Пепел Запада

Глава 1. Пробуждение

Первым пришло ощущение. Холод. Влажный, пронизывающий холод земли, впитывающийся в спину сквозь тонкую ткань. Потом - запах. Сырая гниль прелых листьев, грибов, чего-то древнего и мшистого. Ничего знакомого. Ничего похожего на запах асфальта, кофе или домашней пыли.

Сознание всплывало, как тяжёлый, неповоротливый пузырь со дна тёмного озера.

Парень с рыжеватыми кудрями открыл глаза.

Над ним был не потолок. Не небо города, подсвеченное оранжевым светом фонарей. Над ним были ветви. Чёрные, переплетённые, как потрескавшиеся вены на бледной коже, затянутые серой, неподвижной пеленой тумана. Он лежал на спине, и ветки казались невероятно высокими, несоразмерными, будто он упал на дно гигантского оврага.

Юноша попытался сесть. Тело отозвалось тупой, расплескавшейся болью, будто его хорошенько потрясли в коробке. Он был одет странно - штаны из непонятной мягкой ткани, тонкая футболка. Ни куртки, ни обуви - только носки, уже промокшие насквозь. На запястье - электронные часы, но экран был тёмным и мёртвым. Он стянул носки и выжал из них воду и положил в карман брюк.

"Где я?"

Мысль ударила, чистая и острая, как лезвие. Он зажмурился, пытаясь вытащить из памяти хоть что-то. Последнее воспоминание...

Тишина...

Пустота...

Нет, не совсем. В голове всплывали обрывки. Схема гитарного грифа, нотные листы, шум музыки в голове. Еще знания. Общие, бесприютные знания, болтающиеся в черепной коробке бессвязно и хаотично, без контекста, как чужие вещи на чердаке.

Но лица, имени, своего отражения в зеркале... воспоминания о вчерашнем дне, о доме, о голосах близких - ничего. НИЧЕГО.

Паника. Липкая и холодная паника подступила к горлу. Он сделал резкий, шумный вдох.

- Э-эй? - его голос прозвучал хрипло, чуждо, разорвав гнетущую тишину леса. - Здесь... кто-нибудь есть?

В ответ - только шелест чего-то мелкого в подлеске и далёкий, непонятный крик птицы, похожий на скрип ржавых петель.

Он поднялся на ноги, пошатываясь. Руки тряслись. Он обхватил себя, пытаясь согреться, и его взгляд упал на руки. Длинные, жилистые пальцы, многочисленные родинки и... ожог? Свежий, красный, болезненный ожог на тыльной стороне правой ладони. Откуда? Он не помнил, чтобы обжигался...

«Я вообще ничего не помню!» - паника перешла в раздражение.

Он повертел руку, и в этот момент, от приступа беспомощного страха и злости, из его ладони, прямо над ожогом, вырвался тонкий, жёлтый язычок пламени. Он продержался меньше секунды и погас, оставив в воздухе запах палёной кожи и легчайшее марево тепла.

Молодой парень отпрянул, как от змеи, прижал руку к груди, вытаращив глаза от ужаса.

- Что? Что это? - прошептал он в пустоту. - Что со мной происходит?

Он был один. Заблудившийся, без памяти, в лесу. И с каким-то странным ощущением жара внутри себя.

Холодный влажный воздух обжигал лёгкие.

Юноша прислушался к лесу, каждый шорох заставлял вздрагивать и оглядываться. Нужно было двигаться. Куда? На север? Правило про мох всплыло в памяти безликим фактом, но не давало ответа. Зачем ему идти на север?

Рыжеволосый сделал первый шаг. Потом второй.

А где-то в этом же лесу, в радиусе часа ходьбы, ещё трое таких же потерянных, испуганных людей просыпались от того же кошмара, держа в руках свои собственные, необъяснимые и пугающие загадки.

Парень шёл, не разбирая дороги. Ноги подворачивались на корнях, мокрая хвоя липла к ногам. Каждые десять шагов он оборачивался, но видел только всё те же деревья, затянутые пеленой тумана. Вернулась паника, сначала острая, теперь превратилась в тупое, фоновое гудение в висках и сбивчивое дыхание.

Он разглядывал свою обожжённую ладонь. Пламя больше не появлялось. Может это галлюцинация? От голода, страха, удара по голове... Чего угодно. Кричать в пустоту и звать людей не хотелось, какой смысл привлекать диких лесных животных, да и кого в глухом лесу можно позвать?

Впереди мелькнуло движение. Он замер, вжавшись в ствол сосны.

Из-за дерева вышла девушка. Высокая, бледная и худая, в серой спортивной кофте. Она шла не как он - не спотыкаясь и не озираясь. Она скользила между деревьями, её шаги были беззвучными и удивительно точными. Она выглядела так же потерянно, но её тело, казалось, знало здесь каждый камень.

- Эй! - вырвалось у него прежде, чем он успел испугаться.

Девушка вздрогнула и обернулась. В её светлых глазах не было угрозы, только такая же животная настороженность.

- Ты... - начал он, выходя из-за дерева. - Ты тоже не помнишь, как здесь оказалась?

Она молча кивнула, внимательно его изучая.

- Я тоже, - сказал он, в его голосе прозвучало дикое облегчение от того, что он не один. - Я... у меня тут (он показал на ладонь) странное было... Меня зовут... - он запнулся. Имени не было. - я не помню. Ладно, неважно. Ты хоть знаешь, куда идти, или где мы?

- Нет, - её голос был тихим, - Но стоять на месте, кажется, ещё хуже.

Они пошли вместе. Молча. Наличие другого человека, даже такого же напуганного, не делало лес менее враждебным, но, по крайней мере, придавало немного больше сил.

Через полчаса они набрели на девушку с чёрными волнистыми волосами. Та сидела на замшелом валуне, сгорбившись, и смотрела куда-то внутрь себя. Рядом с её ногами трава была странно белой и хрустящей.

Услышав шаги, она подняла голову. Её карие глаза были красными - то ли от слёз, то ли от недосыпа, но в них не было паники. Взгляд был холоден и она будто сканировала появившихся из чащи людей.

- Присоединяйся к клубу - хрипло выпалил парень, прежде чем она успела что-то спросить. - Правило первое: никто ничего не помнит. Второе правило: вокруг творится какая-то хрень. - Он кивнул на иней у ее ног.

Черноволосая только фыркнула - смесь отчаяния и абсурда. Высокая блондинка присела на корточки, рассматривая замёрзшую траву.

- Похоже мы тут все со странностями, значит не показалось... - девушки вопросительно взглянули на парня. - У меня... огонь - пробормотал юноша, показывая ладонь.

Глава 2. Встреча у каменных врат

- Судя по ландшафту, мы в гористой местности, - отметила блондинка, всматриваясь в серые громады, угадывавшиеся сквозь разрывы в тумане.

- Ну, подлети еще разок, на этот раз повыше - и будем знать наверняка, - съязвил юноша, вскидывая руки вверх. - А то за этими деревьями не углядеть.

Высокая девушка лишь покачала головой. Её «полёт» был скорее неуправляемым подскоком, который чуть не закончился падением с дерева.

- Если рядом горы, значит, можно найти ручей, - задумчиво произнес коренастый мужчина. - Горные потоки стекают в долины. Найдем воду - сможем спуститься вниз и выйти к людям.

- Так, минутку, - оживился рыжеволосый. - А ты у нас разве не по камушкам? А то мы тут все, похоже, со стихийными способностями! Давай, запусти руку в землю, может, отсканируешь площадь, - продолжал он издеваться. В его издевке слышалась не столько злоба на соратников, сколько яростное раздражение на саму абсурдную ситуацию и их беспомощное положение.

Темноволосый мужчина обернулся, его спокойный взгляд остановился на юноше.

- А что, у вас тоже что-то подобное проявилось?

- Ну, одна летает, другая замораживает, я сам себя поджарил, - скалился рыжий. - Похоже на четвёрку недоделанных супергероев. Я предположил, что ты у нас должен тоже за что-то отвечать. Похоже, угадал!

- Да, - мужчина ответил просто, без тени сарказма. - Подо мной размяк валун, когда я проснулся. И я чувствую странные колебания в земле. Как будто вибрации... Кстати, так я вас и нашёл - шёл на самые сильне толчки.

Темноволосая девушка закатила глаза, встала, отряхнулась и с шумным выдохом нарушила диалог.

- Что ж, теперь, когда мы все нарадовались своим новообретённым способностям, давайте их применим в какую-то пользу. Давай, Рыжик, командуй!

- Рыжик? - юноша с азартом вскинул брови.

- Ну, а как нам друг к другу обращаться? Никто из нас не помнит имён, – девушка двинулась вперёд, задав первой динамику. - Давайте выдумывать прозвища. Я, например, буду мистером Фриз. - нервно хохотнула она.

- А почему туда? - тихо спросила блондинка, указывая в выбранное темноволосой направление.

- А почему НЕ туда?

- Потому что... - перебил мужчина, прикрыв глаза, будто прислушиваясь к чему-то под ногами. - Потому что вибрация воды идёт оттуда. - Он уверенно указал в другую сторону, где склон уходил вниз. - Если найдём реку - спустимся по ней к цивилизации.

Они замерли, глядя на него.

– Ну, тогда веди нас, Камнетёс – фыркнула кареглазая, развернулась и пошла за ним.

- А ты у нас любительница странных прозвищ? - поинтересовалась блондинка.

- Хочешь, и тебе придумаю, - улыбнулась девушка - будешь у нас Гравитация. С тобой она явно на перекуре...

Путь вниз был крутым. Они шли молча, прислушиваясь к новым для себя ощущениям. Мужчина действительно вёл их, как опытный следопыт по невидимым нитям. Он обходил рыхлые осыпи, находил едва заметные тропинки, и под его ногами даже самый скользкий камень будто обретал шершавую устойчивость.

Рыжик шёл сзади, нервно пощёлкивая пальцами. Иногда между ними проскакивала крошечная искра, и он сжимал кулаки, пытаясь загнать внутренний жар обратно.

Гравитация скользила впереди, её шаги были бесшумны, а длинные волосы колыхались в такт странным, тихим потокам ветра, которые, казалось, шли только вокруг неё. Фриз шла последней. Она время от времени прикасалась к мокрым от росы камням, и капли тут же реагировали на ее прикосновения магнетично, поднимаясь вслед ее руке. Она чувствовала от воды тягучее, сонное спокойствие, которое манило её остановиться, замолчать, забыться.

Лес окончательно отступил. Они вышли на каменистую седловину между двумя чёрными отрогами гор. И замерли.

Ветер, свистевший в ущельях, выл здесь по-иному - низко и тоскливо. Перед ними открывалась мёртвая каменная чаша, а на противоположном склоне, подобно гигантской, ослепшей глазнице, зияли Врата.

Это не была просто арка в скале, это была архитектура титанов. Два огромных, косящих в разные стороны, пилона из чёрного, отполированного временем камня. Между ними - глухая, гладкая стена, испещрённая потускневшими, но всё ещё чудовищно сложными узорами. Место дышало вечным, каменным сном. А у подножия врат, под самым склоном, тускло поблёскивало озеро - чёрное, неподвижное, как расплавленное стекло.

- Цивилизация, - фыркнула Фриз.

- Выглядит... гостеприимно, - выдавил из себя Рыжик. Инстинкт кричал ему бежать.

Именно в этот момент они их увидели.

У самого края озера, у подножия циклопических, сияющих в лунном свете, врат, копошилась группа фигур. Маленькие, похожие на детей. Высокий, светловолосый, с луком за спиной. Бородатый коренастый карлик, яростно жестикулирующий перед седовласым старцем в остроконечной шляпе. И ещё двое - один суровый, с мечом у пояса, другой - с испуганным, бледным лицом, кутающийся в плащ.

- Люди... - прошептала Гравитация, в её голосе прозвучало безумное облегчение.

Но облегчение длилось мгновение. Седой старец, который казался центром этой странной компании, резко обернулся. Его взгляд, тяжёлый и пронзительный, метнулся через каменистую чашу и нашел их четверых, прижавшихся к скалам.

Все движение у врат замерло. Высокий эльф плавным движением снял лук со спины. Суровый человек шагнул вперёд, заслоняя собой маленького. Двое людей мгновенно положили руки на эфесы мечей.

- Похоже, - тихо сказала Фриз, - что наше нетрадиционное портфолио... вот-вот потребуют предъявить. И судя по их лицам, резюме им не понравится.

Камнетёс слегка отступил назад, его ладонь легла на холодный камень утёса, будто ища в нём опору. Рыжик непроизвольно сжал кулак, в щели между пальцами брызнул оранжевый свет.

Седовласый старец поднял руку - жест, полный непререкаемого авторитета. Его спутники застыли, но не расслабились. Затем он сделал шаг вперёд, потом ещё один, медленно приближаясь по каменистой седловине. Расстояние сокращалось, и теперь они видели морщины на его лице, блеск мудрых и невероятно старых глаз под широкими полями шляпы.

Глава 3. Озеро страха

Атмосфера была ледяной, и дело было не только во взглядах новых «спутников». Тягостная тишина вокруг чёрного озера угнетала сильнее любых слов.

- Скорее, - буркнул бородатый коротышек - Гимли, как представился, - здесь пахнет бедой. И давно не мытой бедой.

- Не пугай хоббитов, - сказал Арагорн, но сам не сводил глаз с неподвижной воды.

Боромир бросил камень в воду, и появившиеся круги на воде достигли берега.

- Зачем ты это сделал, Боромир? - сказал Фродо. - Я ненавижу это место и боюсь его. Я не знаю, что это: не волки, и не темнота за дверями, это что-то другое. Не тревожь его!

Именно тогда двое самых маленьких - Пиппин и Мерри - решили разрядить обстановку самым естественным для себя образом и последовать примеру Боромира. Подойдя к самой кромке, Пиппин поднял плоский камень.

- Бьюсь об заклад, он проскачет четыре раза! - весело сказал он и запустил камень в воду.

Плоский камень действительно проскакал. Раз, два... Три...

На четвёртом отскоке с водой случилось что-то не то. Она внезапно втянула в себя камень и взорвалась.

- ПИППИН! - закричал Мерри, но было поздно.

Из чёрной глубины, с тихим, слизистым хлюпаньем, взметнулись щупальца. Не одно - множество. Бледные, покрытые скользкой чешуёй и присосками, они обвивали камни у берега, хватались за выступы. Водяной страж.

Когда Гэндальф разгадал загадку врат и они открылись, Страж внезапно схватил Фродо за ногу одним из своих щупалец. Сэм отрубил щупальце своим мечом, и Фродо удалось бежать, но Стража это только разозлило.

- Все к скале! - рявкнул Арагорн, выхватывая меч и заслоняя собой Фродо.

Братство рванулось прочь от воды, к самым вратам. Четверо чужаков застыли на месте, парализованные первобытным ужасом. Это был не фильм. Это было здесь. Запах тухлой рыбы и ила, леденящий брызги, чудовищный, немой взгляд твари, в котором не было ничего, кроме голода.

- ДВИГАЙТЕСЬ! - проревел им Камнетёс, толкая блондинку в спину, но его ноги словно вросли в камень от ужаса.

Одно из щупалец, длинное и липкое, метнулось к группе. Оно целилось в хоббитов.

Что-то внутри Рыжика, тонкая ниточка контроля, оборвалась. От чистейшего, животного страха за этих странных, маленьких, беззащитных существ.

- НЕТ! - закричал он, и его рука инстинктивно выбросилась вперёд.

Из центра его ладони вырвался короткий, яростный язык пламени, ярко-оранжевый и густой, как жидкая смола. Он ударил в щупальце с шипением. Запах палёной плоти ударил в нос. Тварь взревела (если этот булькающий, подводный вой можно было так назвать) и отдернула конечность, но вокруг уже взметнулись другие.

Рядом с Рыжиком Фриз смотрела на воду, и её лицо было белым как мел. Она видела, как монстр тянется к ним, и думала только об одном: остановить, заморозить, сделать неподвижным!

- Держись подальш... - начала она, и бросила в сторону воды руку, сжатую в кулак.

Там, куда она смотрела, поверхность озера покрылась лоскутами хрупкого льда. Но это было слабо, ничтожно. Щупальца легко ломали его. Она чувствовала воду, как огромную, тёмную, чужую массу, которая почти не слушалась её. Вместо того чтобы схватиться льдом, она лишь раздражала тварь, покрывая её склизкую кожу инеем, который тут же таял. У неё не получалось. Сила была, но не было знания, не было воли, чтобы повелевать такой стихией.

- Бесполезно! - крикнул ей Рыжик, отступая и чувствуя, как внутри него тут же гаснет жар, оставляя пустоту и дрожь в коленях.

Воины братства отбивались от чудовищных щупальцев, летели стрелы, мелькали мечи.

В этот момент прогремел голос Гэндальфа:

- ВРАТА! ВСЕМ ВНУТРЬ!

Братство уже отбивалось у самого входа. Арагорн и Боромир рубили щупальца, Леголас выпускал стрелу за стрелой. Гимли яростно рубил всё, что оказывалось в зоне досягаемости его топора.

- Бежим! - закричала блондинка, и её голос сорвался на визг.

Она, единственная из них, не попыталась применить свою силу - что может воздух против такой беспощадной туши? Но её ноги понесли её к спасительной тени врат быстрее, чем она думала.

Они бросились вслед за другими, спотыкаясь, падая, оборачиваясь на кошмар позади. Последним, пропуская чужаков вперёд, в чёрный провал в скале прыгнул Арагорн. На миг в проёме мелькнуло ещё одно щупальце, но могучий удар меча отсек его кончик. И тогда...

Глухой, каменный стон. Грохот, от которого задрожала земля.

Огромные валуны завалили вход, отсекая мир света от мира тьмы, а их - от чудовища в озере.

Наступила абсолютная, давящая тишина, нарушаемая только тяжёлым, прерывистым дыханием и сдержанными рыданиями Гравитации.

Тёмная пасть Мории окончательно поглотила их. Внутри царил гнетущий холод.

В слабом свете факела Гэндальфа их лица были бледными масками ужаса. Они только что поняли две вещи: этот мир убивает и их «портфолио» в нём - не дар а, скорее, проклятье, на которое чудовища отвечают с удвоенной яростью.

Глава 4. Тьма Мории

Свет факела Гэндальфа выхватывал из мрака громадные, запылённые своды и колонны, уходящие ввысь. Они шли, пока не нашли относительно безопасный закуток - некогда сторожевую нишу гномов. Все рухнули на камни, переводя дух. В тишине слышалось лишь тяжёлое дыхание и далёкий, зловещий скрежет где-то в глубинах.

Гэндальф присел напротив четверых, положив посох на колени. Его взгляд был не таким суровым, но всё так же невероятно проницательным.

- Теперь, - сказал он тихо, - расскажите. С самого начала. Что помните.

И они рассказали. Обрывками, перебивая друг друга. Пробуждение в лесу, пустоту в памяти и силы. Неуправляемые, пугающие, словно чужие конечности. Камнетёс говорил о вибрациях в камне, Гравитация - о силе ветра, Рыжик - об ожоге и вспышке, Фриз - о воде, которая покоряется, но ещё не слушается.

Братство слушало, и на их лицах читались разные эмоции: холодный анализ у Арагорна, нескрываемое любопытство у Мерри с Пиппином, и глубокое недоверие у Гимли.

Затем наступила очередь Братства. Гэндальф, не вдаваясь в детали, обрисовал картину: Тень на востоке, война, последний оплот Свободных народов. И миссия. Уничтожить Вещь невероятной силы, что может поглотить весь мир.

- И это кольцо... оно с нами? - тихо спросила блондинка, её глаза были огромными от ужаса.

- Молчи! - внезапно вскипел Боромир, вскакивая. Он смотрел на Гэндальфа с яростью и разочарованием. - Ты рассказываешь всё этим... этим пришельцам! Кто они? Откуда? Может, это уловка Врага? Новое оружие Саурона - послать в наш тыл смутьянов с красивыми историями и странными трюками!

Леголас, до этого хранивший молчание, кивнул, и его лицо было сурово.

- В его словах есть доля правды, Митрандир. Их души... они смотрят на мир иными глазами. Я не чувствую в них зла, но и доверия они не вызывают. Говорить о Кольце - безрассудство.

Напряжение нарастало. Арагорн положил руку на рукоять меча, готовый к любому исходу. Хоббиты сбились в кучку.

И тогда Гэндальф поднялся. Невысокий, он вдруг показался огромным, заполнив собой пространство ниши.

- Довольно! - его голос прокатился под сводами, негромко, но с такой силой, что все замолчали. - Ты спрашиваешь, откуда они, Боромир? Взгляни! - Он указал на их растерянные, испуганные лица, на одежды, не сшитые ни в Гондоре, ни в Арноре, ни в каких иных землях Средиземья. - Они - дети иного мира, иной песни. Их появление здесь, в этот час, рядом с нами у самых Врат Мории - не случайность. Это не уловка Тьмы. Тьма хитра, но она не творит такого. Это - дар. Или испытание. От самих Валар.

Последнее слово повисло в воздухе, тяжёлое и неоспоримое. Даже Боромир отступил на шаг, потупив взгляд. Имя Создателей не произносили впустую.

Гэндальф обвёл взглядом загадочную четверку и теперь в его глазах читалась не только мудрость, но и решимость.

- Они не помнят своих имён. Значит, им нужны новые. Имена, данные по праву видения и по воле случая, что свел наши пути.

Он сделал шаг к Рыжику.

- Твоя суть - яростный, очищающий жар, что сжигает и даёт свет во тьме. Отныне ты - Каэлиннар. Держи свой огонь в узде, пока не научишься им повелевать.

Повернулся к блондинке.

- Ты паришь между небом и землёй, дочь ветров. Ты - Айриндель. Помни, даже самый лёгкий ветер может стать ураганом.

Его взгляд упал на крепкого мужчину.

- Ты слышишь камень и говоришь с землёй. Твёрдый, как скала, и надёжный, как корни гор. Ты - Ориндор.

Наконец, он посмотрел на кареглазую девушку. Дольше, чем на других. В его взгляде было предостережение.

- А твоя сила глубока и изменчива. Она может исцелять и нести покой, а может затянуть в глубину и ледяное оцепенение. Будь осторожна с её зовом. Ты - Талумиэ.

Он отступил, дав именам проникнуть в их сознание, стать частью их новой сущности.

- Вот кто вы есть. Вы - те, кого послали. И наш путь теперь общий - к свету Лориэна. А там... там мы увидим, какую роль в этой войне вам суждено сыграть.

В глубокой тишине Мории новые имена звучали как приговор. Путь назад был окончательно отрезан. Впереди была только тьма туннелей и туманная надежда на то, что у эльфов Золотого Леса найдётся ответ.

- Путь через Морию займёт 4 дня, будем надеяться, что наше присутствие останется незамеченным, - сказал Гэндальф, обращаясь к остальным. - тут повсюду гоблины и орки, так что мы должны идти тихо.

Огромные, угрюмые залы Мории сменяли друг друга, рождая в душе не благоговение, а леденящий ужас. Гигантские колонны, словно стволы каменных деревьев, терялись в темноте где-то на недосягаемой высоте. Воздух был спёртым, отдалённо пахнущим гарью, сыростью и тлением. Шаги эхом отдавались в пустоте и каждый шорох заставлял вздрагивать.

Четвёрка новоявленных стихийных магов шли позади всех, сбившись в тесную, дрожащую кучку. Прозвища «Рыжик», «Гравитация», «Камнетёс» и «Фриз» казались теперь издевкой, детской игрой. Новые имена висели на них тяжёлыми, чужеземными плащами.

Каэлиннар. Каэл сжал обожжённую ладонь. Огонь, который обжигал его самого. Яростный, очищающий жар. Какое он имел отношение к войне? Он помнил обрывки мелодий, а не боевых кличей. Он хотел знать, как поджигать струны гитар, а не орков.

Айриндель. Айрин украдкой наблюдала за лёгкой, невероятно уверенной походкой эльфа впереди. Она чувствовала лишь лёгкое головокружение и постоянную, подташнивающую тревогу. Ей хотелось не парить, а спрятаться. Сжаться в комочек где-нибудь в тихом, светлом месте, где нет этих давящих сводов.

Ориндор. Орин шёл, глядя под ноги, но видел не камни пола, а трещины в собственном миропонимании. Он слышал лишь глухой, зловещий гул этой чёрной пустоты под ногами. Он был практиком, решал сложные задачи, хотя этого точно и не помнил. А ему предлагали роль в войне. Войне за кольцо, за чью-то корону, в мире, о котором он не знал, ровным счётом, ничего.

Талумиэ. Талуя шла, кусая губу. Глубокий страх и оцепенение. Гэндальф смотрел на неё так, будто видел насквозь. Она чувствовала силу - далёкую, неподвластную, но как ею распоряжаться она не знала. Это её раздражало и, одновременно, подстегивало. Но вместе с тем не было понимания - зачем? Хотелось отогнать этот странный морок, проснуться где-то дома, и всё забыть. Забыть этот ужас, эту безнадёжную ситуацию, в которой они все оказались.

Глава 5. Чертоги Мазарбул

После ночевки в Купальном зале, они шли часами через суровые коридоры Мории. Мрак горы был густым, вязким и влажным. И вот своды неожиданно разошлись, уступив место грандиозному залу Мазарбул.

Летописный чертог. Даже в неярком свете посоха Гэндальфа он поражал масштабом. Казалось, сами горные корни были выскоблены и отполированы до блеска, превратившись в колонны, вздымающиеся к невидимому потолку. Повсюду были разбросаны доспехи, мечи и скелеты гномов. В центре, на низком каменном постаменте, лежала массивная плита, покрытая резными письменами.

- Балин, сын Фундина - с горечью в голосе читал Гэндальф надпись на надгробии - Государь Мории.

- Значит, он умер. - промолвил Фродо.

Гимли молча опустил капюшон на лицо.

Братство замерло в почтительном молчании, подавленные величием скорби и смерти, которая, казалось, навеки впитались в эти камни. Четверка магов тихо переглянулись. Гэндальф осторожно взял толстую, кожаную книгу, лежавшую на плите рядом со скелетом. Пыль столетий клубилась в воздухе, когда он перелистывал хрупкие страницы. Бормоча на странном языке, он надолго погрузился в изучение хрупкого фолианта. Переодически доносились выдержки из летописи: «мы прогнали орков... охраняем врата... Флои поражен стрелой...».

- Видимо, тут был бой насмерть, - прошептал Каэл своим соратникам.

- Ты догадался по той горе скелетов? - иронизировала Талуя в ответ.

- А чего они все обугленные? - задумчиво, будто ни к кому не обращаясь промолвила Аэрин.

- Может это просто пыль веков? - пожала плечами Талуя.

- Да нет, посмотри сюда, - Каэл нагнулся, провел пальцем по, лежащему рядом, шлему и показал. - Это сажа.

- Похоже, что их тут взаперти и сожгли. - отозвался Орин.

- Жестоко...

Кажется, всем стало одинаково жутковато в скорбной комнате. Пиппин, ведомый необъяснимым, глупым любопытством, не выдержал. Он подошёл к краю бездонного колодца в углу зала и, заглянув в чёрную пустоту, неловко задел ногой доспехи погибшего гнома-стражника. Скелет качнулся. Сначала тихо, потом неотвратимо. С глухим, костяным лязгом он рухнул в колодец.

Вслед за ним, словно насмехаясь, с оглушительным, бесконечно долгим, раскатистым грохотом покатился и его шлем.

Тишина, наступившая после, была страшнее любого грома.

- Болван, Тук! - прошипел Гэндальф, захлопывая книгу. В его глазах вспыхнуло сердитое недовольство.

Но было поздно.

Сначала пришёл звук. Глухой, нарастающий рокот, словно сердце горы начало биться в ярости. Потом запах - смрад немытой плоти, грибной плесени и горящих факелов. Послышался топот, протрубил рог, затем еще один и грубые крики. Послышались барабаны.

- Они идут! - выкрикнул Леголас.

- Нам не выбраться, - проговорил Гимли.

- Закройте двери! - крикнул Арагорн. - Надо заклинить их!

В полном недоумении, новички кучковались в стороне. Каэл порывался помочь, но сообразить, что именно нужно сделать, было сложно. Орин уже подскочил к Боромиру, навалившемуся на дверь, и помог замуровать ее всем, что лежало неподалеку.

- Подождите, - остановил остальных Гэндальф. - Восточную дверь не закрывайте, там пока тихо, попробуем уйти туда.

- Мы и не сможем запереть эту дверь, замок давно сломан, - отозвался Арагорн. - Придется сдержать натиск и дать сильный отпор. Попробуем их спугнуть.

Для Айрин это прозвучало забавно-опрометчиво. «Спугнуть» - ага. Что может сделать горстка братства и четверо неофитов против орды орков, а судя по гулу за стенами их было довольно много.

- КИНЖАЛЫ! - проревел Боромир, отшвыривая от своего пояса два запасных клинка. Они звякнули, подскочив на каменном полу у ног Орина и Айрин. - Вооружайтесь, если не хотите умереть!

Это встряхнуло. Орин поднял клинок. Он был тяжелым, однако ощутив его в руке, мужчина обрел уверенность. Айрин схватила второй. Неужели взаправду? Каэл и Талуя нашли старые, обугленные мечи неподалеку.

И тут дверь вздрогнула и приоткрылась. Звон клиньев раздался за восточными воротами. В щель просунулась огромная рука и часть плеча, кожа была темная, болотного оттенка. Боромир прыгнул вперед и сплеча нанес удар. Раздался рёв, лапа отдернулась назад, с лезвия капали черные капли орочей крови. Боромир снова захлопнул дверь.

Звенящая тишина повисла на минуту. Все замерли в ожидании. Внезапно на дверь обрушились удары молотов. Дверь начала потрескивать и в открывшуюся широкую щель полетел град стрел. Они никого не задели, лишь осыпались где-то в стороне, но тут рог протрубил сигнал и в зал хлынули орки.

С шумным топотом ворвалось немногочисленное войско. Корявые, приземистые, вонючие, а позади, с глухим топотом, раздвигая толпу, втискивалось в зал нечто, от чего у всех кровь стыла в жилах. Пещерный тролль. Его спина скребла своды, а в руках он сжимал огромное копье, способное насквозь проткнуть себе подобного.

Маги стихий застыли на месте, парализованные ужасом, более реальным, чем любой кошмар. Далекие, обрывочные воспоминания из книг и фильмов массовой культуры оказались жалкой пародией. Это по-настоящему пахло смертью.

Бой вспыхнул мгновенно и яростно. Леголас, не сходя с места, начал методично вышибать орков стрелами. Арагорн и Боромир стали живой стеной из стали и ярости, которую орки явно не ожидали встретить. Гимли, с рыком пустился в яростную пляску с топором. Даже хоббиты, бледные как мел, сжимали мечи, готовые отбиваться.

Новички оказались в этом сумасшествии без подготовки.

Айрин даже не поняла, когда страх сменился действием. Первый орк выскочил из тени слишком быстро, и тело среагировало раньше разума. Она отпрянула назад и... не приземлилась. Каменный пол остался внизу. Сильный воздушный поток подхватил Айрин, та неуклюже взмыла и рухнула на крышку саркофага. Орк уже лез следом.

Она махнула рукой будто отмахиваясь от кошмара. Воздух сжался, ударил, сбил орка с равновесия. Тот пошатнулся ровно на секунду.

Этой секунды хватило.

Глава 6. Балрог

Бегство из Летописного чертога превратилось в кошмар наяву. Они мчались по бесконечным лестницам и узким переходам, оглушённые топотом собственных ног, отдающимся в грудной клетке. Сзади, всё ближе, нарастал гул - как будто сама гора взбесилась и гналась за ними.

И вот они ворвались в новый зал. Если предыдущий был могилой гномьей славы, то этот был её тронным залом. Колонны, шириной с башню, вздымались в непроглядную тьму, образуя лес из каменных деревьев. Со всех сторон, из-за каждой колонны, с каждой галереи сыпались вниз, словно пауки, гоблины и орки. Их было больше, чем в прошлый раз. В разы больше. Они не кидались в атаку сразу. Они окружали, сжимая кольцо, их глаза полыхали торжествующей злобой.

- Западня... законченная западня, - прошептал Боромир, крутя головой.

И тогда пришёл звук. Глубокий, вибрирующий стон, от которого задрожал камень под ногами. Он шёл из глубин горы. Из тьмы между колонн вдалеке выползло... нечто. Оно было сделано из тени, огня и дыма, но тень эта была плотной, как плоть, огонь освящал пространство вокруг, а дым обвивал смутные очертания фигуры с крыльями из пламени и бичами из огня. В руке оно сжимало меч, раскалённый добела.

Все замерли. Гоблины и орки стали разбегаться как тараканы в стороны с подобострастным визгом.

Гэндальф встал неподвижно. Его лицо стало пепельно-серым, старше самой горы.

- Балрог, - произнёс он. - Демон древнего мира.

Момент осознания, казалось, длился вечность. Каэл, нервы которого были натянуты как струны, не выдержал.

- Отлично, - истерическим смешком выдавил он. - Знакомство состоялось. Будем ждать, пока он предложит чаю, или... может, всё-таки побежим?

Это встряхнуло Гэндальфа. Он очнулся, и в его глазах вспыхнула былая, стальная решимость.

- БЕЖИМ! - рявкнул он так, что эхо покатилось по залу. - К МОСТУ КХАЗАД-ДУМА!

Они рванулись, гонимые чистым животным страхом. Балрог двинулся за ними. Каждый его шаг заставлял плиты пола вздыматься, как листы бумаги. Жар от него шёл волнами, сухой и выжигающий душу.

Мост, перекинутый через бездну, был не конструкцией, а насмешкой. Древний, узкий, без перил, он висел над пропастью, где в багровом свете далёкого подземного пожара клубились тени. Но до него нужно было еще добежать через извилистую лестницу. Камень под ногами был скользким от вековой влаги и уже крошился по краям.

- Быстро! Не оглядываться, смотрите вперед! Нам нужно прямо и вниз по лестнице, так пробежим к мосту! - кричал Арагорн, подталкивая вперёд хоббитов.

Они побежали, растянувшись в цепочку.

В середине пути, внезапно, с оглушительным грохотом целый пролёт лестницы прямо перед Мерри и Пиппином обрушился вниз, оставив зияющий разрыв в пару метров шириной. Края обрыва дымились, осыпаясь. Хоббиты отпрыгнули назад, в ужасе вцепившись друг в друга.

- Перепрыгнуть! - закричал Боромир.

Первыми прыгнули Гэндальф и Леголас, последний скомандовал, чтобы хоббитов перекидывали ему.

- Я помогу! - крикнула Айрин, её голос прозвучал удивительно твёрдо. Она протянула руки к хоббитам. - Прыгайте! Сейчас!

Пиппин, доверяя инстинкту больше, чем разуму, оттолкнулся. Его тело наклонилось вперёд для прыжка, которого не хватило бы. Но в тот же миг Айрин толкнула к его ногам плотную воздушную подушку. Невидимая упругая волна подхватила хоббита, как пушинку на ветру, и перебросила через разрыв. Он с писком приземлился в объятия Леголаса. Мерри прыгнул следом, и Айрин повторила трюк, уже увереннее. На её лбу выступил пот от напряжения, но она справилась. Так она помогла переправиться Талуе, Каэлу и остальным хоббитам. Боромир прыгнул сам. Орин сказал, что будет прыгать в числе последних. Следующий на очереди был Гимли.

- Не сметь швырять гнома! – рявкнул тот, уже разбегаясь. Он перепрыгнул разрыв своим мощным прыжком, слегка не допрыгнув был пойман за бороду Леголасом, подтягивающим гнома с края.

- НЕ ЗА БОРОДУ! - кричал гном.

- Теперь ты! - приказал Арагорн Айрин.

Она отступила на шаг, глубоко вдохнула и прыгнула. Её прыжок и без магии был бы отчаянным и длинным, но в момент толчка она отпустила контроль над собой. Воздух вокруг неё сгустился, подхватив и пронеся. Айрин не летела - её шаг просто растянулся в невозможный, плавный парящий скачок. Она приземлилась на другую сторону, едва не упав от головокружения.

Теперь на отколовшейся стороне оставались Арагорн и Орин, которые задержались, чтобы закрыть тылы. Их часть лестницы, отколовшись, медленно, со скрежетом, накренилась в сторону пропасти, удерживаясь лишь на нескольких треснувших опорах. До той стороны было около полутора метра вниз по наклонной скользкой плите.

- Прыгайте! - кричал Боромир, протягивая руку.

Но плита кренилась всё сильнее. Прыжок со склона был почти невозможен из-за риска провалиться вместе с шатким островком лестницы.

Арагорн схватил Орина за плечо.

- Наклонись вниз! - Он надеялся, что инерция качающейся конструкции поможет им.

В этот момент Орин совершенно интуитивно понял, что делать. Укрепить шатающийся остров не получится, не хватит ни сил, ни времени. Клонилась лестница слишком медленно, в то время как они быстро теряли равновесие. Но можно было сделать небольшой толчок в нужном направлении для точного прыжка.

- Будем прыгать сейчас! - крикнул Орин. Приказ шатающейся скале был отдан силой намерения - катапультировать их задав силу ускорения, чтобы допрыгнуть до другой стороны. Под их ногами дрогнул уступ, выросла небольшая горка, толкнув из вперед и вверх. Этого хватило, чтобы допрыгнуть.

Сильная рука Боромира втянула Орина и Арагорна на безопасную сторону.

Оставляя за спиной грохот рушащегося мира братство бежало дальше по извивающейся узкой лестнице. Стрелы орков свистели над головами. Одна вонзилась в плащ Боромира, едва не сбив его с ног. Талуя бежала пригнувшись, Леголас по пути отстреливал, стоящих на высоте, орков. Арагорн прикрывал хоббитов плащом, одна стрела пронзила конусную шляпу Гэндальфа, сорвав ее с головы.