— Слышала? Какая-то дорогущая машина ездит у нас по деревне. Чей-то дом ищет. Плутает.
Раньше бабушки для передачи сплетен собирались в кружок возле дома.
Сейчас вовсю работают модные технологии — сотовая связь, интернет и прочие радости жизни.
Каким образом я оказалась в общем чате бабушек Салтыково — я не помню. Но, похоже, во мне признают свою. Пусть мне и сорок шесть.
Сердце замирает, когда я прослушиваю голосовое сообщение от бабы Наташи.
Может, это Иришка, моя дочь?
Как замуж в Москве вышла, так и перестала приезжать. Вдобавок мы с ней поругались из-за ее оболтуса, мужа, то есть, если его так можно назвать.
Моя девочка, бедняжка, работает напропалую, отказывается даже от классных командировок на работе. Ни нормальных выходных, ни отпуска! Пытается свою карьеру построить и больше заработать! И все ради своего муженька-корзиночки Никиточки.
Тьфу!
Нет, это не может быть Иришка. Даже если представить, что Никита купил дорогую машину, хотя сомнительно, он никогда не приедет на ней в нашу деревню.
М-да, ну я и теща! Классическая и ворчливая! Нет бы деток поддержать и все такое…
Ну душа не лежит у меня к дочкиному мужу. Не пара он ей!
Она сама не звонит, даже не интересуется, жива ли я или нет.
Я же могу следить за ее жизнью только в постах в соцсетях. Сплошная работа-работа-работа. Селфи на работе. Селфи возле работы. Селфи после работы.
И то, в последнее время, ее офисные трудовые будни исчезли из соцсети. Вместо них — тишина.
Смотрю на телефон. Ай! Надо позвонить! Она молоденькая еще, не понимает, что мама переживает! Когда-нибудь сама станет мамой и сама все-все поймет!
Хватаю с кухонного стола телефон и уже открываю звонки в нем, как вдруг слышу шум.
Будто кто-то стучится в ворота.
Я уже отвыкла от этого звука. Да и Каштанка молчит…
Ай! Померла же Каштанка еще два года назад. А я все привыкнуть не могу. Надо бы хоть собаку завести, а то мало ли какие маргиналы ночью шарятся?
Так это, наверное, они и есть!
Сегодня воскресенье. Опять пиво свежее привезли. Какой-нибудь очередной ухажер счастья решил попытать.
Ну, сейчас я их прогоню!
Нормальные люди по ночам в гости не ломятся!
На выходе из домика надеваю старые тапки, доставшиеся от предыдущих хозяев на два размера больше моего. Люблю в них ночью шоркать и отпугивать народ, будто я бабка старая. Заодно виллы прихватываю, которыми я сегодня курочкам насест новым сеном застилала. До сарая было лень идти, приползла домой, да и бросила.
— Чего надо? — грозно ору у двери. — Я же говорила Степанычу, чтобы прекратили пиво продавать по выходным! Вечно начинается разброд и шатание!
— Мам, это я, — слышу тонкий голосок своей красавицы-принцессы. Плачет, всхлипывает. Кровинушка моя! Девочка!
Сердце обрывается.
— Ирочек? — выдыхаю и бегу, спотыкаясь об ржавое ведро, из которого раньше Каштанка воду пила, а я все никак не могу его убрать. — Тапки дурацкие, когда же я их выкину уже?!
Обувь мешает мне быстрее мчаться к своей доченьке.
Точно она! Вот не обмануло сердце материнское!
Но что за машина у нее? Откуда?
Проблемы? В этой Москве всякое бывает!
Может, ее неделю за долги держали где-то и вот, маме привезли, чтобы я откупилась? Точно все из-за этого Никиты! Как есть!
У меня есть заначка и деньжата. Я все-все отдам, лишь бы ей вреда не причинили!
Открываю ключом калитку — я не оставляю ее открытой или без замка. Пока работает магазин Степаныча и перебираются всякие из Казани к нам в деревню коттеджи строить, нужно хоть немного следить за безопасностью. У меня даже тревожная кнопка есть, между прочим! Правда, не уверена, что дежурный приедет. У него может не быть смены в воскресенье.
Я распахиваю калитку и, увидев двух амбалов возле Ирочки, внезапно понимаю, что вышла их встречать в пижаме. В красивой, шелковой и брючной, изчисла которых мне Ирочек дарила много раз. Знает, что я люблю красиво одеваться даже дома. Но ведь не для мужских же это глаз!
— Иришка! Кто эти люди? — выхватываю дочь из лап одного из них. Крепко прижимаю к себе! Господи боже, как она вкусно пахнет! Как же я скучала. Уж вроде и вымахала выше меня, а все равно маленькая она еще! — У тебя проблемы? Это твои коллекторы? Что случилось? Где Никита?
У меня слишком много вопросов, знаю. И виллы я оставила возле дома.
Но дочку ценой своей жизни защищу!
— Мам, остановись. Это Владимир, — машет она в сторону того, кто помоложе. Красавец, статный какой. Серьезный.
— Я — жених вашей дочери.
Вот такого поворота событий я точно не ожидала.
Какой еще такой жених? Она же замужем? И нет, этот вот Владимир на своей шикарной тачке — точно не Никита. Ничего не понимаю!