Платина

Пролог

Когда мне было шестнадцать мой отчим продал меня за карточные долги местному воротиле. По крайней мере, я так заочно думала о человеке, пока не увидела его воочию. Высокий и статный, в сером довольно дорогом костюме, мужчина лет сорока пяти с лёгким оттенком седины не по возрасту на своих волосах, он чрезвычайно тепло улыбался и совсем не походил на бандита из подворотни. Но его довольно солидный вид не облегчил мою участь в сложившемся уравнении.

Впервые я увидела его, когда в один из весенних дней вернулась из школы. Внутри сразу зародилось что-то неладное. Нежданный гость так не был похож на друзей Патрика, те не то что не носили костюмы, они даже не знали, что это такое. Он был иным, далёким от того грязного мира, в котором мне сейчас приходилось жить, и показывал это всем своим видом. Тогда мне только предстояло узнать, что этот мужчина, точнее его дела, крылись намного глубже возвращения обычных карточных долгов. Да, это были мои догадки. Догадки, которые все время сбывались. Сначала я знала довольно мало, лишь то, что он владел подпольным бойцовский клубом на окраине города. Затем я узнала, что меня не только продали за долги азартных игр, но мне ещё предстояло их отработать. Следующим знанием стало понимание всей сети рекета и подпольной сети грязного бизнеса, уничтожающего судьбы и разрушающего семьи. И вот теперь мне предстояло стать частью всего этого, но какой?

Помню тот день, словно это было вчера. Патрик, мой отчим, стучал так громко в дверь ванной комнаты своим толстым кулаком, что я думала, что сойду с ума от этого звука. В висках гудела одна фраза: «теперь ты, мелкая сучка, принадлежишь ему, и клянусь всем, что имею, я не буду по тебе скучать». И все, что мне хотелось сделать в тот момент, полоснуть себя его опасной бритвой вдоль вен, лишь бы оградить себя от того, что должно было произойти. Меня продали. Как какую-то вещь без особой ценности. Закрыли мной долги. И что должно было происходить дальше? В голове был рой мыслей: проституция, наркотики, смерть…

Но когда Бартл О’Мёрфи, так звали странного мужчину, совсем не похожего на подпольщика, заговорил со мной сквозь едва не выбитую дверь, хотелось верить, что не все потеряно. Он обещал, что со мной ничего не случится, и он позаботится об этом, пока будет жив. Так и случилось. Бартл О’Мёрфи сдержал своё слово и в какой-то момент заменил мне любящего отца, давая ложные надежды на то, что я не его пленница, а полноценная часть этого прогнившего общества. В тот день, собрав свои немногочисленные вещи, я уехала от отчима в маленькую серую квартирку, аренда которой оказалась оформлена на моё имя. Мне полагалось хорошо учиться, держать язык за зубами и не вспоминать свою жизнь «до». Когда я закончила старшую школу, Бартл оплатил мою учёбу в довольно престижном медицинском институте, где мне нужно было придерживаться все тех же правил. После получения заслуженного диплома жизнь привела меня в больницу «Сент Патрик мемориал», с того времени наши и до того редкие встречи с Бартлом и вовсе прекратились. Но я продолжала каждый месяц получать приличную в моем понимании сумму денег на карманные расходы, с которой я даже умудрялась откладывать часть на тот самый чёрный день, который мог настигнуть меня в любой миг из новых суток. Но все было хорошо. Нереально хорошо, и это заставило меня расслабиться, начать забывать, что в какой-то момент мне выставят счёт, который, возможно, я буду не в силах оплатить. Каждое утро, просыпаясь, мне хотелось верить, что это все было не взаправду, что я никому не принадлежу и вольна делать, что душа пожелает. И я бы верила, если бы не дикое ощущение до холода на спине, что за мной все время наблюдают.