь. Какого чёрта тут происходит?! – от громогласного голоса Салтанова-старшего, по-моему, даже стёкла задребезжали, когда в большом, просторном коридоре раздалось эхо и словно хлёстким ударом разнеслось по всем поверхностям.

Или это у меня в ушах звенит, а в висках пульсирует? И голова почему-то закружилась в безумном вальсе, поплыла в пьянящих ощущениях… боже… Что он творит со мной? Невольно, а ведь я тоже начала целовать его – робко и несмело, но факт остаётся фактом.

– Ну вот, я же сказала тебе – этой девке не место в нашем доме. Не успела она прийти – и уже к твоему сыну полезла. Благо из одежды ещё не выпрыгнула и не устроила здесь преставление с продолжением. А если Лиза увидит? Ты такую няню хочешь для дочери? Уверен?

– Немедленно прекратить всё! – закричал Всеволод Петрович.

Хотя Игнат и не думал выполнять просьбу отца, точнее приказ. Конечно, я попыталась отстраниться, только он не отпустил и не остановился. Обхватил мой затылок рукой, надавил пальцами на щёки, принуждая шире открыть рот, и лишь теснее прижал к себе. Он как будто бы и не целовал вовсе, а поедал мои губы, засасывал их и покусывал.

– Есения! – повторил Салтанов-старший.

Если кому и нужен был отрезвляющий подзатыльник, то именно мне.

Я дёрнулась, испуганно вздрогнув. И всё-таки смогла извернуться да оттолкнуть его сына.

Ой, что сейчас будет…

– Потрудитесь объяснить, что здесь происходит? – Всеволод Петрович уставился на нас суровым давящим взглядом. Началось… Он явно не потерпит в своём доме вольного поведения. Ну, хоть не рубит с плеча, а ждёт внятных ответов – уже хорошо.

Но, поскольку затея, как и её реализация, принадлежат Игнату, вот пусть и отдувается, оправдывается, как может, рассказывая отцу нелепые байки. А я, так и быть, тоже послушаю и, в случае чего, подыграю ему. Поэтому я посмотрела на него, изогнув бровь и, тем самым, как бы поторапливая.

Наверное, надо было заранее предупредить его: авантюры и импровизация – совсем не моё, где-нибудь точно проколюсь и всё испорчу. Тогда уже и ко мне появится много вопросов, а пока да, есть надежда, что он справится самостоятельно – правда, как именно собрался это делать, непонятно.

Глава 8

Даже не знаю, чего больше я опасалась…

Встречи со своим братом? – а он уже в курсе всего случившегося. Ясно от кого узнал суперновости, и наверняка хозяин высказал ему по этому поводу претензии. Не факт, конечно, но Олег очень недоволен мной, о чём написал в сообщении – «не ожидал от тебя», «как ты могла соврать?», на что я пока ничего не ответила, решив лично с ним объясниться. Надеюсь, поймёт и не осудит. Как раз вечером должен привезти мои вещи, вот и поговорим тогда – от него я не буду скрывать правду. Лишь бы не думал обо мне плохо.

Или всё же главная причина дикой нервозности – очередное столкновение с Салтановым-младшим? Я не просто волнуюсь при мыслях о нём, а отчасти побаиваюсь, не зная на какие поступки он способен ещё… И ведь грозился заглянуть в комнату перед сном, чтобы продолжить обсуждение дальнейшего плана. Причём можно не сомневаться – так и сделает, опять не спросив моего мнения.

А я не желаю оставаться с этим мужчиной наедине!

Допустим, я закроюсь изнутри и не впущу его, но… Где гарантии и уверенность, что Игнат не станет ломиться и долбиться в дверь, не создаст много шума и не разбудит всех? Каждый раз быть объектом пристального внимания я не хочу, как и доставлять кому-то неудобств своим присутствием, а тем более обзавестись новыми проблемами – тоже даром не надо. Хотя с ним этого нереально избежать, уже сейчас ясно, и, если я – магнит для неприятностей, то он – тот, кто их легко устроит, в шуточной форме или по-настоящему – неважно.

Массовик-затейник… Ему нужно было выбрать другую профессию. Какой из него врач – я понятия не имею, а вот актёр точно получился бы хороший. Импровизировать умеет, не теряется, схватывает налету и быстро включается в процесс, находя решения на разные случаи жизни, чтоб обернуть ситуацию в свою пользу. Ну, или режиссёр, например. Ага, спектакли оригинального жанра ставить, без сценария, как раз по его части – свободное творчество «творить» во всех проявлениях, или лучше выразиться – вытворять. Он в детстве не наигрался, что ли? Взрослый мужчина, а сам… Почему такой несерьёзный? – со мной флиртовать не надо!

Я не считаю себя жертвой обстоятельств, ничего ужасного по сути не произошло, но роль марионетки – откровенный перебор. Игната, значит, я должна прикрывать, а что взамен? Сомнительная помощь и поддержка? – которая, объективно, не требовалась, и он тут оказался ни при чём. Задержалась я в доме Салтановых исключительно из-за Лизы, она этого хотела, а потому её отец и не выгнал меня. Других причин нет.

И, при всех раскладах, всё это не будет длиться долго, скоро наступит логичный конец – и тогда я останусь ни с чем. Как известно, маленькая ложь – замкнутый круг, и тянет за собой ещё бóльшие последствия. Можно начинать готовиться уже сейчас.

В общем, нахожусь я в ожидании… и совсем не чуда…

Сначала от брата получу порцию нравоучений и возмущений, потом Игнат заявится ночью, как и обещал – и это тот самый случай, когда я мечтаю, чтобы он забыл обо мне хоть на какое-то время.

«Пусть у него, что ли, какие-нибудь важные срочные дела образуются, лишь бы ушёл из дома», – а надежда была… По крайней мере я не наблюдала его где-нибудь поблизости.

Почти весь день мы с Лизой провели во дворе, даже обедали тут. Погода стояла солнечная и безветренная. Взяли с ней плед и всё необходимое, расположившись на газоне. Куклу Машу, которую я напомнила ей, тоже прихватили с собой. Читали книги, рисовали вместе, общались. Попутно я запоминала, чем девочка интересуется, чтобы составить план занятий и позже поговорить об этом с родителями – одобрят или нет, на их выбор.

Собственно, она и была единственным позитивом во всей ситуации, и не вредничала вовсе. Внимательно слушала, что бы я не рассказывала, сама активно задавала вопросы. Соглашалась с предложенными играми, и не отказалась пройти один тест – я хотела понять уровень её развития.

Лиза – умненькая не по годам и вполне воспитанная. Нет в ней прям таких уж серьёзных проблем и сложностей, а то, что демонстративно капризничает и порой проявляет агрессию, так это поправимо. Детям ведь кроме любви ничего не нужно.

А ещё… Игнату, конечно, лучше знать – сестра она ему или нет, но я никак не могла отделаться от навязчивой мысли и терзающего ощущения того, что они очень похожи – и внешне, чертами и мимикой лица, и некоторыми характерными особенностями.

Почему другие этого не замечают? И пусть он сравнивал себя и Лизу с бабушкой, только я, познакомившись с Нинель Ивановной, ничего общего между ними не увидела.

Всеволод Петрович тоже какой-то странный, про его жену вообще молчу...

Теперь вот думаю: куда я попала и надо ли оно мне?

***

Делать выбор всегда легко, если точно знаешь, для чего тебе это. В моём случае – желание помочь конкретному ребёнку и улучшить качество жизни. А потому вопрос, которым я озадачилась, отпал сам собой в тот момент, когда посмотрела на улыбающуюся Лизу и её сияющие глаза. Тогда и поняла, чувствуя свою ответственность, что не смогу оставить девочку, да и все сомнения связаны не с ней. Я нужна ей – по крайней мере сейчас, а дальше видно будет.

– Еся, ты что, грустишь? – «и всё-то она подмечает, хоть я и не грустила вовсе».

– Нет, просто задумалась, – тем более обстановка располагающая.

Как же здесь, в саду, хорошо. Тихо, умиротворённо и спокойно, а главное – никто нам не мешает.

Глава 9

– Рассказывай давай, как ты докатилась до такого? – с претензиями спросил Олег, едва я села к нему в машину.

Начинается… И, если он продолжит в том же духе, то ругани нам не избежать, чего я очень не хочу. Кроме брата у меня никого не осталось. Наша мама умерла два года назад – она долго болела и мучилась, и, несмотря на то, что у нас разные отцы (более того – мы оба не знаем, кто они, где находятся и живы ли), менее родными от этого с ним не стали.

– Никуда я не скатывалась, – буркнула в ответ, скрестив руки на груди.

Обидно, да. Мои объяснения, значит, не выслушал пока, а осудить и сделать выводы уже успел. Спасибо, хоть фразу «опустилась на дно» он не употребил.

– А как это называется – просто завралась? – возмутился Олег, – честно, не ожидал, да и вообще никогда бы не подумал, что ты так поступишь, в первую очередь – со мной, со своим единственно близким человеком.

– Вот и не думай, я не врала тебе, – посмотрев на брата, попыталась поймать его взгляд, но он отвернулся к окну, расстроенно качая головой.

Не знаю, о чём конкретно говорил ему Всеволод Петрович и как всё преподнёс – не вижу смысла уточнять. Главное, чтобы Олег поверил мне.

– По-твоему, я идиот, и можешь вешать лапшу на уши? Разве та история про женатого мужика, последующий скандал и увольнение – не враньё? Про сына хозяина даже не заикаюсь… – брат шумно, с нескрываемой досадой, вздохнул. – Хотя, наверное, в тот момент, когда я предостерегал тебя насчёт него, ты в душе посмеялась. Вы же, оказывается, ещё раньше познакомились, а ваша встреча возле пропускного пункта, видимо, тоже была неслучайной. Выходит, и моя помощь не нужна, с такой-то поддержкой на самом верху. Осталось женить его на себе – и будешь в «шоколаде». Далеко пойдёшь, сестрёнка. Быстро снюхалась с ним…

– Хорошего же ты мнения обо мне… Я правда не врала, – настойчиво повторила.

– Тогда я тем более не понимаю, – он резко обернулся в мою сторону и нахмурился.

– Идея принадлежит Игнату, – а хуже всего то, что я не во всём могу признаться, и только сейчас осознала это.

А вдруг информация дойдёт до Салтанова-старшего? Олег не из болтливых, но мало ли, как бывает – со своей женой, например, чем-то поделится, без злого умысла. Потом и она, допустим, кому-нибудь расскажет – разумеется, по большому секрету. В итоге, сплетни так и распространяются, причём никто ничего плохого не хотел сделать, зато людям жизнь испортят. Это ведь ой как интересно – пообсуждать других.

Нет, нельзя. Необходимо как-то иначе выкручиваться, не приплетая Юлию, как основную причину затеянной Игнатом фикции.

Но, проблема в том, что без важных деталей невозможно полностью обрисовать ситуацию – замкнутый круг какой-то получается. Виноват он, а оправдываться почему-то должна я… Втянул в свои игры и доволен, ни о каких взаимовыгодных условиях тут речи быть не может.

И вот они, первые неприятности и последствия настигли – с братом уже возникли сложности, а дальше как? Погрязну во лжи, а Олег отвернётся от меня окончательно?

– Яснее не стало. Подробности будут?

– Игнат попросил притвориться его девушкой, – хотя лучше выразиться – заставил.

– Зачем? – задал логичный вопрос.

– Наверное, это как-то связано с Всеволодом Петровичем, не знаю, и, как ты понимаешь, говорить ему об этом не стоит, – уклончиво ответила я.

Сама себя готова прибить…

– Он что, угрожал? Как ты могла согласиться?

Единственный вариант развеять все сомнения – напомнить брату, что у него тоже был свой интерес в том, чтобы я задержалась в доме Салтановых.

– Да, Игнат шантажом вынудил меня подписаться на эту авантюру, в противном случае – вылечу отсюда, а возвращаться обратно я не хочу. И в тот момент думала только о тебе. По факту осталась я благодаря Лизе. Всеволод Петрович разозлился, конечно, но ради любимой дочери стерпел, она – его слабое место.

– Не надо было жертвовать собой, Сенька. К чёрту всё, – в голосе Олега отчётливо прозвучали нотки сожалений. – Давай поступим следующим образом: я обзвоню всех своих знакомых – может кто поможет оперативно с жильём и работой. В другом городе, разумеется.

– Теперь уже поздно.

– Из-за него что ли? Так понравился? – брат уставился прямо перед собой, сжав губы в тонкую линию.

Посмотрев туда же, я увидела Игната, и он явно направлялся в нашу сторону.

«Кто б спорил, мужчина привлекательный, безусловно, но…», – слишком много этих «но».

– Ещё чего? Вообще-то, из-за неё, – я кивнула головой, показывая на Лизу, которая догнала брата и ухватилась за его руку. Вот честно, если не знать наверняка, то создаётся впечатление, что они настоящие отец и дочь.

– Неужели ты успела за день привязаться к девочке? – удивился Олег.

– Да не в этом дело, просто сейчас я нужна ей. Стану не нужна – уйду с лёгким сердцем. В данный момент не могу её бросить.

– Тебе бы мужа хорошего, чтоб любил, заботился и ценил, дорожил тобой. Детей с ним родить. Быть счастливой наконец.

– Всему своё время.

Глава 10

– Вообще-то, я не собираю сплетни, – отстранившись от Игната, я остановилась и, скрестив руки на груди, посмотрела на него. Лучше сейчас закончить этот разговор и больше к нему никогда не возвращаться. – С чего ты взял, будто я что-то знаю о тебе?

– Всё написано на твоём симпатичном личике, – он попытался прикоснуться ко мне, но я отступила назад, а от неуместного комплимента и вовсе засмущалась.

– Обычное личико, – я отвернулась в сторону, чувствуя, как покраснела мгновенно и как теперь щёки горят.

– Да не скромничай, Есения, – вкрадчивой интонацией голоса произнёс Игнат, а моё имя прозвучало мягко и даже ласково, что тоже кажется неуместным.

– А как иначе, я же скромная тихоня, – напомнила ему его же слова.

– Нет, ты точно не тихоня. В тебе удачно сочетается жгучая смесь всего и сразу. И, признаться, твоё умение стесняться, дерзить и язвить одновременно – выглядят очень мило.

Он опять флиртует и заигрывает со мной? – а у меня опять внутри включился защитный механизм.

– Так, – я упёрлась руками в бока, снова уставившись на него, – мы вроде бы не об этом говорили.

– Ну, почему же, как раз об этом. Наверняка Олег предупреждал тебя на мой счёт, мол, «не связывайся с ним и держись подальше, он жуткий бабник, редкостная сволочь, несерьёзный и безответственный тип». Хочешь сказать – не было?

– Может и было… – хотя мой брат откровенных гадостей не говорил о нём. – Какая разница?

– Вот видишь, а я ведь никому ничего плохого не сделал, но людям так не даёт покоя моя персона, и это постоянное сравнение с отцом – дико бесит.

– Значит, сам виноват, значит, отличился не лучшим образом, значит, когда-то ты подмочил свою репутацию. Знаешь, есть такая народная пословица: «береги честь смолоду». Тогда и сплетен не будет.

– А если «баба с возу, то кобыле легче». Накидать ещё вариантов? – Игнат изогнул бровь. – Будем с тобой упражняться в остроумии и обмениваться «любезностями»? Ты, между прочим, тоже рефлекторно нападаешь и обороняешься вместо того, чтобы составить личное мнение о человеке, а причины всё те же – предвзятое отношение, навешивание ярлыков и стереотипное мышление.

– Зачем тебе моё мнение? – я вообще перестала хоть как-то понимать его. Сейчас, по факту, мы с ним не только спорим, а почти ругаемся. Было б из-за чего…

– Просто попробуй полагаться на свои ощущения, а не поддаваться стадному инстинкту. И, поверь, что бы ни болтали обо мне – смело дели на ноль, правды там не найти, – а на вопрос, тем не менее, он не ответил прямо.

Да уж… Оказывается, Игнат полон тайн. Даже вспомнилась строчка из известного стихотворения: «и прелести твоей секрет разгадки жизни равносилен».

– В чём заключается твоя правда? – и я совру, если скажу, будто он мне совсем неинтересен, но при этом прекрасно понимаю другое – моё любопытство ни к чему хорошему не приведёт.

– Правда в том, что я ещё не встретил ту, ради которой готов меняться.

– То есть это недовольные, брошенные тобой женщины виноваты, когда прославили тебя как героя-любовника, чтобы обезопасить следующую дурочку от такого как ты? А в итоге отличную рекламу сделали? Все вдруг помешались, и появилась армия поклонниц, чем можно пользоваться. Или как там мужчины говорят: «мало ли что я на тебе обещал».

– Я всегда честен и никому ничего не обещаю, если не собираюсь сдержать своё слово.

– Ну да, очень удобная позиция: «сама придумала – сама обиделась». И свободные взгляды на жизнь тут совершенно ни при чём?

Всё, понесло окончательно…

– Ты чего кипятишься? – Игнат резко приблизился, схватил меня за плечи и тряхнул.

Хотя, объективно, не на него я разозлилась, а на себя. Вспомнила все свои промахи, которых много накопилось. Он же стал триггером – только и всего, а в перспективе – будет очередной ошибкой.

– Ничего. Удачи тебе в поисках той самой, единственной и неповторимой, – я оттолкнула его и направилась в дом. Нас ждут. Пятнадцать минут давно истекли.

– Есения, тормози, и давай мириться, – Игнат не отстаёт. Догнал и приобнял за талию. Хотела, было, отстраниться, да плюнула – устала я за сегодняшний, бесконечно длинный день.

Так и пошли дальше.

– Я с тобой не ссорилась, – «надо выдохнуть и собраться с мыслями, а то ещё какой-нибудь номер выкину», – и да, ты не волнуйся – роль подставной девушки за ужином сыграю, выложусь на сто процентов.

– Контроль тебе действительно не помешал бы.

Кто бы говорил… Вообще-то, это он, словно энергетический вампир, специально выводит меня на эмоции, чтобы потом напиться ими и наполниться.

– Тогда не провоцируй.

– Не могу отказать себе в удовольствии – ты так ярко и остро реагируешь на мои слова, прям подстёгиваешь продолжать. Это заводит.

– Избавь от подробностей.

Просто удивительно, насколько быстро мы стёрли любые неловкости в общении. Зато теперь кусаемся, не останавливаясь.

– Кстати, о подробностях. Не забудь, ночью я загляну в твою комнату, заодно поближе познакомимся.