Паруса в тумане 1

Глава 1. Как я стала пираткой (спойлер: очень глупо)

Если бы мне кто-то сказал, что мое утро начнется не с чашки элитного жасминового чая и обсуждения свежих сплетен о том, чей корсет в этом сезоне самый удушающий, а с попытки не свалиться в пасть к акуле-вегану, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. И, возможно, кинула бы в него веером. Но судьба – дама с крайне специфическим чувством юмора, и сегодня она явно решила, что Астерия дель Валле засиделась в девках и шелках.

Начнем с того, что я висела на одной руке, зацепившись за скользкий, пахнущий рыбой канат, а подо мной пенилось Карибское море, подозрительно напоминающее кипящий суп, в котором не хватает только лаврового листа и меня в качестве основного ингредиента.

— Эй, Ваше Сиятельство! — раздался сверху голос, который я мечтала засунуть в бочку с селедкой и отправить прямым рейсом в Антарктиду. — Вы там решили дельфинов дрессировать или все-таки соизволите подняться на палубу?

Я подняла голову, рискуя вывихнуть шею, и встретилась взглядом с Кристианом «Штормом» Рейнхардом. Капитан самого быстрого и, по слухам, самого проклятого судна в этих водах выглядел так, будто только что сошел с обложки запрещенного журнала «Пират года: раздень меня, если сможешь». Растрепанные темные волосы, легкая щетина, которую так и хотелось потрогать (исключительно чтобы проверить остроту, разумеется), и глаза цвета штормового неба, в которых плясали такие наглые искры, что ими можно было разжечь костер.

— Я проверяю температуру воды, Кристиан! — огрызнулась я, чувствуя, как правая рука начинает предательски неметь. — Вдруг она слишком холодная для твоего нежного эго?

— О, за мое эго не переживай, — он лениво перегнулся через борт, сверкнув перстнем с массивным черным камнем. — Оно такое же непотопляемое, как мой «Черный Альбатрос». Хватайся за руку, Астерия, пока я не решил, что ты лучше смотришься в качестве носовой фигуры. Знаешь, такая молчаливая деревянная женщина… Тебе бы пошло. Больше молчания – меньше головной боли у окружающих.

Я демонстративно проигнорировала его протянутую ладонь, украшенную мозолями от канатов и, вероятно, шрамами от сражений с такими же идиотами, как он сам. С кряхтением, которое никак не подобало дочери графа, я извернулась и перевалилась через борт.

Бум.

Я рухнула на палубу мешком с картошкой. Изящество? Оно осталось где-то между вторым и третьим слоем моих юбок, которые сейчас весили примерно как небольшое пушечное ядро.

— Ты – ходячее недоразумение в кружевах, — Кристиан со вздохом убрал руку в карман своих кожаных штанов. Штаны, кстати, сидели на нем настолько плотно, что это должно было быть незаконным в любом цивилизованном обществе. — Как ты вообще дожила до своих двадцати лет? Тебя не съели домашние животные или не убил собственный зонтик?

— Чистое везение и природное обаяние, — я поднялась, пытаясь сохранить достоинство, несмотря на то, что с моего носа капнула морская вода прямо на туфли из козьей кожи. — И вообще, напомню тебе, о великий повелитель луж: это ты меня похитил!

— Похитил? — он театрально прижал ладонь к груди, там, где под тонкой рубашкой угадывались рельефные мышцы. — Я спас тебя от участи, худшей, чем прогулка по рее! Я вырвал тебя из цепких лап барона фон Штольца! У этого человека изо рта пахло так, будто там кто-то умер еще до того, как испанцы открыли эти земли, и до сих пор не был похоронен.

— Барон богат! — я ткнула пальцем в его широкую грудь, чувствуя, как под тканью перекатывается металлическая твердость. — У него был замок, триста слуг и коллекция антикварных ложек из чистого золота! А у тебя что? Туман за кормой и мачта, которая скрипит громче, чем суставы моей тетушки при виде счета от модистки!

Кристиан вдруг сделал шаг вперед. Быстрый, хищный, совершенно не оставляющий места для маневра. Я оказалась прижата к мачте, и от него пахло солью, дорогим ромом и чем-то странным, манящим… словно воздух перед грозой, когда волосы встают дыбом от электричества.

Он наклонился к самому моему уху, обжигая кожу горячим дыханием.

— У меня есть то, чего не купишь за золотые ложки, Астерия дель Валле. У меня есть горизонт, который никогда не заканчивается. И приключение, от которого твои нежные поджилки затрясутся так, что никакой корсет не удержит. Если, конечно, ты не боишься испортить свой безупречный маникюр об реальную жизнь.

— Мой маникюр переживет даже конец света, — прошептала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал так же сильно, как колени. — А вот переживешь ли ты эту поездку со мной – большой вопрос. Я очень капризная, Рейнхард. Мне нужны завтраки в постель и отсутствие пиратских рож по утрам.

Он рассмеялся – громко, искренне, и этот звук заставил всех чаек в радиусе мили в ужасе замолкнуть. В этом смехе было столько первобытной свободы, что мне на мгновение захотелось сорвать с себя эти мокрые тряпки и прыгнуть прямо в шторм. Но я вовремя вспомнила, что не умею плавать.

— Ну что ж, добро пожаловать на борт, катастрофа в панталонах. Команда! — рявкнул он, не сводя с меня глаз. — Поднять паруса! Мы идем в Туманный пролив. У нас на борту ценный груз, который кусается, ворчит и требует золото за моральный ущерб!

Я посмотрела на горизонт. Там, где небо смыкалось с океаном, клубилась странная, фосфоресцирующая дымка. Она не была похожа на обычный туман; в ней мерещились очертания городов, которых не существовало, и слышался шепот, от которого кровь стыла в жилах.

— Что это? — спросила я, забыв о своей роли оскорбленной леди.

— Это наше будущее, Астерия, — Кристиан подошел к штурвалу, и его лицо мгновенно стало серьезным. — Там, в тумане, законы земли больше не действуют. Там живут легенды, которые очень проголодались.

— Великолепно, — я обреченно вздохнула, выжимая подол платья. — Мало мне было барона с его ложками, теперь меня еще и легенды съедят. Надеюсь, я буду для них слишком острой.

Корабль дернулся, ловя ветер, и «Черный Альбатрос» рванул вперед, разрезая волны, словно нож – масло. Моя старая жизнь в поместье отца осталась где-то там, за пеленой соли и брызг. А впереди... впереди был туман, наглый пират с потрясающей фигурой и полная неопределенность.