Попаданка. Демоны знают моё имя

Глава 1. Другой мир

Я стою у стеклянных дверей автосалона и понимаю, что не чувствую ничего — ни радости, ни облегчения, ни даже элементарной злости. Пустота внутри будто покрывается инеем, заключая мой личный вакуум в плен. Пока коллеги суетятся вокруг, кто-то шутит, кто-то собирает бумаги, кто-то делит клиентов, я лишь слабо улыбаюсь в ответ. Я всё уже решила.

— Ну, давай… не пропадай. Я желаю тебе всего хорошего, — говорит Агнесс, устало снимая очки и потирая переносицу. Она знает, что я ухожу не по своей воле. План продаж вырос так, что его невозможно выполнить физически. А руководство считает, если я не тяну, то лучше искать более подходящее место. Красиво сказано, чтобы не говорить, что меня просто выдавили. Наш автосалон итак переживает не самые лучшие времена, но сейчас стало совершенно невозможно.

— Конечно. И тебе удачи, Агнесс, — отвечаю автоматически, хотя знаю, что вероятнее всего мы больше никогда не увидимся.

Саймон, мой начальник, даже не выходит попрощаться. Он просто кивнул, когда я сегодня сдала отчёт, и сказал свою обычную фразу: «Всё в наших руках». Легко говорить, когда твои руки не давят чью-то шею на постоянной основе в надежде вынудить клиента совершить покупку.

Я натягиваю капюшон и выхожу под ливень. Дождь хлещет так, будто пытается растворить город. Воздух пахнет мокрым холодным асфальтом и чем-то плесневелым.

Мои коллеги разбегаются по своим машинам, как тараканы, а я чувствую, как внутри снова поднимается знакомая тяжесть — бесконечные планы, отчёты, сроки, KPI, которые «нужно срочно выполнить, иначе…». Это «иначе» давно сидит у меня в голове. Пришло время что-то менять. И я не вернусь обратно.

Моя «Chery Amulet» стоит у самого края парковки и выглядит так, будто из последних сил держится за жизнь. Лужи доходят ей почти до порогов. Я бегу к машине, прижимая сумку к груди, и промокаю уже на пятом шаге. Дверь закрывается с болезненным скрипом. Я облегчённо выдыхаю. Внутри салона хоть не льёт, несмотря на то, что здесь тоже темно и сыро. Сиденье впитывает влагу, как губка. Я вставляю ключ в зажигание.

Машина чихает, кашляет и умирает.

— Ну пожалуйста, — прошу её, будто живое существо. — Только сегодня. Не подводи. Давай, родная… ну пожалуйста…

Я пробую снова.

Стартер хрипит. Двигатель прокручивается и не схватывает.

И только с четвёртой попытки «Amulet» дёргается и всё-таки заводится, будто уступает мне из жалости.

Я выдыхаю и трогаюсь с места.

Протираю ладонью запотевшее стекло. В салоне пахнет бензином и тоской.

Щётки размазывают по стеклу потоки дождя, превращая мир в размытую акварель.

Сын ждёт меня в детском саду. Как обычно, я опаздываю — пробки, работа, дождь, вечная круговерть. Только сегодня внутри меня особенно ноет чувство, что я не успеваю не только по времени, но и по жизни. Мне уже тридцать один, а за плечами лишь два неудачных брака и постоянная неудовлетворенность работой.

Телефон вибрирует. Мамин номер. Я вздыхаю и включаю громкую связь.

— Мейв?.. Мейв, купи мне, пожалуйста, таблетки… эти… обезболивающие. Те, что доктор говорил.

Её голос тихий, ослабленный. Она всё ещё в больнице после операции.

— Хорошо, мам. Сейчас заберу из сада Ричи и сразу заеду.

— Только не забудь… мне к вечеру нужно… Врач сказал, что лучше купить другие. Те, что ты принесла утром, не подходят.

— Не забуду, — обещаю, хотя сердце уже стучит быстрее. Я вижу, как очередь машин впереди замерла. — Сейчас заеду. Ты как?

— Нормально, — мягко врёт она. — Езжай осторожно.

Связь обрывается. Смотрю на дисплей — мерцает. Наверное, влага попала под корпус.

Пробка. Отлично. Просто отлично!

Стискиваю руль сильнее.

После операции мама почти не встаёт, и больничные стены, кажется, давят на неё. А мне надо тянуть работу, дом, сад, больницу… Всё одновременно, и всё разваливается.

Машина подпрыгивает на каждой яме, как старый чемодан на колёсиках. Кажется, ещё немного и она оставит какой-нибудь важный орган прямо на дороге. Тогда ей тоже придется вызывать «врача».

Радио хрипит. Дворники еле шевелятся. Дождь поливает стеной воды, а из-за темноты дорога превращается в нечто неразборчивое.

Стараюсь дозвониться в детский сад, предупредить, что опаздываю, но телефон выдаёт странное шипение и несвойственный писк.

— Что за чертовщина?! Я же только что разговаривала, — я почти кричу в трубку.

Пальцы дрожат. Дождь барабанит по крыше так громко, словно пытается перекричать страх, поднимающийся в груди.

— Только этого не хватало…

Впереди красная полоса стоп-сигналов. Дорога встала намертво. Машины плотной массой застыли под дождём. Я уже вижу, как воспитательница заносит Ричи в список «родители опоздали…». Завтра снова будут косые взгляды.

Я зажимаю переносицу пальцами, предпринимая попытку сосредоточиться. Только бы выбраться отсюда…

Удача на моей стороне, и я заворачиваю на тот участок дороги, где машин совсем нет, набираю скорость.

И в этот момент всё происходит одновременно.

Поток дождя размывает дорогу, толком ничего не разглядеть! Я моргаю — и вижу перед собой что-то.

Чёрное, массивное и нереально большое! Не машина, не столб, будто кусок ночи, вырезанный и поставленный среди дороги.

Я даже не успеваю выдохнуть.

УДАР.

Меня бросает вперёд. Подушка безопасности не срабатывает. Лбом врезаюсь в руль, в ушах звенит. Мир становится белым, а потом чернеет, плавно уходя куда-то вниз, как занавес в театре.

Кажется, будто ткань мира рвётся, и меня затягивает в шов.

Мои пальцы теряют твердое основание руля.

Мелькают всполохи синего, золотого, чёрного, словно огонь и тени, смешанные вместе.

Звук. Рёв. Металл. Вой.

Ощущение, словно тысячи голосов одновременно кричат, а меня словно выкидывает само пространство.

Я пытаюсь вдохнуть — и падаю куда-то из света на твёрдую сухую землю.

Когда я открываю глаза, мир вокруг похож на кошмар в ярких красках.

Глава 2. Путь в крепость.

Я сглатываю. Кажется, весь мир замер, а бой остановился на мгновение, и всё внимание обоих демонов направлено на меня.

Их взгляды сцепляются, словно они впервые видят друг друга по-настоящему, не как противников, а как зеркальное отражение.

Моя кожа покрывается мурашками, но я не могу отвести взгляд. Они — как два полюса одной силы, и я — неожиданная искра между ними. Кажется, это не просто бой за власть, не обычная война, а столкновение двух миров, и я отчего-то оказалась в эпицентре.

Хочется кричать, но голос не слышен. Хочется бежать, но ноги отказываются слушаться.

Мир вокруг продолжает пульсировать от энергии сражения. Взоры всех этих существ прикованы ко мне, демоны внимательно следят за своими предводителями. Их клинки опущены в вынужденном перемирии, а я просто сижу на земле и разглядываю их во все глаза.

Два демона начинают ругаться. Светловолосого зовут А`эрес, а второй приходится ему братом, и имя его такое же черное, как и его нестандартная внешность — Морр’Кай.

Я не знаю их язык, но почти интуитивно понимаю все, о чем они говорят. Их отец пропал в тот же миг, как на его месте появилась я. Они не понимают, кто в этом виноват и как это произошло, поэтому валят вину друг на друга. Что со мной происходит?!

Вдруг сильная, решительная рука Аэреса касается моей, чтобы поднять на ноги. Тепло распространяется от ладони по всему телу. Татуировка на запястье Аэреса вспыхивает, как только он касается меня. И в этот момент я чувствую болезненный укол в груди, будто внутри что-то отозвалось.

Мы оба одергиваем руки, я — от испуга, а он — от любопытства.

— «Kaelth…» — слышу слово, которое мне ничего не говорит. Но что-то внутри, какая-то интуиция, мгновенно подсказывает, что это приглашение, требование подняться.

Светловолосый демон наклоняется ближе, его взгляд пронзает, как будто он пытается рассмотреть мою суть. Его глаза широко раскрыты — удивление, тревога и… недоумение. Это заметно по выражению лица.

В этот момент я слышу другой голос — резкий, пронзительный, полный ярости и грубой энергии. Морр’Кай. Непонятные сначала слова изменяются и превращаются в проклятия, оскорбления и угрозы. Я медленно поднимаюсь на ноги, сердце по-прежнему сжимается от страха, но я не отступаю.

Я неуверенно делаю шаг вперед.

Огненные всполохи пристального взгляд Аэреса пронзают насквозь, но самое необычное — это его изумление.

— Ты… понимаешь? — произносит его низкий голос, чуть прерываясь, словно он не желает признать очевидный факт.

Я киваю.

Грудь сжимает так, будто воздух вдруг стал чужим. Я действительно понимаю их. И от этого страшнее всего.

Аэрес слегка приподнимает бровь, словно не верит своим собственным ушам. Каждое его движение аккуратно, осторожно, он пытается оценить, опасна ли я.

От такого внимания внутри вспыхивает странная энергия — тепло, пульсация, вибрация. Ничего подобного я раньше не испытывала. Энергия словно откликается на присутствие Аэреса.

— Пойдем, — командует он.

Я делаю шаг, но останавливаюсь.

— Я… не пойду, — вырывается у меня. И тут же наблюдаю его реакцию. Глаза широко раскрыты, губы слегка приоткрыты. Он тоже понял это без перевода.

Морр’Кай в стороне снова рычит, его гнев ощутимо вибрирует в воздухе. Он не доволен ни тем, что я понимаю смысл слов, ни тем, что Аэрес проявляет ко мне внимание. Он скалится, готовый в любой момент вмешаться.

Аэрес делает небольшой шаг ко мне, осторожно наклоняясь, чтобы быть ближе, но не навязчиво. Его пальцы снова осторожно скользят по моей ладони, и я снова ощущаю нечто большее, чем тепло или силу — странное, необъяснимое притяжение. Он проверяет, как это действует. Татуировка на запястье Аэреса также вспыхивает. Он медленно убирает руку и внимательно разглядывает остывшую отметку странной формы. Морр’Кай приближается к нему, их взгляды пересекаются. Они в замешательстве, также, как и я.

— Ты не можешь остаться здесь, — произносит Аэрес, не глядя в мою сторону. —

— Мне страшно…

— Что она сказала? — гремит Морр’Кай. — Как она влезла в твою голову?

— Мы узнаем правду, собрав Верховный Совет Элд’Наар в моей крепости.

— Я не поеду в Вэйлетар. Для меня там небезопасно! — Морр’Кай со всей скопившейся яростью бьёт по огромному камню. Скрежет от его огромных демонических когтей оглушает! Он презрительно смотрит на брата, горделиво задрав подбородок.

— Дело твое, Морр’Кай. Чужеземка — наш шанс узнать, что произошло! — рычит в ответ Аэрес. — А ты хотел разрубить ее пополам, недальновидный глупец!

— Не смей называть меня глупцом, Аэрес! Не забывай, что ты все еще мой младший брат.

— Пожалуйста, прошу… — внезапно говорю я, хочу, чтобы этот кошмар закончился, и я снова оказалась в своей машине!

— Перемирие до следующей Песчаной бури! — недовольно рычит Аэрес.

— Перемирие, — произносит Морр’Кай, не сводя с меня черных глаз, обрамленных тонкими золотыми нитями, которые тянутся по щекам, словно какой-то извращенный художник искусно ему их нарисовал.

Морр’Каю не нравится происходящее. Его руки сжимаются в кулаки, каждый мускул напряжён, словно он готов мгновенно разорвать этот странный союз, который ещё никто не осознаёт до конца.

Аэрес резко отступает от меня, поднимая меч вверх. Лезвие вспыхивает странным, глубоким светом, словно темная сталь выпивает остатки энергии из самого воздуха. На этот сигнал из дыма вырывается крылатое создание. Огромный зверь с кожистыми полупрозрачными крыльями, напоминающими крылья летучей мыши. Его тело покрыто гладкими пластинами, как живым металлом. Жёлтые, без зрачков глаза не видят во мне опасность. Создание бьёт воздух тяжёлыми крыльями, вызывая такой порыв ветра, что меня чуть ли не сносит назад от неожиданности.

Аэрес ловко забирается в седло. Он, не оборачиваясь, выкрикивает что-то резкое, звучное на своём языке. Я угадываю общий смысл, как будто слова сами складываются внутри меня:

— Ринхар! Отведи чужеземку в крепость.