Печать Кил'джедена

Анторус, Пылающий Трон

Андрамисса во времена служения Пылающему Легиону.

Андрамисса уже давно сражается на стороне демонов. Она вынуждена подчиняться им и уничтожать сотни миров, сжигая их в пламени Скверны. Приняв их дар, она фактически подписала себя на вечное рабство.

Ее глаза полны боли и отчаяния, но эльфийка скрывает это за маской холодного безразличия. Она выполняет приказы Пылающего Легиона без колебаний, но внутри ее сердце наполняется грустью и печалью каждый раз с каждым новым уничтоженным миром.

Андрамисса находилась в Анторусе. Место, где возрождаются после смерти души демонов, обретая новую физическую оболочку. Место, где все демоны собираются для обсуждения военных планов по захвату новых миров. Здесь же зачастую находилась и Андрамисса, пока ее не отправляли на очередное завоевание мира. Фактически это место стало ее домом.

Андрамисса стоит на балконе Анторуса, глядя на безумное уродство этого места. Здесь все дышит магией и силой демонов. Ее взгляд устремлен вдаль, на бесконечные огненные равнины Аргуса. Она знает каждый уголок этого места, каждую трещину в камне. Она уже давно привыкла к этому месту, хотя и не любит его.

Ее мысли блуждают в прошлом, вспоминая дни до того как она стала слугой Пылающего Легиона. Она была свободной, полной жизни и надежд. Теперь она лишь инструмент для уничтожения миров. Ее размышления прервали, когда один из демонов сообщил ей, что владыка Килджеден ждет ее у себя. Сердце эльфийки сжимается от одной только мысли о встрече с ним. Этот демон стал для нее символом ее рабства, ее потерянной свободы. Она не может отказаться, не может спорить. Андрамисса идет по темным коридорам Анторуса к трону Килджедена. Ее шаги эхом отдаются в пустых залах.

— Ты звал меня, мой повелитель?

— А, Андрамисса, да, проходи, проходи. — Килджеден хищно улыбнулся про себя, в этот раз он позвал ее не для задания.

Андрамисса проходит вглубь зала, где сидит Килджеден, и падет на одно колено, показывая подчинение. Его улыбка вызывает у нее дрожь во всем теле. Она знает, что он не вызывает ее просто так без задания.

— Что тебе угодно, владыка? — голос Андрамиссы тих, в ее глазах нет того блеска и веселья, что характерны для нее. Только боль и страх перед ним.

— Сейчас узнаешь. — он щелкнул пальцами и вокруг установился невидимый звуконепроницаемый барьер. Сердце Андрамиссы начинает биться быстрее от неожиданности и страха. Барьер звуконепроницаемый, и это означает только одно, разговор будет личным и секретным. Она чувствует себя еще более уязвимой перед Килджеденом.

— Мой владыка, ты меня пугаешь. Зачем нам барьер? — она старается держаться спокойно, но внутренне готовится к худшему.

— Это чтобы нас не услышали. — отвечает Килджеден, даже не стараясь подавить свою улыбку. Андрамисса вдруг понимает, что разговор будет не о задании. О чем тогда? О ее служении? Или он наконец решил избавиться от нее? Она дрожит от напряжения.

Килджеден вновь щелкнул пальцами и двери за ними захлопнулись на замок. Ее дыхание остановилось. Замкнутое пространство с барьером и замками, все это создает атмосферу личной аудиенции, которая может закончиться чем угодно. Андрамисса готовилась к худшему.

— Владыка, Килджеден. Что это? Зачем все это нужно? — ее голос слегка дрожал. Она не помнит, когда он в последний раз говорил с ней наедине без задания, да еще таким образом. Это пугало ее больше всего.

— А, это чтобы посторонние случайно не зашли. Мы же ведь не хотим, чтобы нам помешали, так? — объяснял он ей.

Она кивает, но в ее глазах виден вопрос. Так о чем же он хочет поговорить? Она боится спросить, боится услышать ответ. Ее мысли в воображении рисуют худшие сценарии.

— Что ж, пожалуй я буду начинать.

Килджеден встал со своего трона и вдруг к ее ужасу и удивлению скидывает с себя пояс, обнажая очень большой могучий член. Глаза Андрамиссы расширяются от шока и ужаса. Она понимает, что сейчас произойдет, и ее тело начинает дрожать от страха и отвращения. Она была готова ко многим вещам, но не к этому.

— Встань и подойди сюда, Андрамисса! Живо! — приказал Килджеден. Его голос был громкий и строгий, разносящийся по всему залу. Это означало лишь одно, никаких возражений он не потерпит. Она застывает на месте от страха и шока. Ее ноги не слушаются, а слова застревают в горле. Но когда она видит грозное выражение в глазах Килджедена, то понимает, что лучше выполнить его приказ, чем ждать наказания. С трудом преодолевая себя, Андрамисса медленно встает и делает несколько шагов в направлении Килджедена. Каждый шаг дается ей с огромным трудом, будто она движется против ветра.

— Быстрее, Андрамисса! Не заставляй меня ждать! — кричал он в нетерпении.

Андрамисса подчиняется, хотя все внутри нее кричит от страха и отвращения. Она знает, что сейчас будет изнасилование. Она это видит по эрегированному члену Килджедена и его грозному тону. Андрамисса останавливается перед ним, опустив голову вниз и сжимая кулаки, чтобы не дрожали руки. Ее дыхание тяжелое и прерывистое, она боится даже смотреть ему в глаза и ждет приказ о дальнейших действиях.

— Пожалуйста, не надо. — смогла она еле выдавить из себя.

Но Килджедену было наплевать. Он тут же опустил ее на колени и нагло и бесцеремонно засунул свой член в ее рот. Она начинает двигаться и кашлять от неожиданности и размера его члена, который полностью заполняет ее рот и мешает ей нормально дышать. Ее желудок сжимается от отвращения и тошноты.

Килджеден держал ее за рога, грубо насилуя ее рот и не позволяя отстраниться. Слезы начинают течь по ее щекам. Андрамисса пытается отстраниться и вырваться из его хватки, но он держал ее крепко. Она чувствует себя абсолютно бессильной и униженной.

— Ммм, ммм, ммм! Андрамисса задыхается от рвотного рефлекса и постоянного насилия в горло. Она извивается и пытается вырваться, но Килджеден лишь усиливает хватку и продолжает жестко трахать ее рот. Он кончает ей прямо внутрь. Сперма у демона была липкая как смола, а на вкус была кислая, очень кислая, даже слишком.