Попаданка в ягодное поместье

Пролог.

Я умерла в тридцать два. Просто сердце сказало: «Хватит».

Это было даже… неловко.

Я лежала на кухонном полу своей съёмной квартиры. Кафель был холодным. За окном кто-то смеялся. Жизнь продолжалась — только не моя.

Вокруг — тишина. Телефон молчал. В мессенджере — три непрочитанных рабочих сообщения. Подруга давно перестала звонить первой. Мужа не было, как и детей. Даже кошкой не обзавелась.

Вся жизнь в закрытом пространстве в забеге для «лучшей жизни». Всегда думала, что у меня ещё есть время. Успею найти своего человека, создать семью. Смогу выделить время на «пожить для себя».

Всё откладывала на «потом»: сначала надо построить карьеру, потом взять ипотеку, дальше — «нужно привести себя в форму».

Потом — «позже». Но позже не наступило.

Последняя мысль была не о страхе смерти, а о человеческой глупости. Жалела ли я о чем-то? Только об одном – я не успела понять, что такое простое человеческое счастье.

А потом — темнота.

От Автора: Драгоценные читатели, поздравляю вас с новинкой — с историей, которую выбрали именно вы. Для меня это особенно ценно, потому что каждая книга рождается в диалоге с вами, с вашим ожиданием, интересом и верой.
Надеюсь, эта история не оставит вас равнодушными. Пусть она подарит эмоции, заставит переживать, злиться, улыбаться, замирать от нежности или тревоги. Пусть герои станут вам близкими, а их путь — важным и настоящим.
Мне очень важна ваша поддержка. Подписывайтесь, делитесь впечатлениями, ставьте звёздочки и оставляйте комментарии — вы даже не представляете, как это вдохновляет и помогает истории жить дальше.
Спасибо, что вы со мной.

Всегда ваша, ЮЭл ❤️

Глава 1.

— Миледи… держитесь… ещё немного…

Голос звучал взволнованно и слишком близко. Что-то резко дёрнули за моей спиной.

Корсет?

Шнуровка затягивалась всё туже, врезаясь в рёбра, впиваясь в тело так, будто меня пытали. Знать бы ещё, какое признание из меня хотели выбить.

Я попыталась вдохнуть. И не смогла. Воздух застрял в горле, лёгкие будто обожгло. Грудь сжало тисками. Паника вспыхнула мгновенно — животным, первобытным страхом.

Я распахнула глаза и резко дёрнулась вперёд, хватаясь за шнуровку. Пальцы сами нашли узел и потянули.

— Леди, не двигайтесь! — ахнула женщина позади.

Но я уже задыхалась. Шнур ослаб. Воздух ворвался в лёгкие болезненным, жадным глотком. Я согнулась, хватая его ртом, как выброшенная на берег рыба.

Мир вокруг расплывался. Свечи. Золото. Тяжёлые шторы. И зеркало. Огромное, в резной раме, почти во весь рост.

Я подняла голову. И увидела себя.

Только это была не я.

Белое платье — ослепительное, расшитое серебром. Фата тонкой дымкой спускалась по плечам. Узкая талия, тонкая шея, хрупкие ключицы.

Светлые волосы уложены в сложную причёску — так идеально, будто надо мной трудились три человека и, возможно, одна строгая крупная дама с линейкой.

Лицо… красивое. Но совершенно чужое.

Сердце заколотилось так сильно, что отдавало в висках. Я медленно подняла руку. Отражение повторило движение. Изящные пальцы. Тонкое запястье.

Не мои.

— Миледи… вы бледны… — прошептала женщина за спиной.

— Где я? Что здесь происходит?

Девушка протянула ко мне руку, но, когда я отшатнулась, тут же сделала шаг назад.

— Вы в замке лорда Вальтера, — с сомнением в голосе ответила она. — Я помогаю вам подготовиться к свадьбе.

Свадьбе.

Чужая память ворвалась без стука — обрывками, резкими вспышками. Тронный зал. Мужчина с короной и тяжёлым взглядом. Приказ, в котором значилась свадьба со… мной. Высокий, широкоплечий лорд передо мной склоняет голову в утвердительном жесте. Моё мнение никого не интересовало.

Память услужливо подсказала: мнение женщины при заключении брака не учитывается. Лишь пожелание её родителей.

И тут же короткая вспышка — родителей нет.

Меня будто ударили под дых. Я пошатнулась и схватилась за край туалетного столика.

Моя свадьба?

Я умерла. Я помню холод кафеля под щекой. Помню, как в груди стало пусто. Помню последнюю мысль — глупую, обидную:

«Я даже счастье не успела познать…»

А теперь?

Я провела ладонью по лицу. Пальцы дрожали.

Меня не отправили в небытие. Не растворили в темноте. Меня… отправили под венец.

Нервный смешок рванулся к горлу, но я сдержала его. Вселенная, у тебя странное чувство юмора…

— Вы в порядке?

На лице служанки появилось выражение искренней обеспокоенности.

Я умерла в полном одиночестве. А теперь стою в свадебном платье в чужом мире, в чужом теле и готовлюсь к свадьбе с чужим мужчиной, который, судя по памяти, даже не хотел этого брака.

Сквозь панику, шок и желание просто сесть на пол и разрыдаться внутри медленно, упрямо поднималась мысль:

Я уже умерла. Хуже не будет.

Выпрямилась, высоко подняла голову и произнесла:

— Всё в порядке. Продолжим.

Марина Светлова

Наша прекрасная героиня до попадания в новый мир и новое тело

Глава 2

— Попробуем, — прошептала я самой себе, делая глубокий вдох перед дубовыми дверями.

Сейчас они распахнутся, я пойду под венец и на вопрос, согласна ли выйти замуж, извинюсь и откажусь.

Сбегать со свадьбы без объяснения причины — признак плохого тона.

Очередной вдох.

Двери со скрипом распахнулись.

Зал был огромным. Камень, витражи, гобелены. Всё торжественное и такое холодное, что хотелось накинуть ещё один плед.

Люди стояли рядами. Шептались. Оценивали.

Я шла к алтарю и чувствовала, как внутри поднимается паника.

Всю жизнь прожила одна, а теперь меня выдают замуж в чужом мире за мужчину, которого я вижу впервые.

Отличный апгрейд.

Лишь подойдя к месту, где стоял мужчина, который должен был вести церемонию, я увидела его.

Он был выше всех вокруг. Широкие плечи. Военная выправка. Тёмный камзол без лишнего лоска.

Я встала слева от него — и только тогда увидела лицо.

Будущий супруг так и не обернулся, пока я шла к алтарю.

Красивый.

В его лице не было ни капли свадебного волнения. Он смотрел на меня так, будто перед ним не невеста, а стратегическая точка на карте.

Наши взгляды встретились. Никакого восторга. Никакого раздражения. Он не притворялся. И я всё поняла. Для него, как и для меня, это шанс что-то изменить.

Я прожила всю жизнь в закрытом пространстве, даже не пытаясь вырваться на свободу. Работа, метро, дом — и всё по кругу.

Если я думала о том, что больше не хочу быть запертой в четырёх стенах, работая «на дядю», то он, похоже, думал о браке как о навязанном королём союзе.

Не первый договорной брак, который мне доводилось видеть. В прошлой жизни у нас работала девочка из посёлка недалеко от Кисловодска. У них подобные браки были нормой.

Но то, что норма для одного, далеко не всегда приемлемо для другого.

Священник — или кто он там был — говорил о священном союзе, о заботе, поддержке и исполнении долга. Какого долга — я так и не поняла.

Я же думала о том, что даже в прошлой жизни ни разу не стояла в свадебном платье.

А сейчас готова выйти замуж за нелюбимого и не любящего. Совершенно не похоже на меня.

Скоро прозвучит вопрос о согласии — и я скажу твёрдое: «Нет».

Вот только…

— Согласны ли вы…

— Согласен, — спокойно произнёс низкий мужской голос.

Я моргнула.

Он развернул меня к себе — и прежде, чем я успела что-либо сообразить, мне на палец уже надели кольцо.

Так, стоп. А у меня спросить? Я не согласна. Я стопроцентно и однозначно не согласна.

Вот только меня уже, взяв под локти, вели в покои.

Лиара Эстейн

А вот и новое тело героини. Бывшая хозяйка тела тихая, скромная, робкая и послушная.

Бывшая хозяйка тела, но не новая)))

Глава 3

А за окнами уже разворачивали столы. Я слышала всё. Гул голосов, смех, звон кубков, музыку. Пиршество начиналось.

Пиршество. На моей свадьбе. Без меня.

— Великолепно, — пробормотала я себе под нос.

Двери за спиной мягко закрылись, и я осталась одна.

Покои были погружены в тёплую полутьму. Свечи в кованых подсвечниках мерцали золотистыми огнями, отражаясь в бронзовых зеркалах. Стены — каменные, но закрытые тяжёлыми гобеленами с охотничьими сценами. Под ногами — густой тёмный ковёр, в который утопали шаги.

В центре комнаты — массивная кровать. Огромная. Почти устрашающая.

Четыре резные колонны, балдахин из плотного бархата тёмно-вишнёвого цвета, тяжёлые складки ткани спадали, как занавес в театре.

В соседнем помещении — ванная. Каменная купель, в которую уже налили воду. Пар поднимался тонкой дымкой. Рядом — кувшины с ароматными маслами, вышитые полотенца, серебряный таз.

Средневековая роскошь.

Дверь снова открылась. Та самая девушка — служанка, что затягивала корсет, — вошла тихо, неся на руках нечто воздушное. Она разложила на кровати пеньюар.

Шёлк. Кремовый, почти светящийся. Тонкая вышивка по краю, длинные прозрачные рукава, струящийся подол. Ткань переливалась в свете свечей, словно вода.

— Миледи, — произнесла она мягко.

Я провела пальцами по ткани. Она действительно была приятной — гладкой, прохладной.

И в этот момент предательски заурчал желудок. Громко.

Служанка сделала вид, что ничего не слышала. А я слышала всё. И музыку с улицы. И смех. И запах жареного мяса, доносящийся сквозь приоткрытое окно. Пир проходит на улице.

А невесту… не кормят?

— Что за безобразие? — вырвалось у меня. — А почему я не внизу?

Девушка подошла сзади и начала расшнуровывать корсет.

— Потому что лорд с утра должен покинуть замок, миледи. А король требует завершения свадебных обрядов сегодня.

Я кивала.

Кивала.

Кивала…

И вдруг в памяти вспыхнуло. Средневековье. Завершение брачного союза. Свидетели. Простыни. Обязанность.

Я резко дёрнулась, сбивая её руки.

— Вы свободны.

— Миледи, вы самостоятельно не сможете снять…

— Уходите, — повторила я уже жёстче.

Она замерла, поколебалась — и вышла.

Дверь закрылась. Я подошла к ней почти сразу.

Так. Как это закрывается? Замок был. Ключа — нет.

Я обшарила тумбочки, комод, полку у камина. Даже под подушкой проверила. Пусто.

— Замечательно, — прошипела я.

Тогда я сделала единственное, что пришло в голову. Взяла стул. Тяжёлый, резной, дубовый. Протащила к двери. Уперла спинкой под ручку, проверила.

Подёргала. Держится.

Я отступила на шаг, оценивая конструкцию.

— Гениально, — пробормотала, кивнув самой себе.

Улыбнулась. Может, не самая удачная невеста, но хотя бы изобретательная.

Я уже направилась к кровати, размышляя, как бы организовать себе хотя бы кусок хлеба, когда ручка двери резко дёрнулась.

Раз. Ещё раз.

Я замерла. Конструкция держалась. Я даже успела удовлетворённо улыбнуться.

И в следующий миг дверь взорвалась грохотом. Стул взмыл в воздух, ударился о стену и разлетелся в щепки.

Я застыла. В проёме, среди пыли и обломков, стоял мой новоиспечённый супруг.

Он медленно шагнул внутрь. И тихо, почти опасно произнёс:

— Мы, кажется, начали не с того.

Глава 4.

Впервые в жизни я испугалась.

В своём мире, в своём теле я никогда не сомневалась, что смогу дать затрещину любому, кто посмеет перейти границу. Я знала силу своих рук. Знала уверенность в голосе. Да и что уж скрывать — я адекватно себя оценивала.

Но это тело…

Тонкие запястья, узкие плечи, слабые мышцы. Хрупкость, которую не скрыть даже гордой осанкой. По сравнению с мужчиной, закрывающим почти весь дверной проём, я казалась игрушечной. Словно фарфоровая статуэтка, случайно поставленная перед хищником.

Мне нечего было противопоставить лорду. Поэтому я пересмотрела отношение к непозволительно огромной кровати. Прямо сейчас она была не символом брачной ночи — а спасительной пропастью между мной и новоиспечённым супругом.

— Я думаю, — начал он, медленно расстёгивая металлические пуговицы, схваченные кожаными крючками, — нам стоит обсудить кое-что.

Звук расстёгивающихся застёжек резал слух. Тяжёлый камзол полетел на софу. Мужчина закатал рукава, расстегнул две верхние пуговицы рубашки, обнажая крепкие предплечья, и шагнул внутрь комнаты.

Я судорожно соображала, куда бежать. К двери? Он перекроет путь. К окну? Второй этаж. Кричать? В этом доме никто не посмеет вмешаться.

— Наш брак…

— Я не хочу быть вашей женой, — выпалила я прежде, чем он успел закончить.

Слова вырвались резче, чем я планировала. Но если уж тонуть — то с прямой спиной.

Он не остановился. Казалось, даже не удивился.

— Ну, — спокойно произнёс он, — мы оба знаем, что выбора не было.

— Я бы отказалась от брака, если бы меня спросили.

Он ухмыльнулся.

— Никто не идёт против короля, дорогая. Никто.

Слово «дорогая» прозвучало без тепла. Просто констатация факта — почти как титул.

Кресло жалобно скрипнуло, когда он опустился в него, закинув ногу на ногу. В огне камина его лицо казалось жёстче. Чёткие скулы, холодные глаза, сдержанная сила во всём облике.

— Но я уверен, — продолжил он, — мы сможем обсудить условия, при которых все будут довольны.

Я едва не рассмеялась от нервного напряжения.

— Вы предлагаете мне торговаться? — спросила я тихо.

— Я предлагаю вам разумный разговор.

— После того как меня выдали за вас как вещь?

В его взгляде мелькнуло что-то — раздражение или уважение, я не поняла.

— Вы не вещь, — произнёс он ровно. — Вы политический союз.

— Это должно меня утешить?

Он изучал меня так пристально, будто пытался разглядеть что-то, чего я сама не видела.

— Условия, — повторил он мягче. — Нам обоим не нужна трагедия в первую же ночь.

— Вам не нужна, — поправила я. — Мне уже достаточно.

Его бровь едва заметно изогнулась.

— Вы считаете меня чудовищем?

Я сглотнула.

— Я вас не знаю.

— А должны?

— Я должна была хотя бы иметь право выбора.

В комнате стало тише. Даже огонь в камине будто притих.

— Вы смелы, — произнёс он наконец.

— Нет. Я просто загнана в угол.

Он склонил голову набок, изучая меня так пристально, что захотелось спрятаться. Или броситься вперёд первой — чтобы не ждать удара.

— Если бы вы были так беспомощны, как думаете, — медленно сказал он, — вы бы сейчас молчали.

Я вздёрнула подбородок.

— Не путайте отчаяние со смелостью.

Он хмыкнул. Тяжёлая тень упала на его лицо. Взгляд стал жёстче.

— Послушайте меня внимательно, — голос понизился. Не громче — глубже. — Этот брак — политический. Не романтический. Мне не нужна покорная овечка. И уж точно не нужна истерика.

— Тогда зачем я вам?

Вопрос вырвался раньше, чем я успела его остановить. Он замолчал.

И вот теперь — впервые — в его лице мелькнуло что-то настоящее. Что-то пугающе тёмное.

— Потому что король так решил.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который имеет значение.

Я сжала пальцы в кулаки.

— А если я откажусь исполнять роль жены?

Он чуть подался вперёд. Медленно. Опасно.

— Тогда вам будет сложно.

— Это угроза?

— Это предупреждение.

Мы смотрели друг на друга, как два игрока перед первым ходом. Я чувствовала, как сердце гремит в груди. Как по спине стекает холодный пот. В чужом теле нарастала паника — не моя, а прежней хозяйки, будто она всё ещё жила в этих костях и знала, чем заканчиваются такие ночи.

Визуализация он

Лорд Рейнар Вальтер.