— Берегись! — кто-то толкнул меня в сторону, и меч противника рассек воздух у моего лица. Я вцепилась в рукоять своего клинка, отчаянно отбивая удары.
— Принцесса, назад! — закричал один из стражей.
— Я не оставлю отца! — выкрикнула я в ответ, и только потом заметила: тронный зал уже полыхает. Я рванула туда, но было уже поздно…
Отец сидел на троне, бледный, но с мечом в руках. А белая рубашка на его груди уже пропиталась кровью.
— Вот и все, — негромко сказал он, с тоской смотря на меня.
— Сейчас лекарь придет, — быстро проговорила я, подбегая ближе.
Я хотела осмотреть рану, но папа сжал мою руку и отрицательно покачал головой.
— Мне уже не поможешь, — голос его стал глухим, и я видела, как жизнь стремительно покидает его тело. — И убил меня…
— Кто? — выдохнула я. — Но папа промолчал. — Отец!!! — крик вырвался из моей груди, когда его глаза затуманились.
Ответа не последовало.
Где же все? Я осмотрелась, но только сейчас поняла, что в тронном зале были только мы вдвоем, а за дверьми уже давно стихли звуки битвы.
Вокруг стояла оглушительная тишина, но она была прервана звуком открывшихся дверей и в зал вошел Гилмар. Брат сжимал в одной руке меч, а вокруг запястья другой руки клубилось неактивированное боевое заклинание.
— Гил! — я подбежала к нему. — Папа… мертв, — слезы жгли глаза, и я старательно пыталась не дать себе разреветься.
Брат убрал меч, погасил заклинание и крепко меня обнял.
— Успокойся, — он поцеловал меня в висок, а потом отошел на шаг. — Иди к себе.
— Но… — я попыталась воспротивиться, но наткнулась на предупреждающий взгляд брата и кивнула, понимая, что сейчас не стоит с ним спорить.
Я вышла из тронного зала и медленно пошла по коридору. Слуги уже старательно все убирали. Бунт был подавлен, причем очень быстро, но к сожалению папу это не спасло.
Слезы навернулись на глаза, но усилием воли я себя сдержала. Никто не увидит мои слезы, да и не пристало принцессе показываться в таком виде.
Дойдя до своих покоев и закрыв дверь, я прислонилась спиной к деревянной поверхности и глубоко вдохнула, а потом просто сползла вниз и села, рыдания душили. Только сейчас, оказавших в своих комнатах я смогла дать волю эмоциям. Сколько длилась моя истерика, я не знаю. Слезы бежали по щекам и в какой-то момент мне показалось, что я начинаю задыхаться, это немного отрезвило. Осторожно поднявшись на ноги, я направилась в купальню. Стоило мне оказаться в воде, я посмотрела на свои ладони, на которых была крови и снова разрыдалась. Я понимаю, что слезами папу не вернуть, но ничего с собой поделать не могла. Да и кто бы смог не плакать, когда у него убили отца? А ведь он пытался сказать, кто это сделал, значит, я знаю убийцу… Но на ум никто не шел. Я сейчас могла подозревать каждого. Но ничего, разберусь и отомщу!
Через минут тридцать я сидела перед зеркалом и рассматривала свои опухшие глаза. Хмыкнув, быстро применила косметическое заклинание и все следы моих рыданий исчезли. Теперь в зеркале снова отражалась красивая голубоглазая блондинка. Единственное, что не убрало косметическое заклинание — это грустный взгляд и скорбно опущенные уголки губ.
— Надо поспать, — прошептала сама себе. — Может чуть легче станет?
Легла в кровать и тупо уставилась в потолок. Сон не шел. Я еще долго лежала смотря вверх, но все же потом глаза закрылись, и я погрузилась в беспокойный сон, в котором папа умирал раз за разом, и я не могла его спасти. Проснулась от собственных рыданий. Я так полюбила родителей, которые не были мне, настоящей, родными. Телу, да, а вот мне Василисе Лисицыной – нет.
Кто бы мог поверить, что, загадав желание и выпив зелье, можно попасть в другой мир? Я бы тоже не поверила, если бы не попала в тело эльфийки, которой было года три от силы. Так что, можно сказать, что я росла в этом мире. И если верить моим предположениям, то Адель и Катя тоже должны быть где-то здесь. По крайней мере, я очень на это надеюсь. Ведь мои поиски пока не увенчались успехом. Тяжело вздохнув, я попыталась снова уснуть, и к счастью, у меня получилось.
А утром собрали совет. Гил сидел в зале заседаний на месте отца, сидел прямо, уверенно, с какой-то хищной усмешкой. А я не понимала, зачем меня сюда пригласили. Никогда не допускали, а тут пригласили. Странно.
Сначала обсуждались насущные проблемы государства, в частности вчерашнее происшествие, а потом…
— Сестра, — проговорил Гил, и взгляд его скользнул по мне, как по фигуре в шахматной партии. — Вчерашнее горе мы не забудем. Но государству нужен порядок.
— Порядок? — у меня дрогнул голос. — Отец погиб, а ты уже думаешь о… порядке?
— О короне, — исправился он. — И о твоей судьбе.
— Моей? — я прищурилась. — Что ещё ты придумал?
— Всё просто, — брат сложил руки перед собой. — Ты станешь невестой главы драконов из красного клана.
В зале повисла тишина. Я услышала, как кто-то из советников шумно втянул воздух.
— Ты издеваешься? — прошептала я. — Ты хочешь отдать меня чудовищу?
— Это союз, — холодно ответил брат. — Союз, который укрепит мой трон.
— А что насчёт слухов? — я сжала руки в кулаки. — Женщины, которых он забирал… они не возвращались!
— Слухи, — отмахнулся он. — А ты, сестра, должна принести пользу короне.
Я почувствовала, как меня трясёт.
— Ты продал меня, — сказала я тихо. — Даже не похоронил отца, а уже продаёшь.
Брат улыбнулся:
— Ты всегда была слишком эмоциональна. Подумай, какая честь — стать женой главы огромного и сильного клана.
Я стиснула зубы, чтобы не закричать. Но мой взгляд говорил о многом. Только Гил предпочел его не заметить.
— Завтра прибывает делегация. И завтра же состоится церемония, на которой ты станешь официальной невестой Кайрана Драгонмара. Сегодня начнется подготовка к церемонии. А теперь, ты свободна.
Я молча выслушала то, что мне говорил брат, а потом поднялась с кресла и с гордо выпрямленной спиной, вышла из зала.