Поиграем, папочка

Глава 1. Откровенный разговор.

Каждые полгода компания «ГлайТЕК» устраивала корпоратив, и каждый раз выбиралась новая тема для праздника. В этот раз выбор пал на маскарад. Идея показалась мне идеальной. Спрятаться за красивой маской, стать кем-то другим — не Лизой, скромной секретаршей с вечно собранными в пучок волосами и строгими костюмами, а загадочной незнакомкой. Той, кто может позволить себе расслабиться по-настоящему, не думая, что завтра кто-то вспомнит и тыкнет пальцем. Маска давала свободу. Я перебирала в уме свой образ, когда в комнату отдыха влетела Маринка с двумя стаканчиками кофе.

Моя подруга, полная моя противоположность: яркая, дерзкая, с огненно-рыжими волосами и взглядом женщины, которая знает, чего хочет от жизни и от мужчин.

— Лизок, пойдешь на корпорат? — спросила она, протягивая мне кофе и плюхаясь на диван напротив. Я кивнула, принимая стаканчик.
— Да. Маску уже купила, платье выбрала.

Глаза Маринки загорелись неподдельным интересом.

— Ура! Наконец-то выберешься из своей скорлупы! — Она подалась вперед, понизив голос до заговорщического шепота: — Ты ж красотка, только скромная больно. Мужики таких не замечают, знаешь ли. Им подавай вызов, игру.

Я пожала плечами, вдруг ощутив привычный защитный барьер.

— Ну так мы же на работе, Марин. Или я должна юбки, как секретарша из дешевого порно, носить и декольте до пупка?

Маринка откинулась на спинку дивана и рассмеялась — звонко, искренне, заливисто. На нас обернулись несколько человек за соседними столиками.

— Ну, если бы ты была такой «секретуткой», — выделила она последнее слово, — то наш гендир тебя б уже трахнул. Давно, качественно и с чувством, с толком, с расстановкой.

— Марина! — я почувствовала, как краска приливает к щекам. — Это непрофессионально!
— Ой, да перестань, — отмахнулась она, ничуть не смущаясь. — Я же вижу, как ты на него смотришь. Думаешь, никто не замечает? Когда ты думаешь, что ты в зоне невидимости, у тебя такой взгляд становится... томный, что ли. Голодный.

Я поперхнулась кофе, пытаясь придумать достойный ответ, но Маринка уже разогналась.

— Марин, на него пол компании смотрит. Та, что женская часть, — добавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Хотя, возможно, и некоторые мужчины тоже.
Маринка зашлась в новом приступе смеха, запрокинув голову так, что ее рыжие кудри рассыпались по плечам.

— Ну да, молодой, перспективный, при деньгах, — начала загибать она пальцы. — Ты видела, как Ольга из логистики на него слюни пускает? Над ней уже весь отдел ржет, а она знай юбки покороче, да чулки покруче. Прям кошка в марте, честное слово. Задница ходуном ходит, когда он мимо проходит.

Я вспомнила Ольгу, ее откровенные наряды, плотоядные взгляды, которые она бросала на дверь кабинета генерального директора, и невольно хихикнула. Сняла очки, прикусила дужку — привычка, оставшаяся с университетских времен.

— Да-да, я видела, — призналась я, чувствуя, как напряжение отпускает. — Это... кошмар. Надо же так мужика хотеть, чтобы себя не помнить. Прямо как с ума сойти.

Маринка вдруг подалась вперед, впившись в меня взглядом. Ее голос стал вязким, как теплый мед.
— А ты? Ты тоже, наверно, хочешь его? — спросила она, и в ее глазах заплясали бесенята.
— Марин! Ну блин! — Я замахала руками, чувствуя, что краснею до корней волос. Я блондинка и это особенно заметно.

— Ну чего, — не унималась она, явно наслаждаясь моим смущением. — Давай по чесноку. Ты видела его задницу в брюках? Явно качает, приседает там со штангой, не иначе. А руки... — Она мечтательно закатила глаза. — Ммм... Такими, как возьмет, как натянет... Закачаешься, ноги подкосятся, и ты готова.

Я покраснела так, что, кажется, даже кончики ушей горели. Внизу живота предательски потеплело от этих откровенных, почти грубых слов, сказанных будто не обо мне, но заставляющих представить... его.

— Марин, тихо ты! — взмолилась я, оглядываясь по сторонам. — А то еще услышат!
— Ой, да перестань, — фыркнула она, но голос все же понизила. — Мало ли, о чьей жопе и чьих руках я говорю. — Она вдруг тяжело вздохнула, поправляя вырез блузки. — Черт, трахаться аж захотелось... Надо будет Максу написать.
— Тому... программисту с верхнего этажа? — уточнила я, хотя и так знала ответ.
— Ага, — мечтательно протянула Маринка, облизнув губы. — Он, знаешь, как трахает отменно? Аж искры из глаз. Член — огого, на всю ночь зарядка. И главное, без обязаловки. Пришел, увидел, кончила — разбежались.

Я лишь покачала головой, допивая остывший кофе. Маринка любила секс и жить без него не могла. В свои двадцать пять она спокойно заводила ни к чему не обязывающие отношения, имела парочку, как она выражалась, «трахарей», с которыми встречалась по настроению. Ее натягивали на член, она кайфовала, все были довольны. Простая, честная, животная схема. А я в свои двадцать пять... Как бы она сказала? «Плохо объезженная». Два неуклюжих студенческих опыта, которые хотелось забыть, и череда скучных свиданий, не доходивших даже до постели.

Маринка постоянно совала мне номера своих «трахарей», намекая на то, что опытные, нежные, но напористые, и сделают так, что потом ноги дрожать будут от оргазма. Но мне почему-то не хотелось. Не с ними. Я оправила пустой стаканчик в урну и поправила строгую юбку-карандаш, которая доходила почти до колен. Бежевая блузка была застегнута на все пуговицы, на носу — очки в тонкой оправе. Образ идеальной секретарши, за которым никто не видел настоящую меня.

— Ладно, я пошла, — сказала я Маринке, которая уже строчила сообщение своему программисту. — Работа.
— Ага, давай, — отмахнулась она, не отрываясь от телефона, но на прощание добавила: — Место на корпоратив присмотри! Веселиться будем!

Я вышла из комнаты отдыха и направилась по длинному коридору к своему рабочему месту. К столику секретаря, который стоял прямо напротив двери с табличкой: **«Власьев Демид Александрович, Генеральный директор»**.

Я остановилась на секунду, положив ладонь на спинку своего кресла, и позволила себе бросить короткий взгляд на его дверь. Массивная, темная, из дорогого дерева. Закрытая. Как и он сам. Конечно, он был негласным секс-символом компании. Сын владельца, тридцать восемь лет, не женат, детей нет. Высокий, накачанный, брутальный — эти слова слишком пресные, чтобы описать его. У него были тяжелые плечи, которые обтягивал идеально скроенный пиджак, и кисти рук — крупные, с длинными пальцами, которые так и хотелось почувствовать на своей коже.

У него был низкий, чуть хрипловатый голос, от которого внутри что-то сжималось в тугой узел, и взгляд серых глаз, который, казалось, видел всех насквозь. Но я — секретарь. Моя роль — быть безэмоциональной, собранной, эффективной. Я веду его расписание, отвечаю на звонки, занимаюсь почтой. Я — часть имиджа компании. Серьезная, холодная, недоступная помощница. Молодая, но достаточно опытная в работе. Чего не скажешь о сексе. Мой секс сейчас ограничивался лишь моими фантазиями о нем..

Я вздохнула, поправила очки и села в кресло, включив монитор. Нужно было подготовить документы к завтрашним переговорам, но мысли упрямо возвращались к предстоящему вечеру. К маскараду.

— Елизавета Марковна, зайдите ко мне.

Его голос из селектора внутренней связи прозвучал неожиданно, хотя я ждала этого вызова каждую минуту. Низкий, с легкой хрипотцой, он прошелся по моим нервам, как смычок по струнам — заставляя вибрировать все внутри.

Глава 2. Незнакомка

Ресторан «Метрополь» сиял огнями. У входа толпились люди в масках — причудливых, элегантных, пугающих. Венецианские дожи соседствовали с кошками и загадочными незнакомцами в плащах. Музыка доносилась изнутри — глухие басы, обещающие вечер, полный ритма и свободы. Маринка подхватила меня под руку, окинув одобрительным взглядом.

— Охренеть, — выдохнула она, поправляя свою кошачью маску. — Лизка, ты бомба. Если сегодня никого не поимеешь, я обижусь.
— Марин! — привычно одернула я, но в моем голосе не было прежней строгости.
— Ладно-ладно, — хохотнула она. — Пошли внутрь. Там уже море шампанского и куча потных тел. Затеряемся в толпе?

Я кивнула, и мы вошли в этот новый, пьянящий мир. Музыка ударила в уши, запахи духов, алкоголя и разгоряченных тел смешались в пьянящий коктейль. Я скользила взглядом по лицам, скрытым масками, пытаясь угадать знакомых. Вон тот высокий в маске волка — точно Игорь из IT, у него походка характерная. А та блондинка в перьях — Ольга из логистики, кто ж еще. Ее выдавала походка от бедра и привычка поправлять грудь каждые пять минут.

Демида Александровича видно не было. Или я просто не могла его узнать? Я взяла бокал шампанского с подноса проходящего официанта и сделала глоток. Пузырьки ударили в нос, разливаясь по телу приятным теплом.

— Расслабься, — шепнула Маринка, чья рука уже скользнула куда-то в толпу, где мелькнул знакомый силуэт программиста Макса. — Я нашла свои приключения. Ты ищи свои.

Я отпила из бокала. Меня было узнать сложнее, чем других - парик делал свое дело. Официальных речей не было, а значит, помогать Демиду Александровичу, раскрывая себя, не нужно -

— Мм, не помню, что бы у нас в компании работала такая яркая шатенка — Услышав до боли знакомый голос за спиной, я замерла и медленно обернулась..

Сердце пропустило удар, а потом разогналось до бешеного ритма.

Он стоял у колонны. Боже. Как он стоял. Расслабленно опирался плечом, и в этой позе было что-то до неприличия сексуальное. Черный пиджак идеально сидел на широких плечах, белая рубашка контрастировала с загаром, несколько верхних пуговиц расстегнуты — я увидела ложбинку на груди и этот намек на жесткие темные волоски, которые тут же представила на ощупь. В руке — бокал с янтарным виски, который он слегка покачивал, наблюдая за мной сквозь полумрак. На нем была маска — простая, черная, закрывающая только глаза. И это делало его еще более загадочным. И еще более узнаваемым.

Я сглотнула. Под маской стало жарко.

— Значит, будете молчать? — услышала я его голос. Низкий, с хрипотцой. Тот самый, от которого у меня на работе каждый раз подкашивались колени, когда он вызывал меня в кабинет.

Я кивнула. Не могла выдавить ни слова. Боялась, что голос дрогнет, что он узнает интонацию, поймет, что эта шатенка в маске — его скромная секретарша, которая каждый день подает ему кофе и раскладывает бумаги.

— Интересно, — протянул он, и его взгляд медленно, неспешно прошелся по моей фигуре.

Я физически чувствовала этот взгляд. Как он скользит по ногам, по бедрам, по талии, по груди. Как задерживается там, где ткань платья обтягивает особенно сильно. Боже. Как он смотрит. Никто и никогда на меня так не смотрел. Я вся горела под этим взглядом, плавилась, превращалась в жидкий воск.

Это было неправильно. Это был мой начальник. Это было безумие.

Но как же охрененно хорошо.

Он поставил бокал на стоящий рядом столик, выпрямился во весь свой немалый рост и сделал шаг ко мне. Один шаг. Второй. Оказался так близко, что я снова уловила тот самый запах — древесный, с бергамотом и чем-то терпким, мужским, сводящим с ума.

— Тогда прошу танец, незнакомка, — сказал он, протягивая руку.

Его ладонь. Крупная, с длинными пальцами. Та самая, которую я представляла на своем теле всего пару часов назад. Та самая, которой он подписывал документы, которые я ему подавала. Та самая, которая лезла в мои сны уже полгода.

Я вложила свою руку в его и мир перестал существовать.

Его пальцы сомкнулись на моей ладони — горячие, уверенные, и от этого простого прикосновения ток прошил все тело, сосредоточившись где-то внизу живота острой, сладкой болью.

Он повел меня в центр зала, где уже кружились несколько пар, обнял за талию — властно, собственнически, притягивая к себе так близко, что между нами не осталось расстояния. Мое платье касалось его пиджака, моя грудь — его груди, мое бедро — его бедра. Я положила свободную руку ему на плечо, чувствуя под тканью пиджака твердость мышц. Другая рука осталась в его ладони, которую он сжал чуть сильнее, переплетая наши пальцы. Мы начали двигаться. Медленно. В такт музыке. В такт дыханию, которое сбивалось с каждым мгновением.

Мы танцевали. Медленно, тягуче, как патока. Его рука на моей талии, его бедра между моих, его дыхание на моей коже. Он прижимал меня так близко, что я чувствовала каждую пуговицу его рубашки, каждую мышцу, каждое движение.

— Ты потрясающе пахнешь, — шепнул он мне в ухо.

Я зажмурилась от удовольствия. Боже. Если бы он знал, что этот запах — мои обычные духи, те самые, которыми пахнет в приемной каждое утро. Те самые, которые он вдыхает, когда я приношу ему кофе. Те самые...

Нет. Не думать. Сейчас не думать.

Я молчала. Не могла говорить. Боялась, что голос выдаст меня с головой.

— И молчишь... — продолжил он, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в глаза. — Это еще сексуальнее. Загадка. Тайна. Кто ты? — прошептал он. — Откуда ты взялась? Я знаю почти всех в этой компании. Но тебя... тебя я не знаю.

Я покачала головой и улыбнулась. Не скажу. Самая смелая улыбка в моей жизни.

— Упрямая, — усмехнулся он.

И в этой усмешке было столько восхищения, что у меня подкосились колени. Ему нравится. Ему реально нравится эта игра. Ему нравится, что я молчу. Что я остаюсь загадкой для него.

Музыка лилась, обволакивала, уносила в другое измерение, где не было офиса, субординации, правил. Были только он и я. Его руки на моем теле. Его дыхание на моей коже. Его взгляд, от которого плавилось все внутри. Он кружил меня, и шелк платья взлетал, открывая бедра почти до трусиков. Ловил, прижимал снова, давая почувствовать каждый сантиметр своего сильного тела.