— Добро пожаловать, ведьма.
Мейз распахнула глаза и почти в ужасе посмотрела на огромную гору с острыми верхушками, будто шпили замка. Лава стекала с них прямо в ров, и с каждой новой каплей магма грозилась выйти за берега и обжечь её.
— Да вставай уже, — обладатель другого голоса подхватил её под руку и потянул наверх.
В голове было огромное пустое пространство, а сердце… не билось.
Мейз резко ахнула, выдернула руку из чужих пальцев и развернулась. Голова закружилась. Множественные верхушки скал — сталагмиты или сталактиты, она не разбирала, — будто вонзились в её сознание, раздирая его в клочья и напоминая о боли, которую ещё секунду назад она испытывала.
— Какого?..
Из одной скалы, прямо через каменную породу, появился человек… или не человек. Он посмотрел на неё своими пустыми серыми глазами, а затем отвернулся и пошёл дальше. Из соседнего "дома" вышел другой. Они обменялись рукопожатиями и направились по мощёной косой дороге.
— Если ты хотела сказать "черта", то ответ здесь только один, — Мейз обернулась к Лимбу. — Ну что? После пустоты ещё не пришла в себя что ли?
Тик.
Нервный или секундный. Взгляд скользнула на Кроули.
Мейз сорвалась с места и понеслась что было сил по дороге.
— Ведьмочка! — закричал Лимб вслед.
Но Мейз уже не слышала. Она бежала так быстро, что уши закладывало. Демоны на дороге, хмурясь, отходили, а она все бежала. Ноги скользили по камню, руки хватались за дома, но те были столь горячи, что кожа покрывалась волдырями, которые проходили, стоило отдернуть руку.
В ушах стучало непонятно что, она слышала собствественное дыхание, огибая скалы.
— Осторожнее! — закричал женский голос, когда прямо из камня перед ней вышла девушка. Мейз в ужасе отшатнулась, ни на секунду не останавливаясь. — Кто вообще по Аду бегает?
"Ад. Ад!"
У неё начиналась самая настоящая паника. Мейз дышала уже через раз, но ноги несли и несли.
Неожиданно поселение закончилось, а кривая дорожка повела в какую-то пещеру. Мейз припустила туда, оглядываясь через плечо. Ни демонов, ни тем более князей. Только струйка крови, ведущая от пещеры…
Мейз влетела в проем и замерла.
В огромной пещере с мраморным полом, на серебряных цепях висел человек. Распятый, словно Иисус, и красивый, как сам Бог. У неё аж дух перехватило. Взгляд скользнул по цепям — по ним текла кровь… От рук — вверх, от ног — вниз. Струйки стекали по искрашенным бордовым стенам прямо в мраморные кюветы, уходящие к её ногам и дальше в поселение.
Беловолосый парень лет двадцати поднял опущенную голову и посмотрел на нее пронзительно, проедающе.
— Молодец, Лимб, — раздался едкий знакомый голос где-то позади.
— Да кто же знал, что она такая быстрая?
Мейз вздрогнула и тут же заозиралась. Казалось, парень усмехнулся. Мейз сглотнула и заметила колонну у входа. Она моментально прижалась к ней, стараясь протиснуться как можно дальше в угол.
"Хорошо, что сердце не стучит".
— Если она сбежала в темноту, искать будешь сам, — холодно оповестил Лимба Кроули.
Два князя — первый и восьмой — вошли в пещеру. Мейз не видела их с этого ракурса — только парня на цепях. Он не сводил взгляда с пришедших.
— Каин, где ведьма? — спросил Кроули.
— Да так он тебе и скажет, — фыркнул Лимб, проходя мимо и направляясь к другому выходу, за спиной Каина.
"Черт… Каин…" — Мейз сглотнула и на секунду забоялась, что это было слышно. Но никто внимания и не обратил. Лимб скрылся в проеме, который тут же поглотил его чернотой, обнимая, как давнего друга.
Кроули же остался перед Каином, опираясь на трость. Он сжал переносицу.
— Какой идиот.
Каин не отвечал.
— Видел её, нет? — спросил Кроули ещё раз.
Но Каин не ответил.
— Ну и Люц с тобой, — отмахнулся Кроули, разворачиваясь. Мейз тут же как можно сильнее вжалась в угол. Почему-то ногам вдруг стало сыро, но она не могла опустить голову. "В кювет наступила…" — Пошлю за ней гончих, — буркнул Кроули себе под нос, выходя из пещеры. — Люцифер точно когда-нибудь убьёт Лимба.
Мейз еле дышала из-за сдавленной груди. Она добрые пять минут простояла в таком положении. Подумав, что они ушли далеко и гончие могут скоро прибыть, Мейз поняла, что пора бежать.
Она буквально отлепила себя от стены. Кроссовок неприятно хлюпнул. Мейз тяжело вздохнула, посмотрев на кровавый след, который теперь оставляла за собой.
Мейз вышла из-за колонны. Тишина давила. Лимб и Кроули ушли, но пещера не стала безопаснее. Воздух был вязкий, липкий, и от него хотелось вырваться наружу, куда угодно. Только не здесь.
Она не знала, почему не бежит. Наверное, не могла. Её взгляд всё время возвращался к Каину. К цепям, к крови, к его глазам. Он не выглядел как демон. Скорее, как человек, уставший от вечности.
Тьма была абсолютной. Мейз замерла на месте, едва осознав, что её ноги стоят на твердой, неровной поверхности. Воздух был тяжёлым, густым, пропитанным запахом сырости и окисленного метала. Не пещера с Каином. Другое место. Но такая же беспросветная чернота.
Она не видела даже собственных рук перед лицом. Слух, обостряясь от паники, ловил только тишину. Глухую, давящую. Потом — едва уловимый звук. Не шаги. Скорее, легкое смещение воздуха рядом.
— Надеюсь вернуться к нему не хочешь? — голос Каина возник прямо у неё за спиной, тихий, без эха. — Кажется у тебя близкие отношения с сыном Сатаны.
Мейз сглотнула. Слова застряли в горле. Она покачала, и потом поняла, что он её не видит, но Каин, кажется, почувствовал движение.
— Идём. Нам надо отсюда хотя бы выбраться.
Его пальцы слегка коснулись её локтя — холодное, точное прикосновение, без лишнего давления. Он повел её вперед. Мейз шла, почти волоча ноги, цепляясь носками за невидимые неровности пола. Каин двигался бесшумно, как тень. Её же собственное дыхание казалось оглушительным раскатом в этой тишине.
— На обычного демона совсем не похожа, — его голос нарушил молчание, отозвавшись в темноте плоским, почти бесстрастным тоном. — И сила твоя… странная. Парк? Только высшие из них научились скрывать силы. Хотя за тобой бежал сам Принц Ада и даже Лимб, а он существо ленивое, на пустое редко тратит силы.
Мейз заставила себя ответить. Голос прозвучал хрипло, неуверенно.
— Я не демон. Я ведьма. Адская ведьма.
В темноте слева от неё раздался короткий, тихий звук — нечто среднее между вздохом и усмешкой.
— Ааа, — протянул Каин, и в этом звуке было странное удовлетворение. — Не думал, что кто-нибудь еще из ваших дойдет до меня. Удивительно, как каждая из вас должна была остаться в пустоте девятого, но мне все равно удалось вас увидеть.
Мейз нахмурилась, хотя выражение её лица тонуло во мраке.
— Ты про Вельзевул и… еще одну?
“Маму Димы”, — подумала Мейз, но произнести его имя вслух сейчас было сравни какому-то апокалипсису.
— Так ты знаешь, — хмыкнул Каин. — Впрочем, ничего удивительного. Уверен, что кто-то из князей уже разболтал. Уж больно все они говорить любят.
Каин явно не любил никого из адской братии, ни парков, ни тех же Князей.
— А ты… — Мейз сделала паузу, собираясь с духом. — Ты Князь Девятого Круга?
Рядом с ней в темноте возник слабый свет. Неясный, размытый ореол вокруг высокой фигуры. Каин стоял, повернув к ней голову. Его черты были едва различимы, но она увидела легкое движение — кивок.
— Да. Пока что.
"Пока что". Мейз не стала спрашивать, что это значит. Она и так была по уши в проблемах.
Он снова тронул её локоть, и они пошли дальше. Темнота постепенно начала редеть. Сперва это были едва уловимые оттенки серого, очертания стен, низкого сводчатого потолка над головой. Они шли по узкому, сырому коридору, вырубленному в камне. Стены местами были влажными на ощупь, когда Мейз, теряя равновесие, случайно касалась их.
Запах изменился. К сырости и металлу добавилась едва уловимая, но знакомая нота — запах прелой листвы, сырой земли, смолы. Воздух стал другим. Не адским. Земным.
Коридор закончился резко. Впереди зияла трещина в скале, залитая странным, мерцающим светом. Не солнечным, не адским пламенем. Он был холодным, фосфоресцирующим, исходящим от самих стен.
Каин вышел первым, и Мейз последовала за ним, щурясь.
Они оказались в другой пещере, но непохожей ни на что, что Мейз видела раньше. Она была невысокой, но просторной, и вся её поверхность — стены, потолок, даже часть пола — была усеяна камнями. Они светились изнутри мягким, переливающимся голубовато-зелёным сиянием, словно куски застывшего северного сияния. Свет был достаточно ярким, чтобы различать детали. Мейз увидела, что стоит на уступе, а внизу, в центре пещеры, зияет чёрная, неподвижная лужа — портал или просто вода, она не могла понять.
Каин обернулся к ней. При этом призрачном свете он выглядел иначе. Бледная кожа почти сливалась с сиянием камней, светлые волосы казались серебряными. Его черты, красивые и острые, были лишены всякого выражения. Только глаза — те самые светлые, безжизненные глаза — отражали холодное свечение.
— Нужно что-то делать с твоей силой, а то нас любая собака почувствует, как выйдем, — сказал он. Его голос в этой пещере звучал глуше.
Каин поднял руку. В воздухе перед его ладонью сгустилась тень, материализовалась, вытянулась, приняла форму. Это был не металл и не камень, а сама тьма, спрессованная в длинное, узкое лезвие. Меч без рукояти, просто продолжение тени в его руке. Он держал его легко, почти небрежно.
Каин подошел к ближайшей стене, где гроздья светящихся камней росли, как кристаллы. Он провёл теневым лезвием по основанию одного из них. Не было звука удара, только легкое шипение, будто резали масло. Камень, размером с её кулак, отделился от породы и упал в его раскрытую ладонь. Свечение внутри него на мгновение вспыхнуло ярче, затем угасло до прежнего мерцания.
Он проделал то же самое ещё раз, отсекая второй камень, чуть поменьше. Затем повернулся и протянул их Мейз.