Папа всё решит

Глава 1 - Знакомство

Макар

— Ну па-а-ап! Там весь класс соберётся! — Возникает дочь, сидя на заднем сиденье машины. — Даже Антипова идёт, а я опять в пролете! — С обидой возникает она, пока я веду машину по заснеженной трассе.

— Там будет одна большая попойка. Поверь мне. — Пытаюсь ей спокойно объяснить, почему не хочу пускать праздновать Новый год домой к однокласснику. Самому было тринадцать. Знаю, что у таких пацанов на уме. И это точно не невинное чаепитие. — Нет.

— Ну пап...

— Я все сказал!

— Никогда не идёшь мне на уступки! Достал! — кричит она истерично, толкая мое кресло коленом.

— Санёк, угомонись! — Рычу, теряя терпение.

Выдыхаю, пытаясь обуздать свой крутой нрав и не переходить на грубость. Иначе она снова замкнется в себе.

Наши отношения и без того не назвать безоблачными. Но я пытаюсь всеми силами. Потому что безумно люблю этого чертёнка...

— Ой, всё! Я больше с тобой вообще не буду разговаривать! — выкрикивает она свою излюбленную фразу.

Смотрю в зеркало заднего вида, ловя ее в фокус. Простреливает меня убийственным взглядом таких же, как у меня, темно-карих глаз и демонстративно надевает свои громоздкие наушники. Уходит в мир, куда мне, как отцу, вход строго запрещен.

Сжимаю руль от злости, ощущая какое-то бессилие.

Мне тридцать шесть! Я девяносто килограммовый здоровый мужик, который взбирается по штурмовой лестнице на четвёртый этаж учебной башни за каких-то тридцать секунд!

А найти общий язык со своей дочерью не могу...

Нелепость какая-то.

Мне явно нужен переводчик, чтобы общаться с этой девочкой. Тот, кто хоть что-то понимает в том, что творится в ее башке.

Потому что я, кажется, не в силах...

На улице снегопад, видимость почти нулевая. Обеспокоенно веду машину, каждую минуту ожидая какого-то пиздеца на дороге.

Неожиданно взгляд цепляет маленькую фигурку, одиноко бредущую по обочине. Ребенок чтоль?

Торможу, стараясь не съехать с трассы. Включаю аварийки.

— Что случилось? — спрашивает в недоумении Сашка, стягивая с ушей наушники.

— Сиди в машине. Я сейчас. — Бросаю ей. Забрав из соседнего сиденья свою парку, выхожу на мороз.

Холод моментально проникает под толстовку, заставляя двигаться быстрее. Накидываю на себя, оставляя голову открытой.

В такую погоду даже собаку не выгонят. Как ребенок мог оказаться на трассе, в дали от цивилизации? Да ещё и один?..

Идет против ветра в несуразно большом пуховике, явно снятым с плеча какого-то мужика. На голове огромных размеров капюшон, закрывающий всю голову. И лицо в том числе.

Даже пол не определить.

— Эй, помощь нужна? — кричу, стараясь не подходить слишком близко. Вдруг испугается. Ещё даст деру. Потом ищи.

Поднимает голову. Под капюшоном ничего не разглядеть, но оттуда выпадает прядь длинных светлых волос.

Девочка.

Встаёт в ступоре.

— Тебя подбросить? — более нетерпеливым тоном осведомляюсь я.

Холодно.

Качает головой, делая неуверенный шаг назад.

Боится.

— Я с дочерью еду. Куда тебе? Давай подкину. Холодно. Замёрзнешь.

— А вам куда? — неуверенно.

Еле различаю, что она говорит. Настолько ее голос слаб, что засовываю свое недовольство куда подальше и более миролюбиво осведомляю:

— В Алексеевку.

Пятисекундная пауза.

— И мне...

— Поехали.

Разворачиваюсь и иду к машине.

Чувствую, что следует за мной. Отработанный навык владения ситуацией в экстремальных ситуациях, когда стараешься проконтролировать всё.

Ещё неизвестно, сколько она тут скитается.

Будет здорово, если ничего себе не отморозила.

Когда подходит совсем близко, открываю заднюю дверь и показываю свое "чадо":

— Моя дочь. Сашка.

— Эй! Мне вообще-то холодно! Закрой! — возмущённо.

— Не гунди, — говорю дочери и закрываю дверь. — Садись вперёд, я включу обогреватели на полную мощность.

Обхожу. Сажусь на водительское.

Снимаю парку и бросаю на свободное заднее сиденье рядом с Саньком.

Девочка до сих пор на улице. Хмурюсь, пытаясь понять, почему она не садится. И только потом до меня доходит, что она просто не может открыть дверь!

— Твою ж... — Хочется обматериться. Чтобы прям красочно выразить свои чувства. Но все, что себе позволяю, это договорить: — девизию!

Дотягиваюсь и открываю ее изнутри.

Садится, впуская в салон холодный воздух и снег, который сыпется с ее капюшона.

Глава 2 - Спасатель - это призвание

Макар

— Сколько тебе вообще? — Не удержавшись, спрашиваю у нее. Потому что она абсолютно точно совершеннолетняя! Перед глазами до сих пор стоят ее торчащие сексуальные соски.

— Двадцать три, — тихо говорит она, поворачивая голову ко мне.

Перехватываю ее взгляд. Красивая... Правда, растрёпанная немного, как будто собиралась впопыхах.

Смущённо отводит взгляд и тихо проговаривает:

— Спасибо, что подобрали меня.

— Да что уж там. — Отмахиваюсь грубовато. Голос подводит. Прочищаю. — Как ты вообще оказалась на трассе? Одна...

Замечаю, как неосознанно заправляет прядь волос за ухо, нервничая.

— Так получилось.

Ясно. Тайна за семью печатями.

— Как зовут?

Это-то я хоть могу узнать?

— Настя.

Настя. Настенька. Красивое имя. Какое-то сказочное что ли... Впрочем, как и она сама.

— Макар. — Тяну руку, удерживая другой руль.

Пятисекундная заминка.

Чувствую, как ее нежная рука утопает в моей.

Холодные пальцы.

Удерживая руль локтем, хватаю ее ледяную руку обеими руками. И дую теплым воздухом изо рта, растирая ладошку. Она вздрагивает, но покорно сидит, позволяя мне согреть.

— Вторую давай. — Командую я, прикладывая эту на панель с горячим воздухом.

— Не нужно... Правда... — Тихо протестует она.

— Быстро!

У меня нет времени с ней спорить.

Я привык, что мои команды исполняются незамедлительно. От этого иногда может зависеть чья-то жизнь.

Покорно подставляет руку, краснея.

Что же мы такие стеснительные-то?..

Проделываю тоже самое со второй.

— Спасибо, — снова благодарит она.

— Заканчивай с этим. Это сделал бы каждый. — Имею ввиду ее спасение.

— Вовсе нет, — говорит она с обидой. — До вас уже останавливалась одна машина. И мужчина недвусмысленно намекнул, что он хочет в обмен за спасение. — Останавливается на секунду, как будто сглатывая подступивший ком в горле. — А когда я сказала, что ничего такого делать не буду, просто взял и уехал...

Неосознанно сжимаю руль от злости.

— Не бери в голову. Он просто не мужик, — цежу, поджимая челюсть. — А так... говно в проруби.

Слышу ее тихий мелодичный смех.

Меня слегка отпускает.

Бросаю мимолетный взгляд на нее и снова возвращаю на дорогу.

Осознаю, что и сам улыбаюсь.

Нельзя быть рядом с холостым мужиком такой обаяшкой. Мне же ее сожрать хочется вместе с ее милыми розовыми носками.

— Я вам не мешаю? — неожиданно просовывается между сидениями голова Санька. Когда не надо и в наушниках услышит ненужное. А когда зову - фиг достучишься.

— Цыц! — На корню пресекаю ее попытки саботажа, чтобы не смущать Настю. — Дослушала свою музыку? Тогда отдавай наушники.

— Ага! Щас! — возмущённо. — Это мне мама подарила! Ты не имеешь права!

Ага, конечно. Не звонит даже на дни рождения и другие праздники. А подарки типо посылает. Потом догоняет и ещё добавляет!

Сам покупаю вот уже несколько лет. И говорю, что ее мамаша отправила курьером!

Этой овце некогда. Она свою жизнь налаживает в городе. О дочери и думать забыла. Приходится выкручиваться, чтобы у нее осталось хоть какое-то светлое пятно в воспоминаниях о матери.

Но при этом я враг народа. И чем старше она становится, тем тяжелее с ней совладать.

Усаживается обратно на сиденье, скрещивая руки на груди. Смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как предательски дрожит ее верхняя губа.

Хочется сказать что-то ласковое, чтобы растопить между нами этот лед недопонимания и обиды. Но я, бл*ть, не очень заточен на такие разговоры...

Поэтому молчу. И она молчит, обижаясь на меня.

Так и живём...

— Надолго в Алексеевку? — Уточняю у Насти, меняя тему разговора.

— М-м. Не думаю., — заключает она. — Но до Нового года хотела бы задержаться.

Прикидываю, сколько это. Получается совсем немного. И какое-то ощущение легкого разочарования возникает внутри.

Проездом, значит...

Понятно.

А что ты хотел, Гущин? Женщины любят большие города, деньги и статус. Не хотят они прозябать свою жизнь в этой "дыре", как сказала моя бывшая жена.

А я и не держал. Потому что это место нужно просто полюбить. За красоту, за чистоту, за сплочённость людей. Да просто потому, что здесь вырос. Но Оля не отсюда. Поэтому так и не прониклась.

Проезжаем табличку "Алексеевка".