Почти мы

Пролог

Такси подъехало к знакомому дому. Здесь мало что изменилось. Всё та же детская площадка и девятиэтажка с облупленной краской. Но несмотря на всё это, каждый сантиметр знакомого двора был до боли родным.

С этой качели я упала в восемь лет, и рана на коленке до сих пор красуется шрамом. Кир тогда дул на неё так старательно, что сам чуть не лопнул.

Странно вернуться сюда спустя столько лет. Я не была дома семь лет. Остановилась и глубоко вдохнула родной воздух. Прислушалась к себе. Внутри неприятно всё скрутило. Отмахнулась. Соберись, Мира. Ты не слабачка. Пора уже отпустить прошлое и жить дальше.

Невольно подняла голову и нашла окна родительской квартиры. Там горит свет. Они не знают, что я приехала. Решила не говорить заранее, чтобы не суетились. Подняла взгляд на этаж выше. Свет выключен. Чего я вообще ожидаю увидеть?

Взяла чемоданы и уверенно покатила их к подъезду. Колёсики спотыкались об камни, создавая слишком много шума. Здесь за всё это время не было ремонта. Но люди своими силами пытались создать уют. Парадную украшали живые растения, а полы сверкали чистотой.

В новом комплексе, где я жила последние три года, было менее уютно. Там не было души. Здесь же каждый жилец пытается внести свой вклад в обустройство дома. Старый, скрипучий лифт долго поднимался, но приехал и это уже достижение.

Я встала напротив двери квартиры, в которой прожила с рождения и до восемнадцати лет. Предательские мурашки расползлись по коже. Я знала, что родители будут рады видеть меня. Но переживала, как они отреагируют на мою новость.

«Ты не трусиха. Давай же… позвони в звонок». Внутренний голос напоминал, что пора действовать.

Дрожащей рукой я нажала на коричневую кнопку и послышалась трель. Около минуты никто не подходил. В девять вечера они вряд ли кого-то ждут.

Послышали шаги за дверью. Сейчас папа посмотрит в глазок и откроет. Ещё немножко. Я натянула на лицо дежурную улыбку.

Дверь открывается. Папа стоит в домашних трениках и белой майке. Всегда аккуратно и чисто одетый, строгий на вид мужчина расплывается в улыбке и стискивает меня в объятиях.

- Мать, а ну беги сюда! Мирка приехала! – кричит он в сторону квартиры.

Облегчение расползлось по телу, не оставив ни единой напряжённой клетки. Объятия папы укутали меня в кокон защищённости и умиротворения.

- Папа, как я скучала, – от него пахло домом.

- Мира? Дочь… Приехала родная моя, – позади отца выглядывала мама и пыталась меня разглядеть.

Папа отступил, и хрупкая на вид женщина сжала меня в объятиях. Откуда только в ней столько силы?

Мама сначала обнимала меня, потом взяла лицо в ладони и начала целовать в щёки.

- Хватит уже. Впусти ребёнка в дом, – пробурчал отец.

- Конечно-конечно. Проходи, доченька. Ты чего не позвонила? Я бы приготовила твои любимые блюда, – засуетилась мама.

- Да я… не совсем планировала. Просто так вышло. Решила не напрягать вас, – сказала я неуверенно.

Взгляд мамы упал вниз. Два огромных чемодана не создают впечатления, что я приехала на выходные. Она промолчала. Но это временное явление.

Папа помог занести мои пожитки, и мы прошли на кухню. Здесь сделали ремонт год назад. Мама присылала мне фотографии. Но вживую всё равно непривычно.

Когда-то стены украшала голубая плитка, а старый кухонный гарнитур был перекрашен ни один раз. Сейчас же всё было в приятных бежевых оттенках, современный гарнитур с мраморной столешницей и много необходимой техники, облегчающей ежедневную рутину.

Я обхватила руками горячую кружку. Пальцы жгло. Но мне было необходимо на что-то отвлечься. Каждая клеточка моего глупого тела трепетала от воспоминаний. Сколько счастливых вечеров было проведено на этой кухне… с Киром. Его образ беззастенчиво мелькал перед глазами.

- Мира, мы очень рады, что ты наконец-то приехала домой, – мама участливо погладила мою руку. – Но я не могу не спросить, что случилось? У тебя же свадьба через неделю.

Я подняла на неё взгляд. Вдох-выдох и так десять раз. Они имеют право задать мне этот вопрос.

- Я ушла от него.

Пауза. Родители в шоке. Я их понимаю и не виню. Целый год они считали, что их дочь счастлива в отношениях.

Папа задумчиво сверлил меня взглядом.

- Этот щенок обидел тебя?

- Нет, пап… Просто не сложилось…

- Слава богу, – вздохнула с облегчением мама.

Я не ожидала такой реакции. Неужели Саша настолько им не нравился?

- Вы рады? – удивлённо спросила я.

- Не то, чтобы рады, – мама виновато отвела взгляд, – мы всегда поддержим все твои решения. Ты же знаешь! Но было в этом Саше что-то… скользкое что ли.

- Закроем тему, – вышло слишком резко. – Я пока не готова это обсуждать… чуть позже, – добавила я уже мягче.

- Ты вернулась домой, – подытожил папа. – Насовсем?

Я нервно теребила края кофты.

- Да, – добавила тихо, опустив стыдливо глаза вниз. – Пока что да.

- Доченька, милая, мы очень этому рады, – по щекам мамы полились слёзы. – Этому дому и нам не хватало тебя.

- Точнее не скажешь, – облегчённо вздохнул отец, но взгляд его глаз оставался цепким и внимательным. Его не удовлетворили мои ответы. Мы всегда чувствовали друг друга слишком сильно.

От полноценного ужина я отказалась, выпила свой чай и пошла в комнату. Здесь всё оставалось на своих местах. Как будто и не было этих семи лет. Возле моего стола на стене была доска, увешенная фотографиями. В основном на них были родители, я с бывшей подругой и я с Киром. Сердце болезненно кольнуло. Рана не срослась, но я привыкла жить с этим.

Аккуратно отцепила фото от прищепок, села и начала вглядываться в фотографию парня, сидящего на спортивном байке. Хотела провести по его лицу, но пальцы замерли, а дыхание сбилось. Я отдёрнула руку. В этот день Кир только купил его. Это было его мечтой с самого детства. А позади него сидела счастливая я. Кажется, так широко и искренне я больше не улыбалась. Глаза защипало. Ну уж нет. Только этого не хватало. Я повесила фото обратно.