Перемены (окончание)

Да, подпол, конечно, своей запущенностью производил не менее удручающее впечатление, чем сарай. Во всяком случае, паутины здесь было не меньше, а пауки ещё здоровее. Но тут, по крайней мере, оставалось на что обратить внимание и помимо проклятых насекомых…

Банки с какими-то солениями Новиков даже не стал рассматривать, вполне справедливо полагая их пропавшими, и просто отставлял в сторону, чтобы позже выбросить.

Закупоренные воском узкогорлые глиняные горшочки вызвали у него определённый интерес, но во избежание всяких неприятностей Николай Иванович предусмотрительно также отнёс их к разряду предметов неясных, а потому могущих представлять опасность.

Там были ещё какие-то пакеты со сгнившим, не поддающимся определению, содержимым, пожелтевшие от времени кости (на неискушённый взгляд Новикова принадлежащие кошке), аккуратно упакованные в кусок дряхлой холстины (их Николай Иванович брезгливо откинул к пропавшим соленьям) и, наконец, густо затканный паутиной, глазам Новикова открылся небольшой деревянный сундучок, скромно притулившийся в самом дальнем уголке одной из широких полок, укреплённых на стенах погреба.

Подтянув его к себе, Николай Иванович едва не задрожал от волнения, увидев, что сундучок имеет на своей крышке навесной замок и достаточно тяжёл, чтобы быть пустым. Наскоро осмотрев остальное пространство подвала и убедившись, что ничего больше достойного внимания в нём нет, он, пыхтя, принялся подниматься наверх, торопясь открыть таинственный сундук…

***

Деревянный, без всяких выкрутасов, ларец не выдержал объединённого напора отвёртки и стамески, и теперь валялся на полу с отломанной напрочь крышкой, а осчастливленный обнаруженной тайной Новиков рассматривал лежащие на столе предметы, извлечённые из своего укрывища на свет Божий: небольшое зеркало в обрамлении деревянной, изрезанной затейливым орнаментом, рамке, женский головной платок из шёлка цвета перламутра и бронзовый гребень с ручкой, инкрустированной цветными камнями.

Все вещи производили впечатление старинных. И если Николай Иванович, металлург по образованию, мог очень точно определить металл, из которого был сделан гребень, то камни, будь они драгоценные или вовсе из бутылочного стекла, оставались для него загадкой. Но если они всё-таки имеют ценность…

У Николая Ивановича перехватило дыхание... Тогда страшно и подумать, какова может быть их стоимость! Оставалось только удивляться, как внук покойного старика не обнаружил эти, несомненно ценные, предметы раньше. Новиков взял в руки зеркало и посмотрел на своё отражение в нём…

Тёмная, словно покрытая патиной, поверхность не сразу, а будто после некоторого раздумья, отразила его лицо, и Новиков первый раз в жизни подумал о том, что выглядит он вовсе даже ничего…

Зеркало явило ему отражение благородное и возвышенное… Можно сказать, одухотворённое. При виде его на ум почему-то сразу приходили слова «чело», «очи»... Смущённый такими мыслями на свой счёт, Николай Иванович хотел отложить зеркало, когда вдруг заметил, что причёска его растрепалась (Новиков по праву гордился своими ничуть не поредевшими и почти не поседевшими с возрастом волосами, которые он зачёсывал назад). Он взял найденный гребень и, смотря в зеркало, принялся им причёсываться, причём каждое движение гребня по шевелюре доставляло Новикову небывалое наслаждение. Ему на миг даже показалось, что сами волосы чуть слышно потрескивают от удовольствия. Немного сконфуженный подобной мыслью, он продолжил расчёсываться, как вдруг громко зазвонил его мобильник.

Николай Иванович недовольно положил зеркало и гребень на стол и взял телефон. Звонил приятель, чтобы с сожалением в голосе объявить о том, что вынужден срочно уехать по работе на неделю-полторы.

– Выдержишь тут без меня? – спросил он. – А то, может, я заеду, оставлю тебе ключи да поживёшь пока в моём доме? Что там одному делать? Ни удобств никаких, ни отопления, ни воды...

Николай Иванович поспешил уверить его, что с ним всё будет в порядке, и что ему тут вообще всё нравится.

– Ну, смотри... – с сомнением в голосе ответил на это приятель и решительно добавил: – В общем, я всё равно на всякий случай оставлю ключи соседу и предупрежу о тебе...

Тепло попрощавшись с другом и выразив сожаление по поводу неудавшейся сегодняшней встречи, Николай Иванович вновь взглянул на своё отражение в зеркале и, вполне удовлетворённый увиденным, снова потянулся к чайнику…

***

Несколько следующих дней Новиков был занят только тем, что собирал и выносил мусор из подпола, окончательно приводя дом в порядок. Ну и, конечно, обеспокоился он и обогревом жилища. Печь, кстати, разжечь так и не пытался, поскольку: а) вспомнил, сколько всегда было с этим мороки и б) вопрос топлива без приятеля сразу решить не получилось бы, поэтому, не утруждаясь лишним, он сходил в центр городка, где были сосредоточены основные магазины, и приобрёл достаточно мощный обогреватель-”ветерок”.

Помимо этого он купил разные необходимые в быту мелочи: «тройник» на удлинителе, кипятильник-«киловаттник», гвозди и т. д.

Странно, но Николай Иванович совершенно не испытывал дискомфорта от отсутствия телевидения или интернета. Кстати говоря, уезжая, он и не подумал о том, чтобы захватить с собой ноутбук. И - небывалое для него дело! — совершенно не скучал…

По вечерам, отдыхая от дневных трудов, он подолгу сидел перед найденным им в погребе зеркалом и расчёсывал волосы старинным гребнем, причём мысль о том, что это довольно странное времяпровождение для мужчины в возрасте, даже не приходила в голову, настолько естественным казалось ему это занятие.

Хотя слово «занятие» в данном случае вполне можно было заменить таким эпитетом, как «действо» или даже «ритуал», настолько серьёзно Новиков к нему относился.

Прежде всего он доставал само зеркало, бережно хранимое им завёрнутым в «пупырчатую» клеёнку, дабы уберечь от всякого рода неожиданностей.

Долго вглядывался в его таинственные тёмные глубины, размышляя о том, сколько лиц прежде оно видело за свою долгую жизнь (именно «жизнь, а не существование!) и только после этого, словно установив незримый контакт со всеми этими людьми, он брал гребень и принимался причёсываться, медленно, раз за разом проводя им по всей длине волос.