Сильнее кутаясь в тонкую куртку, я выхожу на разбитую улицу. Здесь я появляюсь редко, поэтому гляжу в оба, чтобы не пропустить нужный поворот.
Впереди слышится шум.
— Я тебе щас хлеборезку сам закрою!..
Издалека вижу небольшую, но очень громкую компанию мужчин с бутылками алкоголя в руках. Уже с такого расстояния ясно, что все сидящие на скамейке и стоящие рядом с ней — безбожно пьяны. Губы против воли кривятся. Если одному-двум я смогу хоть как-то брызнуть в лицо перцовкой и убежать, то от пятерых вряд ли удеру.
Недовольно поджав губы, сворачиваю в соседний переулок. Из-за этих пьяниц приходится делать лишний круг. Ноги и так болезненно пульсируют, а тело уже давно мечтает попасть в объятия кровати, но путь до дома сегодня у меня явно с препятствиями.
Этим переулком я ни разу не ходила. Но если посудить логически, то через два здания я смогу вернуться на прежнюю улицу и обойти тех мужиков.
Тут темнее. Из-за того, что я ни разу не проходила этой улицей, всё тело сковывает от нервозности, холода и усталости. Включать фонарик и привлекать к себе лишнее внимание боюсь, поэтому иду и вглядываюсь в слабо освещенные здания, выискивая потенциальную опасность. На всякий случай включаю геолокацию. Мне так чуть спокойнее.
Пройдя чуть вперёд, натыкаюсь на тупик. Чёрт. Неужели придётся делать ещё больший круг? Меньше всего мне сейчас хочется плутать по тёмным улицам в поисках дороги домой. Но и возвращаться на ту дорогу с алкашами тоже желания нет.
Тяжело вздохнув, включаю приложение с навигатором на телефоне и, вбив адрес съемной квартиры, пытаюсь разобраться, как теперь вообще до туда можно добраться.
Пока я иду, всматриваясь в белый прямоугольник на экране, не сразу замечаю, что в малоосвещенном переулке кто-то есть.
— …отвечай! — рявкает кто-то в темноте, после чего слышится глухой стук и сдавленный, но полный боли стон.
Испуганно отрываю взгляд от смартфона и вглядываюсь в темноту, но из-за разницы света зрачки ещё не перестроились. Поэтому я могу лишь слышать, что происходит впереди.
Сую гаджет в карман и другой рукой сильнее сжимаю баллончик. Отчаянно вглядываясь в темноту, но вижу пока лишь слабые очертания.
— Я тебя последний раз спрашиваю, сукин ты сын. Куда. Ты. Дел. Мои. Бабки?
Вздрагиваю всем телом. Голоса значительно ближе, чем я думала. Глаза уже почти привыкли, но я пока всё ещё не вижу людей, произносящих это.
Слышится шорох и какая-то возня. После — сдавленное мычание. Словно у кого вынули кляп изо рта.
— Клянусь… я взял всего пять процентов. Остальное… забрал ваш секретарь, — произносит охрипшим голосом незнакомец, делая передышки.
— Отрежь ему руки, — раздаётся ледяной приказ в звенящей тишине, а меня парализует от ужаса.
Голову простреливает током, а внутренности обжигает кипятком. Господи, во что я вляпалась?!
Из-за страха пульс начинает бешено колотиться, а зрение наконец проясняется. От различаемых силуэтов волосы встают дыбом. Сколько их тут? Десять?.. Пятнадцать?..
— Нет! Не надо… Я всё верну! Даже больше.
Толпа мужчин окружает незнакомца, стоящего на коленях. Стоят они не плотным кольцом, а в шахматном порядке, тем самым открывая мне обзор происходящего.
Один из верзил подходит к стоящему на коленях и резко запихивает ему тряпку в рот. Мгновение — и в темноте блестит лезвие ножа. Успеваю зажмуриться прежде, чем увижу эти зверства, ужасы. Хочу закричать, но вовремя зажимаю себе рот трясущейся рукой.
Боже… неужели это происходит со мной? Ноги вместе с телом окончательно леденеют от происходящего. Язык прилипает к нёбу, из глаз брызжут слёзы.
Раздается нечеловеческий вой сквозь кляп. Кажется, его слышно на весь город.
Мне… мне срочно нужно что-то сделать. Но что?! Ноги и тело настолько трясёт, что я еле могу сделать шаг назад, чтобы облокотиться на стену здания и не упасть.
— Где бабки? — вновь спрашивает леденящий разум грубый голос. Против воли открываю глаза. Кляп изо рта вновь вынули и послышался жалобный скулеж.
Господи. Неужели в наше время такое все ещё возможно? Мы же не в девяностых. Надо срочно уносить отсюда ноги. Делаю шаг назад опираясь на стену. Меня нещадно трясет. Всхлипы рвутся из горла, но я стараюсь их сдерживать, чтобы меня не заметили.
— Деньги… в заброшенном доме. За городом. Только не убивайте. Я все верну. В тройном размере, – захлебывался вор рыданиями, а меня от этих звуков нещадно обдавало кипятком.
— Ты знаешь где это? — задает вопрос тот же голос.
— Да, босс.
— Отлично. Тогда пристрелите его.
Щелчок. Оглушительный выстрел. Волосы насквозь промокли, а тело теперь меня трясло так, что ноги уже не держали. Желудок болезненно сжался пытаясь вывернуть из себя поздний ужин.
Я все таки рухнула на колени. И, кажется, что это было слишком громко. В панике обернулась назад и в ужасе раскрыв рот все же завыла.
Все темные силуэты уже смотрели в мою сторону.
— Взять её, — отдал приказ тот, кого называли боссом, указав на меня пистолетом.
Адреналин прокатился по телу. Отчаянно пытаясь отползти, убежать, я разодрала себе руки о мелкую крошку битого стекла на асфальте.