Отворотная микстура для коллеги

1

Моя жизнь словно вагонетка, слетевшая с рельс. Прямой и неизбежный путь, казалось, предопределенный с рождения, остался где-то позади. А я, сорвавшись с колеи, лечу под откос, с неумолимой неизбежностью рассекая воздух, чтобы… сгинуть в пропасти неведомого будущего, разлетевшись на фрагменты, или затормозить и кануть в забытье, носом зарывшись в придорожный бурьян. Оба варианта нежелательны, оба пугали. И рассчитывать приходилось только на себя. Но как?

Беспомощность – единственное чувство, что сейчас заполонило душу. Былая уверенность в завтрашнем дне, в себе и своей роли в мире – испарилась. С каждым мгновением, проведенным рядом с модификатами, я все больше уверялась в мысли об отсутствии собственной значимости и права выбирать понравившийся жизненный путь.

Мир вокруг закрутился, породив ощущение удушья. Я смотрела, но не верила собственным глазам, слушала, но не могла поверить услышанному. Плавно прикрыв отяжелевшие веки, начала медленно клониться вперед – сил держать голову гордо поднятой не осталось.

Поверхность стола оказалась металлической – она холодила лоб, не позволяя совсем сгинуть в прострации от невообразимых новостей. Место, куда меня привел бывший коллега, казалось нереальным – все здесь смотрелось диковинно и странно, усугубляя ощущение неправильности происходящего.

Теснота и нагромождение потертой мебели, словно сделанной кем-то неумелым. Потемневшие от времени металлические стены, местами прикрытые захламленными полками. Тронутые ржавчиной скрипучие массивные двери, отсутствие окон, ряды потертых столов и простые деревянные скамейки вокруг них. И ощущение пустоты вопреки узости помещения. Место, которое давно покинули – вот единственное впечатление. Даже воздух тут казался немного затхлым и застоявшимся. Место, максимально контрастирующее с привычными каждому из жителей Сермира личными квартирами, наполненными светом, комфортом и пространством.

- Не может быть... – глухо простонала я, так до конца и не осмыслив услышанное и увиденное.

- Марина, простите. Без подготовки принять такую правду – трудно. Я понимаю, наверное, поверить сразу не получается, но со временем вы убедитесь: каждое мое слово – истина.

- Значит, Кали?..

- Она все знает, она – тот человек, которому я доверился полностью. Не знаю как объяснить, но в какой-то момент мы поняли, что нравимся друг другу, больше того – хотим быть ближе. Странное чувство для людей, да? Мы долго не могли поверить, считали себя какими-то… неправильными. Случай, где двоих людей, которые знали лишь изоляцию, вдруг словно магнитом потянуло друг к другу, крайне редкий. Нас всех так прочно держат в кольце убеждений, заставляют жить, дистанцируясь, что вероятность таких вот чувств – ничтожна. Думаю, тогда, с момента как я стал осознавать и анализировать свой интерес к Кали и началось мое прозрение, я начал искать информацию, способы противостоять… Желание быть вместе и пугало, и манило познанием чего-то запретного, но от того не менее желанного.

Оторвав голову от столешницы, я уставилась в лицо мужчины. Насколько же я его не знала… Впрочем, я в принципе ничего не знала – ни о ком-то из нас, ни о мире.

- Она предупредила вас о появлении модификатов? Вы поняли, что одна из девушек пришла за Вами?

- Нет, - Див неприязненно передернул плечами. – Эта… женщина явилась ко мне вечером, еще накануне их появления в брачной корпорации. Она оплетала меня сладкими речами и обещаниями, если бы я не был подготовлен – точно ушел бы с ней тем же вечером.

Нахмурившись, я мысленно припомнила модификаток, что видела лишь однажды – когда Эрин повела всех на обед.

- Она говорила о браке?

- Разумеется. Без этого из Сермира не выйти. Брак и еще какое-то «посвящение», что они проводят для нас. Не знаю, что это – пока выведать не получается. Но точно ничего хорошего.

- Выведать? У кого?

Маловероятно, что Кали даже ради любимого мужчины рискнет расспрашивать о подобном у «новеньких». У меня в голове не укладывалось, как у нее хватает храбрости оставаться в корпорации и шпионить для Дива. Но теперь я понимала: у странностей ее поведения, подмеченных в последние дни, были причины.

- Та женщина… Я смог убедить ее подождать до следующего вечера. А когда она пришла – был готов. Нам удалось пленить ее, и мы пытаемся заставить ее говорить.

- Что?! – Я подскочила словно пружина. – Вы пленили модификатку? Как?! Зачем?

- А что еще оставалось, - экс-шеф горестно вздохнул. – Уверен, она нашла бы способ повлиять на меня и увести за собой. Тогда мы с Кали никогда бы больше не встретились.

Слова бывшего главного судьи не укладывались в голове. Страх за женщину, пусть и не похожую на нас, сдавил грудь. Я боялась узнать о ее участи, убеждая себя, что шеф, с которым рядом я проработала годы, не мог обращаться с кем-то жестоко.

- Такое вообще возможно? Противостоять модификатам?

- У нас есть ряд успехов, - Див самодовольно улыбнулся, кивнув на полки с пробирками на стене. – Помнишь ароматическое масло? Его Кали распылила в общем коридоре, а позже отдала тебе. Наша работа! Есть тут один умник… прежде в оранжереях работал, там и заинтересовался экспериментами по выделению из растительных культур веществ, имеющих влияние на модификатов. Я не один тут… Забавно, но при всем их превосходстве, есть множество элементарных слабостей. Поэтому имеются способы поставить этих нелюдей на место. Ты же оценила эффект?

2

Чувство страха не притупилось, сидеть вот так на диване напротив Ринко Хайгаля и Михала Шлейзу оказалось… трудным. Самым отчаянным порывом, буквально рвущим душу на части, было желание сбежать. Но я понимала – это невозможно. Кажется, я уже использовала единственный чудом выпавший шанс. Или же мне с ним помогли… Вопрос один – кто? Украдкой бросив взгляд на модификатов, вновь попыталась представить кто из них мой ночной спаситель. Конечно, где-то еще должен быть Шарт Рено, да и забравшие меня с собой мужчины выглядели какими угодно, только не дружелюбными и помогающими.

С момента как они явились за мной в заброшенные строителями жилые вагончики ни один из недавних коллег не сказал мне ни единого слова. Это лишь усугубляло ужас – я отчетливо понимала: они не видят необходимости хоть что-то объяснять.

Словно меня и не было рядом. Пустое место – вот чем я была для них. Оба модификата, полностью игнорируя мое присутствие, буравили одинаково раздраженными взглядами дверь и молчали. Ждали чего-то? Кого-то? Шарта Рено? Других догадок не было. Спрашивать о грядущем мне не хотелось, казалось тягостное молчание оттягивает миг горького прозрения. Когда мне сообщат о… наказании? Почему-то присутствовало убеждение: оно неизбежно.

Сейчас я знала так много, при этом не знала еще больше, но меньше всего желала узнать. Прежде я верила: мы, жители Сермира – люди, они, мои новые коллеги – модификаты, законы вопреки всем различиям предполагают равенство. Но после разоблачений Дива пришло понимание: между нами пропасть. Это слово – клоны – словно огнем выжгли в моем сознании, я чувствовала реальную боль, вновь и вновь вспоминая слова бывшего шефа. Кто мы для них? Кто я для них?.. Уж точно не кто-то равный.

Ощущение собственной никчемности затмило страх. С момента, когда я увидела перед собой лицо Михала, все чувства словно заледенели. Я ощущала себя окаменевшей, время для меня словно остановилось.

Время, прошедшее с моего безумного лишенного всякого смысла побега, казалось сном. Блуждания по лесу вокруг Сермира в компании таинственного модификата, явно вознамерившегося скрыть от меня свою личность, затем встреча с бывшим главным судьей, его рассказ и… появление Михала Шлейзу! Настолько невероятные события, далеко выходящие за самые смелые границы свободы, которые я даже теоретически не могла представить, дезориентировали и лишили всякой цели. Я больше не понимала хочу ли покинуть свой город или все же не стремлюсь в Талсу, я словно замерла на краю пропасти в мгновении, предшествующем падению.

- Времени почти не осталось, - Ринко Хайгаль нарушил молчание последнего часа, бросив фразу в явном раздражении, и размытым движением поднялся с дивана. – Мы ждали сколько возможно.

Они с новым главным судьей забрали меня из старого вагончика, ставшего временным убежищем экс-главному судье Сермира, и привели в это помещение. Точно не моя квартира и не один из офисов судебной корпорации. Возможно, это место, где модификаты остановились в Сермире? Я знала о месте проживания одного из новоявленных коллег – Шарт Рено поселился по соседству, что же до остальных… Возможно, это квартира Михала или Ринко?

Пережив необъяснимый страх при появлении модификатов, я толком не смогла проследить наш путь, да и двигались они быстрее привычного. Даже мое присутствие их не замедлило – путь назад я провела на руках у Михала, при этом недоумевая насколько отчужденным он воспринимался. Как если бы я восседала на руках манекена.

Вопросы о том, что осталось в прошлом, мучили неустанно. Очевидно, никто не планировал позволить мне вернуться домой – в привычное пространство знакомой квартиры. Я совсем не была уверена, что в ней, как и на моем рабочем месте сейчас нет кого-то точь-в-точь похожего на меня.

Одно знала наверняка: той новой обитательнице моей привычной жизни никогда не придет в голову заглянуть в прошлое, в данные, хранящие информацию о прежних жителях города. И она уж точно не увидит меня, безлико улыбающуюся ей со страниц этих анкет.

- Да, - Михал в отличие от явно недовольного происходящим собрата, выглядел собранным и спокойным. Но меня больше не восхищала эта его черта, скорее наоборот – пугала. – Не похоже, что он планирует вернуться.

Он? Я сразу заподозрила: речь о Шарте Рено, третьем из новоявленных «коллег».

- Как странно все в этот раз… - «Следователь» скользнул по мне мимолетным задумчивым взглядом. – Еще и эмульсия так не кстати навредила Шарту, вынудив уйти за внешний контур для стабилизации сил. И ты не согласен привлекать другого эмпата. Ведь не согласен? Можно же попытаться?

С этими словами мужчина оглянулся на собрата, получив в ответ решительный отказ.

- Нет. Это создаст много ненужных трудностей.

Я ловила каждое слово.

- Шарт еще позавчера покинул Сермир, не справившись с последствиями. Он же эмпат, его восприятие куда острее. Да и кто бы мог предвидеть угрозу? От кого? Смешно! Как при четких алгоритмах формирования и контроля в одной закладке случилось столько брака? Не ошибусь, если предположу - подобный сбой впервые. Я все задаюсь вопросом: почему? Что стало причиной этих отклонений. Ошибки в закладке не было – я уже проверил, но именно в ней разом столько… проблемных.

Ринко Хайгаль перевел на меня взгляд, подтвердив худшие опасения: я тоже по каким-то им лишь понятным критериям «бракованная».

Михал недовольно поморщился, мне казалось он думал о своем, толком не вслушиваясь в слова собрата: