Подруга по контракту

Пролог

Я подошла к двери, и ноги у меня сразу стали ватными. Что за наваждение? Ведь я собираюсь просто поговорить, просто внести ясность по одному, касающемуся меня вопросу. Почему сердце бухает в ушах как молот?

«Это потому, что тебя влечет к этому человеку», — подсказал внутренний голос.

«Вовсе нет, — раздосадовано возразила я. — Уже не влечет. Ни одну нормальную девушку не может тянуть к мужчине, который обращается с ней как с распутной идиоткой».

«Значит, ты ненормальная!» — сердито захохотал внутренний голос, а в пальцах разлилось странное покалывание.

Я честно приготовилась постучать. Даже вытянула вперед напряженную руку, но легкий порыв сквозняка заставил дверь чуть приоткрыться. От неожиданности я отскочила от нее как ошпаренная. Господи, почему так хочется убежать? Просто дикость какая-то.

Собрав волю в кулак, я вернулась к двери и все же постучала — робко, ненавязчиво. До меня почти сразу донесся тихий шум воды. Хозяин комнаты явно не слышал мой стук, потому что был в ванной. Наверное, чистил зубы или решил умыться перед сном.

Движимая странным любопытством я открыла дверь шире и заглянула в комнату. Интуиция не обманула: там и правда никого не было. Прозрачный тюль надулся парусом напротив окон и открытого балкона.

И что мне делать? Дожидаться у порога как собачонка? Окончательно размякнуть от непривычной робости и сбежать? Ну уж нет! Войдя внутрь, я плотно закрыла за собой дверь. Тут подожду. Не привыкать строить из себя хамку.

Я сделала несколько шагов вперед, постояла оглядываясь. Потом бросила короткий взгляд в зеркало и невольно поморщилась. Ну и вид у меня! Щеки раскраснелись, тщательно причесанные волосы как-то вмиг растрепались. Наверное, я сама их разлохматила: когда нервничаю, частенько тереблю лезущие в глаза пряди.

Ватные ноги так и норовили подогнуться. Присесть? Наверное, не помешает. Я прошла к кровати и опустилась на ее край. Повинуясь странному импульсу, провела рукой по белой хлопковой простыне. Мне кажется, или от постели пахнет мужским парфюмом? Такой легкий, едва уловимый аромат с примесью кедровой смолы, натуральной кожи и рома.

В груди шевельнулось странное неприличное желание. На мгновение я задержала дыхание, прислушалась к звукам из ванной. Вода там по-прежнему шумела деловито и бодро, а значит меня не застукают. Точно не застукают!

Осмелев, я осторожно притянула к себе подушку и поднесла ее к лицу. Какой приятный аромат! Пьянящий, терпкий, навевающий странные фантазии. Секундное помешательство — и я потерлась о подушку щекой. Мне будто хотелось впитать в себя этот притягательный мужской запах. Хотелось хоть на мгновение окружить себя им.

Внутренний голос прав: я и правда во власти влечения. Но ведь это не страшно. Я не собираюсь ему сдаваться. Я никогда не лягу в постель с мужчиной, который ни во что меня не ставит. Я не такая…

Легкий стук балконной двери заставил меня вздрогнуть. Дурацкий сквозняк! Я вернула подушку на место и на всякий случай обернулась. Хозяин комнаты стоял в дверном проеме балкона и смотрел на меня. Черт! А как же… Как же вода?

Внутри все сжалось, стремительно похолодело. Господи, он что, наблюдал за мной? Видел, как я… Нет! Этого просто не может быть. Мое невезение не может достигать таких колоссальных размеров.

Хозяин комнаты выступил из-за тюля как бог из морской пены. Мне, должно быть, следовало опустить глаза, но я не смогла. Я опять совершенно по-дурацки залюбовалась его идеальным телом. Мой взгляд как заколдованный очертил крепкую мужскую фигуру от широких плеч до узких, мускулистых бедер.

Фух! Слава богу, что он не голый. Хотя, буду честной: узкие белые боксеры мало что скрывают…

— Что, все же решила воспользоваться моим предложением? — тихо спросил безраздельно владеющий моим вниманием мужчина.

От шока у меня отнялся язык. Я сглотнула и отрицательно замотала головой.

Он ухмыльнулся, прошел к двери. Раздался легкий щелчок замка. А вот это уже звоночек — надо срочно брать себя в руки и сматываться.

— Я пришла поговорить, — с огромным трудом пробормотала я, подскакивая на ноги.

— Серьезно? — хозяин комнаты медленно двинулся ко мне.

От него исходила бешеная энергетика. Каждый его шаг все больше гипнотизировал, заставлял меня сжиматься от странных незнакомых чувств.

— Поговорить, да, — шепотом повторила я. — Обсудить кое-что из недавнего прошлого.

Его взгляд прожигал насквозь. Я сделала еще одну попытку взять себя в руки, пробормотала:

— У тебя вода… Льется…

— Ну и черт с ней, — сказал он, делая последний шаг ко мне.

Теперь нас разделяло сантиметров тридцать. Не больше.

Я призвала на помощь все свое самообладание, дабы все-таки выдержать наглый взгляд этого мужчины.

— Клянусь, я пришла, чтобы поговорить.

— Мило. — Его пальцы неторопливо приспустили с моего плеча халат и скользнули по коже рядом с бретелькой бюстгальтера. — Что же, я тебя слушаю.

Надо было остановить его, но я не могла. У меня словно паралич случился. Я смотрела в красивые, почти черные от расширившихся зрачков глаза и даже вздохнуть боялась.

Глава 1

Три недели назад

«Няня для девочки. С проживанием. Город Сочи».

Когда я увидела эту вакансию, чуть на месте не запрыгала. Море, солнце, ненапряжные обязанности — это же именно то, что мне сейчас нужно. Нужно для того, чтобы перевести дух и решить, куда двигаться дальше.

Я ни секунды не сомневалась — откликнулась на вакансию, а потом поделилась этой маленькой новостью с сестрой.

— Лида, что за фигня? — сказала она, поглядев на меня тем особым снисходительным взглядом, который бесит меня с детства. — Ты бы еще на вакансию курьера резюме отправила. Или на должность консьержки. Где, черт возьми, твои амбиции? Где целеустремленность? Тебе нужно искать такую работу, которая позволит сделать карьеру.

Сестра к своим двадцати пяти годам уже руководила целым отделом в банке. Она еще в школе знала, чего хочет, и куда двигаться. И силком пыталась отволочь туда меня. А я… Я сопротивлялась.

— Лидочка, не слушай Шуру, — немедля вклинилась в наш разговор бабушка. — Ну какая карьера, детка? Сначала нужно позаботиться о семейном счастье. Может, тебе попробовать устроиться в военкомат? Там уйма красивых и видных мужчин!

Бабушка закатила глаза, и стало понятно, что ей уже представилась километровая очередь из офицеров, ведущая прямиком к нашему дому. Я хихикнула.

— У нее жизнь под горку катится, а она ржет, — неодобрительно мотнула головой сестра.

— Саня, ну не наседай! — Я с трудом подавила желание показать ей язык. — Мне нужно время, чтобы понять себя. По специальности мне работать не хочется, а чем заниматься, я пока не придумала. И потом, работа в Сочи — это так романтично! Представь: просыпаешься утром, а в окна пальмы заглядывают.

— Ага, — подтвердила она, — и курортники в одних трусах.

Да уж! Саша до кончиков ногтей состоит из здравого смысла. У нас в семье все из него состоят. Кроме меня. Буквально на днях я получила диплом педагога-психолога, но мне совершенно не хочется работать в образовании. Мне хочется приключений.

— Лидочка, ты поможешь мне с кексом? — спросила бабуля, не отрываясь от очередного любовного романа, взгроможденного у нее на коленях.

— С кексом? Конечно! — Я проворно выбралась из-за ноутбука и приготовилась к кулинарному подвигу. — Командуй!

— Мука и сахар знаешь где, — пробормотала бабушка, листая страницы. — Начинай без меня. Я сейчас только до конца главы дочитаю и присоединюсь к тебе.

Ага, как же! Знаем мы эту любительницу жарких лавстори. Если бабушку увлекла книга, она ни за что не расстанется с ней, пока не дочитает. Впрочем, в этот раз я была не прочь похозяйничать на кухне в одиночестве. Мне хотелось обдумать собственное будущее, определить хоть какой-то вектор.

В окружении кастрюль и сковородок было спокойно, но планы отказывались строиться. Может, у меня нервное истощение из-за выпускных экзаменов? Хотя стоп, кого я обманываю? С планами у меня всегда беда.

Замесив тесто и выложив его в форму, я окончательно размечталась. Подумала: вот бы к морю сейчас. Прокатиться на катере, ощутить на губах соленые брызги…

— Лида, телефон! — грубо оборвала мои фантазии Саша. Она влетела в кухню с ноутом наперевес и, не отлепляя взгляда от монитора, швырнула в меня мобильником.

Попала!

Я сжала телефон в руках и даже губу закусила от досады: начинается! Вот сто процентов, из какого-нибудь банка звонят. Или соцопрос. У меня так всегда: когда жду важного звонка, обязательно начинают названивать левые люди.

— Здрасьте, — развязно буркнула я, поднося мобильник к уху.

Но ошиблась. Звонила именно сотрудница рекрутингового агентства. И именно по заинтриговавшей меня вакансии няни. Перечислив все свои регалии, рекрутер отметила, что ей приглянулось мое резюме, и тут же предложила пройти собеседование по «Скайпу».

У меня перехватило дыхание. На секунду показалось, что я сплю: уж слишком быстро и удачно все складывалось.

— Лида, вы меня слышите? — капризно окликнула рекрутер. — Что насчет «Скайпа»? У вас есть возможность прямо сейчас выйти в интернет?

— Да, есть, — подтвердила я и, запихнув кекс в духовку, метнулась к ноутбуку.

Собеседование длилось почти час. Меня расспросили абсолютно обо всем: об особенностях характера, о политических предпочтениях, об отношении к религии. Под конец я ужасно устала и, кажется, дважды выдала гостайну. А еще совершенно невпопад рассказала пару баек о прадедушке. Последние, к счастью, произвели на мою собеседницу хорошее впечатление. По крайней мере, мне так показалось.

Покончив с расспросами, рекрутер предложила:

— Подъезжайте завтра утром в наш офис. Мое начальство хочет лично переговорить со всеми отобранными мною кандидатами.

Я с трудом подавила желание завизжать от радости.

***

Сборы на повторное собеседование дались мне легче легкого. Я была уверена, что всех очарую. Я умею. Мне даже декан факультета говорил, что любые экзамены я способна сдать на одной лишь харизме. Правда, это было в тот момент, когда он поймал меня на списывании, но все равно, по-моему, говорил он от чистого сердца.

Глава 2

Из-за холодного приема на собеседовании я, конечно, немного расстроилось. Но потом убедила себя, что жизнь просто уберегла меня от проблем. В конце концов, работа на грубияна чревата душевными травмами, а мои нервы бесценны, правда же?

К вечеру я и думать забыла о зеленоглазом хаме и его подколках. А потом раздался звонок…

— Лидия, добрый вечер! — Голос в трубке заставил сердце забиться чаще. Мне звонил Гоша! Точней Георгий Максимович.

Я вся подобралась и ответила как можно равнодушней, чтобы не спугнуть удачу:

— Добрый вечер.

— Лида, ваша кандидатура показалась нам наиболее подходящей для вакансии няни. Вы могли бы завтра утром подъехать в агентство, скажем, часиков в десять? Нам необходимо обсудить детали сотрудничества.

На мгновение мне показалось, что я уснула, и Георгий мне только снится. Ведь это не могло быть правдой! Утром мною пренебрегли, а сейчас… На всякий случай я ущипнула себя за ногу, а потом решила повредничать.

— Отцу девочки моя кандидатура совсем не понравилась, — напомнила я. — Если он и дальше собирается разговаривать со мной в презрительном тоне, не уверена, что мы сработаемся.

— Не стоит судить о людях по первому впечатлению, — спокойно парировал Георгий. — Мой зять — замечательный человек, просто ему нужно некоторое время, чтобы привыкнуть к новым людям. К тому же он хорошо оплатит ваш труд.

Директор агентства назвал мне сумму, и я чуть с табуретки не свалилась. Деньги были большими. Очень большими. На меня сразу снизошло понимание, что не такое уж я нежное создание, как мне казалось парой часов назад.

— Надеюсь, мне не придется помогать вашему зятю грабить банки и закапывать трупы? — пошутила я, внутренне обмирая.

— Нет, что вы. Для этого у него есть другой персонал, — почти серьезно ответил Георгий.

Мы поговорили еще немного, и последние сомнения меня оставили. В конце концов, вряд ли мне придется пересекаться с Павлом слишком часто. У девочки ведь и мама есть. Если она хоть немного похожа на Георгия — счастливое лето мне гарантировано!

***

— Вы носите только розовое? — первым делом спросил меня Павел, когда я пришла в агентство на следующее утро. — Другим цветам — бойкот?

Его голос сочился сарказмом. Эх! А меня не оставляла надежда, что сегодня он будет приветливей. Я одернула чуть задравшееся от ходьбы платье и уставилась на Павла с вызовом.

— Вообще-то это не розовый, а персиковый. Вам, как отцу девочки, должно быть стыдно за то, что вы не способны различать два таких непохожих цвета.

Он только ухмыльнулся.

— Присаживайтесь, Лида. — Георгий отодвинул для меня стул, а, когда я удобно на нем устроилась, положил передо мной какие-то листы. — Прежде чем мы начнем обсуждать вашу работу, вам необходимо кое-что подписать.

— Что это?

— Подписка о неразглашении.

— Вы шутите? — Мои брови полезли вверх. — Я же вроде няней устраиваюсь, а не на оборонный завод.

Георгий вложил в мои пальцы ручку.

— Лида, читайте и подписывайте. Нам придется сообщить вам некоторые подробности частной жизни, которые, как вы понимаете, должны остаться между нами.

Я бросила взгляд на Павла. Он буквально прожигал меня взглядом. Боже, во что я ввязываюсь? В груди шевельнулась тревога, но ее почти сразу вытеснили мечты о море. Этим летом я еще ни разу не была на пляже. Это несправедливо! Я мельком пробежала взглядом малопонятный текст, а потом нарисовала в нужной графе свою закорючку.

Георгий присел рядом со мной и откашлялся.

— Лидочка, работа, которую мы хотим предложить вам, будет непростой. Она весьма деликатна. Дело в том, что ваша подопечная категорически против нянь. Ей скоро исполнится двенадцать, и она весьма независимая девочка. Впрочем, вы сами знаете, какой это сложный возраст.

— Само собой, — поддакнула я, хотя не слишком-то разбиралась в закидонах подростков. Возрастную психологию нам преподавала добрейшая женщина, потому я не стала забивать себе голову лишней информацией и положилась на шпаргалки. Они не подвели.

Георгий вздохнул.

— В общем, вам придется изображать гостью Павла, а свой статус няни держать в секрете.

— В смысле?

— Мы скажем девочке, что вы дальняя родственница, приехали погостить на лето. А ее попросим обеспечить вам развлекательную программу. Ваша задача — подружиться с девочкой и помочь ей хорошо провести лето.

— Но зачем вам это надо? — серьезно напряглась я. — Звучит как бред сумасшедшего.

— Не нервничайте, Лида, — мягко попросил Георгий. — Я сейчас вам все объясню. Дело в том, что год назад девочка попала в автокатастрофу. Она почти четыре недели провела в коме, а потом несколько месяцев проходила через болезненную реабилитацию. Сейчас ее здоровье почти в норме. Физическое здоровье. А вот психологически она не до конца восстановилась.

Я невольно покосилась на Павла. Он смотрел перед собой, а на лице его проступил целый коктейль чувств: горечь, вина, тревога. В груди у меня защемило: оказывается, этот человек способен испытывать еще что-то кроме раздражения.

Глава 3

Время до отъезда пролетело молниеносно, но я все равно успела переделать кучу дел. Большей частью они были связаны с маскировкой. Во-первых, я покрасила волосы в медно-русый. Белые локоны и розовая прядь делали меня слишком заметной, а, так как у моря я могла встретить кучу знакомых, это было совсем некстати. Во-вторых, я купила себе огромные, на пол-лица, солнечные очки. Кстати, взяла розовые, чтобы хоть чем-то компенсировать скукоту прически.

Так же мне пришлось сменить купальник. У меня был вязаный, довольно необычный и запоминающийся. Вместо него я раздобыла полосатый, самый обыкновенный. Ну и так, по мелочи, купила много чего: шлепанцы, бусы, шорты со стразами.

А еще дед сшил мне сарафан из алого шелка. Дедуля рос в окружении трех сестер, потому много чего умеет: шить, вязать и даже вышивать полотенца крестиком. Хотя с его внешним видом это совершенно не вяжется. Пока дед сидел за машинкой, я не удержалась и незаметно его сфотографировала. Получилось довольно забавно: усы, тельняшка, грубые мозолистые руки, а в них платьишко.

Наконец сборы закончились. Я только запихала все необходимое в дорожную сумку, как мне вдруг позвонил Георгий.

— Лида, вы уже собрались?

— Конечно! — ответила я, безуспешно пытаясь застегнуть переполненный баул. — Сейчас буду такси вызывать.

— Не надо такси. Я сам отвезу вас на вокзал.

Я хотела сказать, что это очень мило с его стороны, но в этот момент дернула молнию изо всех сил и случайно вырвала бегунок.

— Вот черт! — невольно вырвалось у меня.

— Вам неприятна моя забота? — удивился Георгий. — Серьезно? Обычно девушки визжат от радости, когда я предлагаю им помощь.

— Что, простите? — пытаясь присобачить бегунок на место, я пропустила мимо ушей большую часть его слов.

— Я просто должен кое-что вам передать, — пояснил Георгий. — Ну и, конечно, не помешает провести с вами небольшую беседу. По дороге это как раз удобно сделать.

— Хорошо! — согласилась я. — Давайте продиктую вам адрес.

— Не надо, Лида, у меня он есть. Буду у вас минут через сорок.

Отложив телефон, я снова вернулась к починке молнии и обнаружила, что просто выломала часть зубцов. Как же не вовремя! Конечно, можно спросить сумку у Сашки, но у нее она такая маленькая, что туда и половина моих вещей не влезет. А отдать баул в ремонт не вариант: поздно, мастерские давно закрыты.

Побегав по потолку, я поняла, что выхода все равно нет. И просто зашила молнию нитками. Шить у меня, правда, получается, не так классно, как у деда, потому пальцы немного пострадали.

Когда я завязала последний узелок и перерезала нитку, в комнату ввалилась бабуля. При параде. В платье и с красиво уложенными кудрями.

— Лидочка, мы выдвигаемся?

— Куда?

— Как куда? — она растерянно захлопала подкрашенными ресницами. — На вокзал, конечно. И я, и дед, и Саша, мы все поедем тебя провожать.

Я чуть за голову не схватилась.

— Не надо меня провожать! Я сама!

— Солнышко, не спорь. Одиннадцатый час. Одну мы тебя по такой темнотище не отпустим. — Бабуля уверенно всучила мне какой-то сверток. — Вот тебе, кстати, курочка, только из духовки. Ну и яичек там немного.

— Что? Зачем? Мне ехать шесть часов — зачем мне курочка?

— Это ты сейчас так говоришь. А в поезд сядешь — знаешь, как сразу есть захочется?

Бабушка схватила мою сумку и решительно поволокла в прихожую. Мне же осталось только с криками бежать следом.

— Стой, подожди! Вы не можете ехать со мной. Да это и не нужно. Меня подбросят на машине.

— Что? — Бабушка резко остановилась, и мы вместе с курочкой въехали в ее гордую прямую спину. — Кто тебя подбросит? Подруга?

— Знакомый! — отодвинувшись, сообщила я. — По работе.

Бабушка аж подпрыгнула, ее глаза засветились.

— Мужчина?

— Ну да! — Я бессовестно воспользовалась ее замешательством и всучила курицу появившейся в прихожей Сашке.

— А что за мужчина? — спросила бабушка. — Холостой?

— Понятия не имею…

Брови бабушки сошлись на переносице.

— Лидка, даже не вздумай крутить с женатыми!

— Да я и не собиралась.

Бабушка набрала полную грудь воздуха, чтобы обрушить на меня очередную порцию вопросов, но, к счастью, в этот момент за окном посигналили.

— Мне пора! — воскликнула я и, наспех обняв бабулю, деда и Сашку, схватила заштопанную сумку и выскочила во двор.

Родня, конечно, же высыпала следом и сбилась в кучку на крыльце. Всем было интересно посмотреть на Георгия, который весьма удачно припарковался прямо под фонарем. Машина у него была роскошная. Я не разбираюсь в моделях, но эта явно стоила дорого. Половина наших соседей прилипла к окнам, чтобы на нее поглазеть.

Георгий вышел из авто (весь такой холеный и уверенный в себе), играючи забросил мой тяжеленный баул в багажник, а потом замахал толпе на крыльце ладонью.

Глава 4

Иногда ты только просыпаешься утром — и сразу понимаешь, что день будет классным. А иногда наоборот. Утро в поезде обещало быть довольно милым и уютным: купе мне досталось пустое, вагон — тихий. Мне бы сразу насторожиться из-за того, что все слишком идеально складывается, но нет. Я наоборот расслабилась и… Проспала! Просто-напросто забыла поставить будильник.

К счастью, проводница догадалась разбудить меня минут за пятнадцать до прибытия в Сочи. Но что мешало ей сделать это раньше? К тому моменту, как я собрала и сдала постель, к туалету выстроилась огромная очередь. Я представила, как появлюсь перед Павлом неумытой кикиморой, и мне сделалось нехорошо.

Недолго думая, я побежала по соседним вагонам, но и там у ватерклозетов наблюдалось подобие зомби-апокалипсиса. Пузатые дядечки, мамы с младенцами, девушки, постящие свежие фоточки в социальные сети, встали стеной между мной и умывальником.

Сдаться? Ну уж нет!

У меня сама собой активизировалась природная находчивость. Пообщавшись с соседями по вагону, я променяла бабушкину курицу на бутылку минералки и с помощью нескольких пластиковых стаканчиков почистила зубы и умылась прямо в купе. Использованную воду пришлось вылить в окно. Надеюсь, зубная паста не вредит экологии.

Выбросив стаканчики в мусорку, я обеспокоилась прической. Надо было собрать волосы, которые выглядели слишком чистыми для трехдневной поездки. Вот только резинки и заколки валялись где-то на дне сумки, которую я, как назло, заштопала.

Хм… Наверное, надо попробовать обойтись подручными средствами. Я с надеждой стала обшаривать незаштопанные кармашки по бокам моего злосчастного баула. Паста, крем, салфетки и… ничего подходящего. Да что ж такое-то?

Я со злостью хлопнула ладонью по обивке сиденья. Думай, Лида, думай!

Поезд уже ехал по Сочи. Мимо моего купе к выходу потянулась целая вереница пассажиров. Одна девочка топала по коридору прямо в купальнике и надутом плавательном круге. И тут меня осенила весьма странная идея. Точней, я вспомнила, что надела в дорогу бюстгальтер с отстегивающимися лямочками. А может, мне его использовать в качестве подручного средства?

Времени, как следует, все обдумать не было. Я быстренько расстегнула лифчик и вытянула его из-под футболки. Так-так! Лямочка тянется, значит, из нее вполне возможно соорудить резинку для волос.

Я отстегнула бретельку и связала ее края, а потом с помощью своего ноу-хау собрала волосы в жутковатую гульку. Фух! Хоть одна проблема решена!

Вот только радоваться было рано. Поезд вдруг резко качнуло при торможении — лифчик выпал из моих рук и залетел под стол. Сердце екнуло: там, на полу, царил жуткий срач от прошлых пассажиров. Не знаю, что они в купе делали. Судя по запахам, ничего хорошего.

Как заправский супермен, я немедленно бросилась спасать бюстик, но, оказалось, что он, зараза, уже вляпался под столом во что-то липкое и вонючее. Мне захотелось завопить от отчаяния, но я случайно приложилась затылком о край стола и завопила уже от боли. На глазах выступили слезы. Внутренний голос зашептал: «Может, это знаки? Может, не стоит ввязываться в предстоящую авантюру?»

Да уж! Нашла время посомневаться…

Глупо хмыкнув, я затолкала лифчик в боковой карман сумки и, подхватив весь свой багаж, бросилась к выходу.

Проводница уже отперла дверь и опустила ступени. Толпа из вагона медленно хлынула навстречу курортным радостям.

Я дождалась, пока все уйдут, а потом нерешительно выглянула на улицу. К моему вагону никто не спешил, да и вообще все выглядело так, будто меня забыли встретить.

— Девушка, побыстрей: стоянка короткая, — напомнила проводница, с завистью оглядывая мои шорты и майку. Ей, бедной, приходилось париться в плотной юбке и рубашке.

Вздохнув, я нацепила рюкзак и почти вывалилась на перрон.

И как это понимать? Я еще раз огляделась. Вокруг царила суета, люди сновали туда-сюда, но Павла в толпе не наблюдалось. Это было странно, потому что на безответственного человека он явно не смахивал.

С минуту я перетаптывалась с ноги на ногу, а потом у меня зазвонил телефон. Настроение сразу улучшилось. «Наконец-то ситуация прояснится», — подумалось мне, вот только ожидания не оправдались: звонила бабушка.

— Ты нормально доехала? — спросила она, минуя приветствия. — Все в порядке?

— Да, конечно, — соврала я, на всякий случай, озираясь. — А ты вчера как домой добралась?

— Просто отлично! — В голосе бабули зазвенели восторженные нотки. — Твой Жора подвез меня до дома.

— Что? — Я чуть телефон не выронила.

— Такой милый мальчик! — искренне восхитилась бабушка. — Отличный собеседник. Я все-все про него выспросила. Ему двадцать девять лет, у него полная семья и хорошая наследственность. А еще по гороскопу он овен. Ты же понимаешь, что это значит?

— Нет, не понимаю.

— Вы с ним созданы друг для друга! — закричала бабуля! — Он — овен, ты — водолей, у вас с ним идеальная совместимость.

— Баб, у нас не совместимость, у нас — деловые отношения! А их ни в коем случае нельзя разбавлять личными.

— Ох уж эти предрассудки! Лидочка, немедленно выкинь их из головы.

Глава 5

Домом моей новообретенной родни безраздельно владели полумрак и неуютная тишина. Оглядев холл, я даже дыхание задержала, надеясь уловить хоть какие-нибудь звуки, но так ничего и не услышала. Странно! У меня в семье такого не бывает. Мои домашние всегда или двигают мебель, или танцуют ламбаду, или спорят до хрипоты по поводу того, какая ряженка лучше.

Я покосилась на Павла.

— Чего застыла? — насмешливо уточнил он. — Никогда не видела итальянской мебели? Парализовало от восхищения?

В глазах у него было столько высокомерия, что мне тут же захотелось по-родственному запустить в него нелепой вазой, приткнутой на столик у входной двери. Правая рука даже сама собой потянулась к «прекрасному», но я вовремя ее отдернула. Не хватало еще начинать первый рабочий день с погрома!

М-да… Руку-то я отдернула, но из груди невольно вырвался тяжелый вздох. Павел его засек и прямо расцвел.

— Ничего, — сказал он с наигранным участием, — когда-нибудь и у тебя интерьер будет не хуже. Но ты, конечно, обставишь все в розовом цвете.

— Не сомневайся, — парировала я. — В крайнем случае, в персиковом.

Он кивнул, пройдя к лестнице с коваными периллами, поторопил:

— Ну давай, систер! Подбирай варежку и двигай за мной.

Рука опять потянулась к вазе, но я снова сдержала порыв. Чертово искусство! Так и манит. Тряхнув головой, я погладила пальцами отполированную до блеска столешницу. От Павла и этот жест не укрылся.

— Синдром Стендаля? — с сарказмом спросил он. — Или синдром дефицита внимания?

— Иду! — буркнула я и поспешила за ним.

Мы поднялись на второй этаж. Там тоже было тихо, темно и мрачно. Павел распахнул одну из дверей, выходящих в коридор.

— Эта комната — твоя. Следующая — Виолы. Вот тебе, кстати, первое задание: понаблюдай, не плачет ли моя дочь по ночам.

— Хорошо.

Он втолкнул меня в мои апартаменты, а потом, зайдя следом, аккуратно закрыл дверь.

— Спасибо за помощь! — Я вспомнила о вежливости, одарила Павла самой лучистой улыбкой в мире.

Он опустил на ковер мои вещи, а потом, сделав шаг вперед, навис надо мною подобно скале. Мне отчего-то показалось, что он хочет поблагодарить меня за концерт в авто. В груди потеплело. А еще совершенно некстати вспомнились ощущения, испытанные мною совсем недавно в его объятьях.

— Какого черта, ты вырядилась как девочка легкого поведения? — Вопрос Павла прозвучал как удар хлыста.

Я даже ушам своим не поверила.

— Что?

С его лица, как по мановению волшебной палочки, исчезла насмешливость. Вместо нее проступило холодное раздражение.

— Быстро переоделась, и чтобы я больше не видел на тебе эти вульгарные шмотки! — рыкнул Павел. — Просто в голове не укладывается: ты как будто на трассу собиралась, а не к ребенку.

И, в общем-то, он был прав. Без лифчика вид у меня, наверное, был вызывающий: природа не поскупилась, а тонкая майка отчаянно просвечивала. Будь на моем месте другая, она немедленно извинилась бы за неудачный наряд, но для меня такое сложно. Во мне с детства живет дух противоречия.

— А что вульгарного в шортах и майке? — с вызовом спросила я.

— И ты еще спрашиваешь?

— Конечно! В договоре, который я подписывала, не было ни слова о дресс-коде.

— Видимо, ты читала его не слишком внимательно, — нагло соврал Павел. — Рядом с моей дочерью ты не имеешь права одеваться неподобающе. Ноги должны быть закрыты до колена. Майки не должны просвечивать. Белье обязательно!

— Что за нелепые…

— Закрыла рот и переоделась! — оборвал он. — Так и знал, что от тебя будут одни проблемы.

— Так и знал? — Я уставилась на него с недоумением. — Зачем тогда нанял?

— Поддался на уговоры. Мой шурин каким-то дьявольским образом убедил меня, что именно ты подходишь на роль компаньонки лучше всего.

— Возможно, он прав, — хмуро заметила я. — У меня еще не было шанса проявить себя.

— Нет, ну как я на все это подписался? — Павел возвел глаза к потолку. — Где были мои мозги? Ведь Гоша явно не головой думал, когда советовал тебя.

В его голосе плескалось искреннее сожаление, почти отчаяние. Мне стало обидно, но я понятия не имела, что сказать в свою защиту.

— В любом случае назад хода нет, — с тоской констатировал Павел. — Переодевайся. Через пятнадцать минут мы ждем тебя внизу.

— Мне нужно больше времени.

Бах! Это Павел вместо ответа хлопнул дверью. Я вздохнула и присела на кровать. Да уж, так себе денек начинается.

***

Комната мне досталась классная: солнечная и просторная. В ней имелись большая кровать, шкаф, туалетный столик. А еще в моем распоряжении оказались гладильная доска и утюг, которыми я тут же воспользовалась, приводя в порядок сарафан, сшитый дедом. Сарафан идеально подходил под требования Павла: он был длинным — раз, не просвечивал — два. А про открытые плечи и ярко-красный цвет «братец» ничего не говорил, так что пусть не возникает.