Полюби меня в следующей жизни

Пролог

В комнате царил полумрак. Лишь не большая свеча в серебряном канделябре сиротливо освещала кабинет неправильной формы. Стены, выполненные из темного камня, блестели в свете огня, слово по ним струилось пламя. На мгновение я позволила себе залюбоваться этой завораживающей картиной. В глухой тишине раздавалось лишь мерное тиканье старинных часов, стоявших рядом с большим книжным шкафом в левой части комнаты.

Поежившись, я потерла плечи руками. В комнате едва ли было тепло. Огромное окно во всю стену с деревянной рамой с трудом могло остановить просачивающийся холод. Меня всегда поражало насколько реальными ощущаются мои сновидения, а то, что это было одно из них, сомнений не было. Я видела этот кабинет так часто, что уже сбилась со счета. Менялось время, погода и пейзаж за окном, но обстановка в этой комнате всегда была неизменной.

Вот небольшая софа с маленькими подушками, расположенная рядом с большим камином из белого мрамора. Иногда я даже позволяла себе полюбоваться пламенем, расположившись на ней. Удивительно, но в своих снах я могла ощущать холод и жар, но оставалась абсолютно не видимой для окружающих.

Мой взгляд упал на стол из темного дерева, расположенный в центре кабинета, прямо напротив него на каменной стене висел огромный гобелен. На нем золотыми нитками был вышит удивительной красоты лес. Когда я первый раз увидела его, то у меня перехватило дыхание, от того настолько искусной была вышивка. Оторвав свой взгляд от полотна и сделав пару шагов, я в плотную приблизилась к рабочему столу, он, как и всегда, был завален различными документами и письмами.

Осторожно прикоснувшись и проведя кончиками пальцев по гладкой поверхности, я чуть повернула голову вправо и посмотрела в окно. За заледеневшим стеклом проблескивали угасающие солнечные лучи. Множество белоснежных снежинок, мерцали, мягко кружась в причудливом танце. Черными изломанными тенями виднелись ветви деревьев. Только одиноко стоящие фонари тусклым светом освещали заснеженную и пустынную дорожку парка.

Скрип открывающейся двери разрушил все волшебство, прогоняя наваждение. Резкий порыв холодного воздуха обжег оголенные участки кожи. Сглотнув, я повернула голову в сторону выхода, сердце тут же бешено забилось в груди. В кабинет зашел мужчина, его шаги громко застучали по не ровной каменной плитке. Остановившись недалеко от меня, он засунул руки в карманы узких бриджей. Голубые глаза в свете свечи сейчас казались темными и напоминали бушующее море во время шторма. Он смотрел сквозь меня на зимний пейзаж за окном. Мужчина выглядел в точности как дворянин из тех старых фильмов, что я так любила смотреть в детстве с бабушкой по вечерам.

Сделав еще шаг, он встал почти вплотную ко мне. Не в силах двинуться, я замерла, задержав дыхание. Меня пощекотало его горячее дыхание, по рукам побежали мурашки, а щеки предательски загорелись от непривычной близости мужчины.

- ... - голос дрожал, не позволяя произнести не единого звука. Его близость, будто изгоняла холод из моих озябших рук, даря успокаивающее тепло.

Тело затряслось от волны нахлынувших эмоций. Они были настолько яркими, всепоглощающими, что я с трудом могла себя контролировать. Безграничная нежность, отчаяние и тоска душили меня изнутри.

Где – то внутри, на подкорке сознания, вспыхнула ярость. Как же я это ненавидела! Каждый раз, стоило только появится этому человеку, и я теряла контроль над собой и телом. Меня разрывали противоречивые эмоции: с одной стороны я ненавидела его сильно и неистово, но с другой меня переполняла безграничная тоска и нежность. Это сбивало столку, сводило с ума, терзало мои душу и сердце. Хотелось кричать и выть от бессилия.

Мышцы его груди прорисовывались под тонкой тканью шелковой рубашки, сшитой точно по его телу. Пуговицы на ней сияли серебром, на них был изображен герб, который мне не удавалось разглядеть в тусклом свете свечи.

Я с трудом устояла перед искушением дотронуться пальцами до его светлой кожи. Воздух между нами все сильнее сгущался, хотелось обхватить его руками, уткнуться лбом в его широкую грудь, почувствовать его аромат.

Меня объял жар, голова закружилась. Тело будто плавилось под его взглядом. Собрав остатки сил, я сделала шаг в сторону, за тем еще и еще, пока не уткнулась спиной в каменную стену.

Словно почувствовав, что меня нет рядом, он посмотрел в мою сторону, в его глазах вспыхнуло пламя, и я прочла в них дикое необузданное отчаяние. От этого у меня подкосились ноги, а сердце заныло. Я оперлась рукой о небольшой столик, стоявший у стены. Он прикрыл глаза, и морщинки на его лбу стали еще глубже.

Нет! Нет! НЕТ! Это невозможно!

Отчаянная мысль билась в моем помутневшем от страха сознании. Он абсолютно точно не мог видеть или чувствовать меня, это было просто невозможно. Это просто игра моего воображения! Да, точно!

Пытаясь собрать остатки самообладания, я старалась удержаться на ослабевших ногах. В глазах все начинает плыть, невыносимая тяжесть накрывает мое уставшее тело. Где-то на задворках сознания я слышу звук, тихий, едва уловимый...

Глава 1

ПИП! ПИП! ПИП!

Сознание возвращалось урывками, противный писклявый звук медленно проникал под кожу, царапая уши, отдаваясь глухой болью где – то в районе затылка. Веки не слушались, а сон все никак не хотел отступать. Будто мать, не желающая, выпускать любимого ребенка из своих уютных и надежных объятий. Лишь с третьей попытки мне удалось приоткрыть глаза.

Спальня утопала в полумраке, порыв ветра хлестнул по ставням приоткрытой форточки. В комнате сразу же запахло свежестью и мокрым асфальтом, там на утренних улочках Лондона шел дождь. Ветер лизнул меня по шее, обжигая своей прохладой, разгоряченные участки кожи. С губ сорвался хриплый вздох, однако, даже это было не в силах заставить меня встать с кровати. Натянув одеяло повыше, я перевернулась на другой бок, устраиваясь поудобнее в своем импровизированном коконе.

ПИП! ПИП! ПИП!

Будильник все никак не хотел умолкать, мучая мое сонное сознание. Наконец, не выдержав, я одним рывком села на кровати, наклонив голову чуть в бок, на глаза упало пара не послушных кудрей, вероятно выбившихся из пучка. Устало посмотрев на тумбочку, я еще несколько мгновений пыталась осознать где нахожусь, в голове было не привычно пусто.

ПИП! ПИП! ПИП!

Пронзительный писк вернул меня в реальность. Глаза быстро находят лежащий на тумбочке смартфон, и одним ловким движением пальцев, я, наконец-то, выключаю будильник. Спальня погружается в успокаивающую тишину, лишь тихий звук дождя заполняет пространство.

Посидев еще пару минут в кровати и разминая затекшие мышцы, я пыталась проанализировать ночные события. Что – то определенно было не так. Последние 4 года сюжет сна никогда не менялся. Но сегодня что-то явно пошло по незнакомому мне сценарию. Это настораживало, видимо новые таблетки все таки дали эффект, который мне обещал Том. Наверное, стоит позвонить ему и сообщить о результатах.

Внутри все сжалось, на душе была тревожно. Таблетки дали результат, к которому я совершенно не была готова. Кожа покрылась мурашками, я зябко поежилась, обнимая себя за плечи, в спальне было прохладно, видимо пора было прекращать оставлять форточку на ночь открытой. Пробежав взглядом по темной комнате, я устало потерла глаза.

Тоскливо посмотрев на висевший на стене календарь, я мысленно взвыла, с прошлой встречи с Томом прошло каких-то пара дней. А значит, сегодня ровна неделя, как я пью новые таблетки. Он был моим третьим психиатром за последние три месяца. Я обратилась к нему в отчаянии, чтобы, наконец-то, понять, что же со мной не так, и почему мне постоянно сниться один и тот же мужчина.

Воспоминания о нашем первом сеансе тяжелым грузом навалились на мои плечи. В голове мелькали образы этого приятного человека и его глаза, в которых так ярко светилось сочувствие, когда я дрожащим голосом рассказывала свою историю. Он был моей последней надеждой. Однако, теперь пора было признать, что таблетки, которые он мне прописал, окончательно престали действовать. Вернее, не так, результат, который я надеялась получить, оказался совершенно не таким. Краем глаза я заметила, как экран телефона снова загорелся, а через пару секунду на нем высветилось «МАМА». Поспешно взяв трубку и прочистив горло, я ответила на звонок

- Привет, дорогая! Я не разбудила тебя? – бодрый, жизнерадостный голос, раздался из динамика, - Я звоню уточнить, во сколько ты собираешься выезжать, мы с папой хотели устроить семейный ужин.

Кинув быстрый взгляд на часы, висевшие на стене прямо напротив моей кровати, я пыталась прикинуть, во сколько, примерно, у меня получится добрать до родительского дома.

- Нет, я встала где-то пару минут назад. Думаю, я приеду поздно, мам. Поэтому не заморачивайтесь с папой. Мне нужно скинуть заказ, и договориться с хозяйкой квартиры, что меня не будет около месяца, чтобы она ненароком не сдала ее еще кому-то. – на последних словах мой голос едва дрогнул. Чертыхнувшись про себя, я надеялась, что мама не заметила этого. Не хочу, чтобы она думала, что у ее дочери есть проблемы. На той стороне трубки повисла тишина, видимо она обдумывала мои слова, уже через пару мгновений я снова услышала ее теплый и ласковый голос

- Дорогая, все хорошо? – в груди у меня похолодело и потяжелело, сердце сжалось и пропустило удар, я ненавидела врать ей, но еще больше ненавидела, когда она волновалась за меня. Поэтому, собравшись, и как можно более жизнерадостно произнесла.

- Да, мам, все отлично, вчера просто поздно легла, хотела закончить работу до того, как уеду из Лондона.

Спустя несколько мучительных минут услышала тяжелый вздох матери. Спазм скрутил мой живот, внутри все сжалось, я чувствовала, как вина проникает под кожу, становясь практически не выносимой. В горле встал ком. В это мгновение я чувствовала себя жалкой и беспомощной. Пальцы дрожали, до боли прикусив внутреннюю сторону щеки, почувствовала на кончике языка металлический привкус. Слово через пелену я услышала голос мамы.

- Хорошо. – от сердца откалывается крохотный кусочек, по ее тону я понимаю, что она не верит мне, - Я не буду учить тебя и говорить, что переработка и плохой сон очень вредны для здоровья. Ты у меня уже большая девочка. – я судорожно выдохнула, осознавая, что практически не дышала в этот момент, волна облегчения накрывает меня с головой, хоть в ее голосе и слышалось беспокойство обо мне, но она не стала расспрашивать дальше, – Обязательно позвони мне, когда будешь подъезжать, твой отец наконец-то починил фонарь во дворе, я включу его.

- Обязательно. – не задумываясь, выпалила я и так же быстро сбросила звонок.

Глава 2

В очередной раз я нервно кидаю взгляд на приборную панель и возвращаю его обратно на дорогу, постукивая пальцами по старенькому рулю моего любимого «Жука». Вот уже почти час я стою в пробке. В салоне слишком душно, и практически нечем дышать.

Напряженно всматриваюсь в длинную вереницу машин. Звуки гудков, и возмущенные крики водителей слышны даже через закрытые окна. Голова гудит, а шум в ушах стремительно растет. Чуть прикрыв глаза, стараюсь дышать медленно и размерено.

День, на удивление, выдался теплым и солнечным, хотя утром и было пасмурно. Однако к вечеру не было и намека на то, что в первой половине дня шел дождь.

При мыслях об утренней истерике по телу прошла легкая дрожь. Но я решительно гнала прочь эти мысли, стараясь сосредоточиться на боле позитивных моментах. В голове сразу всплыл сегодняшний разговор с психиатром. Для меня стало огромным облегчением то, что Том согласился перенести наши сеансы в дистанционный формат.

Все-таки меня долгое время не будет в Лондоне, а прекращать терапию, я не была намерена. Где-то внутри меня все еще теплилась надежда вылечиться и снова стать нормальной. Хоть Том и уверял меня, что я не сумасшедшая, и это всего лишь игры моего подсознания, но мне слабо верилось в его доводы. Одно радует, мои новые таблетки работают исправно, а то, что мой сон чуточку изменился, прямое доказательство этого.

Резкий сигнал гудка, был настолько неожиданным, что я не произвольно вздрогнула и сжалась от испуга. Пару секунду мой мозг лихорадочно пытался сообразить, что произошло, пока я наконец-то не обратила внимание на светофор.

«Черт, вот растяпа!» - мысленно ругая себя за невнимательность и забывчивость, я плавно нажала на педаль газа, отпуская сцепление, не спеша тронулась с места.

На часах было уже около семи вечера, когда я, наконец то, смогла выехать из Лондона. Душный город остался позади. Выезжая на трассу, по крепче сжимаю руль своего старенького «Жука». Напряжение медленно отступает, и я, наконец, позволяю себе расслабиться. Чуть приоткрыв окно, впускаю прохладный вечерний ветер, стремительно заполняющий салон моей машины и наполняющий его вечерней свежестью, запахом цветов. Он ласково щекочет мое лицо, играя с выбившимися из прически прядями волос.

Я улыбаюсь, наконец, чувствуя себя легко и свободно, наслаждаюсь мягкой мелодией, льющейся из динамиков. Солнце уже приближается к горизонту, его яркий свет смягчается, а тени становятся длиннее. Украшением вечера становится закат. Он дарит неописуемую гамму эмоций и чувств, которые практически не возможно передать словами.

Небо окрашивается в разнообразные сочные цвета: от пылающего красного, до мягкого и нежного розового. Преображается не только небо, но и верхушки деревьев, что мелькают по обе стороны от трассы, приобретая более теплые оттенки.

Мелькает мысль: «А не остановится ли мне?»

Неожиданное желание запечатлеть закат становится практически невыносимым, кончики пальцев покалывает от нетерпения. Знаю, что в бардачке лежит не законченный скетч-бук и пара карандашей. Когда я уже прикидываю в уме как получше изобразить пейзаж, меня отвлекает неожиданный звонок.

Чуть нахмурившись, быстрым движением пальцев провожу по экрану, отвечая на вызов:

- Да?

-…,- ответа не последовало, лишь тяжелое дыхание раздавалась с другого конца. Мне стало как-то тревожно, посмотрев на экран, с удивлением поняла, что это совершенно незнакомый номер. Грудь сдавливало беспокойство, но я решительно гнала его прочь.

- Алло? Вы что-то хотели? – пытаюсь еще раз спросить незримого собеседника. В ответ была все та же тишина и сбивчивое дыхание. Внутри начало расти раздражение, я нервно постукивала пальцами по рулю. Переводя тревожный взгляд с дороги на дисплей и обратно.

– Послушайте, если вы не собираетесь говорить, то я вешаю в трубку! - уже потянувшись к экрану, что бы сбросить звонок, я услышала голос, который старалась забыть, вытравить из воспоминаний.

- Привет… – я глубоко вздохнула стараясь вернуть себе спокойствие.

«Дыши…дыши» - как мантру повторяла я про себя. Сердце сжалось от невыносимой тоски и обиды. Слишком свежи были воспоминания и раны.

- Лина? Мы можем поговорить? – приятный, глубокий голос, который раньше вызывал дрожь в коленях и трепет в груди, сейчас не вызывал ничего, кроме тупой боли и отвращения.

- Брайн...

- Пожалуйста… – он перебивает меня так быстро, что я могу лишь беспомощно глотать воздух, от того, что слышу так много отчаяния и тоски в его голосе. Это практически сводит меня с ума. Как будто из далека, слышу свой голос, хриплый и не уверенный. – Нам не о чем говорить, Бейтс…

Его фамилия срывается с губ, точно острый кинжал, я слышу его судорожный вздох, чувствую, как его это задевает. Во мне растет чувство обреченности. Обреченности и равнодушия. Не стоило мне отвечать на звонок, это было ошибкой.

Я сжимаю роль с такой силой что костяшки белеют. Перед глазами вспыхивает наш последний разговор, как наяву я слышу его тихое:

- Прости….

Как сейчас вижу его… Красивое, смуглое лицо, а в зеленых глазах горит вина, но тут же исчезает, прячась за не известным мне чувством. Он не смотрит на меня. А его жалкое извинение рождает во мне такую боль, которую не способна причинить не одна пощечина.

Глава 3

Следующие дни я провела в компании родителей, помогала маме по дому, выполняя мелкие поручения и дела. Она старалась сильно не нагружать меня работой, аргументируя тем, что мне нужно больше отдыха и сна.

Я лишь отмахивалась, стараясь принести как можно больше пользы. У меня была сейчас свободная неделя, а после мне нужно будет уехать. По вечерам мы садились в гостиной и обсуждали новости, иногда смотрели фильмы.

Последние дни выдались необычайно тёплыми и солнечными, поэтому папа предложил устроить барбекю на заднем дворе. Идея была принята на ура, мы весь день с мамой готовили закуски и мариновали мясо, а вечером к нам присоединились соседи и несколько близких друзей семьи.

Пару раз выбирались на ужин в наш любимый ресторанчик. Как жаль, что мои мини каникулы скоро должны были закончится!

Институту, в котором я доучивалась последний год, предложили несколько крупных проектов для самых перспективных студентов. Это огромный шанс для карьеры и дальнейшего трудоустройства в крупные компании. Заявку могли подать все, и я тоже не стала исключением. Месяц работала над дизайном оранжереи, почти не спала, толком не ела и не выходила из дома. Кайл, который периодически приходил, чтобы проверить, не умерла ли я от голода или переутомления, шутил, что я стала похожа на зомби. Отчасти он был в чем-то прав.

За месяц напряженной работы, практически перестала следить за собой, уйдя с головой в этот проект. Но это того стоило. Я смогла заполучить одно из выделенных мест. Кому-то из спонсоров очень понравилась моя оранжерея с садом. И вот теперь у меня были свободные дни, прежде чем отправлюсь реализовывать свой проект в живую.

Я уже и забыла, когда в последний раз ощущала себя такой умиротворенной и спокойной. Ночные «свидания» с незнакомцем мене не беспокоили. Постепенно синяки под глазами тоже начали уходить, а кожа больше не казалась болезненно бледной. Сидя сейчас за туалетным столиком и расчесывая свои кудри, внимательно разглядывала свое отражение в зеркале. Действительно, я выглядела лучше, на щеках даже расцвел едва заметный румянец.

«Ну, вот хоть на человека похожа!» - на губах растянулась веселая усмешка, а в карих глазах моего отражения плясали искорки. Пока я заплетала косу, пара кудрявых прядей остались выпущены и игриво струились вдоль щек. Оставшись довольна результатом, поправила синий кардиган и подошла к рабочему столу.

Мне не терпелось поделиться своими меленькими победами с Томом, поэтому я с предвкушением ждала наш сегодняшний сеанс.

Устроившись поудобнее в кресле, открыла ноутбук, запуская видео-звонок. Пару минут ничего не происходило, и я было подумала, что ошиблась датой или временем, но буквально в тоже мгновение экран засветился, и я увидела лицо Тома.

Он как обычно был в своем кабинете, восседая за большим столом из темного дерева.

- Добрый вечер, Лина, – его мягкий успокаивающий голос тут же наполнил комнату, он приветливо мне улыбнулся.

- Добрый вечер мистер Браун, - возвращая улыбку, произнесла я.

- Должен сказать, сегодня Вы выглядите значительно лучше, чем в нашу прошлую встречу. -Внимательно изучая мое лицо, все таким же мягким и спокойным тоном произнес Том.

На его уже немолодом лице, все еще была ободряющая улыбка, а в уголках глаз пролегла паутинка морщин.

– Поездка к семье определенно пошла Вам на пользу. – От него шло какое-то внутреннее спокойствие и умиротворение. Он излучал доброжелательность, хотелось довериться ему, поделиться тайнами.

- Благодарю – осторожно начала я. – Ваше лекарство мне очень помогает. Последние пару дней я чувствую себя значительно лучше. – Том внимательно слушал, пока я чуть сбивчиво говорила.– Даже после звонка Брайна, я чувствовала себя не так подавлено и разбито, как раньше! – чуть более эмоциональнее, чем планировала произнесла я, слегка всплеснув руками. Но тут же спрятала их под стол, не ловко потупив взгляд, чуть сжав края вязанной кофты. Щеки предательски загорелись.

- Вот как… – он, понимающе улыбнулся, и заглянув в блокнот, спросил. – Брайн Бейтс – это Ваш бывший молодой человек? - чуть помедлив я кивнула, он задумчиво постучал пальцем по столу, – Лина, не могли бы рассказать чуть подробнее про звонок и про ваши ощущения после разговора?

При мысли о Бейтсе, сердце пропустило удар, я бессознательно погладила пальцами запястье, на котором раньше носила золотой браслет – подарок на годовщину наших отношений. Внутри ныла уже привычная боль, вспыхивающая при любом упоминании парня.

- Это было неожиданно… - чуть хрипловатым голосом начала говорить – …Понимаете….он так неожиданно позвонил… и я….не знаю….не могу…. – голос дрожал, у меня совершенно не получалось подобрать нужные слова, чтобы выразить свои мысли. Я нервно теребила края кардигана, беспомощно глядя перед собой. Переполняющие меня чувства казались настолько сильными, что их было сложно разобрать. Том внимательно слушал мои жалкие попытки что-то объяснить, не перебивал, давал время собраться с мыслями.

- Все слишком сложно! – срывающимся голосом произнесла я, запуская пальцы в волосы, чуть сжимая их. Мне было стыдно за свою слабость и беспомощность.

- Не стоит так сильно волноваться. В том, что Вам сейчас тяжело выразить словами свои чувства, нет ничего постыдного. – я внимательно посмотрела, на своего лечащего врача. – Ваша реакция вполне естественна. Вам тяжело открыться перед чужим человеком. - На это я смогла ответить лишь слабым кивком, пряча взгляд.

Глава 4

Я не понимала, где нахожусь. Во круг меня была густая всепоглощающая темнота.

- Где я? – Глухой вопрос слетает с моих губ и тонет в тишине.

«Дыши…Дыши…Дыши…это всего лишь сон,» - рвано хватаю ртом воздух.

Слышу свое тяжело дыхание. Я никак не могла надышаться, словно не чувствовала воздуха в своих легких.

Яростный женский крик разрывает тишину, точно ножом, перерастая в отчаянные всхлипы. Темнота будто оживает вокруг меня. Превращаясь в размытые тени, они кружат, воют, тянут руки ко мне. Будто живые, они танцуют в безумном танце вокруг. Они что-то говорят, но я не понимаю, лишь отчаянно закрываю трясущимися руками уши, стараясь сбежать, скрыться от своего личного кошмара. Они все ближе подступают ко мне, тянут свои длинные когтистые руки, сердце сжимается от ужаса.

В горле застывает крик. Я не вижу их лиц, не понимаю, что они хотят от меня, лишь слышу отчаянные рыдания незнакомой девушки. И оно кажется мне отдалено знакомым. Словно я уже слышала их. Но не могу вспомнить, где и когда. Это сводит с ума. Хочет кричать, выть, рвать волосы, лишь бы это все прекратилось. Эмоции душат. Обессилено застываю, тело не слушается, а тени все ближе.

Ощущение неминуемой беды стало осязаемым. Беспомощно закрываю глаза, готовясь встретиться с личными монстрами. Перед глазами неожиданно всплывает образ мужчины из парка.

Светлые пряди обрамляли его красивое лицо с аристократическими чертами, а в серых глазах пылало дикое необузданное пламя, а на бледных губах была печальная улыбка. И в это мгновение чувствую, как проваливаюсь в темную воронку, как она засасывает меня все глубже и глубже…

- Да… девушка….нет…не знаю….ей вдруг стало плохо…Я не знаю!..- словно через пелену слышала чей-то голос. До моего сознания долетали обрывки фраз. Мысли казались спутанными, я не понимала, где нахожусь. Шум в ушах становился все громче, а слова все отчетливее.

- Просто скажите, что делать!.. дышит….- в испуганном голосе узнала Софи, кажется, она была чем-то взволнована. В горле было непривычно сухо, а тело казалось слишком тяжелым, практически свинцовым. Туман в голове постепенно стал рассеиваться. Произошедшие события стали всплывать в голове.

«Кажется, я отключилась,» - пульсирующая мысль, будто ударила под дых, и я окончательно пришла в себя.

- Боже! Да вызовите уже врача! Моей подруге плохо! – Моя голова тут же взрывается. Взволнованный крик Софи пронзает мои барабанные перепонки острой, пульсирующей болью. Пульс гремит в ушах, мешая сосредоточиться на словах подруги. В груди горит, но я делаю усилие и пытаюсь сконцентрироваться.

- Не надо… врача…- мой голос звучит слишком хрипло и глухо. Я морщусь от этих неприятных звуков. С трудом приоткрываю свинцовые веки, меня обжигает яркий свет. Пелена слез тут же застилает глаза. Смутные образы столпившихся вокруг меня людей, начинают вырисовываться, приобретая более отчетливые черты. Я моргаю, стараясь сфокусировать зрение. Меня тут же кто-то приобнимает, помогая привстать, в нос ударяет запах шоколада и ванили.

- Боже…ты так меня напугала, – в голосе Софи, отчетливо слышу волнение и беспокойство, сердце тут же сжимается от вины, стараюсь избежать ее взгляда.

- Прости, – тихо шепчу, - как долго я была в отключке?- Меня обвивают пухлые руки Софи, чувство неловкости становится почти осязаемым, я не уверено обнимаю ее в ответ.

- Не долго, но я так испугалась за тебя, я совершенно не знаю, что делать в таких ситуациях, куда звонить, что говорить…. Ты была такой бледной…. – Иглы вины почти въедаются в мою кожу, пронизывая сердце. Я отстраняюсь, смотрю в ее испуганные глаза, наполненные слезами и беспокойством обо мне. Софи всегда была слишком эмпатичным человеком. Но видеть сейчас ее такой, было практически не выносимо.

«Посмотри, до чего ты ее довела. Она плачет из-за тебя! Ты заставила ее волноваться!» - Шипит внутренний голос. Привкус от тяжелых мыслей был горьким, отвратительно правдивым. Я проглатываю ком, стараясь отогнать их.

- Все хорошо, я в порядке…просто перетрудилась, - говорю я, и сама не верю в свои слова. Она не доверчиво смотрит на меня, видимо, тоже ни на секунду не поверила в мое жалкое оправдание.

- Нет. Лина, все не в порядке! Ты отключилась! – Говорит она, нахмурив брови и скрестив руки на груди. И я понимаю, что она чертовски права, но упрямо продолжаю гнуть свою линию.

- Честно, Соф. Я в норме, – улыбаюсь, но выходит как-то криво.

-Девушка, лучше послушайте свою подругу, – растерянно перевожу взгляд на пожилого мужчину. И только будто сейчас осознаю, какой переполох вызвал мой обморок. Вокруг лавки столпилось несколько прохожих. Под их взглядами чувствовала себя не в совей тарелке. Ощущаю предательский жар на щеках. Виновато поджимаю губы. Стараюсь не смотреть на них. Нервно тереблю край куртки.

- Со мной все хорошо. Правда. – Произношу и внимательно смотрю на подругу, она все это время сидела рядом, успокаивающе поглаживая мое плечо. Ее напряженное лицо расслабляется, и она кивает мне. Чувствую облегчение, она поверила мне.

Люди вокруг нас постепенно начинают расходиться. Видимо поняли, что ситуация с потерявшей сознание девушкой решилась сама собой. Слышу их перешептывания, но не обращаю внимания. Мой взгляд скользит по парку, небо серое и тяжелое, как камень на моей душе.

Глава 5

Было уже довольно темно, когда я подошла к дому. Остановившись на пороге, замерла, не решаясь зайти.

Телефон уже давно сел, поэтому я не могла сказать сколько сейчас времени, и как долго меня не было. Мерцающий свет фонаря освещал мою одиноко стающую фигуру.

Подняв устало голову, я всматривалась в ночное небо, усыпанное звездами. Тучи разошлись, открывая миру тысячи маленьких мерцающих огней. У меня перехватило дух от красоты звездного неба. Ночной воздух приятно саднил открытые участки кожи. Прикрыв глаза, я наслаждалась этой прохладой. Сейчас стоя здесь в ночи, я смогла найти способ взять эмоции под контроль.

Единение с собой – вот что спасало меня на протяжении долгого времени. По этой причине я ограничивала общение, выстраивала стены даже с самыми близкими мне людьми. Мне казалось, что только так смогу защитить себя…

В голове воцарился абсолютный вакуум, который заглушал шум города и завывания ветра.

«Наивная. Ну и кому ты сделала лучше?» - С губ сорвался горький смешок. Это мысль больно уколола, чувство вины колючими шипами сжало сердце. От накатившего волнения закусила губу, сжимая кулаки.

Пора было признать, что Том был прав. Так больше продолжаться не может. Я больше не могла прятаться и сбегать от своих проблем, пора было встретиться с ними лицом к лицу.

Полная решимости, поднялась по ступенькам и осторожно открыла входную дверь. Тихо стоя в дверном проеме, я вглядывалась в холл родного дома, где прошло мое детство. Улыбка непроизвольно растянулась на губах, а в груди разлилось привычное тепло. Бросив короткий взгляд на висевшее зеркало, попыталась исправить растрепанные волосы, но это мало что изменило.

«Ну что за осиное гнездо на голове. И почему природа не могла наградить меня послушными волосами,» - фыркнув своему отражению, я вытащила пару шпилек и, тяжелые пряди тут же упали мне на плечи, скинув обувь, прошла в столовую.

Из кухни доносились приятные ароматы выпечки и чая. Запахи обволакивали меня, пробуждая теплые воспоминания. Раньше после школы мы с Софи приходили ко мне, а мама угощала нас своим фирменным печеньем. А после мы по долгу сидели у меня в комнате, болтая на все возможные темы.

«А ведь тогда мы были с ней практически неразлучны,» - одно лишь воспоминание о тех беззаботных днях, вызывало искру радости в сердце. Я ухватилось за эти теплые моменты, стараясь сконцентрироваться на приятных эмоциях.

Мысль о мамином печенье или булочке с кремом заставила желудок сжаться. Заглянув на кухню, я увидела её, она умело орудовала столовыми приборами, чтобы распределить ароматную выпечку на тарелке, напевая легкий мотив. Мама всегда пела, когда была увлечена готовкой.

- Я дома, как прошел ужин? – Вздрогнув от неожиданности, она выронила лопатку, та со звонким стуком упала на кафель. Развернувшись ко мне мама чуть нахмурила брови.

- Господи, Лина! Зачем так подкрадываться! – Ее голубые глаза горели возмущением, когда она опустилась, чтобы поднять лопатку. – Ты меня чертовски напугала, все прошло хорошо, правда твой отец был расстроен, что тебя не было, – продолжая ворчать, мама подошла к раковине, отворачиваясь от меня.

- Я не специально, – опустив взгляд, пристально посмотрела на свои пальцы. Почувствовав легкий укол вины, постаралась мысленно отогнать его. – Папа сильно ворчал?

- Ты голодная? – не поворачиваясь с просила она – Нет, ты же знаешь его, побурчал, побурчал и успокоился. – В ее голосе было столько тепла и нежности. Всякий раз, когда она рассказывала или вспоминала об отце, будто бы расцветала. Даже спустя 15 лет брака они смогли сохранить нежность и любовь. В детстве я всегда мечтала о том, чтобы моя семья была такой же.

- Лина? – Мамин голос прекращает поток моих мыслей, я растерянно выныриваю из воспоминаний. – Ты чего зависла? – Внимательно всматриваясь в мои глаза, спросила она.

- Я умираю с голоду, наверное, съела бы сейчас слона, –бодрее, чем обычно произнесла я, чуть всплеснув руками. Она вопросительно подняла бровь, удивленная резкой сменной моего настроения. Непринужденно улыбаясь, я почесала затылок.

- Кто ты? И что ты сделала с моей дочерью? – Прищурившись и скрестив руки на груди, произнесла мама, пряча улыбку.

- Ну, мам… – Подходя к ней, обняла ее за плечи и легко чмокнула ее в щеку.

- Иди давай, в душ и переодевайся, буду ждать тебя в столовой. – Освобождаясь от объятий ласково произнесла мама.

- А папа?

- Он уже спит, так что будь потише наверху, – отворачиваясь от меня, произнесла она, подходя к холодильнику.

- Есть, «мэм», – шутливо поклонившись, я пошла к себе.

Тысячи мыслей метались в моей голове, пока поднималась в свою комнату. Я пыталась придумать, как лучше начать разговор.

«Мам, помнишь Брайна, так вот он оказался мудаком»… «помнишь ты хотела узнать, почему я так неожиданно прекратила двухлетние отношения, так вот, просто он…а что он?» мысли все никак не хотели слушаться, в голове то и дело возникали абсурдные идеи и слова.

Время шло, а я так и стояла под холодной струёй воды, в надежде привести голову в порядок. Постепенно кожа начала морщиться, от долгого пребывания под водой, пальцы подрагивали от холода. Наконец, покинув ванну и переодевшись в удобную пижаму, пошла вниз. Замерев у лестницы, я еще раз прокрутила свой план действий.

Глава 6

Вдалеке раздался приглушенный раскат грома, ещё недавно чистое небо заволокли темные тучи. Бесконечная полоса дороги и однообразные пейзажи мелькали за окном. Большая капля упала на стекло, затем ещё, ещё, ещё… Дождь монотонно застучал по лобовому стеклу моей машины.

Воздух, наполненный влагой, заполнил салон машины. В нос тут же ударил запах влажного асфальта и прохладной свежести. Порывы ветра обжигали щеки своим холодом. Кожа покрылась мурашками. Я зябко дернула плечами, сильнее сжимая руль моего «Жука».

«А ведь папа предупреждал,» - шептал мне внутренний голос, пока я пыталась сосредоточиться на дороге.

Уезжать от родителей совершенно не хотелось. Впервые за долгое время, я смогла сделать огромный шаг на пути решения проблем, у меня наконец-то получилось открыться перед мамой. После того разговора в столовой, я чувствовала, как мы стали ближе, будто связь, что связывала нас, стала крепче и сильнее. При мыслях о маме в груди появилось привычное тепло, я больше не чувствовала напряжения, которое витало между нами раньше.

Даже неожиданно начавшийся дождь не мог испортить мое приподнятое настроение. Постукивая пальцами по рулю, в такт мелодии, льющейся из динамиков, я внимательно следила за дорогой, периодически поглядывая на навигатор.

И вот, наконец, увидела табличку «Уотфорд».

« Ну вот, ты уже практически на месте,» - чуть поерзав от нетерпения на сидении, с любопытством смотрела по сторонам, стараясь запечатлеть в памяти каждую деталь. С детства я питаю особою слабость к путешествиям. Раньше, когда еще училась в школе, мы с родителями любили ездить в семейные поездки.

Особенно яркие воспоминания у меня связаны с Шотландией, где жила моя бабушка. Она жила в фамильном особняке, как любил часто называть их дом дедушка. Мы с родителями часто навещали их.

Я всегда любила приезжать к ним, в детстве мне казалось, что они живут в замке. Он был удивительно красивым. Двухэтажный дом из темного кирпича с огромными высокими окнами. Зеленый плющ вился вдоль старинных кирпичных стен. Помню, как бабушка отворяла парадные высокие двери и встречала нас. Как я сразу же неслась в сад, где весели качели, которые дедушка повесил еще для моей мамы. Позже для меня на одном из деревьев построили небольшой домик. Окрыленная свободой, могла часами проводить в своем убежище, любоваться садом, играть в куклы или рисовать…

Погруженная в свои детские воспоминания, не заметно для себя въехала в город. Дождь все ещё шел, из-за чего на улицах было мало людей для раннего вечера. Проехав пару проспектов, я, наконец-то, остановилась у нужного отеля.

Внимательно сверившись с картой, убедилась, что точно нахожусь в нужном месте.

«Надеюсь, Кайл нашел нормальный отель,» - постаралась заглушить неожиданно вспыхнувшие сомнения насчет способностей друга найти нормальное жильё. Я еще раз скептически осмотрела здание, на первый взгляд оно выглядело нормальным, даже солидным.

К сожалению, на парковке не было ни одного свободного места, проехав чуть вперед по улице и припарковавшись у соседнего здания, вышла, стараясь как можно быстрее достать свои вещи, и помчалась, огибая лужи, ко входу в отель. Увы, но моя физическая форма оставляла желать лучшего. Первое, что ощутила, это то, как сбилось дыхание и начали гореть легкие, правый бок закололо. Поморщившись от не приятных ощущений, зашла внутрь…

Закончив со всеми формальностями, поднялась в свой номер. Пройдя внутрь, кинула вещи в стоявшее у стены кожаное кресло, упав на кровать, бесцельно уставилась в потолок. Телефон пиликнул, взяв его в руки, я посмотрела на новые уведомления. Отписав маме, что я доехала и со мной все хорошо. Посмотрела на сообщение от Софи.

«Черт, после того случая мы так и не поговорили,» - вина медленно проникала под кожу, оплетая сердце и душу. Я не решалась позвонить подруге, так как совсем не была готова к разговору с ней. И вот теперь она пишет, что волнуется, а я даже не могу найти в себе силы что-то ответить ей.

«Жалкая,»- шепчет внутренний голос, но я стараюсь не реагировать. Убираю телефон обратно в карман джинс. Чувство вины становится практически осязаемым.

Поворачиваюсь на бок, всматриваюсь в окно расположенное напротив меня. Дождь закончился, сквозь облака пробивались слабые солнечные лучи. На верхушках деревьев поблескивали молодые зеленые листочки, изредка птицы пролетали над облаками.

На душе становится чуточку легче, глядя на небо, слабо улыбаюсь. Перевожу свой взгляд на стену, мой взор блуждает по номеру, в котором мне предстояло прожить следующий месяц.

«Что ж, Кайл не подвел, надо бы ему позвонить и поблагодарить за помощь,» - стоило этой мысли сформироваться в моей голове, как в кармане джинс завибрировал телефон. Достав мобильник, на экране увидела входящий от Кайла.

«Придурок» гласила надпись на дисплее. Он звонил по «FaceTime». Чертыхнувшись про себя, я резко села на кровати. От быстрой смены положения голова закружилась, а перед глазами заплясали мерцающие звездочки. Подождав пару секунд, я сфокусировалась на телефоне.

- Вспомнишь заразу - вот она сразу, – пробурчала я, отвечая на звонок друга.

Увидев мой слегка растрепанный вид, на его лице тут же заиграла улыбка, а в серых глазах заплясали чертики.

- И тебе привет, красавица, - как обычно в своей шутливой манере поздоровался Кайл, игриво подмигнув мне.

Глава 7

В комнате было темно и душно. Я ощущала, как бешено бьется мое сердце, как по спине течет холодный пот, как влажная одежда неприятно липнет к моему трясущемуся телу.

Шея ныла. Я до сих пор чувствовала этот мерзкий запах, казалось, что им пропитался весь номер. Нестерпимо захотелось помыться.

Запустив трясущиеся пальцы в волосы и чуть сжав их, пыталась выровнять сбившееся дыхание. Легкие горели от недостатка кислорода. По моим щекам текли слезы. Мне до сих пор казалось, что я нахожусь там, в этой проклятой темноте, что этот монстр до сих пор сжимает мое горло.

Вскочив с кровати, я подлетела к тумбе и включила лампу. Тяжело дыша, стояла и смотрела, как горит светильник. В голове все спуталось.

«Таблетки», - точно спасительный маяк горела мысль в моем сознание. Метнувшись к своей сумке, дрожащими руками пыталась найти лекарство. Пальцы не слушались, в отчаянии я отшвырнула сумку, она с глухим стуком рухнула на пол.

Я уже не могла сдерживать рвущиеся наружу всхлипы…

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я услышала стук в дверь своего номера. Это отрезвило. Я замерла, стараясь не шевелиться. Стук продолжился, значит мне не привиделось. На трясущихся ногах сделала небольшой шаг, и неуверенно подошла к двери, рука замерла над ручкой. Так и не решаясь открыть дверь, я замерла. Стук повторился, но уже более громкий. Нервно сглотнув, я все же решилась спросить.

- В…вы что-то хотели? – Мой хриплый дрожащий голос прозвучал не так уверенно, как я надеялась.

- Это администратор, жильцы напротив пожаловались на крики и шум из вашего номера. – Внутри все сжалось, зажав себе рот рукой, чтобы заглушить всхлип, я опустошено посмотрела на дверь. Нужно было срочно что-то придумать, но я была не в том состоянии…

- Мисс? – Облокотившись рукой о дверь, я пыталась справится с эмоциями. Слезы все никак не хотели останавливаться. Жгучая смесь стыда и ужаса душила меня изнутри. Воздух в коридоре казался настолько густым, что невозможно было сделать и вздоха. Кровь стучала в висках, а в глазах начинало все плыть.

«Черт! Черт! ЧЕРТ!» - Вопил разум. Мысли бешеным вихрем метались в моем измученном сознании. Паника все сильнее сжимала горло.

- Мисс, если вы не ответите, я вынужден буду открыть дверь своим ключом. - Голос администратора электрическим разрядом прошелся по моему дрожащему телу, приводя меня в чувство.

- Нет…нет…я просто слишком громко смотрела фильм, прошу прощения за доставленные неудобства, – из последних сил я постаралась сказать это как можно более спокойным и равнодушным тоном. За дверью повисла тишина. Молясь про себя, я надеялась, что моя отговорка сработает, и он не станет заходить внутрь. Я считала секунды про себя:

Одна…

Вторая…

Третья…

И вот наконец-то я слышу уставший мужской вздох.

- Тогда будьте в следующей раз осторожнее, в нашем отеле достаточно тонкие стены. Хорошего вечера. – Я выдохнула и, прежде чем успела что-то ответить, за дверью раздались удаляющиеся шаги. Не могла поверить в свою удачу. Облокотившись спиной о дверь, съехала вниз на ослабевших ногах. Опустив голову на колени прикрыла глаза, утопая в собственных мыслях и страха. Делаю несколько громких судорожных вздохов. Поднимаюсь, подхожу к кровати, открыв чемодан, не гладя беру пару вещей, и иду в ванну.

Мне требовалось успокоиться. Приход администратора будто сорвал с меня пелену наваждения, теперь я четко ощущала, что больше не сплю и это реальность. На душе было паршиво, мне срочно требовалось с кем-то поговорить.

«Возможно, так я смогу лучше разобраться в ситуации…черт…и кто мне поверит?! Я сама-то с трудом себе верю…» - Внутренняя борьба с собой истощала и без того уставшее сознание. Стоя сейчас под холодными струями воды, наблюдая как прозрачные капли стекают по моей руке, я ощутила невероятную горечь и пустоту внутри себя. Горькая усмешка тронула дрожащие губы, а к глазам снова подступили жгучие слезы. Выйдя из душа, бросила взгляд на большое зеркало, на меня смотрела уставшая измученная девушка. По ее бледным щекам текли слезы, влажные кудрявые пряди прилипли ко лбу. Янтарно-карие глаза вглядывались в мои, в них было столько терзаний и отчаяния. И только россыпь веснушек горела на ее светлой, практически белой, коже. К горлу подступила тошнота, а зрение затуманилось. Все слилось, пелена слез застилала глаза. Прикрыв горящие веки, я сосчитала до пяти, сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь взять эмоции под контроль.

Наконец покинув ванну, и переодевшись в домашнюю одежду, почувствовала себя чуточку лучше. Бегло осмотрела номер, пока не зацепилась взглядом за мерцающий телефон на кровати. Взяв его в руки, увидела несколько пропущенных от Софи. Буквально в ту же секунду телефон завибрировал вновь.

«Софи» - горели белые буквы на экране моего телефона. Замерла, не решаясь ответить. Я просто стояла и смотрела, как разрывается мой телефон, не в силах принять звонок.

«Что я ей скажу?»- Этот вопрос крутился в моей голове. Не знаю, сколько прошло времени, но телефон перестал вибрировать. Экран моргнул, и я увидела, что она оставила голосовое сообщение. Это будто привело меня в чувство. Открыв диалог, пальцы замерли над сообщением, я не решалась включить его. Внутри все скрутило в тугой узел. И в это момент, я ощутила, как снова начинаю прятаться в уже знакомую холодную скорлупу, в которой так долго жила.

Глава 8

В воздухе витал аромат ладана и трав. Я стояла у большого окна и наблюдала, как крупные капли стекают по стеклу. В комнате хозяйничал сквозняк. Он колыхал занавески из дымчатого шелка, играл с огнем в камине.

По коже пробежали мурашки, я зябко поежилась, пытаясь согреть замерзшие руки. За окном продолжал иди дождь, яркие всполохи молний пробивали, тяжелые тучи, озаряя светом темную комнату. Не было и намека, что в ближайшее время погода станет лучше. Оторвавшись от созерцания бушующей природы, осмотрела пространство, в котором не было практически ничего, кроме стен.

Босыми ногами, я тихо ступала по каменному полу. Мебели практически не было, лишь в центре одиноко стоял большой рояль из темного дерева. Подойдя к инструменту, кончиками пальцев провела по лакированной поверхности. Внутри зарождалось не знакомое чувство, захотелось поднять крышку и сыграть.

Я никогда не была любителем классической музыки, но сейчас во мне росло необъяснимое желание прикоснуться к клавишам рояля. Руки покалывало от нетерпения. Сев за рояль, осторожно подняла крышку, прохлада дерева приятно саднила кожу. Едва касаясь, осторожно провела подушечками пальцев по белоснежным клавишам. На секунду у меня перехватило дыхание от восторга. В груди вспыхнули необъяснимые трепет и нежность.

С первых нот музыка проникает под кожу, пальцы парят над белоснежными клавишами, я будто растворяюсь без остатка в льющейся мелодии. Все мысли и проблемы отошли на второй план, все свои переживания, сомнения, страхи, вложила в эту игру. Еще никогда в жизни я не чувствовала себя так свободно и легко. Музыка цепляла, вызывала эмоции, доводила до мурашек. Сердце переполнял восторг, а мелодия все лилась и лилась, заставляя петь струны моей души. За окном шел дождь, а я сидела за большим роялем, в пустой комнате и играла только мне знакомую мелодию.

Но все волшебство было разрушено вошедшим в комнату человеком. Я замерла, а пальцы застыли над клавишами. Когда наши взгляды встретились, его серые глаза сверкнули неоновым блеском.

Мое тело будто окаменело не поддаваясь приказам разума. Кожа покрылась мурашками, меня пробила дрожь. Грудь сковал страх вперемешку с трепетом. Со светлых прядей волос падали капли воды, он был одет в темную практически черную рубашку. Сердце сжалось. В его глазах горела нежность и … любовь?

Мне стало дурно, воздух неожиданно кончился. Я резко встала, горло сдавил спазм, все тело сотрясала крупная дрожь. Он сделал шаг ко мне, замерла, внимательно наблюдая за каждым его действием. Воздух в комнате стал каким-то густым и тяжелым, жар опалил мои щеки. И вот снова я потеряла контроль над эмоциями и разумом, а он подходил все ближе… И ближе. Сердце гулко колотилось в груди, весь мир сузился до нас двоих.

Он замер в метре от меня, его пронзительные серые глаза, казалось, смотрели мне в душу. Воздух между нами был наэлектризован, даже на расстоянии я чувствовала исходящий от него жар. Черты его лица смягчились, мы стояли и смотрели друг на друга, за окном раздался гром, а спустя пару секунд комнату озарил свет молнии.

Его взгляд был столь проникновенным… Я потерялась в темных крапинках и серебряном цвете глаз. Его запах окутал меня. Он пах дождем. Мне хотелось дышать им. Вдохнуть полной грудью и раствориться. Сердце пропустило удар, а самообладание дало трещину. Соленые дорожки слез, побежали по моим щекам, обжигая кожу. Чувства смешались. Радость, трепет, волнение вперемешку с разочарованием, тоской и отчаянием. Все эти терзания, муки, сомнения… Я словно нахожусь в тюрьме, совершенно не зная, как выбраться, как сбежать из этого заточения.

Он протягивает руку, и его пальцы замирают в сантиметре от моего лица. Я застываю, стараясь не дышать, мое тело горит от нахлынувших эмоций. Он смотрит так пронзительно, что мне хочется кричать.

Я крепко зажмурилась и покачала головой. Делаю шаг назад… Затем еще… И еще… сама не замечаю, как словно ошпаренная выбегаю из комнаты и, останавливаясь в дверях, оборачиваюсь.

Он все еще там… Стоит один в пустой комнате с роялем, а в его глазах столько боли и тоски, что мне становится дурно. Хочется кричать от бессилия…

Тяжело дышу, стараясь набрать в легкие как можно больше воздуха, сердце сжимается от тоски. Но я не даю себе и шанса, отворачиваюсь и бегу по коридорам замка, пока пространство не начинает терять форму…

Проснулась разбитой и подавленной. Виски сдавливало тупой болью, в горле было непривычно сухо. Ужасно хотелось пить. Перед глазами стояли образы из сна. Все было по-другому, не так, как раньше, и это чертовски пугало. Глядя в потолок, пыталась собрать себя по кусочкам. Мне казалось, что я попала в кошмар, из которого не выбраться просто ущипнув себя за руку. Хотелось накрыться одеялом и, чтобы никто не беспокоил меня несколько месяцев. Внутри росла зияющая дыра.

Телефон пиликнул, и я потянулась к тумбочке. На экране горели входящие сообщения от родителей и Софи. Проведя пальцами по дисплею напечатала короткий ответ подруге и набрала номер отца.

- Да?

- Привет, пап. Вы вчера звонили? Я, как приехала, почти сразу уснула. – Вру... и мне становится мучительно стыдно за это. Вина ядовитым плющом окутывает сердце и душу.

- Привет, Линкозавр, не беспокойся об этом… - Чуть понизив голос, он продолжил полу шепотом, – но сказать по правде, твоя мать вчера страшно волновалась, места себе не находила. – На секунду я забываю, как дышать, горло сдавил болезненный спазм.