Полет Драконов

Пролог

Варис прогуливался по тронному залу Красного замка, наблюдая за ведущимися строительными работами. Король Джоффри решил обновить декор главной королевской резиденции и сейчас десятки работников превращали замок в подобие растревоженного муравейника. Мыслями Варис, однако, был от творившегося бедлама далеко. Три прошлых года выдались крайне напряженными, как для Семи Королевств, так и для Мастера над Шептунами лично. Смерть Роберта Баратеона, провалившийся в зародыше мятеж нового Десницы, успевший породить, однако кучу проблем. Война между законным сыном Роберта и обоими его дядями вспыхнула моментально, а откровенно глупое решение только что коронованного короля о казни Старка заставило взять в руки мечи весь Север. Хаос, столь нужный последователям Черного дракона, начал разрастаться. Действия Тайвина Ланнистера, заключившего союз с Тиреллами и разбившего войска Станниса Баратеона под стенами столицы, вроде бы сняли непосредственную угрозу для малолетнего короля, но Варис не склонен был считать сложившуюся ситуацию хоть сколь-нибудь прочной. В Королевских землях царил разброд, лорды Штормовых земель после смерти Ренли Баратеона однозначно поддерживали Станниса, Север жаждал мести за казнь своего Хранителя, сын которого уже успел показать, чего стоит на поле боя, Долина и Дорн выжидали, Железнорожденные, воспользовавшись возможностью, отправились грабить Север, а Тиреллы, хоть вроде бы и союзники, преследовали свои цели. Единственной реальной поддержкой Джоффри оставались Ланнистеры, вся сила которых держалась на лорде Тайвине. Одном, уже немолодом человеке, чьи наследники не могли похвастаться даже десятой частью его хватки. Варис уже успел разработать несколько вариантов нейтрализации этого человека, но время для них еще не пришло.

С момента исчезновения последних Таргариенов прошло три года и Варис уже успел увериться, что никогда о них больше не услышит. Проведенное Мормонтом расследование точно установило, что выжившие в пожаре брат с сестрой отправились на юг Эссоса, а после – к берегам Валирии. На маленьком рыбацком судне, не взяв с собой никого. Смысл данного предприятия Варис понять не мог. Прочитанные отчеты Джораха вообще изобиловали непонятными вещами. Если судить по этим отчетам, Визерис Таргариен где-то разжился мозгами, сумел самостоятельно организовать побег из дома Мопатиса, переезд в Толос, спас сестру от похитителя, действуя при этом вполне решительно и профессионально. Наемники из Роты Кошки не слишком охотно беседовали о своих клиентах, но найти информатора в отряде Вилмы Аэлир большого труда не составило. Полученные от него сведения не только подтвердили данные Мормонта, но и заставили Вариса на секунду предположить, что речь вообще идет не о Таргариенах, а о ком-то совсем другом. Ну не бывает такого, что человек еще вчера живший несбыточными мечтами, резко умнеет и приобретает кучу ранее не имевшихся навыков, да таких, что умудряется ими впечатлить многое повидавших на своем веку наемников. Точку в сомнениях поставило описание валирийского клинка, виденного осведомителем у этого самого «Визеса Рексариона». Без сомнений, это было Черное Пламя. Значит, это все же Таргариены, и Визерис добрался до закромов бедняги Иллирио. Этот неприятный факт ставил перед Варисом новые вопросы. Насколько много знает Визерис о планах последователей Блекфайеров? Чем успел поделился с ним Мопатис перед смертью? И главное – что он задумал? Можно было бы ожидать, что изгнанный принц, заполучив в свои руки весьма существенные средства, кинется нанимать наемников, а он вместо этого бежит в Валирию. Зачем? Три года назад Варис предположил, что юный принц, найдя в сокровищнице магистра драконьи яйца, потерял голову в надежде заполучить в свое распоряжение утраченную силу рода. Поверил в какой-нибудь услышанный бред, отправился в Валирию, где погубил и себя, и собственную сестру в придачу. При этом от Мастера над Шептунами, приказавшего приглядывать за контактировавшей с новым Визерисом наемницей, не укрылся внезапно возникший у госпожи Аэлир интерес к Золотым мечам вообще и Юному Грифу в частности. Пришлось принимать меры. Аэлир осталась жива, но командование над отрядом потеряла и никакой угрозы планам Блекфайеров более не несла.

Вроде бы ситуация разрешилась, Таргариены самостоятельно избавили мир от своего присутствия, можно было приступать к осуществлению плана по возведению на престол последнего Черного дракона, хоть и считавшегося большинством посвященных Красным. Однако где-то полгода назад стали поступать сообщения о виденных над заливом Работорговцев драконах. Сначала летящего дракона видели рыбаки, потом команда торгового корабля, а потому уже стали поступать донесения от агентуры Вариса, видевшей ворующих скот крылатых чудовищ над землями Астапора собственными глазами. Тут уже не получится списать такие видения на неумеренное употребление алкоголя. Конечно, это могло быть совпадением, драконы могли вывестись на руинах Валирии и не иметь никакого отношения к Таргариенам, но Варис привык всегда предполагать наихудший расклад. Если у Визериса и Дейнерис получилось вывести драконов, на всех планах Блекфайеров можно ставить большой и жирный крест, не говоря уж о власти Баратеонов над Семью Королевствами.

Можно, конечно, попробовать устранить последних Таргариенов, и такие попытки Варис обязательно предпримет, вот только шансов на успех не слишком много. Вокруг драконьих всадников моментально образуется толпа верных сторонников, правильно оценивших собственные перспективы. Защищать свой шанс на лучшую жизнь они будут до последнего. В таких условиях стоит думать уже не о планах Блекфайеров, а о своем собственном благополучии, если не выживании.

Варис снова вернулся к мыслям о покойном Мопатисе. Что он мог рассказать Визерису? Вообще-то, почти все. Иллирио пребывал в центре заговора, был посвящен практически во все планы и расклады. Вот только захотел ли?

Варис попытался представить себе ситуацию, сложившуюся в особняке перед пожаром. Тому, кто этот пожар устроил, нужно было действовать быстро, опасаясь, что в любой момент может появиться кто-то еще и весь план полетит в Пекло. В такой ситуации не до долгих допросов, а в то, что Иллирио мог расколоться быстро, Варис не верил. Не тем человеком был покойный магистр, совсем не тем.

Глава 1

Жизнь на тропическом острове может быть вполне приятной, особенно, когда на этом самом острове присутствует хороший отель с оборудованными всеми удобствами номерами, ресторанами, бассейнами и, самое главное, штатом вышколенного персонала. В ином случае такая жизнь хоть и не так обременительна, как в каких-нибудь широтах рискованного земледелия, но тоже весьма хлопотна. Добыча пропитания и воды, защита от дневного солнца, забота о новорожденных дракончиках, все это отнимало просто невероятное количество времени, а ведь еще надо было уделять внимание тренировкам сестры, к которым позже добавились еще и уроки по политологии и теории государства.
Вообще, уровень знаний Дейнерис, как и ее понимание основ человеческого взаимодействия привел меня в ужас, когда получилось его оценить. Нет, кое-что она все же знала, была неплохо знакома с историей Семи Королевств, помнила даже фамилии и гербы знатнейших родов, но вот понимание отсутствовало полностью. Почему Таргариенам удалось подчинить себе Вестерос? – Потому, что драконы! А почему Таргариены продолжали править Вестеросом еще сто лет, после того, как лишились драконов? – Семеро так решили! А почему лишились трона? – Злые враги виноваты! Вот примерно такой уровень понимания. Дени ни в коем случае нельзя было назвать глупой, наоборот, она имела крайне живой ум и прекрасную память, но вот базовых знаний не хватало категорически. Пришлось исправлять это упущение, чем мы сейчас и занимались.
- Как ты можешь описать форму правления в Вольных городах Эссоса?
- Мрак и ужас.
- Очень информативно, но я таких форм правления не знаю.
- Визерис, ты зануда! – Наткнувшись на мой взгляд, обещавший много всякого, Дейнерис все же настроилась на серьезный лад. – Ладно, хорошо! Если брать во внимание ту схему, что ты мне расписывал, то в большинстве из них демократическая форма правления.
- Почему ты пришла к такому выводу?
- Все основные решения принимаются гражданами города коллегиально.
- Всеми гражданами?
- Конечно, нет! Только теми, кто имеет на это право. Самыми древними, богатыми, влиятельными.
- Как называют такую прослойку граждан?
- Элита общества.
- Правильно. Возвращаясь к форме правления. Если правят не все граждане, а их узкая прослойка, именуемая элитой, почему это не, скажем, феодализм?
- Потому, что у их элиты отсутствует внутренняя иерархия. Все члены элиты Вольных городов условно равны между собой. Все их принцы, первые граждане и триархи, как ни назови, всего лишь громкие титулы. Реальной власти они не имеют.
- Тут ты не совсем права, реальная власть в руках таких людей чаще всего имеется. Другое дело, что в действиях своих они крайне ограничены мнением элиты. Но ты молодец, форму правления определила правильно. Это называется олигархической демократией. А в какой ситуации там бы получилась демократия чистая, без приставок?
- Виз, ну хватит! Пойдем лучше мечами помашем, или в море искупаемся!
- Дени, мы не закончили урок.
- Хорошо, если бы в этих бесовых городах все их засранные граждане имели возможность влиять на их, слоном трахнутые решения, тогда бы это была демократия в чистом виде. Доволен? – И сестра рывком вскочила на ноги, покидая шатер, в котором мы вели образовательную беседу.
Первым порывом было рвануть за ней, но я заставил себя успокоиться. Где-то спустя месяц нашего прибытия на остров Дракошка принялась капризничать, вредничать, откровенно плевать на мои слова и как-то раз все же довела. Я тогда просто заломил ей руку, уложил на колено и хорошенько прошелся ремнем по заднице. До слез и хороших таких синяков. С тех пор на нашем острове воцарился мир и покой. Дени вела себя образцово, во всем мне помогала, перестала капризничать и закатывать истерики по ерунде. А вот недавно опять началось, хотя причины, и я это прекрасно понимал, были на этот раз совсем другими. Причины-то я понимал, но вот что-то делать был не готов. По тем самым соображениям морали и нравственности, совершенно не подходящим для этого мира, но оказавшимся на удивление глубоко в меня зашитыми.
Рядом с шатром что-то зашумело, а я почувствовал присутствие Райкса. Дракон был встревожен настроением всадника и стремился разобраться, что случилось.
Распахнув полог, я наткнулся на здоровенную переднюю лапищу, пытавшуюся аккуратно вскрыть палатку. Здоровенный вымахал, дитятко. Одна лапа уже больше меня.
- Райкс! Перестань портить шатер! У нас их всего два.
Дракон фыркнул, но попытки завандалить ценное имущество оставил. Вытянулся, сложил полураскрытые крылья плащиком, уложил голову на передние лапы, подставляя чувствительные надбровные дуги для почесывания. Пришлось чесать.
Получив свою порцию ласки, зверь все же вспомнил, зачем явился. По нашей мысленной связи пришла эмоция – вопрос, которую можно было интерпретировать, как «чего вы опять не поделили?». В ответ попытался объяснить, что не так, но дракона мои моральные терзания нисколько не впечатлили.
«Вы люди, слишком много думаете и слишком много внимания уделяете мелочам.» - Да, драконы вполне понимали человеческую речь, причем не только валирийскую и могли посылать своим всадникам мысли, облаченные в слова. Вот только делать это не очень-то любили, предпочитая общаться, передавая образы и эмоции.
«Какой ты умный! Тебе череп не жмет?» - Юмор эти ребята тоже вполне понимали. – «Может, расскажешь, что мне со всем этим делать?»
В ответ от Райкса пришел мыслеобраз, демонстрирующий, что именно мне следует сделать с Дейнерис по мнению сего хвостатого, решившего податься в семейные психологи. Мыслеобраз был психоделичен, но не лишен некоего эротизма, правда, в драконьем понимании этого термина.
«Вот только твоих советов не хватало, ящерица летучая!»
«Ты сам спросил» - Ответил мне обиженный в лучших чувствах дракон, расправил крылья и гордо свалил в закат. Скатертью по жопе, как говорится. Еще не хватало, чтоб всякие птеродактили мне советы давали!
Отметив некую нелогичность собственных мыслей, решаю прогуляться по берегу, проветрить голову, так сказать.
Дойдя до устья текущего с горы ручейка, обнаружил Дракошку, застывшую над водой с острогой в руке. Ну да, носиться с копьем или арбалетом по горам за дикими свиньями Дени не любила, а вот ловить острогой рыбу, это да, это ее. Она вообще натура, склонная скорее к созерцанию, ну или будет такой, когда окончательно повзрослеет.
- Дени…
- Не мешай! Не пугай рыбу. Вечером поговорим, если хочешь. – Ну да, еще не успокоилась окончательно, нашла повод отложить разговор. В общем, не такая уж и плохая мысль.
Ничего не ответив, продолжил свой путь вдоль берега моря. Места тут и правда красивые, нечего сказать. Умели древние валирийцы выбирать правильные места для отдыха. Наш с Дени остров был относительно невелик, большую его часть занимала гора, со склонами, поросшими густым тропическим лесом. Никаких крупных животных тут не водилось, зато часто встречались небольшие свиньи, похожие на кистеухих из моего родного мира. Они и стали нашим с Дейнерис основным источником мяса на первое время. Мои первые попытки охоты с копьем на этих тварей стоило бы занести в анналы идиотии, но мне пока еще слишком стыдно о них рассказывать. Дальше дело наладилось, а когда дракончики немного подросли, вопрос с мясом решился сам собой. Наша парочка чешуйчатых друзей оказалась прирожденными охотниками, настоящими альфа-хищниками этого мира и, что немаловажно, были совсем не против идеи делить охотничьи трофеи со своими всадниками. Что ни день, они тащили нам или свинью, или выловленную рыбину, уже обработанную слегка пламенем, но вполне съедобную. Где-то через год, достаточно окрепнув, наши друзья стали улетать от острова подальше. Окружающая мгла, преграждавшая путь к острову, ничуть им не мешала. С этого момента изменился и наш рацион. Овечка, барашек, доставленная живой, но крайне впечатленная полетом коза, исправно дававшая с тех пор молоко и старавшаяся не отходить от нас с Дени ни на шаг. А однажды довольная Айсса притащила бочку вина, арборского, между прочим! Судя по показанным Дени образам, стащила она эту ценность с оставленной без присмотра телеги на безлюдной дороге, вроде бы, не оставив свидетелей своей кражи.
Я, представив, чем могло такое закончится, чуть было не поседел. Оба дракона были насмерть заинструктированы не приближаться к городам и избегать людей, особенно больших их групп. Вроде бы послушались.
Росли наши друзья заметно быстрее, чем это было в каноне. Если мне не изменяет память, к моменту прихода Дени в Астапор, ее драконам было что-то около года, и они помещались в переносную корзинку. А наши в годовалом возрасте уже теоретически были способны взлететь с всадником на спине. Правда, я этого не допускал. Знания Рексарионов однозначно говорили, что до трех лет на драконов садиться нельзя. Правда, это касалось только обычных драконов, не пробужденных с использованием специальных ритуалов, но я предпочитал не рисковать. Мне и на острове дел хватало.
За прошедшее время я получил обещанные Вхагар знания Зариллов и Вельтаранов. И это была бомба, господа и дамы! Врачи из Зариллов были действительно выдающиеся. Их умения оставляли далеко позади лучшие медицинские клиники моего старого мира. Потерял конечность? Не беда! Вот мазь, мажь культю, правильно питайся и максимум через полгода получишь новую руку, ногу или, например, глаз. Заболел какой-нибудь пакостью? Выпей другую пакость, микробы от тебя сами шарахаться будут. Вершиной их искусства был так называемый Эликсир Вечного Пламени. Это зелье перестраивало организм выпившего его человека на клеточном уровне, давая эффект, и сейчас казавшийся мне фантастикой. Кости, которые почти невозможно сломать, мягкие ткани, с трудом протыкавшиеся валирийской сталью, гораздо более эффективные мышечные волокна и нервная система, способная работать в ускоренном режиме. Ускоренном настолько, что применивший это зелье человек был способен разглядеть по отдельности каждое крыло мухи в полете. Отдельным пунктом шло долголетие. Эликсир Вечного Пламени гарантировал своему потребителю не менее пятисот лет активной, насыщенной жизни. И все было бы прекрасно, вот только на изготовление этого зелья шли сотни редчайших ингредиентов, да и действовало оно только на людей с достаточно высокой степенью валирийской крови в жилах. Недаром даже в древней Валирии не каждый Архонт мог позволить себе подобное. В общем, как только вернемся в большой мир, я сразу же займусь сбором ингредиентов, а пока пришлось отложить это, без сомнения, крайне полезное дело.
Со знаниями Вельтаранов все было и проще, и сложнее одновременно. Магия этого мира была одновременно наукой и искусством. Вельтараны развивали разные направления, роясь в их воспоминаниях, я убедился, что показанные в сериале и упоминавшиеся в книгах умения Красных жрецов Рглора и варгов Севера вполне возможны и достижимы. Более того, Вельтараны сочли бы эти умения не более, чем базарными фокусами. Если не считать возрождения мертвых, что, как объяснила мне Вхагар – не более, чем фантазия. Вот только тут крылись и свои подводные камни. Взявшись вплотную заниматься телеэмпатией, как Вельтараны обзывали способности варгов, я закрывал себе путь к энергокинезу, иллюзионистике, да и всем прочим направлениям. Кроме того, на каждом из этих своеобразных путей развития присутствовали свои опасности. Иллюзионисты, способности которых демонстрировали Безликие, рисковали утратить собственное я. С варгами ситуация была практически идентичной, а энергокинетики, чьи силы демонстрировали в минимальном объеме Красные жрецы, находились в постоянном поиске заемной силы и, пойдя по пути получения этой силы из жертв, рисковали превратиться в наслаждающихся чужими страданиями маньяков.
В общем, тут было над чем подумать, прежде чем сделать выбор. А ведь сделав этот самый выбор, придется потратить годы, если не десятилетия, чтобы овладеть этими талантами даже не полностью, а на минимально достойном уровне. В общем, я пока отложил этот вопрос, благо, что начальные формы развития любого из этих путей были одинаковые, а первичные медитации - практически идентичны. Сомнительно, что я успею овладеть чем-то действительно серьезным, способным принести реальную пользу, до того, как придет время противостояния с Королем Ночи, да и все знания Вельтаранов говорят о том, что магия спешки не терпит. Значит, придется отложить этот аспект своего развития и заниматься им не спеша, только в свободное время. Пока я успел научиться только «истинному взгляду» - способности видеть разлитую в пространстве магию и различать созданные из нее структуры. Один из первых шагов начинающего мага, считавшийся очень важным.
Продолжив путь вдоль береговой линии, я постепенно добрался до черной тропы, ведущей к остаткам валирийского поместья. За прошедшее время мы с Дракошкой успели разобраться в оставленном нам неведомыми предками наследстве и привести в относительный порядок оба уцелевших здания.
Центральное оказалось, как я и предполагал, жилым домом. Жить в нем мы с Дени не захотели, шатры в жарком тропическом климате острова оказались более комфортным вариантом. Единственным ценным приобретением в этой халабуде оказалась подвальная алхимическая лаборатория. Хорошо оборудованная, с набором ничуть не попорченных временем инструментов, вот только без малейших следов ингредиентов, что и понятно. Даже если и были – испортились и обратились в пыль.
Второе здание принесло еще больший сюрприз. Низкое, вытянутое строение оказалось ничем иным, как плавильней для валирийской стали. Внутри помещения располагалась специальная печь, в которой требовалось размещать в строгой последовательности, известной мне из памяти Септиаров, железную руду и осколки обсидиана. Снаружи имелась ранее заросшая, а нынче расчищенная площадка, предназначавшаяся для дракона, использующегося в качестве генератора огня. Кроме того, внутри здания обнаружилась кладовка с запасами руды и «драконьего стекла». Запасы были небольшими, но знания Септиаров подсказывали, что из них можно получить примерно шесть килограммов валирийской стали. Я бы давно уже провел этот эксперимент, вот только что-то мне подсказывало, что у Райкса подобное энтузиазма не вызовет, так что приходилось ждать, пока дракончик повзрослеет и, хотя бы будет способен осознать значение слова «усидчивость».
Прогулка была прервана приземлившимся неподалеку черным драконом. Гордо притащившем в когтях корову. Небольшую такую, кило на четыреста, не больше…
Освободив когти от груза, Райкс принял позу гордого охотника на крупную дичь. Голова покоится на изящно выгнутой шее, и хвост задран, как у кота, удачно ограбившего рыбную лавку. Сия пантомима сопровождалась транслируемой летучим хулиганом картинкой, изображавшей бегущего в панике пастуха в сопровождении двух волкодавов, охреневших от увиденного не меньше хозяина.
- Как говаривал один смешной карлик, «накрылась наша конспирация».
- О, говядинка! Стейков наделаем. – Дракошка, хозяюшка блин…