Пекарня с секретом: вкус другого мира

Пролог

Каблучки отбивали по асфальту дерзкое: «Сво-бо-дна! Сво-бо-дна!» Я почти бежала, вдыхая густой, пахнущий пылью и надвигающимся дождем воздух июня. Город замер в тревожном ожидании грозы: листва на тополях застыла, вывернувшись белесой изнанкой вверх, а небо над крышами многоэтажек налилось тяжелым, свинцовым глянцем.

Но мне эта духота казалась упоительной. Наконец-то! Последний рабочий день позади. Неужели этот бесконечный марафон из тетрадок, детских слез и родительских чатов наконец-то встал на паузу? Пятьдесят шесть дней тишины. Пятьдесят шесть дней, которые принадлежат только мне.

Нет, работу я искренне любила: обожала своих учеников и легко находила общий язык с их родителями. Но учебный год выпил все соки. Силы были на исходе, а на детские шалости, которые раньше вызывали улыбку, уже не хватало терпени

Нет, работу свою я любила, любила детей с которыми работала и отлично ладила с их родителями.

Так что отпуск я ждала с нетерпением. И посвящу его я себе любимой. И своему хобби.

Отдушиной в трудной учительской жизни стали тортики и прочие сладости. Моя личная кондитерская магия, спасавшая меня в самые серые школьные будни. Я уже видела их — свои будущие шедевры. В голове прокручивались кадры из видеорецептов: так, клубнику в шоколаде я уже приручила, пора брать новую высоту. «Фрукты в стекле». Звучит красиво, а выглядит еще лучше. Представляю этот хруст карамели.

До дома оставался один переход. Небо над головой потемнело, июнь нахмурился, обещая грозу, но я этого и не замечала. Я мысленно перебирала список покупок: «Сахар, шпажки, виноград…»

Мир взорвался внезапно.

Визг тормозов разрезал воздух, время вязко застыло. Я медленно повернула голову и встретилась взглядом с хищным оскалом радиаторной решетки черной «Хонды». Она росла, заполняя собой всё пространство, вытесняя из головы и мечты о десертах, и планы на завтра.

В этот секундный зазор между жизнью и пустотой мелькнула совершенно абсурдная мысль: "Господи, как хорошо, что я не успела выйти замуж".

И мир окончательно погас.