Потерянная во времени

Вместо пролога

Для настоящей любви не существует преград, ей не помеха расстояние, разница в возрасте, в положении и прочая чепуха. Любовь не подвластна времени

"Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.
Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится..."

Когда человек любит по настоящему он преодолеет все преграды, сделает всё, чтоб быть с любимым человеком.
Даже разные эпохи не в силах стать на пути двух любящих сердец...

1.

Ранним утром из дверей старинного особняка на окраине Лондона вышел молодой мужчина. Одет он был не броско, но в то же время со вкусом, что говорило о том, что он явно не бедствует. Костюм сшитый по последней моде и явно на заказ сидел как влитой, не сковывая движения.

Мужчина окинул уверенным взглядом особняк и обернулся к своему спутнику:

- Меня всё устраивает.

Его сопровождающий не сумел скрыть радости от того, что всё складывалось наилучшим образом и таинственный покупатель, свалившийся неожиданно ему на голову, даже не заикнулся о торге. В его голосе промелькнуло облегчение, когда он заискивающе пролепетал:

- Клянусь Вы не пожалеете, мистер Фаррелл, несмотря на кажущуюся мрачность, это всё-таки памятник архитектуры, который сохранился до наших дней в своём первозданном виде!

Тот, кого он назвал мистер Фаррелл скользнул по нему насмешливым взглядом и с сарказмом произнес:

- Под первозданным видом Вы подразумеваете запустение и отсутствие какого-либо маломальского ремонта не так ли?

Агент съежился под пристальным взглядом холодных серых глаз и, поправляя очки, залепетал:

- Я уверяю Вас...

- Хватит, — оборвал его новый хозяин поместья,- я уже сказал Вам, что меня всё устраивает, поэтому приберегите своё красноречие для других своих клиентов. А сейчас я бы хотел, как можно скорее попасть к Вам в офис и подписать все необходимые бумаги.

- Конечно-конечно,- затараторил его собеседник, и чуть ли не бегом кинулся открывать железные ворота перед богатеньким чудаком, которому он сбагрил наконец-то эти развалины, которые к тому же находились у чёрта на куличках.

- Прошу, — пробормотал он, кланяясь чуть ли не до земли, открыв дверь автомобиля, который ожидал их у ворот.

Но молодой человек не спешил, он обернулся снова окидывая взглядом особняк.

Да он выглядел мрачным и заброшенным, но несмотря на это, не утратил своего былого величия. Он и сам не мог ответить зачем ему понадобилось это поместье, которое требовало огромных вложений, как средств, так и сил.

Но всё же смотря на своё спонтанное приобретение, он был уверен, что поступает правильно.

Поднявшийся ветерок, растрепал его темные волосы, придав ему мальчишеский вид, но сеточка морщин вокруг глаз выдавала его возраст, как и редкая седина в волосах, которая намекала на то, что его жизнь не была такой уж легкой и безоблачной, как могло показаться на первый взгляд.

Аллен Фаррелл чувствовал как за спиной начинал нервничать агент, боясь что он передумает и откажется от сделки. Ну и чёрт с ним, подумал мужчина про себя, в конце концов он мог позволить себе эти пару минут в суматохе своей жизни…

2.

На следующий день Аллен снова стоял на пороге своего нового дома, оценивая масштаб предстоящий работы.

Из того, что он видел расходов предстояло не мало, а он уже выложил за поместье кругленькую сумму. Может стоило поторговаться?
Но особняк ему действительно понравился, это было именно то, что он так долго искал, а он не привык себе в чём-то отказывать.

Бродя по комнатам, он осматривал кое-где оставшуюся мебель, покрытую толстым слоем пыли, и понимал, что придётся нанимать домработницу и управляющего. Он предпочитал тишину и уединение, поэтому хотел свести количество прислуги к минимуму.

Состояние мебели его несказанно порадовало, мало того, что это позволяло здорово сэкономить, но ещё и прекрасно вписывалось в атмосферу особняка и того, что он хотел увидеть в итоге.

В западном крыле было две смежные комнаты, которые выходили на заброшенный пруд,

Тут он и решил обосноваться.
Судя по розовым тонам, это была девичья спальня, но мужчину это не смущало. Цвет стен всегда можно поменять, как и гобелен.
Осмотревшись, он утвердился в своём решении, тут было всё что ему нужно, еще одна дверь, как он и подозревал, вела в ванную комнату.

Но больше всего подкупал вид из окна, подойдя к нему, он открыл створки, запуская свежий воздух в комнату.
Смотря с высоты второго этажа на пруд он пожалел, что не умеет рисовать, ему так захотелось запечатлеть всё на холсте, увековечить эту нетронутую красоту.

Было что-то завораживающее в этом запустении. Словно природа за эти годы взяла реванш, и прибрала к рукам то, что было создано человеком, внеся свои коррективы. Осень только вступала в свои права и деревья кое-где окрасились багрянцем и золотом.

Впервые за долгие годы мужчина почувствовал умиротворение, да, это определенно стоило затраченных средств и предстоящих хлопот. Не смотря ни на что, Аллен был уверен, что это место станет ему домом, которого он лишился давным-давно.

После смерти родителей, тетка со спокойной душой отдала его в пансионат, и прибрала к рукам всё, что только смогла прибрать.

Но Господь всё видит... В прошлом году она сгорела в пожаре, к сожалению вместе с поместьем его родителей, где она все эти годы и жила. И, так как родственников у неё не было, всё имущество вернулось к нему обратно, вместе с внушительной суммой страховки, что и позволило ему стать на ноги. Ну а дальше, как говорится дело техники, пара удачных инвестиций и он преумножил свой капитал в несколько раз.

Он закрыл ставни, хватит предаваться воспоминанием, пора браться за дело.
В первую очередь он позвонил в агентство по подбору персонала.

3.

Через несколько часов я уже давал указания прислуге:
- Миссис Харрис, в первую очередь приведите, пожалуйста, в пригодное для жилья состояние смежные комнаты на втором этаже в западном крыле, потом всё остальное. В ваше распоряжение агентство пришлёт горничных, я хочу покончить с уборкой как можно скорее.

- Хорошо, мистер Фаррелл, мы всё сделаем, — произнесла женщина.
Мне она сразу понравилась, открытый доброжелательный взгляд, она мне напомнила мать. Не внешним видом, нет, а чем-то таким мимолётным, проскальзывающим в жестах, в манерах говорить. К тому же, несмотря на кажущуюся скромность, домработница была явно не глупа, за свою жизнь я научился разбираться в людях и был уверен, что мы поладим.

- Можете выбрать себе любую спальню на первом этаже, которая придётся Вам по душе, я хочу чтоб Ваше пребывание в этом доме было комфортным, — я улыбнулся ей вполне искренне.
- Хорошо, — черты её лица смягчились, она буквально излучала тепло. Такие женщины были созданы, чтоб быть женой, матерью... возле них хотелось согреться, как около камина в холодный дождливый день.

Управляющий же напротив производил впечатление угрюмого и нелюдимого человека.
Меж его бровей пролегла глубокая морщина, что доказывало, что он часто хмурился. И взгляд карих глаз исподлобья был холодным, но не враждебным. Просто он, как и я, предпочитал одиночество. Что ж, я не считал это недостатком.

- Какие будут распоряжения, хозяин?
- я бы хотел оставить мебель, нужно проверить в каком она состоянии, если нужно починить. И для начала оборудовать кабинет, мне необходимо как можно скорее приступить к работе, я не привык прохлаждаться без дела.
Произведите осмотр всех помещений и составьте список, что нужно сделать в первую очередь. Я видел на заднем дворе конюшню, вы в этом разбираетесь?- обратился я к мужчине.

- Да, сэр,- уверенно проговорил он.
- Прекрасно, тогда там тоже нужно до ума всё довести, но это не срочно, так как есть более первостепенные задачи.
Сначала займись кабинетом.
- Я понял, хозяин, всё сделаю.
Он тоже ушёл, а я не зная, чем себя занять, решил прогуляться в саду.

Под ногами шуршала опавшая листва. Это место странным образом действовало на меня, хотелось творить, чем я и планировал заняться, как только будет готов кабинет.
Писательство было скорее хобби, не приносящее особого дохода, но я писал больше для себя, для души...

Мне нравилось, когда мои истории словно оживали на страницах книг, жили своей жизнью. Каждый раз отдавая им частичку своей души, я верил в то, что после смерти она будет жить в моих произведениях.
Это было в какой-то степени ребячеством, но я не мог себе в этом отказать.
Для меня это был целый мир, в который я сбегал от серой действительности.

4.

Как только я зашёл в дом ко мне на встречу вышла миссис Харрис, пытаясь пригладить волосы, которые выбились из её безупречной прически.
- Мистер Фаррелл, — обратилась она ко мне, -мы нашли кое-какие вещи, которые видимо остались от прежних хозяев, не могли бы вы взглянуть? Без Вашего распоряжения мы не стали с ними ничего делать.

- Хорошо, пойдём, посмотрим, — я пошёл за ней следом наверх.
В спальне было уже чисто, на кровати было постелено свежее бельё, окна были вымыты и сверкали на солнце.
Я обернулся:
- Миссис Харрис, Вы просто волшебница, — я улыбнулся ей, — чтобы я без Вас делал?

Она смутилась, и одергивая подол платья проговорила:
- Да грех не справиться, когда столько помощников-то. Я уже дала им распоряжения, с Вашего позволения, пойду на кухню, а то Вы так с голоду помрёте.
А Вы пока разберите вещи, мы их оставили в соседней комнате. Джон сказал у Вас там будет кабинет?
- Да. Хорошо, можете идти.

Она вышла, оставляя меня одного. Я осмотрев комнату ещё раз и убедившись, что сегодня наконец-то можно будет лечь спать в своей постели, облегченно вздохнул и открыл дверь в соседнюю комнату.
Тут тоже был порядок и трещали дрова в камине, стол был придвинут к окну. Я подошёл к нему, сверху лежал портрет, слегка выцветший от времени.



Но я не мог оторвать от него глаз. Девушка на портрете была словно живой, красивые, благородные черты...

О таких писали поэты, воспевая их утонченную красоту в стихах, а художники хватались за кисти...
-Кто ты, прекрасная незнакомка?- прошептал я, проведя кончиками пальцев по холсту, едва касаясь её лица. Оно манило, притягивало к себе словно магнит.
-Ты будешь моей музой, моим вдохновением,- тихо проговорил я.
И тут до меня дошло, что я разговариваю с портретом. Встряхнув головой, я отложил его в сторону, решив что повешу на стену, напротив своего рабочего стола.

Рядом лежала старая тетрадь, я, смахнув с неё пыль, открыл пожелтевшие от времени страницы и замер.
Дневник, девичий дневник, меня охватило неведомое ранее чувство, словно я прикасаюсь к чему-то запретному и в то же время желанному. Внутри всё трепетало, сердце забилось чаще, я вглядывался в ровные строчки, написанные аккуратным почерком, в выцветшие кое-где чернила, и у меня дрожали руки, так как я догадывался чей это дневник.

Я обернулся на портрет, и, убирая тетрадь в верхний ящик стола, прошептал:
- Может я смогу хоть что-то узнать о тебе, прекрасная незнакомка?