Переплетения

Глава 1

Системник гудел.

Негромко, на одной-единственной монотонной ноте, словно уставший шмель, застрявший в банке. Этот звук был саундтреком моей нынешней жизни. Он идеально сливался с мерным гудением системных блоков под столами коллег, шелестом вентиляции и далеким, неразборчивым гомоном десятков людей, заполнявших наш опенспейс. «ПиксельХаб». Или, как я его про себя называл, «Ферма».

На экране передо мной расцветали психоделические пятна. Красные, желтые, зеленые. Тепловая карта перемещений игроков в нашем флагманском проекте «Веселая Ферма 2». Казуальный VR-таймкиллер для тех, кому нужно убить пятнадцать минут между совещанием и обедом. Моя текущая задача, мой персональный «квест», звучал банально: проанализировать паттерны взаимодействия пользователей с новым набором «Радостная Розовая Свинка».

Я смотрел на экран, и ржал. Красные зоны, зоны максимальной активности, предсказуемо скапливались у кормушки и лужи с грязью. Игроки, словно самые примитивные NPC, тыкали в свинку, кормили ее виртуальной бурдой, получали ачивку «Заботливый фермер» и выходили. Никаких аномалий. Никаких отклонений. Чистый, дистиллированный, унылый гринд пиксельного счастья. Я, ведущий аналитик, а когда-то системный архитектор, натасканный на проектирование сложных, нелинейных квестовых цепочек и адаптивных моделей поведения ИИ, сейчас занимался анализом того, почему путь от ворот до свинарника игроки пробегают по прямой, а не зигзагом. Но, за это платили отличные деньги!

— Андрюх, на обед идешь? — раздался над ухом жизнерадостный голос.

Я оторвал взгляд от монитора. Передо мной стояла Маша, или Мария, как она просила себя называть в рабочих чатах. Яркая, общительная, она была квинтэссенцией «нормальной» офисной жизни, которая казалась мне чем-то вроде экзотического ритуала непонятного племени. Всегда с улыбкой, всегда с какой-то легкой, ничего не значащей историей наготове. Она была не плохим человеком, просто поверхностным. В принципе, как и все здесь.

— Привет, Маш. Не, я сегодня пас, — я махнул рукой в сторону экрана, где свинка радостно хрюкала в облаке сердечек. — Тут срочно отчет доделать надо.

Ложь. Никакой срочности не было. Отчет я мог набросать за десять минут, используя стандартные шаблоны и вставив пару умных слов вроде «оптимизация пользовательского опыта». Мне просто не хотелось идти. Не хотелось слушать про ее нового ухажера, про планы на выходные, про скидки в торговом центре. Не хотелось кивать, улыбаться и делать вид, что мне это хоть сколько-нибудь интересно. Мне это было неинтерсено.

— Ох, ну ты как всегда, трудоголик, — она ни на секунду не усомнилась в моих словах, что только подтверждало, насколько ей было все равно. — Жаль. Ну, тогда до пока!

Она легко упорхнула, оставив за собой тонкий шлейф цветочных духов, который на мгновение перебил вездесущий запах пластика и остывшего кофе. Я проводил ее взглядом и снова уставился на монитор. Она уже не первый раз поткатывала ко мне с намеками на более близкое знакомство, но я пока не сдавался.

«Радостная Розовая Свинка». «Золотистая Курочка». «Веселый Теленочек».

И еще десятки других, не менее жизнерадостных названий. Это то, с чем я имел дело каждый новый день на работе. Треш-игры нашей вполне преуспевающей конторы. Классика!

Я закрыл глаза, и перед внутренним взором пронеслись обрывки другого мира.

Не игрового, а того, что был до него. Схемы, диаграммы, сотни страниц технической документации. Я помню, как мы с командой в «НейроВертексе» до хрипоты спорили о поведенческих моделях для целого города NPC.

Как сделать так, чтобы стражник не просто стоял на посту, а реагировал на погоду, на время суток, на пьяные крики из таверны? Как заставить торговца помнить своих постоянных покупателей и делать им скидку не по скрипту, а потому что так велит его «характер»?

Мы создавали иллюзию жизни, сложную, многослойную систему, которая должна была учиться и адаптироваться.

А теперь я выяснял, почему игроки в «Веселой Ферме 2» на 7% чаще кликают на розовую свинку, чем на желтую курочку. Ответ был очевиден и лежал на поверхности, как и все в этой игре. У свинки была более забавная анимация.

Все. Конец анализа. Можно писать отчет и получать свою зарплату. Поступить так, как и действовали большинство сотрудников «ПиксельХаб».

***

После работы нужно было немного развеяться.

С гулом в ушах и привкусом офисной пыли на языке, я толкнул тяжелую дубовую дверь «Старого Фрегата».

Здесь пахло иначе. Деревом, мясом и чем-то неуловимо уютным, настоящим. В отличие от стерильного не-запаха Фермы, этот воздух был живым. Я занял свой любимый столик в углу, сделал заказ и уставился на пузырьки, лениво ползущие вверх по стеклу. Каждый из них был точной копией моих рабочих дней. Такие же одинаковые, предсказуемые, и лопались они так же бесследно.

Не успел я сделать и пары глотков, как на плечо мне опустилась тяжелая, знакомая ладонь.

— Андрюха, ядрёна кочерыжка! А я тебя уже по всем кабакам ищу! — Сергей плюхнулся на стул напротив, и тот жалобно скрипнул.

Мой лучший и, пожалуй, единственный друг был моей полной противоположностью. Шумный, полноватый, вечно взъерошенный, с горящими глазами ребенка, которому вот-вот покажут новый фокус.

Глава 2

Спустя пару часов методичного геноцида волчьего племени я попросил сделать перерыв.

Легкое гудение в голове, привычный побочный эффект после выхода из полного погружения, быстро прошло, сменившись оглушающей тишиной моей квартиры. Тамошний мир, полный звуков, запахов и азарта охоты, остался за невидимой гранью. Здесь же был только я и «обязательная программа».

Заварив кофе, я взял мобилу, проверить сообщения.

Не зря, среди спама новостей и сводок притулилось напоминание «позвонить доче».

Я нашел в контактах номер. «Аня». Короткое нажатие на экран, и пошли длинные гудки. Она сняла трубку после четвертого.

— Да, пап? — ее голос был ровным, немного уставшим.

— Привет, Ань. Как ты? — стандартный вопрос, начало ритуального танца, который мы исполняли каждую неделю.

— Нормально, — стандартный ответ.

— Как учеба? Все в порядке?

— Нормально.

Стена. Невидимая, но абсолютно реальная. Она вырастала между нами каждый раз, стоило мне набрать ее номер. Я лихорадочно перебирал в голове темы, пытаясь нащупать хоть одну, которая не разобьется об это вежливое «нормально». Ну не понимал я это молодое поколение, их смузи, маффины и шугаринг!

— Слушай, а чем ты сейчас увлекаешься? Может, что-то интересное происходит? — я сам понимал, насколько жалко и неуклюже это звучит, но ничего другого придумать не мог. Не мастер я диалогов с дочерью.

В трубке на несколько секунд повисла тишина. Я уже приготовился к очередному «ничем особенным», но вместо этого услышал:

— Ну… есть одно. У меня сейчас курсовой проект очень интересный. По дизайну игровых персонажей.

В ее голосе впервые прорезались живые нотки. Это было так неожиданно, что я даже растерялся.

— Игровых персонажей? — переспросил я. — Это здорово. И что ты там делаешь?

— Ой, так долго объяснять… — она снова замялась, словно сомневаясь, стоит ли делиться этим со мной. А потом решительно добавила, — Давай я тебе лучше покажу. Можешь видео включить?

Я торопливо нажал на иконку камеры. На экране появилось ее лицо. Стильная стрижка, пара ярко-синих прядей, умные, чуть насмешливые глаза. Она выглядела взрослее, чем прошлый раз, наверное освещение и усталость. В руках у нее был черный стилус, а на заднем плане виднелась часть ее комнаты, творческий беспорядок, плакаты каких-то молодежных групп, которые я не знал.

— Смотри, — сказала она, и изображение сменилось на трансляцию экрана ее графического планшета.

На экране передо мной возникла целая россыпь эскизов.

Быстрые, отточенные линии, наброски поз, варианты брони, летящие силуэты. А в центре — почти законченный логотип. Стилизованная, агрессивная голова волка или, скорее, гончей, выполненная в резкой, почти рубленой манере. Глаза зверя горели холодным огнем, а из оскаленной пасти, казалось, вот-вот вырвется беззвучный вой. Под рисунком была выведена каллиграфическая, но хищная надпись. «The Midnight Hounds».

— Это типа эмблема для киберспортивной команды, — Аня снова появилась в маленьком окошке в углу экрана, и ее глаза горели. — Я придумала целую концепцию. Игроки должны быть дерзкими, быстрыми, как стая, которая охотится ночью… Их стиль игры, это не глухая оборона, а слаженный, внезапный налет. Блицкриг. Понимаешь? Они не просто игроки, они хищники в цифровых джунглях!

Она говорила быстро, увлеченно, и я впервые за долгое время видел в ней не просто дочь, а творца, человека, одержимого своей идеей. Она показывала мне не просто картинку. Она показывала мне частичку своей души.

А я смотрел на это, но мой мозг видел лишь техничное исполнение. Я видел композицию, работу со светом, выбор шрифта. Я видел качественную работу дизайнера. Выполнено было действительно умело и детально.

Мой внутренний аналитик оценил продукт, но не смог оценить эмоции.

— Ого, неплохо, — выдавил я из себя первое, что пришло в голову. — Очень динамично. Молодец. Есть над чем работать, но стиль хороший.

Эффект был мгновенным, словно кто-то выключил свет. Энтузиазм в ее глазах погас. Улыбка стала натянутой. Она «сдулась» прямо на моих глазах. Опять я ляпнул совсем не то, что она ожидала. Какой ответ был правильным?

— Ладно, пап, мне тут еще доделать надо, — ее голос снова стал ровным и пустым. — Дел куча.

Она не дала мне даже шанса попытаться исправить ошибку.

— Хорошо, Ань. Ты…

— Созвонимся, — бросила она и отключилась.

Экран погас.

Я остался сидеть в тишине своей квартиры один.

Острое, неприятное чувство укола совести.

Я снова все сделал не так. Снова выбрал не те слова. Снова показался ей отстраненным, «душным» стариком, не способным понять ее мир. Я почувствовал себя чужим, инопланетянином, который пытается общаться с помощью разговорника, но постоянно путает слова. Так было всегда и вот повторилось опять.

Моя борьба с этим длилась уже с пару лет и я вечно проигрывал.

Я откинулся в кресле и вздохнул. Название «Полуночные Гончие» показалось мне интересным. Забавная выдумка для учебного проекта.

Глава 3

Полуостров Первых Шагов был вычерпан до дна.

За последние несколько дней мы выбили, кажется, каждую крупицу контента из этой уютной «песочницы».

Волки в Лесу Шорохов стали редкими гостями, популяция крабов на пляже была под угрозой вымирания, а капитан Финн мог спокойно чинить свои сети, не опасаясь за судьбу своего улова. Системное уведомление о достижении 10-го уровня, вспыхнувшее перед глазами после очередного выполненного поручения, стало для меня сигналом. Пора двигаться дальше.

Путь лежал к единственному выходу с полуострова — Мосту Испытаний. Это был не просто мост, а древний, каменный исполин, перекинутый через глубокое ущелье, на дне которого шумела бурная река. Казалось, он был построен не людьми, а великанами. У самого его начала стояла небольшая, но крепкая сторожевая башня.

На посту, прислонившись к стене и лениво оглядывая окрестности, стоял NPC-стражник.

Ветеран Бьорн

Уровень: ???

Тип: Страж Моста

Это был старый воин с седой, заплетенной в косы бородой и одним мутно-белым глазом. Он выглядел так, словно врос в этот камень, и повидал больше игроков, чем я строк кода за всю свою жизнь.

— Приветствую, путники, — пророкотал он, когда мы подошли.

Его взгляд скользнул по нашим фигурам, оценивая снаряжение. Мой [Крепкий стальной меч] и [Кожаный нагрудник новобранца] зеленого качества выглядели куда солиднее обносков, с которыми я начинал.

— Вижу, вы достаточно окрепли, чтобы покинуть этот тихий уголок.

— Верно, ветеран, — бодро ответил Серый. — Нас ждут великие дела!

Бьорн хмыкнул, не меняя выражения лица.

— Великие дела ждут многих. Но помните: мост — это дорога в один конец. Здесь, перед мостом, место для салаг, а настоящие приключения ждут за ним. Как только перейдете, назад пути уже не будет. Вы не пройдете!

«Грамотное решение», — отметил я про себя. Классическая «карантинная зона». Отсечь высокоуровневых игроков от новичков, чтобы избежать ганкинга и не ломать экономику стартовой локации. Это защищало хрупкий пользовательский опыт и повышало удержание игроков. Все логично. Но нет. Не все.

— Серега, а ты как сюда пролез то? — заинтересовано спросил я моего паровоза, — тут же нубзона, а ты вон дылда какая!

— Все просто, я проставил флаг ментора. Встречаю нубасов как ты, помогаю, просвещаю, — ухмыльнувшись ответил Серый, — ну а если человек толковый, то и в гильдию к нам приглашаю. А мне за это плюшки отсыпают.

— Понятно, рекрутер значит, — ответил я и уже обращаясь к стражу добавил, — Я готов!

Бьорн кивнул и отступил в сторону, освобождая проход.

— Доброго пути. И постарайтесь не помереть в первой же канаве.

Мы ступили на каменные плиты моста. Ветер здесь был сильнее, он завывал, проносясь по ущелью. Шаги гулко отдавались в тишине. Шли молча, каждый думая о своем. Я о системной аномалии Туториала. Серый, скорее всего, о новых квестах и более качественном луте.

По ту сторону моста мир чуть изменился.

Тихая, почти сонная пастораль полуострова сменилась ощущением дикого, необузданного простора. Перед нами расстилалась необозримая низина, покрытая бурой растительностью и окутанная клочьями тумана, из которой, словно гнилые зубы, торчали редкие корявые деревья.

Великие Болотины.

Даже отсюда, с высоты, чувствовалась их враждебность. А далеко-далеко на горизонте, за этой туманной трясиной, в голубоватой дымке темнели зубцы холмов, обещавшие новые земли и новые загадки.

Масштаб впечатлял. Полуостров Первых Шагов теперь казался крошечным островком безопасности в безбрежном, неизвестном океане.

— Ну что, Андрюха, — с благоговейным трепетом выдохнул Серый, глядя на открывшийся пейзаж. — Вот она, настоящая «Этерия». Точнее ее прихожая. По ступенькам ты уже поднялся, пришло время осматривать жилплощадь!

Я молча кивнул, действительно, для меня приключение только начиналось.

Или нет, меня явно тянуло к тому, что было не здесь, впереди. К тому, что осталось позади. В той странной, алогичной симуляции, которую все называли Туториалом и которую я по воле случая пропустил.

Мы постояли еще минуту на краю моста, вглядываясь в раскинувшуюся перед нами панораму.

Азартное предвкушение на лице Сергея постепенно сменилось каким-то серьезным, почти виноватым выражением. Он тяжело вздохнул и повернулся ко мне.

— Слушай, — начал он, и в его голосе больше не было игровой бравады. — Тут такое дело, короче, в реале у меня на работе завтра начинается аврал. Большой проект запускаем, сам знаешь, что это. Меня не будет в игре неделю или две. Может, дольше. Сколько смог, я тебе помог, а дальше уж пробуй сам. Не казуал, разберешься.

Я посмотрел на него. Его игровой аватар выглядел так же понуро, как, наверное, и он сам сейчас в своем кресле. Я знал, что это такое. Кранч. Бессонные ночи, цейтнот, нервы. Реал, который всегда, в самый неподходящий момент, напоминал о себе.

Глава 4

Я нажал «Нет». Выход из игры.

Удаление персонажа «Маркотвинк». Создание нового персонажа. Снова то же дурацкое имя.

Туториал встретил меня тем же безжизненным светом. Второй тест.

В гайде упоминалась трансформаторная будка за углом кафе «Симулякр».

Я нашел ее без труда. Утилитарный серый ящик с нарисованным знаком высокого напряжения. Никаких ограждений, никаких предупреждающих табличек. Просто интерактивный объект, ожидающий своего пользователя. Я подошел ближе и коснулся металлической дверцы.

Результат был предсказуем. Яркая вспышка, короткий треск, и снова серое ничто.

Вы погибли.

Причина: Поражение электрическим током.

Вы получили перк «Искрящийся»: +10% к сопротивлению электричеству.

Я снова вышел из игры. В этот раз персонажа удалять не стал. Я откинулся в кресле, глядя на два монитора.

На одном — форум, полный радостных возгласов игроков, нашедших очередной «секрет». На другом — неподвижный Маркотвинк, на экране персонажа — окно аккаунта на сайте игры.

Результат был. Моя гипотеза о предсказуемых наградах за предсказуемые действия полностью подтвердилась. Но вместо удовлетворения я чувствовал лишь глухое, тяжелое разочарование.

Это слишком просто.

Это было похоже на фокусы для детей, где маг «прячет» монетку у себя за ухом. Все знают, где она. Все делают вид, что удивлены. Эта система не была тестом. Это была «заглушка». Ширма, призванная имитировать глубину, не обладая ею.

«Занимаются ерундой ради копеечных бонусов», — прозвучали в голове слова Сергея.

И я понял, что именно для этого все и было сделано. Чтобы тысячи игроков, как сороки, гонялись за этими блестящими, но бесполезными побрякушками. Чтобы они думали, что разгадывают великую тайну, пока настоящая загадка лежит у всех на виду, но никто на нее не смотрит.

Эта система была сделана для того, чтобы отвлечь внимание.

Но от чего?

***

Переговорная комната «Босс-файт» была стеклянным аквариумом, где нас, как офисных рыбок, выставляли на обозрение.

Сегодня мы обсуждали проблему с синхронизацией данных между VR-клиентом и сервером в «Веселой Ферме 2». Мелочь, но из-за нее у некоторых игроков «пропадали» свежекупленные золотые желуди для их Радостных Розовых Свинок. А потеря доната — это уже серьезно.

Я несколько часов потратил на анализ логов и нашел корень проблемы. Изящный баг в логике обработки пакетов, который проявлялся только при определенной нагрузке на сеть. Решение для программистов было столь же элегантным: небольшой патч, который менял сам принцип обработки запросов, делая его асинхронным. Это не только решало текущую проблему, но и оптимизировало весь сетевой код, снижая нагрузку на сервер процентов на двадцать пять. Я коротко и емко изложил свою идею, подкрепив ее графиками.

— …таким образом, мы не просто ставим «костыль», а улучшаем саму архитектуру, — закончил я.

Начальник, типичный «эффективный менеджер», который отличал Python от Java только по цвету логотипа на обложке книги в шкафу, непонимающе моргал. И в эту паузу вклинился он. Мой коллега, главным умением которого было «продавливать» свои идеи, не гнушаясь никакими методами. Жданов Роман, молодой выскочка.

— Андрей Игоревич, это, конечно, все очень… академично, — протянул он с той самой снисходительной улыбкой, от которой у меня сводило скулы. — Но, мне кажется, это излишне сложно. Менеджерам будет непонятно, тестировщикам придется переписывать все скрипты. Зачем изобретать велосипед?

Он развернул свой ноутбук, на котором уже была готова презентация PowerPoint. Крупные буквы, яркие стрелки. Убого, но наглядно.

— Мое предложение, силовое решение. Мы просто увеличиваем тайм-аут ожидания ответа от сервера в три раза. Да, это создаст микро-лаг, который пользователь даже не заметит, зато данные точно не потеряются. Просто, быстро, надежно. И главное, понятно.

Я смотрел на него и не верил своим ушам. Он предлагал не лечить болезнь, а просто вколоть тройную дозу обезболивающего. Забить проблему ресурсами. Грубый, примитивный, неэффективный метод, который в долгосрочной перспективе создаст еще больше проблем.

— Это не решение, — холодно сказал я. — Это «заплатка», которая увеличит нагрузку и…

— Так, коллеги, — вмешался начальник, с явным облегчением ухватившись за единственную понятную ему идею. — Второе предложение мне нравится больше. Оно простое. Андрей, твой вариант хорош, но давай не будем усложнять. Нам нужно закрыть тикет до конца недели. Делаем «силовой» вариант. Всем спасибо.

Совещание было окончено.

Роман с победным видом закрыл свой ноутбук и, проходя мимо меня, бросил тихую фразу, предназначенную только для моих ушей:

— Иногда, чтобы забить гвоздь, нужен просто молоток побольше, старик. А не твои интегралы.

Он ушел, оставив меня одного в стеклянном аквариуме. Я стоял, глядя на отражение в стене — осунувшийся, уставший мужик в очках. И чувствовал, как по лицу разливается горячая волна унижения. Острого, профессионального унижения.

Глава 5

Очередной рабочий день подходил к концу, и монотонный гул «Фермы» стал стихать.

Я собрал свои вещи, мысленно уже находясь в стерильном городе Туториала, прокручивая в голове варианты эксперимента. Выйдя из-за своего стола, я направился к выходу, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Но избежать этого не удалось.

Из переговорной «Босс-файт» вышел он. Олег Марков. В своем идеально сидящем костюме, с волоском к волоску прической, он выглядел как хищник, только что закончивший трапезу. Он заметил меня, и на его губах появилась холодная, победившая ухмылка. Та самая, которую он бросил мне через стол на совещании, когда продавил свое «силовое» решение.

Он не сказал ни слова. Он не кивнул. Он просто прошел мимо, на долю секунды задержав на мне свой взгляд. Во взгляде этом не было простой неприязни. Там было чистое, концентрированное презрение. Презрение практика к теоретику. Сильного к умному. Молотка к скальпелю.

Это длилось всего мгновение. Он прошел дальше по коридору, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма. А я остался стоять, чувствуя, как по лицу снова разливается знакомая горячая волна унижения. Это был его мир, с его правилами. И он только что снова мне об этом напомнил.

Я сжал кулаки так, что побелели костяшки. Сегодняшний вечер перестал быть просто экспериментом. Он стал необходимостью.

Вечерами я продолжал исследовать Туториал, днем составлял сводные таблицы и отсылал руководству аналитические сводки по поведению свинок.

Дни летели незаметно.

Однажды вечером, на выходе из офиса «Фермы» я столкнулся с Машей.

Она, как всегда, жизнерадостно предложила выпить кофе, и в этот раз я, к своему собственному удивлению, согласился. Просто чтобы не идти сразу домой в объятия нейрошлема. Просто чтобы услышать живой человеческий голос, от которого я немного отвык за последнюю неделю.

Одно случайное кофе превратилось в запланированный ужин.

Она была самым простым и доступным решением проблемы под названием «вечернее одиночество». Той самой проблемы, что висела на до мной уже пару лет.

Она не требовала от меня быть гением, не задавала сложных вопросов. Ей было достаточно, чтобы я просто был рядом, слушал про скидки в торговом центре и смешные видео с котиками.

За ужином последовал поход в кино.

Это были отношения по инерции, отчаянная попытка самообмана. Попытка доказать самому себе, что я еще могу жить «нормальной» жизнью, как все. Что я не просто придаток к нейро-интерфейсному креслу.

Она была приемлемым вариантом, чтобы заполнить пустоту, которая образовалась в моей реальной жизни, пока вся моя настоящая страсть перетекала в мир цифровой.

Вечерние игровые сессии превратились в ночные, но не потеряли своей яркости.

Сильно помогало то, что после нейрошлема я не испытывал обычной усталости, как от ночи за компьютером без сна.

Видимо и мозг и тело отдыхали пока я играл.

***

И вот я стою посреди улицы, как шахматист, сделавший ход и ожидающий ответа противника.

Все мои фигуры были расставлены. Дверь заклинена, водосток забит, кот напуган. В очередной раз я устранил все известные мне переменные, все заскриптованные «несчастные случаи». Теперь система должна либо признать поражение, выдав ошибку, либо… сделать свой ход.

Я ждал.

Как я и предполагал, через несколько минут дверь подъезда, который я заблокировал, дернулась. Один раз, второй. Потом тишина. Система поняла, что этот путь закрыт. Через полминуты открылась соседняя дверь, из которой я никогда прежде не видел выходящих NPC. Из нее вышла Мия.

ИИ нашел обходной путь.

У меня по спине пробежал холодок, смесь восхищения и тревоги. Девочка, ни о чем не подозревая, направилась к своей любимой витрине с плюшевым медведем. Она встала на тротуар, в безопасной, как мне казалось, зоне. Все мои ловушки — кондиционер, карманник — были нейтрализованы. Я победил?

Конечно нет! Из-за угла раздался рев мотора.

Не тихий, стерильный гул симуляции, как раньше. А настоящий, яростный рев форсированного двигателя. Из-за того же поворота вылетел тот же самый грузовик. Но его траектория была другой. Он не ехал по дороге. С визгом покрышек, которые раньше молчали, он поворачивал. Он ехал прямо на тротуар. Прямо туда, где стояла Мия.

Система не сломалась.

Она адаптировалась. Она проанализировала мои действия, поняла, что я защищаю NPC, и создала новую, абсолютно непреодолимую угрозу. Скрипт, от которого нельзя было увернуться. Сценарий, в котором не было безопасной ниши.

Все эти гайды про «Слезу Сироты», все эти намеки… это была не ловушка.

Это была ложь. Идеально продуманный отвлекающий маневр. Настоящий тест был не в том, чтобы перехитрить систему. Настоящий тест начинался сейчас.

В моем мозгу, как на экране компьютера, вспыхнули два окна.

Окно первое: Аналитик. «Эксперимент завершен. Результат: система обладает адаптивным контр-сценарием. Гипотеза о статичности скриптов неверна. Цель достигнута. Дальнейшие действия не требуются. Система победила».

Глава 6

В тот вечер у меня было назначено свидание с Машей.

Кажется, наше третье. Или четвертое. Я сбился со счета.

Мы сидели в уютном, но безликом кафе, из тех, что похожи друг на друга в любом городе мира.

Я был переполнен своими открытиями и не мог, да и не хотел, говорить о чем-то другом. Я пытался, используя аналогии и упрощения, поделиться с ней частичкой того восторга, который испытывал.

— Представь себе мир, который притворяется простым, — говорил я, жестикулируя так активно, что едва не опрокинул чашку с латте. — На поверхности все очевидно, все работает по понятным законам. Но если копнуть глубже, ты понимаешь, что это лишь ширма. Что на самом деле это сложнейшая, многоуровневая головоломка, которая постоянно наблюдает за тобой и реагирует на твои действия. Это… это как диалог с гением!

Маша слушала меня с вежливой улыбкой. Она кивала в нужных местах, но я видел ее глаза. Они были пусты. В них не было ни искорки понимания, ни тени того азарта, который сжигал меня изнутри. Она слышала слова, но не улавливала музыку.

— Звучит… интересно, — наконец сказала она, когда я сделал паузу, чтобы перевести дух. — Ты так увлеченно рассказываешь.

А потом она сделала то, что окончательно разрушило хрупкую иллюзию нашего возможного общего будущего. Она взяла меня за руку и, с той же милой улыбкой, сказала:

— Андрюш, может, хватит о работе? Давай лучше в кино сходим? Там новый ромком вышел, говорят, очень смешной.

Что-то у меня в голове щелкнуло и я посмотрел на эту сцену с другой стороны.

Между нами была не стена. Между нами была пропасть. Целая вселенная. И я только сейчас увидел эту пропасть с абсолютной, безжалостной ясностью.

Мой мир — это сложные системы, скрытые правила, элегантные решения и «замыслы создателей». Мир, где высшее наслаждение — это найти аномалию и понять ее логику.

Ее мир — это понятные эмоции, простые развлечения, уютные вечера и смешные ромкомы. Мир, где не нужно ничего анализировать, а нужно просто чувствовать.

Оба этих мира имели право на существование. Но они были несовместимы. Они существовали в разных измерениях, которые могли соприкоснуться на мгновение в безликом кафе, но никогда не смогли бы пересечься по-настоящему.

— Знаешь, Маш, — я мягко высвободил свою руку. — Думаю, кино — это отличная идея. Но, наверное, тебе лучше сходить на него с кем-нибудь другим.

На удивление, она приняла это абсолютно спокойно. Кивнула, допила свой кофе и просто ушла.

Это был не разрыв. Это не было трагедией.

Мы просто признали что мы слишком разные и дальше будет все сложнее.

Это была интересная попытка вернутся к отношениям, но для меня она в очередной раз провалилась.

Теперь я мог, не отвлекаясь, не пытаясь кому-то что-то доказать или объяснить, с головой уйти в тот мир, который был мне по-настоящему интересен.

В свою головоломку.

***

Мой «Взгляд Аналитика» упорно указывал на одно и то же место.

Не какое-нибудь логово монстров в глубине топей, не проклятая башня мага.

Древний Акведук.

Гигантское, полуразрушенное каменное сооружение времен Старого Королевства, которое, словно скелет доисторического змея, пересекало все болота. Логика была проста: если отравлена вся вода в регионе, значит, источник проблемы — в том, что связывает все водные артерии воедино.

Я ожидал найти там гнездо хаотических гигантских слизней или логово сектантов. Но вместо этого я увидел одинокую фигуру.

Имя: Шестеренка

Уровень: 14

Класс: Плут

По колено в мутной, ржавой воде, у основания одной из опор Акведука, стояла девушка-игрок. Коротышка. Видимо гномиха, я пока не разобрался как выглядят какие расы и как их различать.

На ней была легкая кожаная броня [инженера-разведчика], вся в карманах и ремешках, а на поясе болтался целый арсенал инструментов: отмычки, маленькие отвертки, какие-то щупы и клещи. Защитные очки-гогглы были сдвинуты на лоб, открывая лицо, сосредоточенное до такой степени, что, казалось, она не замечает ничего вокруг.

Она была полностью поглощена своим занятием — увлеченно ковырялась в каком-то древнем, заросшем тиной механизме, встроенном в основание опоры.

Ее ник — «Шестеренка» — идеально соответствовал ее виду.

Я не стал подходить. Я замер за ближайшим валуном и начал наблюдать. Рядом с ней в воде плавали трупы двух или трех Болотных Тварей. Значит, она способна за себя постоять. Но то, что она не полутала трупы — говорило о многом. Бой для нее был не целью, а досадной помехой, отвлекающей от настоящей работы.

Я наблюдал за ней минут десять, и с каждой из них мой профессиональный интерес рос.

Она не пыталась взломать механизм силой или прожать случайные кнопки в надежде на «авось». Ее действия были методичны и осмысленны. Она не была вандалом, она была реставратором.

Вот она достает какой-то щуп и осторожно измеряет зазор между двумя огромными, заклинившими шестернями.

Глава 7

Поздний вечер.

Я сидел за своим столом в реальном мире, но нейро-интерфейс не работал. Игра была выключена. Сегодня я не искал в ней ни приключений, ни загадок.

Сегодня я обрабатывал данные.

На мониторе был открыт мой «рабочий дневник» по «Этерии». За последние часы он разросся на несколько страниц. Я работал с тем же азартом, с каким когда-то проектировал свои первые системы.

Первый раздел был посвящен «Экосистеме Великих Болотин». Я нарисовал схему водных потоков, отметил точки распространения яда, построил график зависимости агрессивности монстров от химического состава воды. Рядом шла подробная схема механики Акведука, основанная на объяснениях Киры, с описанием всех ключевых узлов. Это был полноценный системный анализ, который я сдал бы как отчет на своей старой работе в «НейроВертексе», и получил бы за него премию. Выводы я допишу позже, когда информация устаканится в голове и переварится. Но уже сейчас была видна система, на основании которой можно будет моделировать работу и других локаций игры.

Закончив с этим, я создал новый раздел. Он назывался: «Потенциальные союзники».

Под заголовком я сделал первую, короткую запись:

Кандидат № 1: Кира 'Шестеренка'.

Специализация: Инженер (механика, взлом, крафт).

Тип мышления: Системное, фокус на микро-уровне.

Сильные стороны: Высочайшая техническая компетенция. Способность к нестандартному применению стандартных инструментов. Быстрая обучаемость в рамках своей специализации.

Слабые стороны: Туннельное зрение. Склонна игнорировать внешние факторы, не относящиеся напрямую к решаемой механической задаче.

Уровень потенциальной синергии: Высокий. Ее практические навыки идеально дополняют мои аналитические способности.

Вывод: Ключевой актив. Необходимо дальнейшее развитие партнерства.

Я откинулся на спинку стула и перечитал написанное. Это было сухо, по-деловому, как характеристика на нового сотрудника. Но за этими строчками стояло нечто большее.

Я смотрел на свои записи, на схемы, на графики, и чувствовал это. То самое, давно забытое чувство. Страсть. Азарт архитектора, стоящего перед сложнейшей и красивейшей системой.

На моем лице, впервые за долгое, очень долгое время, появилась тень уверенной, хищной улыбки.

***

Дорога, ведущая прочь от Великих Болотин, медленно поднималась вверх, змеясь между пологими, залитыми солнцем холмами.

Туманная трясина, оставшаяся позади, казалась дурным сном, гнетущим и серым. Здесь воздух был чистым и теплым, пах травами и соленым морским ветром. Мы шли молча, отряхивая с сапог остатки болотной грязи и привыкая к яркому свету.

А потом, взойдя на очередной гребень холма, мы увидели его.

Лирия-Порт.

Это был не город. Это был каменный исполин, рожденный из союза скал и человеческого гения. Он не стоял на земле — он вгрызался в небо, раскинувшись на нескольких гигантских утесах, соединенных между собой невероятными мостами, которые с такого расстояния казались тонкими нитями паутины. Белые стены, увенчанные красными черепичными крышами, каскадом спускались к лазурному морю, где в гигантской гавани теснились сотни кораблей.

Мы замерли, ошеломленные масштабом. Тихая Гавань была сонным захолустьем. Деревня Топкого Берега — прыщиком на теле мира. А это… это было бьющееся сердце.

Чем ближе мы подходили, тем оглушительнее становился гул города.

Когда мы миновали массивные торговые ворота, нас буквально сбила с ног волна звуков, запахов и движения. После почти полной тишины Болот это было все равно что сунуть голову в улей. Тысячи голосов, сливающихся в неразборчивый гомон, стук молотов из кузнечных рядов, крики зазывал, скрип колес и ржание лошадей. Воздух был густым и пряным, пропитанным ароматами специй, жареного мяса, свежей выпечки, дегтя и пота. Человеческая река текла по широким улицам, и нас тут же подхватило этим потоком, понесло вглубь города.

Кира вертела головой с восторгом ребенка, попавшего в лавку игрушек. Ее взгляд метался от вывесок гильдий к витринам мастерских, но по-настоящему она замерла, когда увидела их. Огромные платформы из резного дерева и позолоченной бронзы бесшумно скользили вверх и вниз вдоль отвесных стен утесов, перевозя людей и грузы между ярусами города.

— Ты видел?! — воскликнула она, перекрикивая шум и дергая меня за рукав. — Ты видел этот лифт? Там же система противовесов на арканитовых кристаллах! Это же… это же чистое искусство! Мне нужно это изучить!

Я же смотрел не на лифты. Я смотрел на потоки. Толпы игроков и NPC смешивались, расходились, образуя сложные, постоянно меняющиеся паттерны. Я видел логистику грузов, сходящихся на Великом Рынке. Видел маршруты городской стражи. Мой мозг, не спрашивая, начал строить схемы, анализировать нагрузку на транспортные узлы.

— Поразительно, — пробормотал я, скорее для себя, чем для нее. — Десятки тысяч NPC. Ты представляешь, какой объем данных генерируется здесь каждую секунду? Это не город. Это живой организм.

Город потрясал воображение своей толчеей и копошением.

Глава 8

Лирия-Порт оказалась прожорливым монстром.

Каждый день в этом городе стоил денег: комната в приличной таверне, еда, починка снаряжения, бесконечные компоненты для экспериментов Киры. Наши скромные сбережения, заработанные в Болотинах, таяли на глазах. Нужно было работать.

Нашим первым пунктом назначения стала штаб-квартира Торговой Гильдии — огромное, величественное здание из белого камня, чей фасад выходил на Великий Рынок. Внутри, в гулком мраморном зале, располагалась доска объявлений, размером с паруса приличного торгового судна. Она была усеяна пергаментными свитками — сотнями квестов, обещавших славу, приключения и, что самое главное, звонкую монету.

Мы с Кирой встали перед ней, как два голодных оборванца перед витриной пекарни.

— «Уничтожить логово гарпий на Белых Утесах. Требуется группа из 6 человек, 25+ уровень», — вслух прочитала Кира. — Мимо. «Расследовать пропажу каравана в Шрамовых землях. Награда: высокая». Звучит как билет в один конец.

Я молча сканировал доску, мой мозг фильтровал данные. Большинство заданий были нам не по зубам — либо требовали высокого уровня, либо полной и хорошо экипированной группы. Но среди эпических вызовов и опасных поручений я нашел то, что нам подходило. Незаметный свиток, приколотый в самом низу.

— Вот, — я ткнул пальцем. — «Требуется сопровождение для малого каравана в Винное Устье. Защита от диких зверей и случайных бандитов. Требования: 2+ игрока, уровень 15+».

— Винное Устье? Это же в сердце Золотых Холмов, — Кира нахмурилась. — Самая мирная зона в округе. Заплатят негусто, но на пару дней хватит. Берем?

Мы сняли свиток и подошли к клерку гильдии.

Через несколько минут нас уже представляли заказчику. Это был суетливый мужчина с бегающими глазками и нервной привычкой теребить свой кошелек. Над головой весело имя "Хендрик", с подписью "представитель винного дома Хендрик и Ко".

— Да-да, отлично! — затараторил он, едва взглянув на нас. — Вот накладная. Груз уже готов. Повозка у Западных ворот. Не задерживайтесь, главное — скорость.

Получен квестовый предмет: [Накладная на груз вина]

— Груз очень ценный? — спросил я, отмечая его спешку.

— А? Нет-нет, — он отмахнулся, — несколько бочек хорошего вина, ничего особенного. Просто… покупатель очень торопится. Так что выдвигайтесь немедленно.

Его нервозность была почти осязаема. Я почувствовал легкий укол тревоги, знакомое ощущение, когда в массиве данных есть аномалия, которая не вписывается в общую картину. Почему такая спешка с доставкой простого вина? Почему такая нервозность у заказчика, отправляющего караван по самому безопасному маршруту в герцогстве? Но я тут же отмахнулся от этих мыслей. Вероятно, это был просто хорошо прописанный NPC, часть «атмосферного скрипта», призванного добавить миру живости. Игра имитировала жизнь, а в жизни люди часто ведут себя нелогично.

Кира же совсем не вдавалась в такие тонкости. Работа есть работа. Деньги есть деньги.

Мы вышли из города под лучами полуденного солнца. Мирная пастораль Золотых Холмов встретила нас запахом вина и нагретой земли. Повозка, запряженная двумя ленивыми волами, медленно скрипела по укатанной дороге. Казалось, это были идеальные декорации для простой, незамысловатой работы.

***

Дорога лениво петляла между холмами, похожими на сонные зеленые волны.

Солнце приятно грело, воздух был густым и сладким, пропитанным запахом спелого винограда и нагретой пыли. Наша повозка лениво скрипела, нарушая пасторальную тишину. Кира, сидя рядом со мной на облучке, что-то сосредоточенно ковыряла в механизме своего самозарядного арбалета, тихонько бормоча под нос технические проклятия. Я же просто наблюдал, наслаждаясь редким моментом почти полного спокойствия.

Мир казался простым и предсказуемым. Логичным. Солнце светит, повозка едет, работа выполняется. Даже хмурый провожатый Хендрика, семенивший рядом быками, немного расслабился, покинув суету большого города. Все шло по плану. Мой внутренний аналитик ставил галочки в чек-листе стандартного квеста. Опасность от случайных монстров — минимальна, мы были достаточно сильны, чтобы справиться с парой-тройкой полевых волков. Опасность от бандитов-NPC — низкая, этот маршрут слишком хорошо патрулировался стражей герцога. Все переменные были учтены.

Именно в этот момент система подкинула переменную, которую я учесть не мог.

Дорога впереди нырнула в неглубокую, но узкую лощину, зажатую между двумя крутыми, густо поросшими виноградной лозой склонами. Идеальное место. Классическое место. Место, где в старых книгах всегда устраивают засады. Инстинкт шепнул мне, что что-то не так, но разум, опираясь на данные о безопасности региона, проигнорировал его.

Мы въехали в лощину. И тут же волы всхрапнули и встали как вкопанные.

Дорогу перегораживали трое.

Это были не бандиты в потертой коже. Это были три закованные в черную броню машины для убийства. Их доспехи были нелепыми, нефункциональными, покрытыми шипами и зазубринами, словно их ковали не для защиты, а для устрашения. Солнечный свет тонул в их матовой броне, не отражаясь. Над головами горели ярко-красные, кровавые ники, помечающие их как ПК.

Глава 9

Низкий потолок, грубые столы, покрытые слоем въевшейся грязи, и тусклый свет от единственной масляной лампы в таверне «Последний Глоток».

Мы сидели за самым дальним столом, сосредоточенно склонившись над нашим жалким имуществом. Кира, сжав зубы, возилась со своим арбалетом, используя [Простой ремонтный набор]. Тонкие пальцы, привыкшие к изящной работе, с трудом управлялись с грубыми инструментами. Мой меч лежал на столе, его лезвие покрывала сеточка трещин, словно паутина. Полоска прочности едва теплилась красным цветом.

Наши кошельки были почти пусты. Денег, полученных от жителей Топкого Берега, едва хватило, чтобы заплатить за базовый ремонт у NPC-кузнеца. Мы потеряли все. Репутацию, время, деньги.

Молчание нарушила Кира. Она с громким стуком отложила набор, ее глаза горели яростью.

— Я соберу бомбу, — заявила она. Ее голос был тихим, но в нем звенела сталь. — Я найду рецепт, достану компоненты. Начиню ее шрапнелью и магическими кристаллами. Мы выясним, где их логово. И устроим им такой фейерверк, что от их шипастых доспехов даже пыли не останется. Мы им отомстим.

Это был порыв инженера. На каждую проблему — техническое решение. На агрессию — более мощный заряд взрывчатки. Это было честно, прямолинейно и абсолютно, катастрофически неверно.

Я медленно поднял голову, отрываясь от созерцания своего практически сломанного меча. Первый, испепеляющий гнев уже прошел, сменившись холодной, отстраненной ненавистью. Ярость была топливом, но плохим навигатором. Сейчас нужно было не чувствовать, а думать.

— Нет, — спокойно сказал я.

— Что «нет»? — она вздернула подбородок. — Ты предлагаешь просто так это проглотить? Позволить им безнаказанно унижать нас?

— Они не просто унизили нас, Кира, — я посмотрел ей прямо в глаза. — Они провели демонстрацию. Они показали нам, как работает эта часть мира. Они сильнее, их больше, они лучше организованы. Мы для них — даже не противники. Мы ресурс. Развлечение.

Я взял со стола деревянную кружку, поставил ее в центр.

— Это мы. Два игрока, 17-го и 18-го уровней. Умные, да. Способные решать нелинейные задачи. Но хрупкие.

Затем я сгреб со стола несколько медных монет и выстроил их плотным кольцом вокруг кружки.

— А это они. Гильдия Мясников. Целая, слаженная PvP-гильдия. Их минимум человек двадцать, все на 15-20 уровней выше нас. У них есть танки, хилеры, бойцы. У них есть тактика, отработанная на сотнях таких, как мы. Они обжились в этом регионе, не повышают уровни и не собираются отсюда уходить. Если мы сейчас полезем на них с твоей бомбой, это будет не месть. Это будет самоубийство. Это будет именно то, чего они от нас ждут.

Кира смотрела на мою импровизированную схему, и ее гнев медленно уступал место горькому пониманию. Она была гением механики, но тактика больших сражений была не ее сферой.

— Так что же, — ее голос дрогнул, — просто сдаться?

— Никогда, — твердо ответил я. — Мы просто меняем задачу. Цель сейчас — не отомстить Костоправу. Цель — выжить и стать сильнее. Достаточно сильными, чтобы в следующий раз, когда мы их встретим, это был бой, а не избиение.

Я убрал монеты в сторону. Снова осталась одна кружка.

— Нас атаковали в лоб, и мы рассыпались. Почему? Потому что у нас не было никого, кто мог бы принять этот удар. Мы с тобой — мозги и тонкие инструменты. Мы можем вскрывать замки и решать головоломки. Но мы не можем остановить удар топора. Нам не нужна месть. Нам нужна защита.

Я взял свой поцарапанный кинжал и поставил его перед кружкой.

— Нам нужен тот, кто сможет выдержать их первый удар, чтобы у нас с тобой было время подумать и действовать. Тот, кто встанет между нами и ими и не сломается. Нам нужен «щит». Настоящий, непробиваемый щит.

Кира кивнула, полностью погрузившись в логику моих рассуждений.

— Но и этого мало, — продолжил я. — Мы попали в эту ловушку, потому что ничего не знали. Не знали о «Мясниках», не знали об их тактике, не знали, что этот маршрут — их охотничьи угодья. Мы слепы.

Я положил рядом с кружкой тусклый, серый камень с нашего стола, служивший подставкой для свечей.

— Нам нужен тот, кто знает этот мир лучше нас. Его неписаные законы, его слухи, его легенды и его грязные тайны. Тот, кто сможет предупредить нас о таких ловушках еще до того, как мы в них попадем. Тот, кто даст нам информацию. Нам нужен «камень», фундамент, прочное основание, на котором мы сможем строить свои планы. Голос, который расскажет нам истории этого мира.

Я посмотрел на нашу импровизированную инсталляцию: кружка, кинжал и камень.

— Все остальные квесты, весь гринд, весь лут — все это вторично. Сейчас у нас только одна, главная задача. Найти их. Найти наш щит и наш камень. И только после этого мы сможем вернуться к игре.

Кира долго молчала, глядя на стол. Потом она медленно кивнула. Огонь мести в ее глазах сменился холодным, сосредоточенным пламенем. Она больше не была просто жертвой, жаждущей реванша. Она стала частью плана. Частью системы, которую мы начнем строить прямо сейчас.

***

Наш поиск начался не на форумах для игроков и не в рейтинговых таблицах.

Глава 10

Наша первая командная встреча.

Это ощущалось именно так, а не как обычный сбор группы перед походом в данж. Мы стояли у входа в Квартал Ремесленников: я, наш новообретенный «щит» и «камень знаний». Три фигуры, которые еще вчера даже не знали о существовании друг друга. Четвертая — Кира — уже ждала нас внутри, разглядывая витрину у лавки гнома-инженера.

Я окинул взглядом свою команду. Нелепое, но интригующее сочетание. Неуязвимый, как выяснилось, его звали Олег, молчаливый и несокрушимый, в покрытой шрамами броне. Михаил, по прозвищу Легенда, с вечно растрепанными волосами и горящими глазами, больше похожий на бродячего поэта, чем на приключенца. И Кира, практичная до мозга костей, в своем кожаном доспехе с мириадами карманов и инструментов. А среди них я, Маркус, системный аналитик, воин в простенькой кожаной броньке, чье главное оружие было невидимо окружающим.

Мы не были похожи на героев. Мы были похожи на странную банду, собравшихся для невыполнимой задачи. И это было именно то, что мне было нужно - нетривиальная задача.

— Итак, — начал я, когда мы остановились перед кузницей, из которой валил черный дым и доносился ритмичный грохот молота. — Первоочередная задача — практическая. Олег, твоя броня. Для встречи с «Мясниками» она слабовата. Нам нужен апгрейд. Качественный.

Неуязвимый молча кивнул. Для него это было очевидно. Но я хотел, чтобы все понимали логику наших действий. Это не просто закупка шмоток. Это устранение уязвимости в нашей системе.

— Для этого нам нужен лучший мастер по тяжелой броне в городе, — продолжил я, указывая на вывеску над кузницей, на которой был изображен скрещенный молот и наковальня. — Громм Железнорук.

— О, Громм! — с энтузиазмом воскликнул Михаил. — Великий мастер! Легенда гласит, что его предки ковали доспехи для самого Старого Королевства. Говорят, он может взглянуть на кусок металла и рассказать всю его историю.

— А еще, он может рассказать нам, сколько это будет стоить, — практично заметила Кира, с интересом разглядывая через открытую дверь сложный механизм мехов, раздувающих огонь в горне.

Мы вошли.

Жар ударил в лицо, словно мы шагнули в пасть дракону. В центре огромного, закопченного зала пылал горн, а над наковальней, размахивая молотом, который казался размером с небольшую бочку, трудился дварф. Он был широк в плечах, как шкаф, его могучие руки были облеплены мускулами и покрыты сетью старых шрамов. Длинная седая борода была заплетена в несколько кос и убрана за спину. Это и был Громм.

Он закончил работать с куском раскаленного металла, бросил его в чан с водой, и помещение наполнилось громким шипением. Только после этого он повернулся к нам, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. Его взгляд был тяжелым и оценивающим.

— Чего надо, странники? — пророкотал он, его голос был глухим, как удар молота по железу. — Если за подковой для клячи, то вам к моему подмастерью. Если за делом, говорите. Время — как металл. Его надо ковать, пока горячо.

Неуязвимый шагнул вперед и молча сняв свою кирасу, положил ее на ближайший стол. Вмятины, глубокие царапины, и огромная трещина — доспех выглядел так, будто побывал в желудке у каменного голема.

Громм подошел, хмыкнул. Он провел мозолистым пальцем по одной из самых глубоких отметин.

— Сделан хорошо, с душой. Следы от мечей, кинжалов, даже пару цепов приложились. А вот это, — он указал на оплавленный край, — работа огненного мага. Ты, друг мой, явно не на кабанов охотился.

Он обошел кирасу, постучал по ней костяшками пальцев, прислушиваясь к звуку.

— Сталь хорошая. И закалка. Но предел свой почти исчерпала. Чуть улучшить можно, но это все равно что мертвому припарка. Против серьезного противника не выстоит. Нужен новый доспех. Да еще и такой, что будет выдерживать твое перенаправление, правильно?

— Мы можем заказать такой? — спросил я. — Лучшее, что вы можете предложить.

Дварф снова смерил нас взглядом, на этот раз задержавшись на Неуязвимом.

— Для такого бойца… да, есть у меня один чертеж. Вещь старая, надежная. [Кираса Несокрушимости]. Останавливает таран. Но для нее нужен особый материал.

Несокрушимый не шелохнулся. Мы же с Кирой и Легендой переглянулись - неужели совпадение?

Мастер повернулся к стене, где висели заготовки из разных металлов, и указал на небольшой, невзрачный с виду слиток, который, тем не менее, испускал едва заметное внутреннее свечение.

— [Сердцевинная Руда]. Добывает только в самых глубоких жилах, под большим давлением. Твердая, как алмаз, но гибкая, как воля короля. Без нее хорошей брони не создать.

Задание получено: «Крепкий Панцирь».

Цель: Принести Громму Железноруку 10 слитков [Сердцевинной Руды].

— Где ее можно достать? — спросила Кира.

И тут лицо дварфа помрачнело. Он с досадой сплюнул в угольный ящик.

— А вот с этим теперь проблема, девочка. Большая проблема. Раньше ее возили караванами из Старой Шахты в Золотых Холмах. Единственное известное мне месторождение в этих краях. Но в последнее время руду стало почти невозможно достать. Какие-то головорезы захватили шахту и все подходы к ней. Теперь они сидят на жиле, как дракон на золоте.