Под его защитой. Без права на побег

Глава 1.1

Музыка не бьет по ушам, она вибрирует где-то под ребрами. Глухая. Тяжелая. Давящая.

Я делаю судорожный вдох, но воздух здесь другой. Он пропитан запахом дорогих сигар, терпкого алкоголя и чужой, пугающей власти.

Мраморный пол скользит под подошвами моих старых туфель. Слишком яркий свет хрустальных люстр бьет по глазам. Я крепче прижимаю к груди тонкую папку с документами, словно она может меня защитить.

Куда я попала?

Это не просто закрытый клуб. Это другой мир. Мир хищников в безупречных дорогих костюмах. Мир, где такие, как я, не ходят через парадный вход. Мое простенькое платье кажется здесь не просто неуместным — оно кричит о моей уязвимости.

Мужчины вокруг даже не разговаривают, они решают судьбы. Их взгляды тяжелые, липкие, оценивающие. Они скользят по мне, словно сдирают одежду.

Я здесь чужая. Лишняя. Ошибка системы.

Тревога ледяными мурашками ползет по позвоночнику. Мне нужно было просто оставить эти чертовы бумаги на ресепшене. Зачем я пошла дальше по коридору? Почему массивные двери за моей спиной закрылись с таким зловещим щелчком?

Нужно уходить. Прямо сейчас.

Разворачиваюсь на ватных ногах, мечтая слиться со стеной и исчезнуть, но путь мне преграждает широкая мужская фигура.

Чужие пальцы стальным капканом смыкаются на моем запястье.

Резкий рывок. Папка выпадает из рук, листы разлетаются по сверкающему мрамору.

— Опа. А вот и свежая кровь, — раздается над ухом хриплый, маслянистый голос.

Поднимаю глаза и сталкиваюсь с сальным взглядом мужчины. От него несет коньяком и вседозволенностью. Дорогие часы на его запястье блестят, пока он грубо дергает меня на себя.

— Пустите! — выдыхаю я, пытаясь вырваться.

— Какая дерзкая девочка, — он ухмыляется, обнажая зубы. — Новый заказ? Подарочек для босса? Неплохо, очень неплохо. Люблю таких... диких.

Меня обдает жаром от возмущения. Подарок? Заказ?!

— Вы с ума сошли?! Отпустите меня немедленно! Я не...

— Рот закрой, кукла, — его тон резко меняется, становится угрожающим и злым. Пальцы сжимают мое запястье до хруста костей. — Отрабатывать свой ценник будешь в спальне. А пока пошли. Тебя уже заждались.

Унижение обжигает щеки хлесткой пощечиной. Он смотрит на меня как на вещь. Как на кусок мяса, который можно купить, продать и употребить.

Я пытаюсь упереться ногами, но он просто тащит меня за собой, как тряпичную куклу.

Коридор сужается. Становится темнее. Громкая музыка остается где-то позади, сменяясь гулкой, звенящей тишиной.

Животный страх накрывает меня с головой. Паника сжимает горло, не давая сделать даже короткий вдох.

— Пусти! — кричу я, начиная отчаянно вырываться.

— Я сказал, тихо! — рычит мужчина и резко впечатывает меня спиной в стену.

Удар вышибает из легких остатки кислорода. В глазах темнеет.

Его тяжелое тело наваливается сверху, вдавливая меня в жесткие панели. Влажные, противные губы скользят по моей шее. Отвращение подкатывает к горлу тошнотворным комом.

Нет. Только не это. Нет!

Инстинкт выживания взрывается внутри слепой яростью. Я не буду послушной овцой. Я не сдамся!

Свободной рукой я наотмашь бью его по лицу. Царапаю щеку. Он шипит от боли, ослабляя хватку всего на секунду. Мне хватает этого мгновения. Изо всех сил бью коленом ему в пах.

Мужчина издает сдавленный хрип, сгибается пополам и отшатывается.

Я отталкиваю его обеими руками, теряю равновесие и с глухим стуком падаю на жесткий пол. Колени обжигает болью от удара, но мне плевать.

Грудь тяжело вздымается. Я судорожно отползаю назад, вжимаясь лопатками в холодную стену. Дышу загнанно, хрипло, как зверь, загнанный в угол.

В дальнем конце коридора бесшумно открывается массивная дверь.

Воздух в помещении мгновенно меняется. Он становится тяжелым, густым, наэлектризованным. Словно вся кислородная смесь выгорела в одну секунду.

В проеме появляется фигура.

Огромный. Широкоплечий. Заполняющий собой всё пространство.

Мужчина делает шаг вперед. В безупречно скроенном черном костюме, который только подчеркивает звериную, первобытную мощь его тела.

Мое сердце пропускает удар. А потом останавливается.

Он спокоен. Пугающе спокоен. В каждом его движении сквозит абсолютная, непоколебимая власть. Темные глаза-льдинки сканируют пространство с равнодушием сытого хищника.

Мужчина, который только что пытался меня прижать, выпрямляется, нервно одергивая пиджак.

— Тимур... — лебезит он, и его голос дрожит. — Твой подарок доставили. Девка с характером оказалась. Дикая. Прямо как ты любишь. Еле дотащил.

Он переводит взгляд на меня.

Ледяной шторм. Черная бездна. В его глазах нет ни капли жалости, ни грамма сочувствия к тому, что я сижу на полу, растрепанная, дрожащая, со сбитыми коленями.

Он видит перед собой вещь. Свой заказ. Свой трофей.

Никаких сомнений. Он верит каждому слову.

Я хочу закричать, хочу сказать, что это чудовищная ошибка, что я здесь случайно! Но связки парализует. Ледяной ужас сковывает тело невидимыми цепями. Я не могу издать ни звука под тяжестью этого разрушительного взгляда.

Заморозка. Тотальный паралич. Я просто смотрю на него снизу вверх, понимая, что настоящий монстр — не тот, кто тащил меня по коридору. Настоящий монстр только что вошел в комнату.

Тимур делает шаг. Еще один.

Его шаги бесшумные, но они бьют мне по нервам громче набатного колокола.

Останавливается прямо передо мной. Начищенные до блеска дорогие туфли замирают в сантиметре от моих разбитых коленей. От него пахнет морозной свежестью, дорогим парфюмом и чистой, концентрированной опасностью.

Он медленно опускается на корточки, оказываясь со мной на одном уровне.

— Вставай, — приказывает он.

Голос низкий, бархатный, с хрипотцой, от которой по коже бегут мурашки величиной с горошину. Это не просьба. Это приказ, не терпящий неповиновения.