Порочная невинность

Пролог.

В гримерке ужасная шумоизоляция и слышны басы из зала. Но мне это совершенно не мешает. За столько лет я привыкла.

Осталось нанести последние штрихи, и я готова к выступлению. Поправляю тончайшую вуаль на лице, которая скрывает часть лица и которую я сниму в завершающей части танца, до последнего интригуя зрителя.

Боковым зрением ловлю на себе завистливый взгляд Таньки.

- Что? - не выдерживаю и поворачиваюсь к девушке. Девушка мне завидует, даже не подозревая, что я ей тоже. Мне тридцать и я работаю в ночном клубе хореографом. Хотя кого я обманываю? Мне тридцать три и я танцовщица, хоть есть у меня и образование, и талант, но ….

Но мне в свое время не повезло, и вот итог. Я завидую этой девушке, у которой вся жизнь впереди, она молода и смазлива, но не понимает своего счастья и просиживает свои лучшие годы в этом заведении.

- Ничего, просто интересно, сколько ты еще сможешь косметикой прятать свой возраст. Или ты вуаль решила не снимать, чтобы никто не рассмотрел старческие морщинки? - язвительно отвечает девушка и отворачивается к зеркалу, делая вид, что пуховкой поправляет макияж. Вот же стервоза! Молодая, а уже такая сука.

Она, как и я, облачена в открытый эротичный восточный костюм: топ, шаровары, а лицо прикрывает тонкая вуаль, только она у нее сейчас опущена. Девушка – студентка института культуры, но подрабатывает официанткой. Но честолюбие и амбиции заставляют видеть себя в роли главной звезды ночного клуба, то есть на моем месте.

Ночной клуб носит гордое название “Звезда востока”, и потому все девушки имеют сногсшибательную фигуру, так как одежда не предназначена скрывать соблазнительные изгибы, а лишь их подчеркивать. Ну и платят здесь им за это, так как сюда наведываются не бедные мужчины. Заодно и подругу на ночь присмотрят, а может, и не на одну ночь. А может, и не одну подругу. В общем, никто в накладе не остается.

Таня мечтает стать звездой этого самого востока, но способностей в ней - ноль. Я бы даже сказала, что сороконожку можно научить танцевать и плавно покачивать бедрами, но не Таню. Но у нее на сей счет свое личное мнение, основанное на мнении ее мамы, для которой она лучше всех, красивее всех и никто не в подметки не годится. Потому у меня есть два личных врага: Таня и ее мама, уверенные, что я просто вижу в ней конкурентку и не даю юному дарованию развиваться, то бишь танцевать на сцене. А именно я осуществляю отбор девушек для шоу. После моего выступления будет шоу со стриптизом, так что я, можно сказать, на разогреве.

- Танюша, это произойдет еще не скоро, - даже не стараюсь скрыть язвительность в своем тоне. Ну а что я должна была сказать? Что терпеть ненавижу этот бордель и с удовольствием бы работала хореографом где-нибудь в школе, но там платят копейки.

- Да? А сколько тебе? Тридцать? - девушка с лицом овечки Долли смотрит на меня, хлопая невинными глазами. Так и хочется ей отвесить подзатыльник и отправить работать, но я же взрослый человек и не могу так сделать. И да, мне тридцать три, но Тане об этом знать не нужно. И слава генетике и регулярным спортивным тренировкам, я на свой возраст не выгляжу. Двадцать пять - вот мой сценический возраст уже на протяжении пяти лет.

- Девочка моя, мой возраст тебя не касается, - и я так ласково ей улыбаюсь, что вижу, как у Танюши сейчас пар пойдет из ушей, отчего моя улыбка становиться еще шире. - Я еще лет десять смогу выступать на сцене, а ты еще лет десять сможешь носить поднос. Кстати, тебе не пора в зал? С подносом танцевать, - Танька пулей взвилась и выскочила из гримерки. И как раз вовремя, так как музыка в зале стихла. А это значит, скоро объявят мой выход.

Я бросила последний взгляд на свое отражение в зеркале и выпорхнула из комнатушки, отведенной лично для меня в качестве гримерки, но в которую забегают девушки-официантки поправить макияж после особенных посетителей.

Мое представление начиналось с того, что я должна спуститься по ступенькам вниз на сцену, танцуя. Для этого я взобралась на декорации и приготовилась. Закрыла глаза, погружаясь в танец мысленно и настраиваясь на нужный лад. Слышу, как диджей включает музыку и громко кричит в микрофон: “Встречаем звезду востока, несравненную Оливию”. Я открываю глаза, делаю шаг, но понимаю, что что-то не так, и удивленно смотрю вниз. На ступеньках разлито что-то скользкое, и я банально поскальзываюсь и неуклюже начинаю размахивать руками, пытаясь удержать равновесие. Как назло, на ступеньках нет перил, и мне даже ухватиться не за что, поэтому я кубарем лечу на сцену.

Падения во время выступлений случаются у всех, но это было фатальным для меня. На сцене был установлен реквизит, около которого я и должна была танцевать и эротично выгибаться. И видимо, моя звезда сегодня решила погаснуть, так как я ударилась виском об этот реквизит, и все вокруг потемнело. Навсегда.

И последним, что я увидела в этой жизни, было лицо Тани, которая сперва радовалась моему падению. Вероятно, скользкая жидкость – это ее рук дело, и она, видимо, рассчитывала, что я сломаю себе руку или ногу. А затем ее животный ужас, отразившийся на лице, когда она поняла, что все закончилось плачевно и она стала убийцей.

Глава 1.

- Госпожа, госпожа, пора просыпаться, - в глаза ударяет яркий солнечный свет, и я прячу голову под одеяло. Мозг спит вместе с телом, и потому лишь спустя мгновение я понимаю, что чей-то женский голос сейчас обратился ко мне “госпожа”. Хмурюсь, осторожно высовываю нос из-под одеяла и осматриваю помещение.

Не больничная палата. И не моя квартира. Комната с когда-то изысканным интерьером, а сейчас свидетельствующая о том, что у хозяев дома наступили не лучшие времена. Я лежу на постели с балдахином. Вернее, это должно было быть балдахином, а сейчас это просто какая-то ветхая тряпка, свисающая с деревянных балок.

Во меня как торкнуло-то после падения! Надо будет у врачей потом узнать, чем они меня таким забористым накормили или обкололи, что у меня такие реалистичные глюки.

- Госпожа, пора одеваться, вы и так уже опаздываете, - ко мне подошла неопределенного возраста дама в каком-то театральном костюме времен Людовика и, подбоченившись, строго смотрит на меня. Я не намереваюсь покидать насиженного, вернее, належенного места и не шевелюсь, но дамочка не придумала ничего лучшего, как стянуть с меня одеяло.

- Эй, я бы попросила! - возмутилась наглости мадам. Все же я “госпожа” и негоже со мной так обращаться, тем более в моих же собственных бредовых фантазиях.

- Госпожа, если вы сейчас не спуститесь к лорду Онорби, вас матушка выпорет, - добавила дама, а у меня чуть челюсть не отвалилась. Что сделает? Выпорет? Я не ослышалась? Я решила уточнить, а то, может, все же у меня кроме визуальных, еще и слуховые галлюцинации.

- Что сделает? - я даже села на кровати, так как дама начала суетливо бегать по комнате, раскладывая на кресле с выгоревшей обивкой платье, подозрительно похожее на ее собственное.

- Выпорет, как в прошлый раз, - отозвалась дамочка.

- Так давай с начала, а ты вообще кто? - я не могла не уточнить. Слишком все странное вокруг, даже для глюка. У меня их раньше не было, но мне кажется, все должно выглядеть иначе.

- Леди Оливия, что с вами? Все-таки приняли настойку, что эта дура старая притащила? Вот я ее за волосы-то оттаскаю, идиотку горбатую, забудет, как шастать по приличным дворам! - запричитала мадам, но увидев на моем лице полное непонимание происходящего, она присела на край кровати и взяла меня за руку, вроде пытаясь успокоить, но лишь испугав меня еще больше.

- Вы леди Оливия Маранье, внизу вас ждет жених, лорд Онорби. А я мадам Полли, ваша гувернантка и наставница, - дама говорила со мной как с умалишенной: медленно и тщательно проговаривая каждое слово.

- Да ну, бред какой-то, - я выдернула свою кисть из загребущих ручонок мадам Полли и даже отползла от нее по кровати. Надо же, мадам Полли! Ну и имечко! Звучит, как у хозяйки борделя.

- Олли, детка, давай мы спустимся вниз, ты поговоришь с лордом, а потом я позову эту старую каргу, и она объяснит, что с тобой сотворила, - просит мадам Полли, и на лице такое выражение, что мне ее даже жалко стало.

- Хорошо, свиданка с лордом, а потом разбираться будем, что здесь происходит, - сдалась я под умоляющим взглядом гувернантки.

Меня облачили в видавшее виды платье и соорудили прическу на голове. Полли все поглядывала на часы и напутствовала, чтобы я молчала, не возражала и вела себя тихо. И вот эти напутствия меня, мягко говоря, насторожили. Я чуяла подвох, и вскоре стало понятно, где эта собака зарыта. И уже завонялась.

Когда мы спустились вниз, то выяснилось, что первый этаж этого особняка выглядит еще хуже второго. Но то, что древнего старика с масляным взглядом, сидящего перед камином на диванчике, мне представили как лорд Онорби, стало шоком.

Мадам Полли стояла позади меня и натянуто улыбалась, а я удивленно рассматривала старика.

- Это она и есть? - и старик так пренебрежительно глянул на меня, словно я таркан, который выполз из-под раковины и шевелит усами. Вопрос он адресовал даме лет пятидесяти, которая сидела чуть поодаль.

- Да, лорд. Это моя дочь Оливия. Правда, красавица? Вы не пожалеете, что решили сделать ей предложение. Для нас это такая честь! - отозвалась женщина, которая, видимо, и есть моя мама.

- Плачу три тысячи золотых. Завтра утром заберу ее, - старик тяжело поднялся на ноги, опираясь на трость с изображением головы волка на набалдашнике. Он осматривал меня так, словно кобылу гнедую на рынке выбирает.

- Лорд, но как же …., - мамашка замялась и замолчала, а этот старикашка повернулся и смерил ее тяжелым взглядом.

- Вы хотели спросить, а как же храм? Да, мадам Маранье? - старик спросил таким тоном, что дама лишь кивнула, испуганно глядя на мужчину. - А в храм мы сходим, если от нее будет толк во время брачной ночи, - ответил мужчина, а женщина испуганно смотрела на лорда, сглотнула, пытаясь прочистить горло.

- Но как же? Она из знатного рода, - пытается спорить мамаша.

- И? Вы своей знатностью долги будете оплачивать? - мужчина обвел тростью комнату, показывая, что состояние помещения ужасное. Обивка на диванах и креслах выгорела, а местами даже протерлась, и выглядывал наполнитель. Паркет на полу был потерт, щербат, и кое-где даже дощечек не хватало. Что я, что дама одеты в видавшие виды платья тусклых расцветок. - Вам хоть есть чем платить лавочнику за хлеб и масло? Или вас из жалости отпускают в кредит? - и старик сунул руку в карман, извлек оттуда монетку и, подкинув ее вверх, проследил за ней взглядом. Мы все следили за монеткой. Она со звоном упала перед ногами мадам Маранье, и у женщины исчезли последние сомнения. Это отразилось в ее алчном блеске глаз, когда она подняла монетку.

Глава 2.

Дом мы покинули без приключений и без погони. Старуха накинула мне на плечи плащ и сама укрылась под таким же.

События развивались настолько стремительно, что я уже ничему не удивлялась. У меня отключилась такая опция, поэтому на кареты, повозки, телеги, людей в странных костюмах я уже не обращала внимание.

- Я тебя отведу в Академию, а там за тобой присмотрит местный библиотекарь, он мой друг еще по академической скамье, - наставляла меня мадам Жевада. - Я доверяю ему, как себе, и ты сможешь на него положиться. Он о тебе позаботится, - мы так быстро шли, что я запыхалась. Не ожидала за старухой такой прыти. - Он расскажет про этот мир и поможет устроиться. Да не отставай же ты! - подгоняла меня старушенция.

Мы практически бежали по улочкам. Я не успевала осмотреться и лишь следила, чтоб не потерять мадам Жевада из виду. Еще пятнадцать минут этого ужасного забега, и мы оказались около неприметной, грубо сколоченной двери, обитой металлом. Старуха дернула за шнурок и замерла в ожидании. Я пыталась отдышаться, а то мало ли, вдруг сейчас забег продолжится. Самое что удивительное, пожилая дама, что была моим провожатым, не то что не запыхалась, у нее даже дыхание не сбилось. Она спокойно ждала, пока ей откроют дверь.

Прождали мы минут пять. И вот, когда мадам вознамерилась второй раз дернуть за шнурок, дверь открылась, и перед нами предстал пожилой мужчина. Вернее, это был старик. По внешнему виду не менее древний, чем и мадам Жевада, но явно старавшийся скрыть свой возраст.

- Кого здесь нелегкая принесла? - мужчина по-стариковски прищурился и, узнав страху, расплылся в улыбке. - А я говорил, что придешь. Говорил, - самодовольно заметил старичок и лишь спустя мгновение приметил меня. Его лицо удивленно вытянулось, и он перевел вопросительный взгляд на мадам. - Это кто? Ты че удумала, старая?

- То же мне, молодой нашелся. Так и будешь держать на пороге? - мадам Жевада довольно бесцеремонно отодвинула мужчину в сторону и, схватив меня за руку, потащила в темное помещение. Мы прошли по коридору в небольшую комнатушку, в которой явно собирались чаевничать, и я вспомнила, что уже как минимум обед, а у меня маковой росинки во рту не было. Желудок протяжно и громко заурчал от вида мясного пирога на столе.

- Покорми ребенка, а я тебе пока все расскажу, - командует мадам Жевада, а мужчина послушно выполняет. Он что-то ворчит себе под нос, заваривая чай нам в глиняных кружках, но еле слышно, так, чтобы старуха не услышала. Мне показалось, он ее опасался. Хотя, признаться, я тоже. Она так лихо отвесила оплеуху мадам Полли, что я решила держаться от нее подальше. Хотя бы на расстоянии, превышающем расстояние вытянутой руки.

- Меня Альбертом зовут, - представился старик, ставя передо мной кружку и тарелку с аппетитным куском пирога. Я благодарно кивнула и набросилась на еду.

- Берти, тут такое дело. Ее срочно нужно зачислить на какой-нибудь факультет, - старуха заискивающе посмотрела на Альберта.

- Ты в своем уме? Прием окончен! Да она и испытание ни одно пройти не успеет, - запричитал мужчина, засуетился, начал переставлять чашки, что-то двигать. В общем, создавать вид кипучей деятельности.

- Надо, Берти, надо, - мадам Жевада подошла к Альберту и положила ему руку на плечо, а тот и сел, вернее, рухнул на стол.

- Только если на факультет хранителей, - сдался Берти

- Устроит! - радостно просияла женщина.

- Тогда давай документы, а сама садись и ешь, - теперь уже Альберт командует, а мадам засуетилась, зарылась в тканевой сумке, которая висела у нее через плечо. Она передала какие-то бумаги Альберту и присела рядом со мной. Когда мужчина вышел из комнаты, я вопросительно посмотрела на мадам, но не решалась задать вопросы.

- Ну, спрашивай уже, - страху обреченно вздохнула и отложила кусок пирога.

- Откуда у вас документы? Что это за факультет хранителей? - задала два вопроса, которые больше всего меня беспокоили.

- Я ж говорю, Оливия должна была уснуть, а все подумали бы, что она умерла. Эти документы мы с ней подготовили, чтобы она могла скрываться первое время, пока мужа не найдет, - ответила старуха и снова принялась за пирог.

- А зачем ей муж? - у меня голова кипела от обилия информации.

- Ну так сюда, в Академию, она не захотела, а значит, второй способ избавиться от опекуна - это выйти замуж, - раздраженно ответила мадам. Видимо, она тоже была голодной, и я дала ей спокойно поесть пирога и возобновила допрос.

- Вы не ответили про факультет, - напомнила я про то, что не на все вопросы были даны ответы.

- В этой Академии есть несколько факультетов. Боевой, артефакторика, бытовики, стихийники и вот хранители. Еще есть факультет общей магии, но он тебе тоже не подходит. Хранители - идеальный для тебя факультет, - сделала вывод старуха.

- И что они хранят? - я скептически отнеслась к словам старухи.

- Все, что нужно хранить. Плетут охранные заклинания, но в основном туда берут всех подряд, кто не прошел на другие факультеты, но хочет остаться учиться в Академии, - добавила мадам Жевада.

- Понятно, - я оценила перспективку. - А почему вы мне помогаете?

- Из-за Оливии, - расплывчато ответила старуха и отвела взгляд.

Глава 3.

Проснулась я через несколько часов, на удивление отдохнувшая, словно проспала всю ночь.

- Ты знала, что ты храпишь? - претензией встретил меня песец.

- Знала, - я зевнула и потянулась. Ответила наобум, так как нрав у Чучи вредный и начинать спорить с ним бесполезно.

- Надо с этим что-то делать, - ворчит зверек, пока я пошла умываться и переодеваться в более удобный наряд для воровства.

- Зачем? Мадина вон спит как убитая, и ей мой храп не мешает, - пошутила я, покосившись на соседку. Она реально дрыхла богатырским сном и даже сама порой всхрапывала.

- Мне мешает, и мужьям тоже будет, уверен, - продолжает ворчание Чуча.

- Купи беруши, - прохожу в ванную, чтобы умыться. Открываю кран, и не пробуя воду сую руки, и обдаю лицо ледяной водой. Только сейчас поняла, что как в истинном общежитии здесь не оказалось горячей воды. Или ее ночью отключают, или это мне так везет.

- Слушай, я тебе не хамил, а ты чего начинаешь? - обижается треххвостый песец.

- Я тоже, - мне этот спор ни о чем надоедает. - Ты готов? Когда там этот цветочек цветет?

- Сейчас уже зацветет, поторопись, - ворчит Чуча.

- Я сейчас только подумала, а как ты со мной пойдешь? А вдруг тебя увидят? - я переоделась в темные брюки, блузу и удобную обувь, а мой песец очень выделялся своим белоснежным цветом на моем фоне.

- А так? - и тушка зверька стала полупрозрачной, словно это не животное из плоти и крови, а призрак этого самого песца.

- Так, конечно, менее заметно, но жутко. А, кстати, мне тебя чем кормить? - меня тут вдруг озадачил этот вопрос. Тут вроде с питанием нет никаких проблем, но таскать еду из столовой меня не прельщало.

- Я подпитываюсь твоей магией, если ты об этом, - Чуча проплыл мимо меня, не касаясь пола лапами.

- И обычная еда тебе не нужна? - уточнила на всякий случай, прикрывая дверь комнаты. Проверила карту в кармане и, выдохнув для смелости, пошла по коридору в общий холл, а затем и вовсе покинула общежитие.

Чуча призраком плыл рядом, иногда корректируя маршрут нашего путешествия.

- Откуда ты знаешь, куда мне надо идти? - я удивленно покосилась на своего полупрозрачного сопровождающего. Даже в образе призрачного песца он был до умопомрачения забавным и вызывал улыбку.

- Я же, в отличие от некоторых, зря время не терял, выучил карту, так что можешь ее даже не доставать, я приведу тебя куда надо, - похвастался мой хранитель.

- Посмотрим, - в моих словах Чуча рассмотрел сомнения в его способностях и обиделся. Да так, что замолчал и не разговаривал со мной до самой двери оранжереи, где возникла первая заминка. Вернее запертую дверь сложно назвать заминкой. Это как бы проблема. И не маленькая такая.

Когда планировалась эту вылазка с Мадиной, то ни она, ни я не подумали о том, что здесь может висеть обычный амбарный замок. Вот что значит отсутствие опыта в воровских делах.

- И че теперь делать? - я еще раз подергала дверь, но, естественно, ничего не изменилось, только шум создала. Огляделась по сторонам на всякий случай и отошла в сторонку. Просто звук получился довольно жуткий. И мне и самой стало как-то не по себе.

- Вернуться в свою комнату и лечь спать, а твоя подружка прогуляет пару дней. Ничего с ней не станется, если посидит в своей комнате и помолчит в одиночестве. Ну, назначат ей дополнительные занятия, ну, отругают и пригрозят отчислением. Но не отчислят, я тебя уверяю, - выдает довольно дельное предложение песец, но я лишь отмахиваюсь. Я уже приперлась к этой оранжереи, я уже нарушила кучу правил и запретов, так что надо постараться все же довести начатое до конца. Достаю из кармана карту и разворачиваю. На карте четко видна я около оранжереи и сама оранжерея, а еще несколько садовых дорожек, ведущих к ней. Я задумалась, что не могут же эти дорожки вести в никуда, а следовательно, есть и другие входы в этот цветочный рай. Пошла искать эти самые входы в надежде, что один из них окажется не заперт.

Обхожу довольно большое здание со стеклянными стенами. Выглядит как продолговатая, обтекаемая со всех сторон капсула, только размером с трехэтажный дом. Чтоб внутрь не заглядывали особо сильно любопытствующие. Вдоль стеклянных стен в основной массе довольно высокорослые растения. Но остальным, менее габаритным цветочкам, наверно, достаточно света, проникающего сверху. Снаружи оранжереи тоже довольно много красивых растений. Некоторые так посажены чуть ли не вплотную к зданию, что меня удивляет, и потому я не спешу обходить его, а рассматриваю более пристально.

- Ты что замерла? - окликает меня Чуча.

- Тебе не кажется странным это дерево? Или это не дерево? - я озадаченно рассматривала причудливый кустарник с довольно толстыми ветвями.

- И чем же? - призрачный песец проплыл ближе к оранжерее и решил изучить то место, на которое я ему показывала, а потом вдруг исчез.

Я испуганно заозиралась, не понимая, куда делась тушка зверька. Он хоть и выглядит словно призрак, но им не является и проходить сквозь стены не может. Но оказалось, что это не его сверхспособность, а моя невнимательность. За довольно массивными ветвями и плотной листвой я не заметила, что этот самый куст растет из оранжереи, и специально для него вынули один стеклянный пролет. Вот именно в нем и пропал мой сопровождающий, а когда вынырнул, то знатно меня испугал. Я даже ойкнула, но быстро зажала рот рукой.